Реформа образования

Cамая лучшая система приема — брать всех желающих и отсеивать на первом курсе. Человек за первый курс должен показать, может он работать или не может, может он учиться или не может, подходит он по базовым данным или нет.

Что ждет российское образование со сменой министра? Зачем переходить на систему бакалавриата-магистратуры? От кого должен быть автономен университет? Почему студент не может выбрать свою специальность? Что делать с государственным заказом? Отменять ли ЕГЭ?

Среди вопросов, которые задаются к тексту, есть такой: «Какими словами автор называет Мишку?» И нужно выписать два слова. На этом вопросе по первости «срезались» практически все второклассники: никаких эпитетов здесь нет вовсе! Одно слово – спорное, но все-таки – некоторые нашли. А вот второе – попробуйте?

Как заметил когда-то писатель Михаил Пришвин про литературу: «…все наркомы стали заниматься литературой. Даются громадные средства на литературу. Время садического совокупления власти с литературой». Сегодня литературой, слава Богу, не занимается никто. Но случилось нечто худшее: должностные лица занялись образованием.

Объективно сегодня назрела необходимость изменения законодательства об образовании, против этого возразить сложно. Другое дело, законопроект не отвечает ожиданиям экспертного сообщества, педагогического сообщества, российского общества в целом.

Минобразования запустило «пробный шар»: чиновники хотят оставлять детей в школах и в течение июня. Это, как и в советские времена, будет называться «практикой».

В своем детстве она не выносила школу, но именно школа стала делом ее жизни. Вот уже много лет Марина Борисовна Преображенская помогает московским школьникам постичь глубины русской и мировой культуры через литературные тексты, а с некоторых пор – и сдать на отлично пресловутый ЕГЭ.

Можно много сетовать по поводу реформы образования, но лучше задуматься о той перспективе, какую сложившееся положение открывает для Церкви. Мы могли бы дать обществу альтернативу, развивая православное среднее образование.