Почти половина опрошенных православных россиян (44%) не участвуют и не хотят участвовать в приходской жизни. Активно участвует лишь 1% опрошенных. Таковы результаты всероссийского опроса исследовательской службы «Среда«.

Их комментирует Священник Федор Людоговский, кандидат филологических наук, преподаватель МДАиС:

Священник Федор Людоговский

Священник Федор Людоговский

Рассуждая о приходской активности, следует, как мне кажется, прежде всего понять, что мы подразумеваем под этим понятием – «активное участие в жизни прихода». Конкретизация здесь необходима, ибо при ближайшем рассмотрении вполне может оказаться, что разные респонденты имеют в виду существенно различные явления церковной жизни.

Вариант первый: женщина, так сказать, младшего пенсионного возраста (55-60 лет) «стоит на подсвечнике во славу Божию», т. е., переводя с клерикального на канцелярский, безвозмездно обеспечивает нормальное функционирование определенного подсвечника на всех или только на праздничных службах.

Вариант второй: взрослый мужчина (18-80 лет) за деньги, но без юридического оформления «алтарничает», т. е. помогает священнику в алтаре во время богослужения.

Вариант третий: женщина-юрист (30-50 лет) проводит по воскресеньям бесплатные юридические консультации для членов прихода.

Вариант четвертый: прихожане-студенты еженедельно безвозмездно навещают детей в детском доме, расположенном неподалеку от храма. Вариант пятый: ученики воскресной школы ежемесячно проводят благотворительную ярмарку, т. е. продают собственные изделия, а вырученные деньги перечисляют на благотворительные цели.

Варианты и примеры легко можно умножить, но перечень релевантных параметров уже вырисовывается. Во-первых, участие в приходской жизни может замыкаться на самом храме (пение в хоре, стояние на подсвечнике, уборка храма и т. п.) или, чуть шире, на приходе (правовая поддержка прихожан, прием гомеопата для своих и др.) — или же иметь нацеленность на «внешний мир» (детдом, больницу, дом престарелых и др.) Во-вторых, труд в храме, на приходе может быть оплачиваемым, безвозмездным или даже приносить прибыль, при этом в каждом случае — иметь или не иметь юридическое оформление. В-третьих, речь может идти либо о полной занятности, либо о труде в храме в свободное от основной работы время.

Разумеется, любое сочетание указанных параметров дает нам в результате труд, крайне нужный и важный для прихода и/или сферы его влияния. Однако понятно, что социальный (а равно  и миссионерский) эффект от работы исключительно внутри храма и для храма не равен эффекту от «хождения в народ», от служения людям за пределами церковной ограды.

В свете сказанного выше хотелось бы понять: тот 1% активно участвующих в приходской жизни от тех 50% считающих себя православными — это по преимуществу алтарники, клирошане, свечницы и уборщицы? Или же здесь немалую долю составляют те, кто стремится распространить свою деятельность как прихожанина за пределы прихода? Если верно первое, то приходится констатировать, что РПЦ по-прежнему представляет собой замкнутую структуру. Если верно второе, то есть надежда на позитивные изменения.

Читайте также:

Всероссийский опрос службы «Среда»: Приходская жизнь

Александр Агаджанян: Низкий уровень участия в приходской жизни говорит об отсутствии у людей навыков добровольной социальности

Сергей Лебедев: Православие по самоидентификации не является надежным показателем религиозности личности

Иван Забаев: Формулировка «Приходская жизнь» даже для воцерковленных людей может означать очень разные вещи

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: