Пасха Христова — главный праздник как для Церкви, так и для каждого христианина. Чудеса и радость этого праздника вспоминает священник Алексий Тимаков, настоятель храма святого Николая на Преображенском кладбище и настоятель храма святого Николая при Центре борьбы с туберкулезом (ЦБТ).

Священник Алексей Тимаков

Помню Пасху в мои восемь или девять лет. Наша семья — мама, брат, я, сестренка — вместе с папой, протоиереем Владимиром Тимаковым, идем на ночную пасхальную службу. Обычно это редкость, что папа идет с нами — он приходил всегда в храм раньше.

Мы живем в своем доме, пешком идем до станции Новогиреево, на электричке добираемся до Курского вокзала, спускаемся в метро и затем — от Павелецкой до храма святителя Николая в Кузнецах, где служил отец. 

На улице довольно тепло, мы с братом — в красивых красных праздничных свитерах. Эти свитера приехали из Франции. Их привезла гостившая тогда у нас француженка русского происхождения, княгиня Катрина Львова. Помню, она пришла помочь накрыть на стол и по-французски стала считать тарелки, а я — по-французски же подхватил, это получилось как-то весело, что и она, и я рассмеялись. 

И она тоже шла с нами в тот день на пасхальную службу. Были еще знакомые, которые специально приходили к нам — в доме всегда было многолюдно — и большая компания отправлялась в храм. Я очень хорошо запомнил маршрут, которым мы шли, причем он был длиннее нашего обычного из-за теплой погоды, мы шли под распускающимися тополями, помню радостное предпасхальное настроение. 

На Новокузнецкой — патруль дружинников — время самое что ни на есть атеистическое, конец шестидесятых.

Дружинники стоят, чтобы не пустить в храм молодежь, а тем более детей. Но как не пропустить поповичей?

И мы гордо проходим сквозь этот строй, торжествуя про себя: «Мы все равно пройдем, сколько бы вы тут ни стояли, все равно мы будем там, где надо быть — на службе». 

Конечно, помню радость от Крестного хода, после которого силы оставляли, и дети могли заснуть или на амвоне, или в алтаре, в закуточке, где хранились ковры: туда можно было нырнуть и поспать до причастия. 

«Пасхальные песнопения я с детства знал»

Еще одна Пасха, которая очень запомнилась — Пасха 1991 года. Еще в начале 1990 года отец получил приход преподобных Зосимы и Савватия Соловецких в Гольяново, храм был практически в разрушенном состоянии, а уже к осени при храме была организована воскресная школа для взрослых. 

«Я объясняю: у нас Пасха, а он кричит, что убьет меня». Кто встал на пути у пьяного австралийца
Подробнее

Идея воскресной школы пришла в голову моему брату, отцу Валентину, и его приятелю, Геннадию Владимировичу Звереву. Идею поддержал отец, и еще откликнулась искусствовед Алина Сергеевна Логинова. Определили семь дисциплин, и мне поручили читать Священное Писание. 

Пришлось самому все осваивать на ходу — я тогда еще не был священником и работал врачом, так что практически в богословии не разбирался. Литературы тоже особо не было, как сегодня, хотя в домашней библиотеке отца, естественно, что-то можно было найти. Так что два раза в неделю после работы в клинике приходилось готовить материал и идти рассказывать. Известно: уча, мы учимся.

А вскоре брат получил свой приход в селе Игнатьево Раменского района. И вот — первая его Пасха в качестве настоятеля, с ним поехали многие учащиеся воскресной школы — замечательные люди, но в то время мало понимающие в богослужении. И вот брат говорит мне:

«Ну-ка иди, учи их пению, чтобы они смогли пасхальное богослужение провести». В запасе — часа два-три.

Слух у меня не идеальный, но и не то чтобы его совсем нет, пасхальные песнопения я хоть как-то, но знал: отец с детства приучал нас петь. Не то чтобы помнил все слова, но напеть мотив мог.

А мои «ученики» — люди образованные, в том числе музыкально, так что они легко подхватывали. И за эти два-три часа мы успели в сторожке при храме «пройти» все песнопения пасхального богослужения, и я очень благодарен, что мои слушатели отнеслись ко мне доброжелательно, выдержали мои «напевания», более того — сразу понимали, что нужно делать. И в итоге на службе все прошло более или менее гладко.

В общем, здесь, как и с воскресной школой, бросили меня, как котенка, в воду — плыви, как знаешь. Ни талантов, ни особых знаний, но что делать — у брата забот хватало, не мог я его не поддержать. В итоге — выплыл, и в этом заслуга школы отца Владимира. Много он вложил в меня и в брата с сестрой, несмотря на все мое юношеское сопротивление из серии «ничего не хочу, ничего не надо, я самый умный, я все знаю». 

А тогда я стоял на пасхальной службе и радовался, что у нас — все получилось!

фото: belsat.eu

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.

Как сделать так, чтобы дети и подростки полюбили читать?

Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: