Степа собирался поступать в летное училище, но летом на скутере попал в ДТП. Получил ушиб мозга тяжелой степени. Провел несколько месяцев в больницах. Сегодня 16-летний Степа заново учится ходить и говорить. Но без помощи специалистов по реабилитации ему не справиться.


Когда со Степан разбился на скутере так сильно, что лежал в реанимации в коме, плакал весь поселок. Потому что Степа был настоящим мужчиной в свои 16 лет. А в поселке Мещерский без настоящего мужчины очень тяжело.

«Баба Мань, давайте сумки, я донесу, на лавочке оставлю», — кричал Степа, завидев издали выходящую из магазина женщину. «Тетя Нина, я мусор ваш захвачу, все равно на улицу иду». «Бабуля, какие продукты купить?», «Что нужно? Зайду, помогу». Степа был для всех в поселке как тот маяк, который светит в ночи и дает надежду: ты не один, справимся.

Степа

На скутер заработал сам — косил траву летом у дачников

Степу растили мама и дед — отец мальчика умер 13 лет назад, когда Степа был совсем маленький. Дед научил мальчика всему: столярничать, мастерить, чинить вещи и даже косить траву. В общем, работать руками. А уж помогать людям Степу, наверное, никто не учил, просто он сам такой уродился — отзывчивый.

Первые деньги Степа заработал в 12 лет. Устроился летом косить траву у дачников. Вернулся домой, притащив сумку продуктов. Потом достал из кармана оставшиеся деньги и гордо вручил маме: «На маникюр».

Степа с мамой

На свой скутер Степа тоже накопил деньги сам, подрабатывая с косилкой. Купил мотоцикл, был гордым и счастливым. А дед подарил внуку навороченный, шикарный шлем: «Чтобы никаких травм, внучок».

Но главной страстью Степы всегда было небо. С детства он бредил самолетами, ходил в авиакружок, мастерил модели и обещал: «Вырасту — поступлю в летное училище». В 16 лет, после 9-го класса, эта мечта стала совсем близкой: летом они с мамой Ольгой начали собирать документы для поступления.

Влетел прямо в лоб идущей на обгон машине

25 июня — Ольга помнит все подробно — она весь день работала в школе. Это был день выборов, как учитель начальных классов она помогала с организацией. С сыном переписывалась по вотсапу, просила прислать копии документов для училища. Последнее сообщение от него было вечером, примерно в 18 часов.

А потом раздался звонок от друга Степы, Макса. Ольга взяла трубку и услышала: «Ольга Александровна, Степа разбился на мотоцикле». — «Как разбился? Вы скорую вызвали?»

Ольга говорит, что у нее даже мысли не возникло, что «разбился» может означать и «разбился насмерть».

Степа действительно был жив. Он лежал на дороге без сознания, в метрах в пяти от мотоцикла. А шлема на нем не было. Друг рассказал Ольге, что Степа не надел шлем, наверное, впервые в жизни — забыл, а возвращаться не стал. Но, возможно, именно в этот раз отсутствие шлема спасло ему жизнь.

«Хорошо, что малый был без шлема», — сказал приехавший на скорой врач. Потому что Степа влетел прямо в лоб идущей на повороте на обгон машине. При таком столкновении шлем мог бы перебить Степе шейные позвонки, и мальчик умер бы на месте.

Степан

Степу отвезли в больницу города Подольска, Ольга поехала за ним, но ей ничего о состоянии сына не сказали: «Отправляйтесь домой». Ночью она позвонила в больницу и узнала, что Степе сделали операцию, он жив.

На следующий день на вертолете Степу перевезли в люберецкую больницу, в отделение нейрохирургии. Здесь юноша провел месяц в реанимации. Ольгу к сыну не пускали, только говорили: «Состояние стабильно-тяжелое».

— А потом мне разрешили приносить ему бульон, который давали через зонд. Спустя время сказали, что переводят Степу в палату, и я впервые его увидела. Увидела и не узнала, — Ольга прерывает рассказ и плачет. — Вывезли на каталке, один глаз приоткрыт, худой, никого не узнает. Это было так страшно…

Весь поселок собирал деньги, но их недостаточно

Ольга ухаживала за сыном, лечила пролежни, кормила с ложечки. Затем Степу перевели в клинику Рошаля — здесь он пробыл до ноября. Парню убрали трахеостому (дыхательное горло), и он начал говорить-шептать, а еще научился сидеть в кресле. 

Степа с мамой

Потом Степу выписали, и он приехал домой. Спустя некоторое время к Ольге подошли ее коллеги и сказали: «Мы собрали деньги». Весь поселок их приносил, чтобы «поддержать нашего мальчика».

Степа впервые поехал на реабилитацию. На целый месяц. Сегодня он может сам есть, стоять и даже пробует ходить. Специалисты реабилитационного центра говорят, что у него есть все шансы пойти самому. 

Но Степе нужен «рывок», чтобы пробудить мозг. Пока, как говорит Ольга, мальчик в апатии, где-то между мирами — своим и настоящим.

— Кто это приходил? — спрашивает Ольга сына после визита друга.

— Не знаю.

— Макс?

— Макс.

Он со всем соглашается, всегда послушный, как прежде. А Ольге нужно другое — чтобы Степа пробудился к жизни.

На реабилитации

— У кого золотые руки? — спрашивает она.

— У меня, — отвечает Степа.

— А что такое «золотые руки»?

— Когда умеешь что-то хорошо делать, – отвечает Степа.

Это уже лучше. Но все же еще не «рывок», все же еще не прежний Степа.

На реабилитации

Чтобы вернуться к жизни, своим друзьям, к мечтам о полетах Степе нужно продолжать реабилитацию. А помочь ему и оплатить еще один курс можем мы.

Фонд «Правмир» помогает взрослым и детям, нуждающимся в восстановлении нарушенных или утраченных функций после операций, травм, ДТП, несчастных случаев, инсультов и других заболеваний, пройти реабилитацию. Вы можете помочь не только разово, но и подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей. не справиться.

Вы можете помочь всем подопечным БФ «Правмир» разово или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.