Главная Церковь Жизнь Церкви

Товар-деньги-товар?

Толпы репортеров бросились в московские храмы с нормальным журналистским желанием устроить провокацию: пожертвовав рублей 20, унести домой иконку за 500 или сторублевую свечку приобрести за 10 рублей. Не получилось.

Вся либеральная общественность взволновалась решением Хамовнического суда Москвы, который отклонил заявление Общества защиты прав потребителей, обвинившего администрацию Храма Христа Спасителя в реализации коммерческой продукции и оказании услуг. Боже, какой кошмар!

Читайте также: Инокиня Ксения (Чернега): почему был отклонен иск Общества защиты прав потребителей

Всех озадачил и вердикт, признавший, что «посетители храма безвозмездно получают предметы религиозного назначения, а в отношении каждого предмета указывается рекомендуемая сумма пожертвований, которая ни в коем случае не является обязательной».

Конечно, звучит это непонятно и комично (соглашусь), но, как и можно было предугадать, толпы репортеров тут же бросились в московские храмы с нормальным журналистским желанием устроить провокацию: пожертвовав рублей 20, унести домой иконку за 500 или сторублевую свечку приобрести за 10 рублей. Не получилось.

Фото: Валентин Харпалев

Фото: Валентин Харпалев

Многие в своих репортажах утверждают, что даже вступили в конфликт со «сборщиками пожертвований», которые очень недружелюбно реагировали на цитирование им решения суда. Однако цель была достигнута – еще раз широкой общественности было рассказано «о лживости российского судопроизводства, о сращивании государства с церковью… об алчности православия». А «знатоки» Священного Писания без устали цитировали отрывки из Евангелия об изгнании Христом торговцев из Иерусалимского храма.

Понятно, что такое решение суда было очевидно, а все «дело» и задумывалось ради этих разоблачительных материалов. Ну, подставились, увы.

…Когда большинство из современных обличителей Православной церкви еще под стол пешком ходили, я начал писать о религиозной жизни в СССР. Было это уже на закате «коммунистического рая», когда заметку «об этом» уже пропускала цензура. Что кроме мистического и непонятного слова «духовность» могло интересовать советского журналиста? Конечно же – деньги, церковные богатства – что еще было тогда важно для бедного советского обывателя? «Вон у попов храмы (в Москве их оставалось тогда только 44) все в золоте, а еще облачения, машины…»

Ох, и облюбовал я эту темку, а за несколько лет просто вжился, было это еще до «табачного скандала» и до появления олигархов. Ах, как было забавно в начале 90-х годов описывать меню на архиерейской трапезе!

Хорошо помню, как написал для «АиФа» «исследование», вообще-то безобидное, о том, что доходы храмов в спальных районах выше, чем в центре города, за что и получил по башке от батюшки, и так расстроился, что не пошел гонорар получать.

Жаль, не написал я тогда о том, как жили простые священники, которые получали тогда свои приходы, а те существовали только на бумаге, так как это были руины или просто мастерские, склады и овощехранилища. Помню, как приехал помогать батюшке в подмосковное село копать картошку; как другому чинил старый «Москвич», на котором тот, чтобы прокормить семью, бомбил по вечерам; как собирал по друзьям детские вещи в другую семью священника, у которого родился четвертый ребенок; как загружал в машину продукты перед поездкой в монастырь. Для одного священника поставил (бесплатно) в газету объявление о сдаче его квартиры – в его далеком сельском приходе на доходы от свечек было не прожить (да и сегодня есть батюшки, которые живут при храме, а жилье сдают).

Потом я уже не удивлялся, когда женщины отдавали батюшке домашние пирожки или снимали с себя золотые украшения, оставляя их у чтимых икон. Как-то раз видел, как невзрачный прихожанин положил в ящик для пожертвования толстую пачку купюр. Ну, а собрать деньги на ремонт крыши или на детский приют всем приходом — это уж обычное дело.

Когда приводил друзей крестить или договаривался о том, чтобы освятить им машину, обязательно слышал вопрос «сколько дать?», те очень удивлялись моим словам «сколько не жалко»! Эх, привыкли мы к «Капиталу»: «товар – деньги – товар». Но забыли мы и про «десятину» – обязательный взнос в общину для первых христиан, что и сейчас практикуют протестанты. Американцы отдают церкви не менее 100 долларов в неделю, Католическая Церковь живет за счет сдачи в аренду своего имущества, в Германии и странах Скандинавии установлен специальный церковный налог на выбор.

Чтобы держать в напряжении общественное мнение, «рассерженные граждане», возбужденные своей идеей последнего времени «навести порядок» не только в Кремле, но и в Русской Православной Церкви, решили проверить, по каким правилам реализуются церковные товары.

Общество защиты прав потребителей, которое, как я понял, уже истребило во всех столичных магазинах просроченное детское питание, подало иск на храм Христа Спасителя. Странно, какое сакральное место – в Москве открыто 500 храмов, но тянет их сюда, бередит душу им Волхонка?

И вот тут парадокс и, уверен, ошибка суда. Просто не следовало принимать такой иск к рассмотрению. Какое отношения «Общество» имеет к православным верующим? Верующие, которые собственно и являются «потребителями», как-то тут и ни при чем? Вот если какой прихожанин заявил, «вот я свечку пудовую купил, а мне благодати не подвалило», или «иконка не мироточит»… Вроде как таких слов в исковом заявлении не было. Однако это не помешало представителям Общества защиты всех наших прав прийти в храм «для проверки наличия в нем уголка потребителя, кассовых аппаратов и информации о продавце».

Так в чем же проблема? Что вам, собственно, не по душе? Какого лешего вас волнует, какой в нашем монастыре устав? Вот, главный редактор «Эха Москвы» не устает говорить: «Не нравится, что вещает радиостанция – не слушайте!» Я с ним согласен. Ну, если вы считаете, что «духовный сервис» тут не на том уровне, поищите другой храм, другую конфессию, другую церковь. О чем спор-то?

Если человек нецерковный, захожанин, экскурсант (был в Москве, ХХС видел), который зашел в храм из любопытства, не понимая, зачем приобрел что-то за свечным ящиком, для него и сама вещь… просто сувенир, не имеющий никакого сакрального значения. Так же, например, туристы собирают «святые» камушки. Вот и у меня есть две памятные для меня вещи: кусочек Мамврийского дуба, который я сам отломал, и осколок снаряда — из алтаря храма Архангела Михаила в Грозном.

Приобрести свечу (неважно, за 10 рублей или за 100), крестик, иконку, книжку благочестивую в момент нахождения верующего человека в храме — дело десятое, у него другой настрой – тут главное молитва, богослужение. «Ой, свечку забыла купить. Но сейчас не пойду, Евхаристический канон начинается, в следующий раз», такие слова слышал не один раз. В храме не требуется покупать входного билета. Никто не заставляет вас приобретать свечи. Человек может, ни копейки не потратив, получить главное – исповедь и причастие. Да и свечу, маленькую, и так всегда дадут!

И еще. Устроители очередного акта антиправославной кампании обленились, они провели этот суд без огонька, без задора, без креатива… Вытащили из чулана старую виниловую пластинку, а она шипит. Шумиха о деньгах Церкви шла еще с советских времен (коммунисты лишали их пенсии и обложили 50% налогом), а потом чиновники подставили Церковь с историей по таможенным льготам… Была попытка запретить Церкви все операции с золотом и серебром.

С введением в действие второй части Налогового кодекса в начале нулевых, налоговые органы предложили рассматривать церковные таинства и требы (крещения, венчания, отпевания, молебны, панихиды) как религиозные услуги, оказываемые посетителям храмов.

«При таком подходе деньги, жертвуемые прихожанами на храм, будут считаться платой за услуги и с них должны взыскиваться налог на прибыль и ряд других налогов и сборов. Дальше – больше: если имеют место услуги, то в храмы нужно ставить кассовые аппараты, пробивать чеки, выписывать квитанции и т. д.»

Тогда же отбились, и отбились от государства! Как видите, ничего нового – общее стремление отнять у человека часть его жертвы Богу.

Это мой опыт, опыт не очень ревностного прихожанина, журналиста и грешника. Я, как любой человек, хочу больше денег. Но когда я подаю записку и покупаю свечу, меня не волнует, сколько денег я отдал, я просто благодарю Господа за то, что он сподобил меня посетить этот храм, дал возможность приложиться к его святым, помолиться в его стенах.

Читайте также:

Инокиня Ксения (Чернега): почему был отклонен иск Общества защиты прав потребителей

Плата за требы: как разорвать порочный круг

Сокровище нищеты

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.