«Собаку
У отца Антония — кот Патрик, у отца Андрея — собака Лея, а у отца Максима — четыре кошки, черепахи, рыбы и несколько птиц. Во Всемирный день домашних животных священники и монахиня рассказывают о своих питомцах.

«Мурзик провел в вентиляции 24 дня» 

Протоиерей Максим Первозванский:

— Вы даже не представляете, сколько у меня домашних животных. Московская сторожевая — раз. Кошка с котятами и три кастрированных кота. Кроме них есть водяные черепахи, рыбы, несколько птиц —  местных и тропических. И наконец шиншилла. Все живут у нас дома, только собака обитает на улице за городом. Вот еще дочка шутит, что моль летает. А тараканов нет, я их уничтожил молитвой. 

У нас нет породистых животных, кроме собаки, и то мы ее взяли после умершего хозяина. Предыдущего сенбернара забрали из приюта.

Животных так много, потому что их очень любят дети. И вообще это здорово: шиншилла прыгает, рыбки плавают, наш попугай поет как четыре вида птиц — и местных, и тропических. Черепахи ничего не соображают, это просто панцирь с пастью. Приятно гладить кота… 

Вот несколько лет назад у нас в кладовке не была закрыта вентиляция. Наш кот Мурзик туда провалился, мы этого не знали — думали, выбежал в дверь или выпрыгнул в окно, мы живем не очень высоко. Пытались искать, но как можно найти пропавшего кота? Обошли подъезд и район, развесили объявления.

Спустя 24 дня у нас что-то случилось с водой, приехали рабочие, открыли подвал, обнаружили кота — и сразу пошли к нам. Принесли обессиленного Мурзика — шкура да кости. Он не ел и не пил, сорвал себе голос, не держался на ногах. Нам пришлось ставить ему капельницы. До сих пор он мяукает басом. 

Мы очень любим своих животных, но при этом все равно не наделяем их человеческими свойствами. Да, мы о них заботимся — с предыдущим моим псом, когда его укусил клещ, я много часов лежал в обнимку под капельницей на кафельном полу в ветеринарной поликлинике. Но никакого сю-сю-му-сю с ними нет.

«Я называю кота сынок»

Священник Антоний Смирнов:

— Когда мы с Олей поженились, думали, что никогда не заведем домашних животных — оба «наелись» ими в детстве. Тем более, когда у нас родились Лука и Аня (двойня с ДЦП — Прим. авт.), мы понимали, что часто придется ездить на реабилитацию. И куда девать кота или собаку в таком случае, не очень понятно. Но в итоге получилось, что теперь у нас живут кошка и кот. 

Мы остро захотели купить кота после того, как Господь забрал Лукасика. Это чисто психологически можно объяснить. Наверное, домашнее животное для нас — одна из форм восполнения потери.

И мы купили Патрика породы бурма. Я даже иногда называю его Лука. Когда обнимаю, говорю: «Сынок». Образно, естественно. Я папа, а он сыночек. Это не выглядит драматично в моей голове — просто по нежности.

Лукасик был страшно терпеливый, добрый, мягкий. И Патрик ровно такой же. В ноябре исполнился ровно год, как он живет у нас дома. Оля подписана на семьи с особенными детьми, она обратила внимание, что родители нередко покупают именно породу бурма, потому что эти кошки очень ласковые. Это важно для детей с ДЦП, так как они боятся резких движений. И если ребенок не рассчитает силу и схватит сильнее, чем обычно, кошка спокойно отойдет — и все.

В питомнике узнали, что я священник и что у меня особенная дочь, и предложили буквально даром взять голубую бурму — племянницу Патрика.

Мы согласились без раздумий, хотя это было немножко сумасшедшее решение. Кошку зовут Оливия, а сокращенно — Оливка, в честь оливкового дерева, потому что мы возили своих детей на реабилитацию в Грецию. 

Патрика с Оливией надо было правильно познакомить. Мы привезли ее и не стали сразу выпускать из переноски: просто поставили в комнате. Патрик привыкал сутки — хотел кусать, рвать и метать: «Это вообще кто такой на моей территории?» Шипел, пытался наброситься, но все было закрыто. Он очень долго сидел перед этой переноской, обиделся на нас, не шел на руки.

Потом потихоньку мы стали открывать переноску. Оливия тоже шипела, мы ее выпустили побегать. На следующий день дали им друг друга понюхать. Но мы же не будем за ними ходить 24 часа в сутки и проверять, что и как. И вдруг в какой-то момент смотрим за диван — а там эти два красавца лежат и друг друга облизывают.

Теперь они друзья не разлей вода, играют, кушают, живут вместе и друг от друга не отходят, по ночами спят вдвоем: или у кого-то на кровати или у себя.

Но в отличие от пластилиново-плюшевого Патрика, Оливия — дама с характером. Если хочешь, например, поцеловать ей голову, она лапу выставляет: «Не надо мне тут устраивать такие нежности». На руки хочешь взять — убежит. Но с каждым месяцем она становится все мягче и мягче. Может быть, просто долго привыкает.

«Мне кажется, собака боится, что мы не просыпаемся вовремя»

Священник Андрей Мизюк:

— Где-то в пять утра в темноте окутанной сном комнаты начинаются вздохи… Еще через полчаса уже слышны тяжелые шаги. Сквозь сон, прерванный этими звуками, ты понимаешь, что рядом кто-то есть, но еще не совсем понимаешь, проснулся ты или нет. Шаги периодически прерываются мерным плюхом чего-то тяжелого на пол, но еще через несколько мгновений в твой тонкий сон и заспанное лицо врывается огромный, черный, мокрый нос… «Леееееяяяяя!!»

Нос беззвучно сообщает: «Вставай давай, хватит валяться, пошли, это в твоих же интересах…» Встаешь. А куда деваться.

Пора в путь. Невзирая на погоду, время года, выходной и прочие неинтересные мокрому носу тонкости и обстоятельства твоего бытия. Ибо собаке пора…

Уже полтора года, между прочим, в таком ритме. Лея — немецкая овчарка, «сестра наша меньшая», «всякое дыхание» и прочая, прочая. Мы все ее очень любим. А она — нас. Но подъем в шесть утра это все равно не отменяет. И это хорошо… Правда, правда. 

Ходим с сыном и собакой по улице. Лея внюхивается, читает сообщения собачьего чата на аллейке возле дома. Ей уже год с небольшим, и она уже прекрасная юная дева, подающая надежды и привлекающая внимание кавалеров. Мы о чем-то говорим с сыном, а тут, внезапно, со стороны пустыря, решив, что внезапность украшает джентльменов, три дворянского рода «сэра» решаются начать знакомство. Люди рядом с прекрасной леди их явно раздражают, и они с громким хоровым лаем решительно приступают к знакомству.

До сих пор благодарен Богу за крепкие руки и немалый вес, потому что решимость джентльменского клуба нашей леди не была оценена по достоинству. Кажется, Лея поняла, что на нас нападают. И потому стремительный и внезапный рывок наперерез, сопровождаемый громовым и сердитым «рявом» в адрес всех троих, тут же обратил потенциальных женихов в разностороннее бегство. И только поджатые хвосты и невнятные попытки оправданий удаляющихся в снежную даль джентльменов остались в памяти этого зимнего дня.

Первый день с ковидом. Ходить сил нет, да что там ходить — двигаться тяжко. Болит все. Кости, суставы. Весь «я» болит. Только попить и снова лечь. Приходит, смотрит и лижет, отчаянно лижет лицо и даже как будто что-то выкусывает из него, прискуливает, стоит рядом, смотрит, вздыхает, ложится рядом. Уже потом, после выздоровления, вернувшись из больницы, куда хожу с Причастием к пациентам, сажусь на диван и случайно засыпаю. Сидя. 

Во сне чувствую, что ноге тепло. Открываю глаза… Собачья голова мерно сопит на ноге. 

Мне иногда кажется, что собака по утрам боится того, что мы не просыпаемся в положенное время. Честное слово. Отговорки бессмысленны, нос ворвется в твое сонное царство, а для проверки запрыгнет, пройдется по тебе. И только когда ты сядешь в кровати и начнешь собирать себя в этот новый день, тебе на плечи взгромоздятся большущие лапы, в лицо ударит горячее дыхание, а глаза на тебя посмотрят и яростный хвост обобьет тебя в ритме дикого танца. Ты ползешь в коридор и, надевая шлейку,  еще раз посмотришь в карие глаза, в которых, иногда, кажется, нет-нет, да прочитаешь: «Ну, слава Богу!»

«Ой, батюшка, у нас тут котеночек остался. Возьмете?»  

Протоиерей Андрей Рахновский:

— У нас живет кошка, зовут ее Томасина, сокращенно — Мася. В 2013 или 2014 году я приехал по делам в наш приписной храм, а мне наша работница говорит: «Ой, батюшка, у нас тут один котеночек остался. Остальных разобрали. Вы как, возьмете?» Оказалось, при храме окотилась кошка. «Конечно, возьму!» Это было спонтанное решение. 

А если домой привезешь — понятно, что из дома тебя уже никто не выгонит. 

Жена спокойно отнеслась, тем более мы давно заводили разговор, а наша старшая дочка Люба очень хотела кошку, но все никак не было случая. И вот Люба приходит из школы, а у нас бегает такая малюська!

Первое время мы просыпались от того, что Мася теребила по утрам наши ноги. Интересно, как у нее с годами менялся характер. Она была не очень ручная, а теперь совсем с нами сроднилась, стала очень отзывчивая. Иногда мы уезжаем куда-то на день или на два, она остается дома. Потом возвращаемся — и Мася как-то чувствует это, запрыгивает на подоконник, ждет, встречает, здоровается.

По вечерам у нас есть ритуал. Я прихожу домой — и она начинает мяукать. Садится на диван, на определенную точку, а я должен сесть рядом и хотя бы минуту ее почесать, погладить. Если забываю, она возмущается: «Мяу-мяу, ты что?» Когда вызываем слесаря или газовщика, Мася всегда контролирует, что они там делают.

Раньше кошка больше всех любила старшую дочку. Но Люба вышла замуж и теперь живет отдельно. И теперь Мася считает хозяином меня. Когда началась пандемия, я проводил в прямом эфире в «Инстаграме» утренние и вечерние молитвы. И она всегда приходила — мало того, что постоянно хвостом перед иконами махала, так еще и присутствовала на молитве.

«Кузя, наверное, ведет зум для котиков» 

Монахиня Елизавета (Сеньчукова)

—  Мы живем при епархиальном управлении, у нас обитает кот по имени Кузя. Котик здесь — гораздо большая редкость, чем в монастыре. Но мы упросили — и теперь он украшает наше домашнее пространство и рабочее место. 

У нас есть ресурсный центр, мы помогаем вести гранты, в том числе и местному фонду зоозащиты. И когда мы подумали о том, что хотим котика, спросили у них. Нам показали Кузю, моя соседка в него сразу влюбилась. Он, судя по всему, какой-то частью сибирский, но то ли бракованный, то ли нечистых кровей. 

У него плохо работали задние лапки, он их отморозил. Но сейчас этого уже не видно — если только его помыть, можно увидеть, что они немножко кривые. А так Кузя очень очаровательный пушистый кот цвета шпротины. Похож на мейн-куна, и мы все время говорим, что у нас карликовый мейн-кун.

Кузя воспитывался в приюте, где были собаки, и он ведет себя как собачка: мы с ним гуляем на поводке, он совершенно спокойно купается, моется под душем.

Когда был совсем маленьким, ты ему кинешь игрушку — он ее обратно принесет. Такой единственный в мире малыш-котопес.

Очень умный. Мы вот сейчас ездили в миссионерскую поездку, он оставался с нашими соседками. Вернулись — он соскучился, со всех ног прибежал к нам обниматься.

Недавно была потрясающая история. У нас через вентиляционное отверстие иногда проваливаются птички. Мы должны были улетать, наш самолет задержали, и мы на несколько часов вернулись домой. Приходим, Кузя нас встречает радостный и мяучит на окно. Там у него стоит его еда. Мы думаем: «Ну странно, вроде как еще рано есть». Положили — нет, не хочет. В общем, мы разошлись по своим комнатам, и вдруг с моего окна вспархивает птичка. Мы потом поняли, что он хотел об этом сказать и просто показывал на ближайшее окно.

Иногда выпускаем его погулять по помещению, он всегда возвращается в комнату с 10 до 11 вечера. Никогда позже не приходит. Смеемся, что он, наверное, в нашем кабинете ведет зум для котиков и возвращается, когда заканчивается рабочее время.

В общем, просто очень хороший кот. Если мы уезжаем и оставляем его с нашими соседками, он все равно на ночь уходит спать домой — сторожит.

Правда, пару раз бывало такое, что убегал. Однажды мы поехали в семинарию неподалеку, где дружно трудились, облагораживая территорию: подметали дорожки, сажали цветы. А я, видимо, дома забыла закрыть дверь. Нам звонят из церковной лавки и говорят: «Кузя ваш побежал». Я пулей прилетаю на такси — нет Кузи. Обошла весь квартал, в соседнем доме в кафе попросила: «Если мимо будет проходить очень пушистый кот, вы его, пожалуйста, приведите как-нибудь». 

Думаю, буду сидеть у окошка в кабинете и смотреть: появится или нет. И вот вижу, кот вылетает из-под дома. Выскакиваю на улицу, а его уже нет. Заглянула под дом и вижу: Кузя ходит довольный, хвост трубой, мяучит, что-то рассказывает. 

В общем, мы его поймали: с двух сторон стояли, а он незаметно вышмыгнул. Смотрим — а он на птичку охотится. Отнесли домой, отругали… Смешно было. Его начинаешь ругать, а он огрызается. Даже начинает оправдываться по-своему, очень сильно копирует человеческую интонацию. У меня много котов было, но такой — в первый раз.

Фото: из личного архива героев

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.