Аборт

Мне 27 лет. Каждый день рождения для меня - особый праздник: во-первых, потому что он совпадает с Днем Ангела, а во-вторых, просто потому, что я живу на свете. Этого могло бы не случиться "благодаря" лечащему врачу моей мамы.

Когда же мы спрашиваем женщину, как она представляет ребёнка, она должна обратиться не к обстоятельствам, которые понуждают ее к аборту (о них мы поговорим позже), а к тому, кто вообще тот, от кого она хочет избавиться.

В присяге, которую принимали врачи школы Гиппократа, сказано: «…я не вручу никакой женщине абортивного пессария». В Римской империи «женщина и лица, способствовавшие производству аборта строго наказывались» .

Абсолютно все обстоятельства говорили против ребенка; меня уговаривала сделать аборт даже моя родная бабушка. Основным мотивом для аборта было даже не плохое финансовое положение семьи, не моя бессонница и не сильно ухудшившиеся отношения с мужем, а то, что от приема таблеток ребенок может остаться уродом.

Наконец настал такой день, когда, буквально дорвавшись до аналоя, причем на исповеди совсем не у того («доброго») батюшки, к которому хотела попасть, а у «строгого», я выпалила «Не могу больше... Я в молодости из страха перед родителями сделала аборт...». Не помню, что потом говорила я, что – священник. Помню, что меня поразила его реакция – я ждала, что он будет меня обличать, отнесется сурово, а увидела сострадание и боль за меня...

Аборт — это страшный грех. Аборт — это убийство, и не просто убийство, а убийство очень тяжкое, потому что убивают некрещёных детей. Если евангельскую заповедь нарушает один человек, то ответственность падает на него одного. Однако если что-то противоречащее заповедям Евангелия становится государственным законом, то гнев Божий приходит на весь народ — для того чтобы его воспитать.