Владыка Каллист (Уэр): Жить во Христе

|

Митрополит Диоклийский Каллист (в миру Тимоти Уэр) родился в 1934 году. Англиканин с рождения, Уэр в 1958 году принял Православие. Продолжительное время провел в монастыре святого Иоанна Богослова на острове Патмос (Греция); нередко бывал также в Иерусалиме и на Святой Горе Афон. В 1966 году принял монашество и был рукоположен во иеромонаха. С этого же года и вплоть до ухода на пенсию в 2001 году преподавал Православие в Оксфордском университете. В 1982 году рукоположен во епископа Диоклийского, викария архиепископа Фиатирского и Великобританского. После епископской хиротонии остался в Оксфорде, где продолжал возглавлять греческий православный приход и читать лекции в университете.

После ухода на пенсию в 2001 году владыка Каллист продолжает активно публиковать свои работы и читать лекции о Православии. До недавнего времени возглавлял совет директоров Института православных христианских исследований в Кембридже. Председатель группы Friends of Orthodoxy on Iona («Друзья Православия на острове Айона»). Самая известная книга владыки Каллиста — The Orthodox Church («Православная Церковь») вышла в свет в 1963 году, еще до принятия им священного сана и монашества. Впоследствии неоднократно переиздавалась, в том числе и на русском языке. Также владыка Каллист осуществил перевод на английский язык значительного корпуса текстов. Вместе с G . E . Palmer and Philip Sherrard им были переведены четыре из пяти томов «Добротолюбия»; в сотрудничестве с монахиней Марией он подготовил английскую версию Постной Триоди и Праздничной Минеи.

В марте месяце прошлого года в последний день заседания Священного Синода Константинопольского Патриархата епископ Диоклийский Каллист, профессор Оксфордского университета и новый председатель смешанной комиссии по православно-англиканскому диалогу, был возведен в сан митрополита единодушным решением членов Священного Синода.

Владыко, какой Вам видится современная духовная Россия? Какие положительные моменты и проблемы существуют, на Ваш взгляд, сегодня в России?

– Я посещаю Россию с 1976 г , но нерегулярно. Думаю, это моя восьмая или девятая поездка. Поэтому я не могу говорить о том, что я очень хорошо знаю Россию и могу судить о жизни людей здесь. Но все-таки позволю себе сказать несколько слов.

   В первый раз я посетил Россию во времена Брежнева. И если сравнить ситуацию, которая существовала на тот день с сегодняшним положением, то, конечно, в первую очередь, следует назвать значительное возрождение церковной жизни: огромное количество новых храмов, монастырей, восстановление паломнических мест. Так же восстанавливается институт теологии, и возобновляются публикации материалов Церкви. После падения коммунизма жизнь Русской Церкви очень преобразилась. Для меня очень важным является тот факт, что в России возродилось монашество. Во время коммунистического режима существовало очень небольшое количество монастырей. В 1987 г . во всем Советском Союзе было, по-моему, всего 18 обителей. Сегодня – больше 700! Конечно, Церковь это не только монастырская жизнь. Но такое возрождение монастырей говорит о сильной позиции Церкви. И когда я посещаю различные монастыри и вижу восстановление монастырской жизни, например, недавно я был на Валааме, в Оптиной пустыни, в Дивеево, меня это очень вдохновляет и вселяет оптимизм.

   Сегодня также очень важна приходская жизнь Церкви. Раньше Церковь и государство были неотделимы, и Церковь всегда находила поддержку у правительства и образовательных структур. Сегодня этого нет не только на Западе, но даже и в традиционно православных странах. Сейчас Церковь существует отдельно, и священник не может рассчитывать на помощь милиционера или директора школы. Священник, как и Церковь, должен быть духовным руководителем. На мой взгляд, очень важным является то, чтобы Церковь брала на себя ответственность духовного образования своих чад.

Я очень надеюсь, что в российских школах начнут преподавать Закон Божий, как это сейчас происходит в Греции. Но мы все-таки не должны возлагать эту задачу только на школы. Семья также должна участвовать в воспитании и выполнять ту роль, которая ей предназначена. И приход также должен активно участвовать, а не надеяться, что его работу выполнит государство. Церковь должна находить свои пути в воспитании общества, и это касается всех христианских стран, как западных, так и православных, в том числе стран посткоммунистического режима.

   Какая опасность существует сейчас в современном мире? На мой взгляд, это без сомнения секуляризм. Секуляризм вместе с материализмом предоставляют большую опасность, чем прямые гонения на христиан. Не важно, какая это страна – Россия или Греция, Великобритания или США – телевидение везде одинаковое, совершенно далекое от христианского мировоззрения. Раньше Церковь охватывала все стороны жизни человека. Сейчас, конечно, это не так. Но мы должны   стараться сохранить христианское мировоззрение неизменным!

Вы совершенные правы, наш   Интернет журнал «Православие и мир» – один из самых больших православных Интернет-журналов, однако, пожалуй, все православные издания вместе взятые с трудом могут хотя бы минимально противостоять лавине деструкции многих светских   СМИ.. .

– Не теряйте уверенности в себе. Я вижу, что православные издания в России очень стараются, но, конечно, для усилий нет предела. Надо стараться делать больше. Но я прекрасно вижу, насколько улучшился уровень издания христианской литературы в России по сравнению с положением во времена коммунистического режима, когда существовало огромное количество запретов. Сейчас остальной христианский мир может читать прекрасные и очень ценные вещи, изданные в России. Это, прежде всего, публикации по богословию, но также и жития святых, описания паломнических мест в России.  Также было написано много о свидетельстве о Христе.

Секуляризм представляет для детей, возможно, большую опасность, чем для взрослых. Как Вы думаете, что нужно сделать для того, чтобы для ребенка воскресный поход в Церковь не превратился в наказание, чтобы церковная жизнь была в радость?

– К сожалению, у меня нет большого опыта общения с детьми, потому что вот уже 35 лет я преподаю в университете. Поэтому, думаю, у меня есть, скорее, опыт общения с большими детьми, а не с маленькими. Но должен сказать, что в нашем приходе в Оксфорде очень много маленьких прихожан, и я, конечно, общаюсь и с ними. Вы абсолютно правы, затрагивая эту проблему. Ведь для детей церковная жизнь, действительно, может в какой-то момент стать скучной или превратиться в тяжкую, кем-то навязанную обязанность, которая не приносит никакой радости.

Что мы можем сделать для того, чтобы Церковь стала притягательной для детей? Сейчас на Западе, например, в Англии, как правило, приходы очень малочисленные , так как люди живут далеко друг от друга. И мы, наверное, должны предоставлять людям возможность для общения, ведь люди приезжают в храмы один раз в неделю, часто из удаленных мест, за 30 км от прихода. И для многих из них воскресенье – это единственный день в неделе, когда они могут пообщаться друг с другом. После Литургии мы, как правило, организуем небольшую трапезу, где люди могут пообщаться друг с другом. Сейчас в России вы тоже постепенно к этому приходите. В прошлом в православных странах, например, в Греции, когда люди жили в небольших селениях,   после Литургии они сразу же расходились по домам, потому что в течение недели часто виделись друг с другом.

Сейчас ситуация совершенно другая, и приходской храм должен предоставлять своим прихожанам возможность общаться между собой после службы, и в т.ч. организовывать какие-то мероприятия для детей. Дети обязательно захотят прийти в храм, если будут знать, что после Литургии они смогут пообщаться со своими друзьями. Тогда храм для них станет привлекательным.

Я думаю, что храм должен открывать дорогу к дружбе между людьми, и это касается не только детей, но и взрослых. Человек идет в храм не только для того, чтобы помолиться и тут же покинуть храм после службы, при этом, не имея никакого представления о тех людях, которые находятся вокруг него и молятся вместе с ним во время Литургии.   Мы должны знать друг друга и общаться друг с другом. А еще ребенок обязательно захочет прийти в следующее воскресенье на Литургию, если после службы у него будет возможность не просто пообщаться со своими друзьями, но и интересно провести время: какие-то мероприятия, игры. Кстати, летом мы обычно организуем православные лагеря для детей в Англии.

Для многих наших детей, проведших неделю или две в таком лагере, открылось понимание того, что быть христианином включает личную ответственность, личное участие. Лагеря обязательно навещают священники, и именно здесь у них есть возможность уделить каждому ребенку больше внимания – не 2-3 минуты во время исповеди, а 15-20 минут в беседе. И я знаю, что для многих молодых людей на западе, например в Англии или Франции, православные лагеря стали дорогой к христианству.

Не возникнет ли здесь другой проблемы? Что если взрослые и дети начнут воспринимать храм как клуб общения, где они могут встретиться, пообщаться за чаем, организовать какие-то интересные мероприятия, а сам храм и Христос начнут отходить на второй план?

– Мы можем начать с того, чтобы привлечь детей в храм, а потом перейдем к тому, чтобы донести до них основы Православия. Я согласен с Вами, что, если храм превратится в клуб для общения, может возникнуть опасность возникновения социального христианства . Мы должны постараться дать понять детям: самое важное, что происходит в храме – это Таинство Причащения. Но в то же самое время христианство не должно представлять собой только сплошную духовность или сплошные правила. Важно создать ребенку такую атмосферу, чтобы он хотел прийти в храм, и его дружба с другими маленькими прихожанами могла бы помочь в этом.

Со временем для многих взрослых церковная жизнь и участие в Таинствах становится привычкой

– Я уже упомянул свою позицию о частом причащении, и настаиваю на том, что оно должно быть частым. Но это не значит, что к Таинству Евхаристии можно подходить легкомысленно или без должной подготовки. В Греческой Церкви мы не требуем, чтобы перед каждым причащением человек исповедовался. Но в то же самое время я постоянно говорю свой пастве, что они должны приходить на Таинство исповеди регулярно, а не только в периоды каких-то кризисов или проблем. Таинство исповеди должно быть очень важной частью нашей жизни.

Я не считаю, что человек должен исповедоваться перед каждым Причащением, хотя, я знаю, что в русской Церкви существует другая традиция. Но, несмотря на то, что мы причащаем без исповеди, я все время напоминаю своей пастве, что к причащению, тем не менее, необходимо готовиться. Приступать к Таинству Евхаристии механически ни в коем случае нельзя. Причащение всегда должно быть событием. Превращение хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы – непрекращающееся чудо! И когда мы идем в храм, мы каждый раз должны быть в ожидании чуда.

Как же этого достичь? Когда человек начинает воцерковляться, для него все в Церкви является новым и у него огромное желание жить полной церковной жизнью. Но со временем чувство новизны исчезает: человек дважды в день молится, два раза в неделю ходит на богослужения, каждые две недели приступает к Таинству Причащения. После 5 или 20 лет это может превратиться в привычку. Что нужно делать для того, чтобы этого избежать?

– Давайте вспомним, что сказал Христос своим первым ученикам. Когда Он спросил, сколько рыбы они поймали, они ответили: «Мы трудились всю ночь и ничего не поймали». Тогда Христос сказал: «Отплывите на глубину и закиньте сети свои для лова». Чтобы избежать привыкания к церковной жизни и ее Таинствам, следует все время идти дальше и заходить в более глубокие места, христианство – не мелководье. Быть христианином означает быть странником и открывателем. Важно все время помнить, что мы находимся только в начале пути, и нам предстоит узнать и изучить еще многое!

Владыко,   Вы были крещены в англиканской Церкви, как Вы пришли в православие?

– Я, действительно, вырос в англиканской Церкви, от которой у меня остались очень теплые воспоминания, и я бы никогда не стал критиковать людей, исповедующих англиканскую веру. Конечно, англиканская Церковь не имеет той полноты вероисповедания, которой обладает православная Церковь, но и в ней можно найти искренне верующих людей, несмотря на те проблемы, с которыми она сегодня сталкивается.

К православной вере я пришел в 16 лет, в 23 года я принял Православие и нахожусь в православной Церкви уже 2/3 моей жизни. Я неустанно благодарю Господа за то, что Он привел меня к Православию. Не книги и не встречи с людьми помогли мне встать на этот путь. Однажды субботним вечером я попал на Богослужение в православный русский храм. И был поражен величием богослужения, красотой Литургии – в ней присутствовала тайна! Мой опыт прихода к Православию похож на историю князя Владимира, посланники которого также были восхищены торжественностью службы до глубины души. Хотя служба, на которой я оказался, была очень скромной и на ней присутствовало всего несколько человек.

   Я почувствовал присутствие Бога. Очень сложно передать это чувство Таинства, ощущение близости Бога людям, выросшим в окружении, далеком от Бога и религии.

Не существует какой-то миссионерской формулы, которая бы в единый миг привела всех людей к Богу. Мы можем привести людей ко Христу только тогда, когда сами являемся истинными христианами. Так было в первые века христианства, когда не существовало никакой специальной техники миссионерства. Римское общество увидело что-то в христианстве, что заставило их самих стать христианами. Таким образом, остается один возможный ответ – надо жить во Христе, с бережностью приступать ко Святой Чаше, подходить к каждому с любовью и терпением, и только тогда мы сможем поделиться радостью жизни во Христе с другими.  

Перевод с английского Натальи Михайловой

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Власти приступили к болезненной реформе в темпе блицкрига и без обсуждения
Педиатр Сергей Бутрий о том, чем опасен синдром встряхнутого младенца
И недоумевают, если мужчину с ребенком называют звездой

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: