«В первом классе уже не тянет». Нейропсихолог Марина Захарова

▶

Почему нужно научить ребенка читать и писать до школы

— Родители недоумевают: почему нужно за год научиться писать и читать, разве в первом классе не научат? <…> Почему так важно готовить ребенка к школе?

— Сейчас образование интенсивное. Мы привели ребенка в первый класс, в сентябре он открывает букварь, а в октябре-ноябре у него праздник «Прощай, букварь». Это значит, что он должен освоить все буквы, научиться читать и начать писать. За два месяца это невозможно, если ребенок пришел без этих навыков. <…>

В современную школу ребенок должен прийти с начальными навыками в чтении, письме и счете. Даже если нам говорят, что в первом классе всему научат. Учителя хотят работать с детьми, которые готовы к школе и многое умеют. Если ребенка к школе не готовили, то он попадет в среду одноклассников с другим уровнем подготовки. Многие уже читают — по слогам или даже целыми словами. И ребенок сравнивает себя с окружающими, к сожалению, не в свою пользу.

Есть более сложные навыки — графомоторные. Если мне за три месяца до школы дадут ребенка который никогда не держал ручку в руках, я не смогу его подготовить за такой срок. Этому навыку для формирования надо сильно больше времени. 

Поэтому с пяти лет мы начинаем прицельно готовить руку к письму. Чтобы к первому классу ребенок мог попадать в строку, переключаться от буквы к букве, соблюдать их размер, понимать, где прописная буква, а где строчная. Таким образом, одна из причин, почему детей нужно готовить к школе — это интенсификация образования. И с этим ничего не поделаешь.

Вторая причина — социальное  окружение. Большинство родителей готовят детей к школе, чтобы «подложить соломку». <…> Семьи с амбициями готовят детей в гимназии, лицеи, чтобы они уже с первого класса были в благоприятной для развития социальной среде. И иногда приходится своих одноклассников догонять.

Но есть еще один фактор — наше отношение к ребенку. Вспоминаю свое детство — у меня была подруга, у которой было два младших брата четырех и двух лет. С шести лет мы гуляли вместе и следили за ними. И мама подруги не боялась нас отпускать. В прошлом ответственности у детей было сильно больше, чем сейчас. И этот фактор  в том числе влияет на возможности и успешность ребенка в освоении школьной программы.

Если уже в дошкольном детстве ребенок привык делать то, что говорят родители, сам себя контролировать, нести ответственность, то и в учебной деятельности для него выполнить задание по просьбе учителя — знакомый навык. Если меня пестуют как малыша до 9–10 лет, то ситуация будет иная.

Родители приходят на консультацию и говорят: как нам развивать самостоятельность? 10-летний ребенок приходит из школы и не может обувь поставить на место. Кидает брюки — бабушка прибежала и все красиво развесила. Развалился в кресле — ему столик на колесиках прикатили: вот тебе обед.

От детей не требуется ничего, даже в бытовой сфере. Культ ребенка, желание все сделать за него, никак его не травмировать, не позволить ему встретиться с тем, что его расстроит — это плохо. Мы развиваемся через кризисы: попав в неблагоприятную ситуацию, мы начинаем ее перерабатывать, чтобы изменить. Если ребенка все удовлетворяет, у него нет возможности захотеть каких-то изменений, ему не от чего оттолкнуться. 

Следующий фактор — изменение речевой среды. Раньше мы больше общались с детьми. Они слышали по радио и в мультфильмах грамотную речь. Что происходит сейчас? Какие мультфильмы смотрят дети и как их озвучивают? Да, есть те, где хоть как-то стараются — старый добрый «Лунтик», там разные персонажи и есть осмысление жизненных ситуаций, «Смешарики». Но есть мультики, где говорят междометиями. Как в такой ситуации у ребенка возникнет красивая развернутая речь и хорошее фонематическое восприятие?

Детям нужно общение и накопление словаря. Часто даже общая осведомленность у ребенка низкая. Он не знает, что такое почка, которая появляется весной на ветке дерева, другие более распространенные слова ему также могут быть неизвестны. 

С этим часто приходят к нам, нейропсихологам, забывая, что есть и логопеды. Их задача — не только постановка звуков, но и развитие грамотной и связной речи. Если устная речь не сформирована, то мы не сможем развивать письменную.

— Часто родители говорят: «Моему ребенку в 4, 5 или 6 лет неинтересно слушать книгу долго. Я пытаюсь читать, ему через три минуты надоедает. Умение усваивать на слух длительный отрезок текста есть не у всех. 

— Конечно. А в школе, несмотря на интерактивные доски и картинки, много информации нужно воспринимать на слух. И ребенку будет сложно в школе, если у него не сформировано слуховое восприятие, внимание, память и словарь. То есть он не понимает часть слов, которые говорит учитель, или не удерживает объем сказанного. Такому ребенку будет нелегко коммуницировать со сверстниками, объяснять что-то про себя, договариваться. В общем, развитие речи сейчас часто игнорируют, и совершенно напрасно.

Спрашиваешь: что вы уже делали с логопедом? Звуки поставили. То есть ребенок начал четко говорить, на этом работу закончили. Хотя задач логопедических много.

Игровая деятельность — ведущая в дошкольном возрасте. В ней развиваются и закрепляются нужные для школы навыки. Потому что они становятся нужными. <…> Если дети пришли на подготовку к школе, выполнили задания на бланках, то все быстро забудется. Другое дело — игра. Играем в магазин, надо запомнить список покупок, играть по ролям — я продавец, а ты покупатель, считать сдачу… Это и счетные навыки, и память, и внимание, и коммуникативные навыки, и речь. Причем в интересной ребенку деятельности! Таких игр много. Вспомним свое детство — мы играли в испорченный телефон, в слова, и нам не нужны были родители, чтобы эти игры затевать. <…> 

Добавим к этому негативное влияние гаджетов, которые дают опыт быстрого и легкого удовольствия. Для результата не нужно что-то долго, внимательно, целенаправленно делать. Вместо того, чтобы учиться читать, ребенок выбирает мультфильмы, компьютерные игры, игры на телефоне, ради успеха в которых не нужно прилагать усилия. 

Что мы получаем в итоге? Дети умные, развитые, смышленые, классные. Но действительно долго слушать чтение книги уже не могут.  При этом часто невнимательные — в одно ухо влетело, в другое вылетело, быстро устают, импульсивные, моторно неловкие, потому что спортом не занимаются. И у таких детей могут быть трудности. Сильные стороны компенсируют слабые, но не всегда. 

— Главный вывод для родителей: мы живем в новой реальности, в которой невозможно не подготовить ребенка к школе. 

— Это правда, об этом действительно надо думать довольно рано.

— С какого возраста? 

— Я бы сказала, что с 2–3 лет.  Но делать это надо разумно! Не сажая ребенка за парту и предлагая выполнять задания из пособий, а играя с ним в адекватные и важные для его возраста игры.

До школы ребенка развлекали, а на уроках ему скучно

— Иногда родители мне говорят: «Я так наслаждаюсь общением с ребенком, не пойдет он ни в какой сад. Соберу сообщество мам, и мы будем с детьми заниматься сами — по желанию, не каждый день, мотивационно…» У меня сразу возникают вопросы:

— Хорошо, в садик вы не идете, а в школу пойдете? 

— В школу пойдем, безусловно. Но они разные, мы сможем выбрать что-то для своего ребенка.

— Будет ли преемственность перехода от этой свободной, интересной жизни к организованной и структурированной, часто менее интересной жизни в школе? Педагог-аниматор будет также интересно преподавать ребенку дисциплины, или мы пойдем в общеобразовательную школу?

— Мы выбираем Вальдорф или Монтессори и так далее. Я точно знаю место, где ребенок будет в свободной среде, никто не будет на него давить и все будет замечательно.

— Хорошо, а в средней школе? 

— Можно уйти на семейное обучение, онлайн. 

— Хорошо, да. Однако важно учесть, что ребенка придется контролировать, чтобы он онлайн учился, а не играл параллельно в компьютерную игру. А в университет вы планируете поступать?

И тут мама отвечает: 

— МГУ, конечно. 

Но чтобы было МГУ, надо много трудиться. В МГУ не будет аниматора-преподавателя, который весело преподает студентам свою дисциплину. Там много самостоятельной работы. К студенчеству нужно уметь делать конспекты, работать с информацией, читать, закреплять материал. Сдавать ЕГЭ, ОГЭ, ВПР…

И не факт, что тебе достанется учитель, который будет волшебным и харизматичным. Они разные, особенно в средней школе. И вы сами знаете, что дети часто любят предмет из-за того, кто и как его ведет.

— С одной стороны, я часто слышу, что детям, которых учили через развлечение, потом труднее учиться в школе, где «сели по разнарядке, строем пошли и делаем». При этом мы же не можем маленького ребенка посадить и сказать: «Все, тебе три года — садись и пиши прописи».

— Однозначно нет. Но помогают дошкольные образовательные учреждения, в которые стоит, на мой взгляд, отдавать ребенка — хотя бы на часть дня, чтобы он немного привыкал к дисциплине, режиму и правилам, которым требуется подчиняться.

И тогда родителю будет сильно проще сбалансировать свою любовь к ребенку и его свободу в открытии интересного мира с некоторой структурированной средой, где он научится быть дисциплинированным и следовать правилам.

— Вы говорите, что ребенку нужны границы, а свободное воспитание, когда ему можно все, в целом вредит самоощущению детей. 

— Безусловно, да. И мы должны рассказывать, что нужно иногда перетерпеть скуку или дискомфорт.

Мы знакомим ребенка с миром разных людей. Когда мои дети-подростки пошли в школу и начали высказывать мнение об учителях, негативно их характеризуя, я объясняла: «Это твоя школа жизни. Люди бывают разные. Почему ты решил, что тебе на пути встретятся только самые интересные, самые справедливые, самые совершенные со всех точек зрения? Люди бывают разные. Научись коммуницировать с ними, договариваться, подстраиваться под их требования, если ситуация того требует, а у тебя нет возможности сопротивляться или проявляться. Научись быть в этой системе, заодно поймешь, что тебе интересно, что тебе подходит».

При этом детские сады учитывают возрастные особенности детей. В три года их не усаживают за стол на несколько часов. <…> Ребенок постоянно учится подчиняться требованиям образовательной системы, адаптироваться к ней и чувствовать себя комфортно. Если мы в шесть лет его внезапно ставим в эту ситуацию, то это стресс.

Когда мы планируем образовательный маршрут, надо думать про преемственность шагов, чтобы все было взаимосвязано. Сначала группа подготовки на несколько часов в день, потом — детский сад на полдня до дневного сна, потом спортивные кружки.

Если у ребенка хорошее речевое развитие, можно добавлять иностранный язык. И готовить к школе, например, в части навыка письма. Причем, для нас здесь важно не знание букв, а умение управлять рукой,  совершать точные, повторяющиеся движения. С этой целью важно много рисовать, обводить узоры, штриховать. Если с мелкой моторикой сложно, то это могут быть разные виды деятельности: лепка, аппликация, домашние дела — яйца почистить, пельмени вылепить. Мелкая моторика формируется в таких бытовых действия очень заметно. <…>

Почему важно соблюдать режим дня

— У ребенка должен быть режим и график. 

— Режим нужен не только для самоорганизации и самодисциплины. Он бережет ребенка от нагрузки, с которой тот не справляется. Детям нужен полноценный отдых, и в зависимости от возраста это будет 9, 10 и даже 12 часов сна. И дневной сон ребенку тоже требуется до школьного возраста.

Домашним детям труднее сохранять дневной сон. Родители говорят: ребенок днем спать не хочет, отказывается. Да и удобно: он в 8 часов вечера уже «отрубается» и спит всю ночь. Но это не всегда правильно, потому что нервная система перегружается. Во время дневного сна она могла бы восстановиться и снова позволить ребенку быть активным, работоспособным, справляться с эмоциональным напряжением.

— Я детям объясняю, что такое взросление. Ты становишься взрослым, когда говоришь: «Хорошо бы сейчас после обеда поспать».

— Да, это точно. Мечта каждого взрослого!

И в этом контексте важно не только укладывать ребенка спать вовремя, но и не перегружать разными активностями в течение дня — познавательными и двигательными. 

В дошкольных учреждениях занятия сбалансированы. Там есть особое время на прогулки, что также важно для развития и здоровья ребенка. Иногда мама не хочет гулять с ребенком, потому что холодно, погода неподходящая. Или ей не очень интересно с ним проводить время на площадке, так как непонятно, чем заняться, а других детей не так много. Но гулять нужно, регулярно, длительно.

Еще один важный фактор — время на свободную игру дома порой исчезает. Ребенок часто сам не умеет играть или привлекает взрослых к этой игре. Я постоянно слышу от взрослых: «Ой, я не умею играть», «Я не хочу играть», «Надоели уже куколки и машинки, лучше в шахматы». Но игра — крайне значимая деятельность, поскольку именно в ней ребенок дошкольного возраста развивается. Ему нужны сюжетно-ролевые игры: поход к доктору, парикмахерская, магазин. В игре развивается и эмпатия: куколке надо ногти подстричь и успокоить ее: «Не плачь, сейчас все закончится, это недолго».

То есть через игру возможно не только познавательное развитие, но и эмоциональное. Ребенок учится себя регулировать, успокаивать и поддерживать. И в этом процессе важна роль взрослого — научить, сопроводить, поддержать. К сожалению, редко, когда родители говорят, что им нравится играть, часто эта сторона взаимодействия дается им сложно. 

При этом в том же  детском саду для свободной игры есть пространство, игровые материалы. У ребенка появляется возможность играть и партнеры по этой игре. Я не зря так много говорю о детском садике, это учреждение, система позволяет снять нагрузку с родителя и сделать развитие ребенка по-настоящему разностороннем. 

Ребенок не наигрался до школы — что будет?

— Что происходит с детьми, которые не наигрались до школы? 

— Может быть недостаточно развита концентрация или переключение внимания, недостаточная регуляция своей деятельности, отсутствие познавательной мотивации. Такое бывает у детей, которые не наигрались, не очень любят или не умеют играть.

Например, почему это может быть важно для регуляции? В игре есть правила, нужно придерживаться роли, помнить о ней и о том, как себя в ней вести. Не только запоминать и быть внимательным, но еще и регулировать свое поведение. Это важно в социуме, где нас окружают разные люди. Не все они приятные, не все ведут себя так, что нам комфортно.

Когда первоклассники переживают учебный кризис

— От многих специалистов я слышала:октябрь и ноябрь — кризисные месяцы, в которые возникают первые конфликты со школой. Родителям говорят: «он у вас не справляется с программой», «заберите», «переведите», «рассмотрите домашнее обучение» и так далее. Это так?

— Конечно, у нас пик обращений в октябре и ноябре. И поскольку одно из направлений работы  в нашем Центре — трудности обучения, то мы это замечаем. 

Я бы сказала, что второй пик — это март, когда проходят различные контрольные и ВПР. Учитель давал ребенку время, чтобы справиться, адаптироваться. Казалось, что сейчас учеба пойдет. Но дожили до марта и все по-прежнему. Само не прошло, не рассосалось. И уже понятно, что надо что-то делать, помогать детям. 

Главные причины школьной неуспешности

— С чем связаны основные причины учебной неуспешности? В первом классе даже оценок нет.

— С одной стороны — нет, а с другой — ребенок уже может зарекомендовать себя как не справляющийся с образовательной программой.

Мы можем увидеть, что ученику тяжело высиживать урок, подчиняясь требованиям взрослого. Он не слушает инструкции, делает что-то свое, а порой вообще ничего не делает. Приходит домой, а у него пустые прописи, пустые тетради или записано только: «классная работа, номер». Или он начал обводить какую-то букву и на этом все закончилось, ничего не сделал. 

Бывает, учителя жалуются, что ребенку физиологически сложно выдержать занятия. Он уже на первом уроке лежит на парте или сползает под нее, зевает. Или педагоги замечают, что ученик не пытается понять, что от него хотят. Весь класс читает текст, доходит очередь до нашего ребенка, а он вообще не понимает, что делать.

Иногда дети испытывают стресс, боятся отвечать у доски. Поднимают ребенка, а он молчит.

Или можно увидеть проблемы в письме, с почерком: буквы не помещаются в строку, не соединяются друг с другом, лежат, а не располагаются вертикально, может быть даже треморное письмо. 

Тогда учителя зовут родителей и рассказывают, что ребенку сложно учиться, овладевать программой, это видно сразу. Прошел адаптационный сентябрь, но лучше не становится. 

Трудности в обучении могут помешать взаимоотношениям со сверстниками. Ребенок чувствует свою неуспешность или слышит смешки, когда говорит невпопад, засыпает на уроке. Сверстники начинают его принижать или даже обижать иногда. 

— Ребенку важна в первом классе история успешности — «я что-то хорошо могу», а если у него этой успешности нет, то одноклассники начинают… 

— Конечно, вся школа — про историю успеха.

Если я постоянно чувствую себя неудачником, у меня не получается, при этом вижу, что другие справляются лучше — у меня опускаются руки. Бывают дети не очень критичные к себе, но большинство все-таки замечает свои неуспехи. Они перестают испытывать удовольствие от процесса обучения, и главное, перестают стараться. Они уже старались, но лучше не стало. Зачем делать это дальше? Так, мы уже в первом классе убиваем и мотивацию к учебе, и возможность старательно, дисциплинированно что-то делать.

Но такая старательность, если она сохраняется — показатель потенциальной успешности. Я могу что-то не понять, но тему прочитать пять раз, отработать, прорешать — и разобраться. Или у меня буквы не получаются, но я сижу и скрупулезно выписываю — количество переходит в качество.

— Я старался уже, а получилось плохо. 

— Да, зачем стараться? Ну и вообще это неинтересно. Дальше начинается: Марья Ивановна нехорошая, да и ребята тоже неинтересные, в школу не хочется идти… Начинаются эмоциональные и даже возможны психосоматические проявления.

— Это не всегда значит, что в классе что-то плохое произошло. Такое состояние — зеркало его самоощущения: мне плохо, неинтересно, я не чувствую, что у меня получается, не хочу в эту школу больше, заберите меня. 

— Знаете, класс — это живой организм. И если я начну расстраиваться, фыркать и отвечать грубо кому-то, то мне будут отвечать так же. И круг замкнется.

Возможно, на первом этапе никто ничего плохого не имел в виду по отношению к ребенку. А потом может оказаться, что учитель раздражен, потому что ему грубят, а усилия по работе с учеником оказались неоправданными. Педагог помогала ребенку, с родителями пыталась разговаривать, а ее не слышали. Мы хотим, чтобы учителя были самыми лучшими, самыми добрыми, но они же тоже люди. И видят, что какие-то их усилия не ведут к результату, а другая сторона глуха к ним. И они тоже перестают стараться. И мы не можем их осуждать. <…>

Марина Захарова и Анна Данилова

— У меня сложилось впечатление, что ребенку в первом классе нужен сильный академический навык: он классно знает математику или английский, потрясающе делает презентации. И какой-то неакадемический тоже: например, быстро собирает кубик рубика…

— Сильная сторона может быть любой. Можно и петь, и танцевать, и рисовать. Да все, что угодно! Когда ребенку не дается учеба, важно найти сферу его успеха, которая будет отдушиной. У кого-то это спорт, у кого-то — театральная студия, у кого-то рисование. Необязательно проявлять навык в классе, нужно хотя бы внутреннее ощущение самоценности («А зато я это умею»), и это даст свои плоды. Такая внутренняя поддержка особенно важна. Да, пока не получается читать, но зато какие у меня рисунки! Или я на сцене звезда — вот как танцую! Это правда важно. Любое такое хобби будет давать ресурсы. И если я красиво рисую, то скорее всего буду неплохо писать. Может неграмотно, но почерк будет скорее аккуратный. Если я танцую и умею усваивать сложные программы, привыкла трудиться на тренировках,  то, возможно, смогу быть прилежной ученицей. <…>

У первоклассника проблемы с учебой. Чем помочь?

— Мы понимаем, что у первоклассника проблемы с учебой. Что делать? 

— Первое — поиск специалиста. Его выбор зависит от жалоб родителя или учителя:

1. Поведение или эмоциональная сфера (ребенок не слушается, ведет себя провокативно, бьет других, есть трудности с коммуникацией, проблемы с мотивацией) — психолог. Мы разбираемся, почему ребенок не адаптируется и так странно ведет себя. 
2. Проблемы с чтением и письмом — логопед или нейропсихолог. 

— Логопед — это не только про постановку звуков? 

— Это в целом развитие устной речи: словарь, грамматическое оформление фраз, связная речь. Это развитие письменной речи: работа с чтением и письмом у школьников. Логопеды знают как речевые особенности детей, так и школьную программу, в соответствии с которой нужно вести ребенка.

Второй вариант — обратиться к нейропсихологу. Нейропсихолог оценит мозговые механизмы процессов чтения и письма. То есть как работает мозг, какое звено в функциональной структуре выпадает, влияя вообще на весь навык.

Приведу пример. Из речи может выпасть возможность планировать свое высказывание, продумывать его. То есть я могу говорить грамотными фразами, у меня неплохой словарь, но когда нужно последовательно о чем-то рассказать, я говорю «э…», начинаю с конца, теряю середину — хаотично, фрагментарно, непоследовательно. 

Такая непоследовательность возникает из-за проблем планирования и регуляции деятельности. Мы увидим это не только в речи, но и во внимании — ребенку тяжело долго концентрироваться. Или задание будет выполнено неверно: надо прочитать текст и выписать словосочетания, а ученик спишет весь текст, а про словосочетания забудет. Какую-то часть программы постоянно теряет. Проблема с регуляцией деятельности может проявиться и в памяти. Ребенок легко запоминает то, что ему интересно — например, стихотворения. А какое-то правило запомнить не может, ему трудно поставить себе такую задачу, он ее не ставит, возможно, потому что неинтересно. 

Одно и тоже звено выпадает во всех процессах. С такими случаями лучше справляется нейропсихолог. Он определит компонент, с которым возникли трудности, осуществит коррекцию, причем во всех психических процессах. Не только в движениях, но и в мышлении, памяти, речи. 

Но бывает, что специалисты не дорабатывают — начинают работать с моторикой, а все остальные процессы остаются без внимания. Поэтому иногда лучше обратиться к логопеду. 

Второй путь — я бы прошла с ребенком ЦПМПК (Центральную психолого-медико-педагогическую комиссию), где определят, нужен ли ребенку адаптированный маршрут обучения,  бесплатно дадут специалистов для развивающих занятий, предоставят некоторые уступки  ребенку в школе. Например, больше времени на выполнение контрольных работ, на освоение материала. Возможно, какие-то ошибки считать не будут — перестанут учитывать дисграфические ошибки (пропуски и перестановки букв): если у ребенка из 10 ошибок — 8 дисграфических, то у него уже не «2», а «3» или даже «4». Это станет поддержкой. 

Не надо бояться ПМПК

— Родителям страшно пойти на ПМПК (Психолого-медико педагогическую комиссию. — Примеч. ред.). Мне кажется, что это сложный шаг для родителей — признать, что у ребенка не так. Некоторые спрашивают: «Что, теперь диагноз будет?»

— Необязательно. В целом ПМПК — это не постановка диагноза, а назначение образовательного маршрута, который больше всего подходит ребенку. Вы получите информацию о своем ребенке и документ, в котором будет указано, какие специалисты и образовательный маршрут ему положены. 

Вы сами решаете, что дальше делать с заключением ПМПК. Можно отнести документ в школу и запустить процесс по помощи ребенку. Или, например, положить его в папку и никому больше не показывать. В этом случае никто не узнает, что вы прошли комиссию и вам что-то рекомендовали. Но и бесплатной помощи вы не получите, в том числе и в дальнейшем. 

У трудностей в обучении есть масса факторов. Один из них — наследственность и раннее биологическое развитие: как прошла беременность, роды. Иногда в родах возникают повреждения мозга, которые могли пустить развитие ребенка не по нормативному сценарию. В таком случае надо что-то дорабатывать. И может оказаться так, что работа с частными специалистами идет крайне долго.

Вы думали, что получите результат за три месяца, но прошел год, два, три, а у ребенка двойки и тройки, из класса в класс его переводят с трудом. Что делать в средней школе? Если вы приносили в школу заключения от ПМПК, то у ребенка будут льготы на экзаменах — например, больше времени. Его аттестуют как ученика с трудностями в обучении. Когда заключений нет, то помощи на ОГЭ и ЕГЭ уж не будет. Школа спросит — где история ваших трудностей?

— То есть перед экзаменом может быть уже поздно? 

— Да. Уже в седьмом классе в первый раз получать такое заключение обычно уже поздно. Это надо делать в начальной школе. И если направляют на ПМПК, то стоит пойти и послушать специалистов. 

Идем в школу в 6,5 или в 7,5 лет?

— В школу идем в 6,5 или в 7,5 лет? 

— В 7,5. 

— Почему в 6,5 плохо? 

— Есть разные виды готовности к школьному обучению, их все нужно учитывать.

Прежде всего —  физиологическая готовность. Дети шести с половиной лет умные, шустрые, но они в зоне риска. Ребенок может уметь читать и писать, быть активным, но выдержит ли он статические нагрузки — сначала полчаса, а затем и сорок минут урока, которых в день может быть четыре или пять? Сможет ли первоклассник носить рюкзак со всеми учебниками и тетрадями, хватит ли ему сил? Будет ли справляться эмоционально с нагрузками в школе? Насколько готова нервная система к интенсивной программе первого класса? 

Часто дети в шесть с половиной лет еще не готовы к школе — им не хватает развития лобных долей, чтобы контролировать свою деятельность. Они не до конца созрели эмоционально. Еще не развита мотивация — ребенок про школу что-то слышал и знает, как там здорово, но реальность его может обескуражить. 

Что касается мальчиков, то я почти не видела тех из них, кто мог бы пойти в школу в 6,5 лет. 

За последние пять лет была только одна девочка шести с половиной лет, маме которой я сказала: вам пора в школу. Настолько ребенок был готов эмоционально, мотивационно, физиологически и познавательно. Но это был уникальный случай. 

Мало случаев, когда ребенок идет в школу в 6,5 лет и все хорошо. Часто родители приходят и говорят: а что теперь делать? Ребенок демотивирован, у него психосоматические проявления: он по утрам грустный, жалуется на головную боль, боль в животе,  в школу не хочет и учиться не любит, в тетрадях грязь. Оставлять ли его в первом классе на второй год? Это грустно. 

Если ситуация пограничная, то лучше сразу планировать более позднее начало обучения — ребенок пойдет в школу в семь с половиной лет готовый, наигравшийся, физиологически созревший. И будет ходить в школу с удовольствием и, возможно, это сохранится на 9-11 лет всего обучения..

— Вы ярко описали ситуацию убитой мотивации детей. Как вам кажется, что еще бьет по мотивации? Есть факторы, которые влияют на всех детей? Привели ребенка в первый класс, ему интересно учиться, а через год все — перегоревший человек, который не хочет в школу идти. 

— Во-первых, важно понять, а правда ли была эта мотивация к учебе? Бывает, в целом ребенок мотивационно не готов к школе. Он еще не наигрался, ему хочется развлекаться, стрелялки-куколки-телефон-компьютер. Сначала ходил в школу, потому что мама и папа были довольны, а потом разочаровался полностью. Когда психологи оценивают ребенка перед школой, они обращают внимание на то, сформировалась ли внутренняя мотивация, готов ли он стать школьником. Правда ли он хочет сесть за парту?

Во-вторых, родители и учителя могут быть слишком требовательны к ребенку уже в 1 классе. Ребенок все время чувствует, что «не дотягивает» до той самой идеальной картинки взрослого. Иногда родители не совсем правильно себя ведут. Пугают: «Сейчас ты в школу пойдешь и все поймешь!» Ребенок думает: «Может, и не надо туда идти…» Родители говорят в шутку, но для ребенка это серьезно. <…>

В-третьих, отсутствие поддержки со стороны родителя, интереса к учебной деятельности ребенка, слишком свободное обсуждение учителей и образовательной системы также может привести к снижению мотивации из-за недостаточной ценности учебы и ее успешности.

Ребенок все медленно делает. Надо ли торопить?

— Ребенок обстоятельный, ему на все нужно больше времени — пока тетрадь открыл, все остальные уже упражнения написали. Что делать с медленным ребенком, надо ли его ускорять? 

— Хорошо бы понять причины медленного темпа. Они могут быть разные.

Ребенок может быть энергетически ослаблен и все делать медленно. Возможно, ему сложно себя регулировать, он отвлекается, поэтому справляется с заданиями не так быстро, как другие. В некоторых случаях это темперамент — есть дети основательные, но они, несмотря на свою размеренность, все успевают, потому что не отвлекаются.

На диагностике я иногда вижу, что ребенок, который делает все с чувством, с толком, с расстановкой, справляется со всеми заданиями на 5–10 минут раньше, чем другие. Он делает их без ошибок, внимательно, сконцентрированно. Да, не очень быстро, но доходит до финиша порой даже раньше, чем другие. Надо смотреть, а правда ли медленный темп мешает? И почему он медленный? Тогда нам будет понятней, как его «разгонять». 

Допустим, если все только учат таблицу умножения, а я ее уже знаю хорошо, то буду опережать одноклассников в каких-то процессах. Все читают медленно, а я могу быстрее, поэтому время сэкономлю. Детям нужно помогать, но не давить эмоционально. Это поможет увеличивать их темп.

Если это регуляторные проблемы, мы действуем иначе. 

Стараемся удержать программу, проконтролировать — повтори, сделай, повтори еще раз, а помнишь, как мы обсуждали, что надо сделать, проверь себя и так далее. 

С каждой проблемой будет своя тактика. 

— Например, ребенок домашку делает — одну строчку надо списать, и это растягивается на час. 

— Чаще всего это при регуляторных трудностях. Тогда родителю, как бы ему не хотелось, надо в домашнюю работу включиться, сесть рядом, поставить таймер и сказать: «Давай, дорогой, начинаем!»

И пообещать какую-то морковку, когда ребенок добежит до финиша и через три минуты эту строчку напишет. 

— А морковки не вредят мотивации? Наклейки, плюсики… 

— Нет, они поддерживают ребенка. Но от них тоже надо постепенно уходить в какие-то более совершенные формы, зрелые. Познавательная мотивация должна вырабатываться: ты не наклейку получил, а мы в интересную игру сыграли познавательного плана.

Дети тоже это любят. В целом, если у нас не работает история с ответственностью и учебной мотивацией, мы должны все что угодно находить, чтобы ребенка мотивировать выполнить задачу быстро. И показать ему: «Смотри, ты можешь справиться за пять минут, зачем тратить час? Все сделано, ты свободен, играй, делай что хочешь». Показать эту легкость — можно быстро и хорошо сделать. 

Если ребенок делает все сам и сидит так часами, у него закрепляется: уроки — это долго, нудно, я хочу играть, а вынужден тут сидеть, скукота. Этого допускать не стоит.

Ребенок должен учиться сам?

— Часто слышу от психологов, которые работают со взрослыми: «Выключитесь из процесса. Вы школу уже окончили. Ребенок должен учиться сам». Насколько это хороший совет?

 — Так хочется в это верить. Но, к сожалению, это не так. Чтобы с ребенка что-то спрашивать, мы должны этому научить.

Если мы никогда не учили его выполнять домашние задания, то сам он этого не сделает. Наша задача — в первом классе показать, как делать домашние задания, какие операции осуществить, чтобы все получилось, в том числе быстро. Возможно, посидеть рядом с ребенком на этом этапе. 

Мы все равно должны научить ребенка, но постепенно давать ему возможность что-то сделать самому. Достаточно просто выходить из комнаты на две минуты. Со временем он сможет выполнять сам домашнее задание по отдельным урокам.

Нужно ли обращать внимание на скорость чтения?

— Часто в школах замеряют скорость чтения. Важный ли это фактор? 

— Это делают все реже, уже чуть ли не запрещают проводить такую диагностику. Но в целом, скорость чтения замерять важно, чтобы понимать, насколько у ребенка автоматизируется навык. Но многих расстраивает и демотивирует, если надо читать на скорость, быстро, а то чего-то не достигнешь и куда-то не успеешь. 

Со своим ребенком замерять скорость чтения стоит исподволь. Можете секундомер включить так, чтобы он не видел. Или диктофон положить рядом, вместе с ним почитать, а потом послушать запись и замерить время, чтобы не было повышенного напряжения.

Мы должны понимать, как меняется скорость чтения ребенка. Читал по буквам, потом по слогам, теперь читает короткие слова. Но при этом какая  у него скорость? Она на протяжении полугода, остается той же или увеличивается, автоматизирует ли ребенок навык? Это важно.

«После гаджета или мультиков ребенок не хочет делать уроки»

— Почему у ребенка падает интерес к учебе сразу после компьютерной игры, мультиков или гаджета? Что происходит с мозговой деятельностью и восприятием в этот момент? 

— Возможно, он переутомляется от такого контента. Но главное, это простая активность, которая доставляет удовольствие и не требует усилий. Прошел уровень — у меня получилось, я хороший. Получается, ребенку с гаджетом хорошо, а с чтением не очень: он до сих пор по слогам читает, быстрее пока не выходит, надо еще и понять, о чем прочитал. Результата быстрого нет, награды не будет — на другой уровень меня не переведут, конфетку не дадут.

Поэтому гаджеты и телевизор — это соперники, с которыми сложно состязаться.

— Видно ли на диагностике, когда у ребенка много экранного времени?

— Да, безусловно. Ребенок не может долго концентрироваться на задачах. В коротких промежутках он будет молодцом, а более длинная, монотонная работа его сразу же истощает. Он делает ошибки, эмоционально реагирует на неудачи и теряет интерес. «Сколько еще? Давайте скорее закончим». 

Избыток экранного времени отражается на эмоциональной сфере. Дети выглядят младше по возрасту или ведут себя слишком непосредственно, импульсивно или наоборот, недостаточно эмоционально.

Какие качества помогают учиться в школе

— Какие качества и навыки помогают ребенку учиться и комфортно чувствовать себя в школе? Что бы вы посоветовали родителям делать перед первым классом?

— Если говорить про познавательное развитие, то, во-первых, важны дисциплина и саморегуляция. Ребенок слышит все инструкции, точно выполняет задания, пытается контролировать свою деятельность. У него формируется ответственность. В этом помогут различные домашние обязанности, которые мы можем постепенно вводить дошкольнику. 

Во-вторых, важно речевое развитие — и звукопроизношение, и восприятие на слух, и словарь, и слухоречевая память, и связная речь, возможность последовательно рассказывать о разных событиях своей жизни или пересказывать. 

В-третьих, важно не истощаться и не выключаться быстро. Для этого надо давать ребенку время отдохнуть, восполнить ресурсы, поспать, поесть. 

В-четвертых, обращаем внимание на моторное развитие.

Во время учебы у детей много статической нагрузки, им нужна разгрузка. Спорт будет восполнять энергию, а не истощать. Ребенок станет выносливее в будущем. 

Я бы обратила внимание здесь и на мелкую моторику, на графомоторную деятельность. Умеет ли держать ручку и карандаш, умеет ли рисовать, раскрашивать? Если ребенку это не нравится, надо придумать что-то интересное, увлечь. «Бабушка любит, когда ты раскрашиваешь для нее картинки. Давай раскрасим перед тем, как пойти к ней в гости?» «Папа придет с работы и обрадуется твоему рисунку!» Можно вручать маленькие призы за такие работы. Рисование и раскрашивание могут повлиять на будущий почерк. Важно, чтобы рука была готова к письму. 

И, наконец, следим за мотивационной, эмоциональной готовностью и формируем ее. Ребенок должен хотеть в школу, хорошо отзываться о ней, мыслить в позитивном ключе.

— А если он говорит: «Не хочу в школу»?

— Мы отвечаем, что там интересно. Ты узнаешь столько нового! 

В разговорах с ребенком вы подчеркиваете значимость знаний. Приходите с работы: «Слушай, я сегодня такое узнала! Вообще так здорово узнавать новое, я тебя так завидую, ты сейчас в школу пойдешь, тебе другой мир откроется». Мы рассказываем, как вообще здорово быть первоклассником. Делимся своим позитивным опытом обучения в разных возрастах.

— А не будет ли разочарования: мама сказала, что там будет так прекрасно, а на деле… 

— Мы должны помочь ребенку осмыслить все, что происходит в школе. Какие у тебя сегодня были события, что было интересного? Пытаемся даже крупицы вычленить и объяснить так, чтобы для ребенка это тоже выглядело интересным. Что ты сегодня узнал? Особенно важно спрашивать об этом детей, которым сложно.

Еще мы делаем упор на школьные  атрибуты. «Давай купим красивый ранец, какой ты хочешь — красный или синий? Выберем ручки, пенал, тетради». Это может быть что угодно. Вещи, которые будут ребенка радовать, когда он станет школьником. Мы делаем акцент на том, что первоклассник — новый статус. Подчеркиваем важность и значимость школы, его новую, интересную жизнь. 

Как говорить с ребенком о школе

— Как понять, что у ребенка в школе все нормально или наоборот, ему плохо. Как говорить о школе? 

— Мы можем задавать общие вопросы: «как прошел твой день», «что делали с ребятами», «что интересного рассказала учительница». Бывают дети, из которых приходится вытягивать каждое слово. И здесь важно показать пример: рассказывать, что интересного вы узнали на работе, что вас порадовало или расстроило. Возможно, что и ребенок с вами поделится. 

В таком живом взаимодействии мы можем  услышать от ребенка больше, нежели пытаясь его разговорить. На последнем месте — оценки. Если начинать разговор с них, то у ребенка формируется впечатление, что его жизнь нас не интересует. 

Иногда нам помогает вымышленный герой — такой же первоклассник. Можете сказать, что это ребенок вашей коллеги. В его жизни могут происходить события, о которых вы расскажете и уточните: а бывает ли такое в вашем классе? Как бы ты себя повел в такой ситуации?

Так мы можем проигрывать социальные ситуации, готовить к ним ребенка. И, как правило, когда мы говорим про каких-то Машу, Петю или Васю, дети с большим удовольствием включаются в диалог, начинают что-то советовать или как-то комментировать. <…>

«Мам, я в классе хуже всех…»

— Если ребенок сам понимает, что у него получается хуже, чем у других, и приходит к нам с этим. «Мам, а я хуже всех в классе читаю». «Мам, а я плохо решаю задачи». Что мы делаем дальше, как с ним говорим?

— Если у нас такой критичный ребенок, то, конечно, я бы с ним по-взрослому говорила. Давай подумаем, как мы можем это изменить. Как мы можем улучшить чтение, отработать решение задач, изменить почерк.

Это может стать хорошим стартом в работе со специалистом. Ребенок приходит к нему с внутренней мотивацией — он хочет преодолеть сложность, он готов работать. Возможно, он пока не понимает, как много надо делать. Но первичная готовность у него есть.

Не хочу работать над почерком, не хочу читать, мне вообще неинтересно решать эту задачу, мне ничего не надо, это хочет мама». С этими детьми гораздо сложнее найти мотивацию, чтобы они приходили на занятия, чтобы они работали вдумчиво и старательно, чтобы осознавали, зачем им все это надо.

Поэтому, когда ребенок приходит за помощью сам — половина дела сделана. Надо его поддержать: «Давай подумаем, как это можно решить. Смотри, я прочитала, что есть такие специалисты. Сначала попробуем сами, а потом обратимся к специалисту».

— Вы правильно сказали про ситуацию «ничего не надо». Бывает, что пока «два» не поставили, то все устраивает. «Мам, что ты пристала? Написал, как написал». Отчего так происходит? 

— По-разному. Есть масса причин и факторов. Но в целом это может быть как несформированная мотивация и нежелание хорошо справляться  с той деятельностью, которая стала основной — учебой. Это может быть и привычная неуспешность. «Это уже десятая двойка, мама, не переживай». 

— То есть ребенок сам принял свою неуспешность и понял — «это мой потолок». 

— Но бывают дети, которые чувствуют себя успешным в другом. И еще утешают маму: «Смотри, зато у меня здорово получается клеить модельки, да и читать я умею хорошо. Ну и пусть за диктант “два”, ничего страшного. А по математике я задачки решаю на “четверки” и “пятерки”, ты не расстраивайся». У него есть самоценность, которая его укрепляет. Это важно поддержать. Но и аргументированно доказать, что письмом тоже позаниматься стоит, потому что оно может повлиять в будущем на то, что будет ребенку важно.

— Никому наш ребенок не нужен так сильно, как нам. Никто им не будет заниматься так, как мы. 

— Вы знаете, важно это понимать. Иногда родители приходят с желанием переложить ответственность на учителя. И говорят: «Вот она его спрашивает, а я ее просила не спрашивать. Двойки ставит, а можно же не ставить». И я осторожно отвечаю: почему именно к вашему ребенку должно быть какое-то особое отношение учителя, почему она должна идти навстречу? Представьте, у вас 30 учеников и всех нужно научить, проверить тетради, проследить, чтобы дети были накормлены, выглядели опрятно, окончили учебный день без травм и желательно в хорошем настроении. По какой причине именно ваш ребенок должен вызвать такой живой интерес и внимание учителя? 

Мы можем говорить, что учителями должны становится люди, которые любят детей. Но все педагоги разные. Я за то, чтобы самим установить с учителем такой контакт, чтобы он захотел помогать вашему ребенку. Это отношения не требований, а взаимодействия и командной работы. Часто стоит просто прийти к учителю и сказать: помогите. 

«Я стараюсь, вижу, как ребенок переживает. Помогите, пожалуйста, что вы можете сделать, что в рамках вашей работы посильно? Можете, если у него будет не 20 ошибок, а 15, написать ему, что он молодец, даже если поставите “два”?» Учитель говорит: «Могу». Это тоже поддержит ребенка, правда? 

Когда мы по-человечески общаемся с учителями, они гораздо сильнее откликаются. Когда мы идем к директору и бьем кулаком по столу, то это часто вызывает сопротивление, даже если учителю ребенок нравится. 

Поэтому именно мы, родители, должны помогать детям: мотивировать, обучать, заботиться об их эмоциональном комфорте, иногда ставить их в какие-то кризисные ситуации, чтобы они в них вырастали. <…>

Фото: freepik.com