«Сына
Иллюстрация: нейросеть Midjourney
Иллюстрация: нейросеть Midjourney
Раздавать листовки, ухаживать за пациентами в больнице или доставлять посылки — какую подработку выбрать подростку и какие риски есть на каждой из них? Об этом «Правмиру» анонимно и честно рассказали мамы школьников и студентов, чьи дети сами заработали за лето на ноутбук и даже поездку в Сочи.

«Хочу, чтобы сын забыл о медицинском вузе»

Людмила Сафонова, врач, мама четверых детей:

— Пять лет назад мой сын заканчивал десятый класс, параллельно учился на курсах в МАИ, собирался через год поступать. Ему было 16 лет. Внезапно заговорил о том, что думает о медицинском вузе. Я сама врач скорой помощи, но была против, чтобы он тоже стал медиком.

Когда сыну исполнилось 12 лет, стало очевидно, что у него совершенно математические мозги. Ему точно не нужна была медицина. Когда в 16 лет он заговорил вдруг о медвузе, я поняла, что нечаянно и сама того не желая, но своим увлечением, преданностью профессии изо дня в день заражала его. Я врач скорой помощи и работу свою обожаю. Но вот в чем беда, работать там невозможно, а зарабатывать тем более. 

Оперативно договорилась в 53-й больнице, где работал в то время мой хороший знакомый, чтобы сына на лето взяли санитаром в отделение гнойной хирургии. Попутно, конечно, сказала, что с меня коньяк, если это «призвание» у ребенка вылечат. 

«Желательно, чтобы он о медицинском и думать забыл на веки вечные». — «Не волнуйся, справимся!»

Его устроили, и он честно работал все лето. Правда, «призвание», о котором он твердил, улетучилось уже недели через две. На что я сказала: «Если уж взялся работать, надо доработать до конца!»

Он действительно оттрубил все три летних месяца. Надо сказать, что сын не только не переносит вида крови, но вообще довольно брезгливый парень. 

С чем сын столкнулся в отделении? Во-первых, со здоровым цинизмом, который его потряс до глубины души. Наивные романтики, желающие работать в медицине, мало себе представляют изнанку этого тяжелого труда. Гнойная хирургия — это всегда экстренное вмешательство, обширные незаживающие очаги ран, пациенты в критическом состоянии. «Вы, медики, шутите над такими вещами, над которыми нормальные люди плачут», — говорил мне сын вечерами. 

Во-вторых, его возмущало отношение к пациентам. Ему казалось, что врачи должны быть нежными и трогательными, а хирурги ребята суровые. 

В-третьих, нужно понимать, что вообще такое санитар в гнойной хирургии. «Отнеси-ка вот это (ампутированную конечность) и положи туда». Сына это вымораживало. 

Через две недели работы он сказал, что медиком не будет.  Спустя три месяца решение окрепло. Правда, в какой-то момент вдруг засомневался, но я оперативно устроила его мойщиком машин скорой помощи на подстанцию, где работаю врачом сама. К счастью для меня, он окончательно утвердился в своем решении и успешно поступил в МАИ. 

Тем летом он заработал достаточно, чтобы наконец-то собрать собственный компьютер. 

Вообще, мотивация работать у сына была всегда. С 14 лет он подрабатывал курьером в компьютерном магазине. Не только привозил детали компьютеров, но и помогал заказчикам в сборке за дополнительную плату. Старые детали перепродавал. Я не сильно вникала, но помню, что когда он впервые устроился в магазин на оклад 12 тысяч рублей, в конце месяца выручил все 30 тысяч. А еще он за деньги решал математические задачи для школьников и даже студентов. 

В случае с больницей сын проверял себя по поводу призвания. Не раз он видел мои горящие глаза, слушал, как я, приходя с работы, взахлеб рассказывала о сложных случаях, как нам удавалось решать какие-то задачи и спасать пациентов. Я довольно поздно сообразила, что призвание — штука заразная. При младшей дочке я не позволяю себе уже никаких историй о больнице, даже в доктора играть не разрешаю. 

«Незнакомец предложил за большие деньги отвезти пару коробок» 

Маргарита Карманова, мама шестерых детей:

— Старшая дочь впервые решила пойти подрабатывать, когда ей исполнилось 15 лет. До этого она много училась и о подработках, пусть и летом, не помышляла. Ее папа — индивидуальный предприниматель. У него свой магазин. Теоретически он всегда мог детям обеспечить какую-то подработку: что-то помыть, убрать в магазине. Но если честно, дети не горели в этом участвовать. 

Вскоре мы развелись, и тогда летний заработок стал для детей необходимостью.

Старшая дочь хорошо рисует. Она училась в художественной школе, а после девятого класса пошла в художественно-промышленное училище на отделение дизайна. Летом довольно быстро устроилась на работу через сайт Youdo. Выезжала на детские праздники и корпоративы, где была мастером по аквагриму. На каких-то выездных встречах вела мастер-классы по рисованию. 

Так как это всегда был разовый контакт с чужими взрослыми людьми, мы сразу договорились, что она предупреждает потенциальных работодателей о контроле со стороны мамы. Она скидывала мне скриншоты переписок, адреса, локации. Я считаю, если человек обращается к подростку со злым умыслом, то он автоматически отсеется, узнав, что переписку контролируют родители. Хотя никаких эксцессов у нас не случалось, я считала необходимым перестраховаться. 

Конечно, это было волнительно. Особенно я переживала, когда дочка впервые поехала одна за город в парк-отель. Там она помогала в организации мероприятия: накрывала на стол, раскладывала какую-то рекламную продукцию в рамках встречи. Все прошло прекрасно, она вернулась довольная. 

Дочь находила себе подработку по черчению. В основном заказчиками были студенты. Она чертила за деньги для докладов и курсовых. Оказалось, если брать такую подработку много и целенаправленно, за лето можно неплохо заработать. Кажется, что оклад — это то, что гарантированно получишь, а разовая работа — ерунда. Ничего подобного!

Если ребенок организован, пунктуален и ответственен, денег заработает немало. 

Еще дочь стала заниматься доставкой. Идея подработки курьером меня напрягала. У моей близкой подруги был неприятный опыт, когда у школы к ее сыну подошел незнакомый мужчина. Он предложил за большие деньги отвезти пару коробочек, не вникая в то, что внутри. Там оказались запрещенные вещества. 

Словом, меня пугала мысль о подработке доставщицей. Поэтому всем детям я внушала, что они должны быть аккуратны, откликаясь на такую вакансию, четко понимать, что и кому везут. Главное, чтобы не откликались на объявление, где курьеру обещают заоблачные деньги за доставку непонятных свертков. 

Старшая дочка подрабатывала в доставке аптеки и небольшого книжного магазинчика, а также в крупной компании по изготовлению лифтов. Развозила на подпись документацию по городу. Возила шарики к дням рождения. Все эти разовые поручения не выглядели как опасные. 

Наконец, устроилась доставщицей пончиков. Не знаю, почему компания не прибегала к услугам больших сервисов по доставке, а коробки с пончиками возила моя дочь. Но я сочла необходимым четко проговорить условия. Просила ее никогда не заходить в подъезды, тем более в квартиры. Убеждала просить заказчиков спускаться вниз. Она ездила по всей Москве и даже в отдаленные районы Подмосковья. География была обширная. За первое лето моя 15-летняя дочь заработала себе на ноутбук.

Осенью того же года она нашла компанию, которая проводит игры-квизы — для корпоративных клиентов. Там она заполняла какие-то карточки, проверяла ответы участников. Такие помощники всегда нужны на играх, в которых порой участвует и 100, и 200 человек одновременно.

Организаторы охотно нанимают старшеклассников. Работа достаточно легкая и вместе с тем полезная для подростков. Дает опыт встраивания в коллектив, ответственности, дисциплины.

Правда, где-то есть возрастные ограничения. Например, берут с 16 лет, так как в ряде заведений, в основном это бары и рестораны, дети помладше даже находиться не могут без сопровождающих. А иногда квизы заканчиваются ближе к полуночи, и это тоже накладывает ограничения в найме несовершеннолетних.

Старшая дочь продолжает работать там третий год и не только летом. Квизы проходят несколько раз в неделю. За выход, то есть три-четыре часа работы, получает гарантированно 1300–1500 рублей. Иногда сотрудникам полагается ужин, так как чаще всего мероприятия проходят в заведениях общепита. Главное, что это работа из серии «хочешь пошел — хочешь отказался». Под день недели можно подстроиться.

Вторая дочка, когда ей исполнилось 16 лет, устроилась работать в компанию-оператор связи, прошла обучение. Ее задача была подключать новых клиентов на островках, которые размещались в самых разных торговых центрах, а иногда, в хорошую погоду, даже на улице у метро. Работала она по всем районам города: сегодня здесь, завтра там, послезавтра еще где-то. Говорила, что это очень увлекательно, потому что целый день общаешься с людьми. А мне было важно, что такая работа, которая предполагала еще и финансовую отчетность, дисциплинировала подростка. В то лето и она смогла накопить на компьютер. 

Средний сын пошел работать этим летом курьером. Какие-то заказы находил через знакомых, какие-то через портал Youdo. Что касается доставки, то я из года в год убеждаюсь, как важно контролировать такую подработку детей. Слежу, чтобы фирма, которая нанимает, давала четкие ответы на вопросы, что и куда необходимо доставить. Увы, слишком много нарушений и преступлений связано с доставкой, а заказчики совершенно непредсказуемые люди. 

Считаю, на телефоны детей необходимо устанавливать родительский контроль. У нас это Family link. Программа позволяет понять, какими приложениями пользуется ребенок, куда ездит. Мне было важно договориться с сыном, что я устанавливаю программу исключительно для его безопасности и контроля за перемещениями. Здесь важно быть честными друг с другом и озвучивать возможные риски, особенно если ребенок несовершеннолетний и едет на встречу со взрослыми людьми. 

«Подъем в 5 утра, потому что лошадей нужно выводить на реку» 

Лариса Давыдова, растит дочь: 

— Моя дочь впервые устроилась на работу в седьмом классе — раздавала листовки. Это был интерактив с потенциальными посетителями. На улице вместе с подружкой дочь раздавала листовки, отвечала на вопросы о магазине, его расположении и акциях. Ей даже неплохо платили. 

Я была знакома с директором магазина. Поэтому регулярно списывалась с ним, спрашивая, надела ли дочка шапку, есть ли подвороты на джинсах зимой.

Переживала, что на улице с голыми ногами стоит. Он мне регулярно докладывал: «Не волнуйтесь, видел. Одета тепло!»

В восьмом классе этот же магазин летом взял ее в помощники — смарт-эдвайзеры. Ей выдали форму. В функционал сотрудника входила диагностика телефона, подключение его к компьютеру со специальным ПО, устранение возникающих сложностей. Дочери так там понравилось, что она продолжила сотрудничество и выходила на смены весь следующий год по выходным. Понятно, что это было неофициальное трудоустройство. Зарплата пусть небольшая, но регулярная. 

Потом дочь взяла паузу. В девятом классе надо было готовиться к ОГЭ, а в 10-м и 11-м ей хотелось только гулять. Не помню, чтобы в это время у нее была какая-то работа, кроме той, которую обеспечивал ей дед. Мой папа считает, что всякий труд должен быть оплачен. Чтобы замотивировать и поддержать внучку, он не просто давал ей деньги, а оплачивал услугу. В последние годы у него сильно упало зрение. Он не мог сам делать себе маникюр и педикюр, к которым привык. Моя дочь ходила к деду по определенному расписанию и получала за услугу 500 рублей. Иногда он позволял себе дать чуть больше обычного внучке, чтобы как-то подбодрить. 

Когда дочь поступила на первый курс института, то буквально сразу начала весьма неплохо подрабатывать написанием за деньги самых разных работ, в том числе курсовых. У дочки немало постоянных клиентов. Раз сотрудничество продолжается, делаю вывод, что работу свою она выполняет хорошо. 

За год ей удалось накопить денег, и летом с подругой они смогли уехать на две недели в Сочи. Она сама оплатила себе и билеты, и проживание, и развлечения. Считаю, что это замечательно. Кроме того, такая подработка позволила ей взять существенную часть наших семейных расходов на себя. Например, я освобождена от необходимости покупать ей одежду, оплачивать маникюр, развлечения. Мне стало полегче. 

Летом дочь поехала работать на смену в конный лагерь, в который семь лет подряд ездила отдыхать. Это небольшой частный лагерь, где занимаются конными поездками. Дочка так сдружилась с владельцами и коллективом, что в этом году ее позвали быть не инструктором (навыков и профессионализма ей пока не хватает), а вожатой. Прошла медкомиссию, получила медкнижку. 

Подъем в 5 утра, потому что лошадей нужно выводить на реку и купать. Круглые сутки в окружении 12-летних подростков, которых надо развлекать, следить за дисциплиной, порядком, чистотой, за тем, чтобы они никуда не опоздали. Ей даже некогда было мне звонить. Наши разговоры были из серии: «Привет! У меня все хорошо. Пока». Так мы и общались две недели. Когда она вернулась, то попросила ее накормить и вырубилась спать на пятнадцать часов. Проснулась, рассказала, что жутко довольна и собирается повторить этот опыт в августе. 

Мне понравилось, что у дочери была именно такая подработка.

Прошло всего две недели, но я заметила, как за короткий промежуток времени она повзрослела.

Удивила меня тем, как описывала детей: «Вот эта девочка добрая, нежная, ответственная, а эта — совсем не милая и себе на уме, с ней трудно». Мне показалось, что после смены моя дочь, которой самой едва исполнилось двадцать, стала вдумчивее относиться к людям. Она рассказывает о каждом не односложно. Стала рассудительной, способной давать качественную развернутую оценку людям, их поступкам, намерениям, мыслям. У нее появились привязанности, и она была расстроена, когда пришлось прощаться с детьми, у которых была вожатой. Призналась, что даже плакала, понимая, что вряд ли пересечется в ближайшее время с этими детьми. 

Для нее эта смена не была развлечением или игрой, скорее серьезным опытом ответственности. Мне кажется, у нее неплохо получилось. Показательно, что ее ни разу за смену не оштрафовали. Мне есть за что гордиться своей дочерью. 

«В кадровую службу позвонила я сама»

Марина Иванова, мама сына:

— Я вдова и ращу сына одна. Всегда и я, и бабушка заботились о нем, поэтому мой ребенок почти не видел сложностей в жизни. Он оканчивал первый курс, когда я внезапно поняла, что у него нет большой нагрузки по учебе. Раз так, нечего балбесничать и бесконечно залипать в компьютере. Пускай полезным чем-то занимается, начинает узнавать и понимать цену денег. Предложила пойти подрабатывать. 

Мой сын — парень покладистый, сопротивляться не стал, на все согласился. Ему как раз исполнилось 18 лет. А значит, можно заключать полноценный трудовой бессрочный договор. Но сам сын работу искать не стал, а продолжил играть в компьютер.

Я сама позвонила в кадровую службу сети фаст-фуда. Узнала, что нужно. Заставила сына заполнить анкету соискателя на сайте. Со стороны компании все сработало выше всяких похвал. Ему перезвонили, узнали, в какой из точек города желает работать, позвали на собеседование, одобрили желаемый график. Дали время подумать и съездить в отпуск после сессии, а потом уже приступить к работе. 

Два месяца обучения, после которого в подарок ему вручили кружку «Лучшему новичку». В итоге он договорился работать два раза в неделю. Его также отправили на медосмотр, сделали прививки, выдали форму. 

Работа выматывающая, особенно если полная смена. Домой приходит очень уставший. Коллектив хороший, так что работает пока с удовольствием. 

Иллюстрации: freepik.com

Поскольку вы здесь...
У нас есть небольшая просьба. Эту историю удалось рассказать благодаря поддержке читателей. Даже самое небольшое ежемесячное пожертвование помогает работать редакции и создавать важные материалы для людей.
Сейчас ваша помощь нужна как никогда.
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.