Почему состояние телережиссера Дмитрия Васильева, подозреваемого  по делу о «массовых беспорядках», ухудшилось в то время, когда он находился на следственных мероприятиях и к чему это могло привести, анализирует врач-реаниматолог иеромонах Феодорит (Сеньчуков).

По той информации, которую мы имеем из разных открытых источников, можно предположить, что Дмитрий Васильев болен  инсулинозависимой формой диабета и для контроля сахара ему нужен глюкометр. Значит форма диабета действительно тяжелая,  и поэтому он контролирует введение дозировок инсулина по уровню сахара в крови, то есть, подбирает дозу каждый раз индивидуально. 

Неприятность этой ситуации в том, что у Дмитрия  сверхвысокие цифры, показывающие количество сахара в крови, появились быстро, менее чем за сутки. Такое, как правило, не бывает просто от того, что человеку один раз не сделали укол инсулина.

Цифра 20 ммоль/л сахара в крови, как правило, у  диабетика считается пограничной. То есть, если у человека  условно сахар 17, но он при этом чувствует себя, как обычно, то его «Скорая» оставляет дома с рекомендацией колоть инсулин дальше. А если больше 20, то это уже явная декомпенсация. Так вот, если учесть, что первая «Скорая» (а ему ее вызвали явно не в момент ареста) не увезла его, и цифры были  до 20, а меньше чем через сутки или уже через сутки поднялись до 37 — это говорит о том, что у него не столько сахар сам по себе очень большой, сколько то, что ему не давали достаточно питьевой воды — и у него сгустилась кровь. Сахар у него высокий, но изначально не запредельный, но концентрация сахара резко возросла. Мы смотрим не на количество сахара, а на концентрацию. То есть, если  6 литров крови циркулирует — сахар будет один. А если крови 4 литра, а сахара останется столько же, то концентрация его будет гораздо выше. 

Реаниматологи говорили, что у него может развиться отек мозга. Они боялись именно того, что будет как раз гиперосмолярный отек мозга. Поэтому, когда он попал в реанимацию, если верить информации в открытом доступе, с этим достаточно быстро справились: стали капать, вводить инсулин. 

 Если бы не было ограничено  поступление жидкости, то всего этого можно было бы избежать. 

Ситуация могла бы очень тяжело закончиться, и если бы он впал в гиперосмолярную кому, вывести из нее было бы гораздо сложнее.

Такого быть не должно, причем независимо от того, о ком идет речь: оппозиционеры,  не оппозиционеры, уголовники, да кто угодно! 

Человек должен получать необходимую медицинскую помощь, тем более —  жизненно необходимый препарат, нужно обеспечить его введение  и не должно быть ограничений ни в воде, ни в еде.

Записала Оксана Головко

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: