Спринтер, ищи Весту

|

Рассказ опубликован

в молодежном журнале Наследник

Мою подругу назвали Вестой в честь римской богини, хранительницы домашнего очага. Крестили Весту Верой, и она как-то сказала, что с этим вторым именем ей жилось бы гораздо проще. Часто Весту называли Не-Вестой, и это ей тоже нравилось больше родного имени.

Мы обе учились в МГУ на филфаке (я – на русском отделении, она – на ОТИПЛе, – отделении теоретической и прикладной лингвистики). ОТИПЛ – место особенное, со строжайшим отбором, на курсе всего 15–20 человек (как правило, парни). Веста не была лучшей студенткой, но в дисциплинах разбиралась неплохо.

Единственная дочка в очень обеспеченной семье – очень неглупая дочка и очень красивая. Обаятельная блондинка с прекрасной фигурой, большими смеющимися глазами и длинными, с серебряным отливом вьющимися волосами… Все в ней было красиво и просто: спокойные, плавные жесты, безупречная осанка, со вкусом подобранная одежда.

Чаще всего она ходила с распущенными волосами, перехваченными агатовым ободком под цвет глаз, как средневековая принцесса из готического замка, и улыбалась солнечной улыбкой, какая бывает у всем довольных, уверенных в себе людей.

Конечно, у Весты было много поклонников, но близко она ни с кем не общалась. Обычно она пожимала плечами и говорила про очередного из них: «Мы очень разные. Не понимаем друг друга. А надо, чтобы в унисон» – “Где ты такого начиталась, Веста? Идеализм-идиотизм какой-то”, – смеялась Вестина однокурсница и подруга Полина.

Я познакомилась и подружилась с Вестой и Полиной благодаря своей преданной любви к эсперанто. Время от времени мы втроем собирались и болтали исключительно на нем. Еще мы бывали на двух эсперантистских форумах. Один был международный, очень многолюдный, интересный, но мы там появлялись и писали не часто: на форуме сложился свой костяк из тех, кто встречался в реальности, и мы были немножко не в теме.

Второй форум был частный, закрытый, его создал парень из Москвы, эсперантист с ником «Спринтер». Те, кто желал попасть на форум, должны были отправить резюме Спринтеру – и он решал, станут ли они пользователями. Полина на правах активной участницы и модератора обещала замолвить за нас перед ним словечко. Мы с Вестой веселились, сочиняя резюме, одно на двоих: «Досточтимый Владыка сих земель, великий Спринтер! Слава и щедрость твоя дошла до нас: ты даешь пристанище и бедным и богатым, и язычникам и христианам, и малым и великим! Позволь и нам, скромным студенткам, обосноваться тут, в жилище, созданном твоими руками…» – и нас милостиво приняли. Уже потом я поняла, почему пользователи проходили такой жесткий отбор: форум был маленький, домашний, пользователи хорошо (пусть даже виртуально) знали и любили друг друга. Больше ни на каком форуме я не встречала такой душевной компании.

Мы с Вестой и Полиной очень дорожили этим общением. Это было нечто большее, чем просто форум. Мы знали, что если кому-то из нас понадобится помощь вне сети, друзья-форумчане обязательно помогут.

Особой любовью и уважением пользовался у всех администратор форума. Спринтер писал интересные «посты», серьезные, полемичные, то с тонкой иронией, то шутливые, в зависимости от темы. Он реагировал на любые проявления жизни на форуме: либо поддерживал, либо не соглашался. С ним было очень интересно общаться – начитанный, умный и с чувством юмора. Еще мне (да и всем остальным) нравились отзывчивость и некий душевный магнетизм Спринтера. У меня, например, могло улучшиться настроение только оттого, что я читала его прикольный ответ на свое сообщение или видела оригинальный «смайлик» или веселую картинку от нашего администратора.

«Придет Спринтер – прокомментирует, тогда решим, что делать», «Пусть админ разбирается, заранее его поддерживаю», «Ради тебя, Спринтер, готова взойти на костер», – в таком духе часто писали о нем на форуме. А он вел себя как-то просто, по-дружески, словно и не чувствовал этой всеобщей любви.

2

Незадолго до Нового года Веста позвала нас с Полиной в гости. Она была какая-то взбудораженная, говорила много и не по теме, что было совсем для нее не характерно. Наконец мы с Полиной решительно сели напротив Весты, и она выдохнула:

– Все, девчонки. Я пропала. Даже не представляете, что я учудила!

– Могу себе представить, – улыбнулась Полина. – Наверное, пошла учиться на ОТИПЛ, да?

– Короче, я дико влюбилась, – со страдальческим видом сказала Веста.

– Так, – Полина согнала с лица снисходительную улыбку. – И кто он?

– Спринтер, – Веста посмотрела на нее исподлобья.

– Ты же его никогда не видела. Даже на фотографии, – осторожно заметила я.

– Не видела, но я его полюбила за… душевные качества. Вы же видели, что он пишет. Прямо душу видно, чувствуешь его внутренний мир.

– Веста, ты меня поражаешь, – возразила я. – Ты что, маленькая? У нас на форуме замечательный админ, классный парень Спринтер… Но это – в Интернете. В реальной жизни его зовут Дима, так написано в его личных данных. Может быть, Спринтер и Дима – вообще две противоположности.

Веста уныло на нас взглянула.

– Может быть… Я ж не совсем дурочка, я понимаю, так вполне может быть.

– Но это не так, – Полина вдруг резко вытянулась в кресле.

– Почему? – спросили мы в один голос.

– Он и в реале такой же классный. Мы как-то всей компанией встречались на 9 мая, старички, с которых начинался форум, гуляли по Москве… Я вас тогда еще не знала.

– Ты его видела? Спринтера? – Веста с нетерпением подалась вперед. – Как он выглядит? Ну?!

– Симпатичный. Высокий. Волосы темные.

– А я почему-то думала, что светловолосый… – улыбнулась Веста. – А еще что-нибудь про него расскажи! – она впилась глазами в подругу.

– Парень как парень. Худощавый. Обаятельный донельзя, отзывчивый. Прикольный, душа компании, простой, без всяких наворотов. Нечасто таких встретишь. Если б у меня не было Артема, я бы тоже в него влюбилась, наверное, – Полина улыбнулась. – Очень здорово тогда погуляли.

– А он один был, без девушки? – вдруг подозрительно осведомилась Веста.

– Один. Ну раз до сих пор не женат… может, никак не найдет себе эсперантистку по душе. Их же мало, – пошутила Полина.

Из некоторых сообщений Спринтера мы знали, что он встречался с девушкой, но что-то не сложилось и они расстались.

– Лицо широкое? – продолжала допрос Веста.

– Нет, узкое, – рассмеялась Полина. – Я же говорила, что он худощавого сложения, и лицо такое… красивое. Но длину ресниц не измеряла, извини. Давайте, что ли, составим фоторобот?

– Три года прошло, – добавила я. – Может, он теперь толстый и с ирокезом.

– Неудачно сегодня шутишь, Ань, – снисходительно сказала Веста.

– Просто предостерегаю. Когда любишь, все искажается. Особенно объект любви, – пояснила я.

– Девчонки, милые, да я все понимаю, спасибо за заботу. Но это не просто влюбленность. Мне Спринтер давно понравился. Мы с ним уже год в «аське» общаемся,.

– Какие подробности… – удивилась Полина.

– Я на втором курсе с треском провалила экзамен… а потом пересдала… благодаря Спринтеру. Но вы слушайте. Ночь, я не сплю. Злая такая, обложилась книгами. Репетитор за границей. И вот я пытаюсь решить уравнение. Потом плюнула на все, включила компьютер. А время – часа три ночи. Вошла в чат. И оказалось, что Спринтер тоже там. Расспросил, что к чему, и говорит: «Хочешь, помогу? Я эти уравнения решал три года назад». Он, оказывается, закончил мехмат. Я так обрадовалась! Решили созвониться. И он мне позвонил, я зашла в «аську», рядом учебник, тетрадь положила… Девочки! – Веста вздохнула. – Он так объяснял, будто я ему… ученица или самый родной человек. Все спрашивал: «Ты поняла? Повтори». В «аське» решение писал и по телефону проговаривал. Мы так часа три занимались. До утра! И я все поняла!

– Охотно верю, – Полина покачала головой. – Любовь-морковь… Ладно, не буду. Я просто не такая восторженная, как ты. Ну хорошо, экзамен ты сдала. А дальше что?

– Ничего. Он позвонил, похвалил. Говорит: «Молодец. Главное – не опускать руки, идти к цели. И добьешься всего». А я не выдержала, пригласила его в гости.

– И?! – воскликнула я.

– А он отказался. Сказал, времени нет. И потом у него всегда были заняты именно те дни, когда я хотела с ним встретиться. Я подумала: может, у него все-таки девушка?

– Была, теперь они расстались, – напомнила Полина.

– Девчонки, я очень хочу с ним увидеться, – выдохнула Веста.

– Правильно мыслишь! – похвалила Полина. – Увидев тебя, он будет сражен наповал.

– А ты ему свою фотку посылать не пробовала?

– Отослала, – кивнула Веста. – Он ответил: «Да-да, спасибо», – и все.

– М-да-а, надо подумать, как вам увидеться, – Полина сосредоточилась.

Увидеть Спринтера было действительно нелегко, хотя он жил в Москве. Почему-то он всегда избегал встреч в реале. Когда мы вместе ходили куда-то, он никогда с нами не попадал, каждый раз по разным причинам.

– Спринтер с ребятами-форумчанами ходит на футбол! – осенило вдруг Полину.

– Отлично! Узнай, когда они теперь собираются! – обрадовалась Веста.

– Попробую.

3

Я стала пристрастно следить за «постами» Спринтера и Весты, пытаясь выявить скрытый смысл. Но сообщения были довольно спокойными, без особых эмоций.

Я, пожалуй, не меньше Весты ждала ее встречи со Спринтером. И вот наконец в феврале Полина сообщила нам последние новости от Примуса: Дима вместе с тремя эсперантистами собирается на футбольный матч. Между прочим, матч Лиги чемпионов УЕФА – «Локомотив»–Монако.

– Как интересно! Всю сознательную жизнь мечтала пойти на футбол, – расхохоталась Веста.

– Ты слушай, – одернула ее Полина. – Встречаются они у «Черкизовской».

Наверное, никто, нигде и никогда не собирался на футбол с такой тщательностью, как Веста. Мы были группой поддержки: Полина консультировала, я проводила сеанс психотерапии «Все будет хорошо, Веста».

Вскоре наша красавица была готова: распущенные светлые волосы, пушистые эксклюзивные наушники в виде звезд, коротенькая норковая шубка с капюшоном и серебристые сапожки, мягко облегавшие ноги.

– Веста, заболеешь! – воскликнула я. – Там хоть крытый стадион?

– Ты чего? Нет, конечно! – хмыкнула Полина.

– Ты там льдом подёрнешься!

– Два тайма по 45 минут и плюс 15 минут перерыв! Выдержу! – улыбнулась Веста.

– От любви люди еще и не так с ума сходили, – проворчала Полина. – Ну, дочь моя, порази его в самое сердце неотразимой улыбкой. Только не промахнись, ворошиловский стрелок.

Мы посадили Весту в такси, пожелали ей удачи и выдохнули на пару с Полиной.

4.

…Веста выпорхнула из машины и сразу заметила ребят с форума. Лицом к ней стояли серьезный Примус в очках и парень со странным ником – Болотный Рогавка, спиной – рыжеволосый Архивариус и… Спринтер – Веста узнала его сердцем. Высокий, в черном пуховике, из-под шапки виднелись прямые темные волосы.

– Привет, ребята! – весело воскликнула Веста, кивая узнавшему ее Примусу.

Архивариус и Спринтер повернулись на ее голос; Веста взглянула в лицо своего виртуального возлюбленного и… отшатнулась. Поспешно, но все же слишком поздно совладала с собой и поняла, что Дима прочитал в ее взгляде то, чего не должен был.

Лицо Димы-Спринтера было страшно изуродовано, особенно с правой стороны. Следы шрамов с белесыми краями и матово-розовыми рубцами извилистыми линиями прорезали лицо и часть шеи. Уголок правого глаза был чуть сглажен, а зрачок, мутноватый, невидящий, выглядел жутко.

Ребята поздоровались с Вестой. Она, с трудом придавая голосу обычную интонацию, объяснила, что вот, мол, тоже решила пойти на матч, чтобы в кои-то веки их всех увидеть… На Диму она боялась смотреть. Весте казалось, что он обиделся за ее первую реакцию. Затем она нарочно стала заговаривать с ним, не отводя взгляда, и чувствовала себя глупо. А Дима словно все понимал и старался облегчить Весте общение: был тактичен, держался просто, приветливо, много шутил.

Веста отсидела матч, глядя куда-то мимо поля, и все думала о Спринтере. Попрощалась с ребятами скомканно, прыгнула в такси и не помнила, как доехала домой.

Ночью она долго не могла заснуть. Было за себя стыдно, и Веста решила, что на форуме Спринтера больше не появится. Она чувствовала бесконечную жалость к Диме, ругала и ненавидела себя. «Как же он живет, бедный? И что с ним случилось?» – думала Веста, и ей страшно хотелось ему позвонить, попросить прощения, сказать, что он отличный парень, и все у него будет хорошо, потому что душа у него светлая… И знала, что не позвонит – скорее умрет от стыда. Вот если бы Дима сам позвонил, если бы догадался…

…Дима позвонил на другой день.

– Привет, Кошачья Лапа!

– Привет, Дим.

– Ну, как дела? Чем занимаешься?

– Над курсовой сижу, – мучительно соображая, ответила Веста. Она была напряжена и удивлена. Дима же говорил как ни в чем не бывало.

– Был бы рад помочь.

– Спасибо. По твоей части – расчеты, диаграммы и таблицы.

– Нет проблем.

Они стали болтать о дипломе, потом о футбольном матче, потом о любимых книгах, потом просто о чем попало… и напряжение Весты прошло. Словно не было этой встречи с Димой. Словно у него обычное лицо.

На прощанье Дима неожиданно спросил:

– Напугал я тебя вчера?

– Забудь… И прости меня, Дим, – поколебавшись, выдавила Веста.

– Да ничего, вполне тебя понимаю. Я два года назад попал в аварию.

Веста слушала, чувствуя, как в ушах горячо стучит кровь.

– Дима… Дим, ты правда, ты… очень хороший. Таких, как ты… очень мало. Я знаю, это звучит банально… но у тебя такая душа красивая.

Дима молчал. Веста робко его позвала.

– Спасибо тебе, Вест. Я знаю, ты говоришь искренне. Вообще-то я уже не комплексую насчет внешности. Жив, не инвалид, работаю – и не жалуюсь. Глаз вот оперировать будут. Ну, чего притихла, Весталка? Загрузилась?

– Нет. Просто… Дим, если я могу тебе помочь… Ну хоть чем-то… ты мне обязательно скажи.

– Спасибо. Ты мне уже этими словами помогла.

Они поговорили еще, решили, что снова созвонятся насчет диплома и попрощались словами, взятыми из одной форумной ассоциативной игры.

– Пуха и перьев, Кошачья Лапа! (что означало: удачи тебе).

– Спринтер, ищи ветра (отдыхай, до свидания!).

Прошло целых два года. Коренные изменения произошли лишь у Полины: она вышла замуж. Что касается прочих форумчан, то у нас сложилась отличная веселая компания: я, Веста, Дима, Комманданта, Примус и Болотный Рогавка. Мы вместе катались на роликах, ходили в кинотеатр или в кафе. Постепенно сложились дружеские пары: Примус и Комманданта, Веста и Спринтер. Причем я заметила, что отношения последних были более личными – это читалось во взглядах и жестах.

Вот, например, Веста едет по льду в позе «ласточки», поскальзывается, и Дима, внезапно появившийся рядом, вовремя подхватывает ее, и они вдвоем хохочут и смотрят друг на друга особенно, не отрываясь, этот говорящий взгляд не спутаешь ни с каким другим…

Честно говоря, меня все это несколько настораживало. Мы все любили Спринтера, он был замечательным другом, и меньше всего нам хотелось бы его огорчить, тем более сделать больно. Но ведь ничего серьезного за влюбленностью Весты быть не могло – не такая внешность, к сожалению, была у Димы, чтобы стать мужем нашей красавицы.

Как-то я увидела Весту после лекций. С ней рядом шел Дима, держал ее за руку, а Веста прижимала к груди пышный букет. Встречные студенты провожали их недоуменными взглядами, я их вполне понимала: эта пара была из серии «красавица и чудовище», «принцесса и гоблин», «Квазимодо и Эсмеральда»… Контраст был разительный даже при том, что физически Дима был прекрасно сложен. А эта парочка не замечала ничего и никого – и меня в том числе.

После этой встречи я решила прямо сказать Весте, что ее жалость, к которой подмешивались влюбленность в особое Димино обаяние, ни к чему хорошему не приведет. И на следующий же вечер пригласила ее к себе. После обсуждения предстоящего диплома, за чаем, я заговорила о Диме – о том, что, кажется, их взаимная симпатия зашла слишком далеко и что потом плохо будет всем.

– В смысле – зашла далеко? Мы пожениться собираемся, – сказала Веста как само собой разумеющееся.

Я поперхнулась чаем.

– Вы? С Димой?!

– Да. А почему тебя это так удивляет?

– Даже не знаю, что тебе сказать, – пробормотала я.

– Все удивляются. Из-за Диминого лица, – пожала плечами Веста. – Честно тебе скажу, Ань, мне глубоко наплевать… Если б Дима вообще был без глаз, я б все равно его полюбила.

Я, потрясенная, молчала.

– Это был первый день весны, – мягко улыбаясь, принялась рассказывать Веста. – Дима проводил меня до дома, а потом мы долго болтали в «аське». И он впервые так завуалированно намекнул, что любит меня. И тут же захотел узнать мой ответ. Я тоже решила ответить символично, и написала вместо «Спринтер, ищи ветра» – «Спринтер, ищи Весту». И он понял: «Может быть, невесту?» – Я ему: «И чего ты такой понятливый?» А Дима тут же:

«Ты – моя Весть из нездешнего мира,

Ты – моя Весталка шумного Рима,

Ты – моя слабость и ты – моя сила,

Ты мне как воздух необходима».

– Да-а, такие стихи писать после мехмата – это сильно, – покачала я головой. – А как твои родители отнеслись? Знают?

Она кивнула:

– Сначала мама даже не обратила внимания, что у меня часто бывает Дима. Она его жалела, хорошо относилась. У нее в мыслях не было, что я его люблю. А потом… кошмар, что было. С папой легче договориться, он мужчина. Он сказал, что «с лица воды не пить». А мама чуть не плакала, причитала: «Ты посмотри на себя, Весточка, и на него. Не может это быть любовью. Пройдет – потом будешь локти кусать. Подожди, подумай». А мы, Ань, и не торопимся.

– Веста, честно говоря, я потрясена. Ты удивительный человек, – наконец проговорила я.

– Да ничего во мне удивительного. Не понимаю, когда так говорят. Никакой жалости и тем более жертвы с моей стороны нет. Я просто очень люблю и любима. И мне все равно, что у него лицо… немножко не такое… Вот скажи, разве внешность – главное? Красота – это преходящее. И вообще, что понимать под красотой? Я вот Диму некрасивым не считаю!

И это говорила мне Веста, наделенная удивительной красотой и стройной фигурой фотомодели! Это Веста доказывала мне, что красота сегодня есть, завтра нет! Мы попрощались, она уехала, а я еще долго ходила по комнате, согретая теплом ее любви. И мне хотелось петь и плакать, плакать и петь.

Журнал “Наследник” – для тех, кто пытается разобраться в жизни

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: