Возвращение сказки

Источник: Журнал "Отрок"
|

Журнал “Отрок”

Зимой праздники нужны, и чем больше, тем лучше. В декабре можно думать не о том, что впереди ещё сто двадцать холодных дней с осадками и без, а мечтать о подарках, повсюду встречать дед-морозов и снеговиков из ваты, дерева и гипса. Уже в ноябре тут и там после пяти часов вечера загораются огоньки, гирлянды у кафе — темнеет рано, а вроде не так обидно. Впереди Новый год, Рождество, Старый Новый год! Ах да, ещё 25-го декабря в «Новостях» покажут фантастическую ёлку в Нью-Йорке, народные гуляния в Лондоне, салюты в Рио.

Новогодние торжества приближались, но это вовсе не радовало Иру, которая в ЖЖ писала о себе: жительница Симферополя, 26 лет, образование высшее, хобби — йоркширский терьер Пуля, путешествия. О путешествиях было сказано недаром: Ира уже два года работала в турагентстве, хорошо разбиралась в путешествиях, предлагала туры клиентам и, что приятно, любила свою новую и интересную работу.

Утро, офисный календарь-домик. На шоколадном фоне золотым курсивом из Пушкина: «Гусей крикливых караван тянулся к югу: приближалась довольно скучная пора; стоял ноябрь уж у двора». Ну, во-первых, не ноябрь, а декабрь (перевернуть страничку!), а во-вторых, пора у нас совсем не скучная, а как раз самая горячая. Вот-вот потянутся к югу менеджеры среднего звена, семьи, которые не успели летом или собираются в Египет ещё раз, утончённые любители европейского Рождества или поклонники лыжного спорта в Карпатах. Сколько людей именно в это время едут, летят в неведомые края за сказкой!

Профессионально пожелав приятного отдыха симпатичной немолодой паре, Ира решила проверить почту и на минутку заглянула туда, где как под линеечку было синими интернетовскими чернилами подчёркнуто маленькое слово «блоги». Вскоре она погрузилась в разговор невидимых, незнакомых людей, которые обсуждали одну тему: Новый год и Рождество. Как вызвать праздничное настроение в положенное время, что делать, если не хочется ни оливье, ни «Иронии судьбы», ни перебегания в ночи из одних гостей в другие с радостными криками, под озорную пальбу мальчишек?

И она написала: «Я очень, очень люблю Новый год! Рождества у меня не было, наша семья его раньше не праздновала. Но я согласна, что оно важнее, так что буду терпеть и ждать 7 января, а Новый год отмечать не буду, чтобы не нарушать Рождественский пост».

Ире стало грустно. Каждый год задолго до 31 декабря ей становилось грустно. Новый год шагает по планете, радуются взрослые и дети. Отчего, скажите, отчего он опережает Рождество?! Она горевала по тому чудесному ощущению сказки, что было в детстве и что уже не вернуть. Уже в ноябре она дала себе установку: все готовятся к Новому году, но она будет бороться и победит мишурные искушения!

— Иринушка, ты снова с нами не будешь? — осторожно спросила мама за завтраком. — Давай испечём постную коврижку с изюмом или блинчики, ведь можно с шоколадом сделать? А на Рождество само собой, мы с папой тоже на службу собираемся…

— Мам, да нет, наверное. — Ира посмотрела на маму, на секунду ей стало стыдно, и тут же она поняла, что надо что-то сказать, чтобы не обидеть. — Дело в том, что мы уезжаем.

— Решились?! И правильно, молодцы! — Мама тут же просияла. Ира объяснила ей, что они с Вовой, верным другом и, чего уж там, негласным Ириным женихом, решили встретить Новый год в Москве.

В этот день Вова в своей лаборатории проводил эксперимент с магнитным полем, а как только провёл, набрал номер и сказал:

— Ира, привет! Как дела?

— Ой, привет! Хорошо, отправляем народ по миру. А ты как?

— Ира, — сказал Вова и заволновался. — А что ты скажешь, если мы тоже куда-нибудь поедем на Новый год? Я подумал, надо решаться, пока есть билеты. Кстати, у вас есть билеты в какое-нибудь праздничное место?

— На Новый год? — переспросил телефон. — Я даже не знаю… А куда ты хочешь?

Но вечером они ходили в кино, и выяснилось, что ничего не получится: 31 декабря Ире выпало работать. По правде говоря, Ире пришлось выдумать историю про дежурство в последний день года — просто она твёрдо решила, что не позволит новогоднему фейерверку овладеть её сердцем, пусть лучше этот праздник пройдёт как-то незаметно, пост всё-таки.

Вы знаете, как пролетает последний день года и на всех парах приближается тот самый вечер. Сотрудники разлетались по домам, красивые и счастливые. Ире желали любви, счастья и обещали встретиться уже в новом году. Наконец она осталась одна, подошла к высокому окну и вздохнула свободно. У неё оставалось всего одно дело, которое было задумано уже давно, откладывалось и ныло, как больной зуб, но сегодня его пора сделать.

Дело было самое что ни на есть «постное» — зайти к давней бабушкиной подруге. Старинная, даже древняя баба Яна пережила бабушку и как-то перешла к Ире, словно бабушкино наследство. Ира бывала у неё пару раз в год, выслушивала последние новости со двора, кое-что о лекарствах, о кошках, которые дружили с пенсионеркой и столовались у неё, после чего Ира уходила в свою жизнь до следующего визита. Баба Яна ни в коем случае не была сварливой или злой, наоборот, всегда радовалась Ире, солнышку, своим зверям, умела жить очень скромно, но уютно и чистенько. Просто Ире было скучно у бабы Яны, и каждый раз она думала не о том. Лезли в голову мысли, как она сама в старости будет доживать одна среди кошек и ждать кого-нибудь в гости (только не это!), или о том, что пожилые — это люди, у которых ничего нет: ни здоровья, ни денег, ни интересных занятий, — а у молодых всё есть, но так не хочется делиться.

— Ко мне из Бахчисарая сестра приезжала, — рассказывала баба Яна в прошлый раз. — Увидела мою ёлочку и говорит — сто лет, ума нет. А ну, ты посмотри!

Очень довольная собой, баба Яна повела Иру в красный угол, пёстрый от иконочек и сухих цветов. На полу, воткнутая в мощную кастрюлю с песком, стояла пушистая сосёнка, только ствол у неё был слишком толстый и прямой. Ира пригляделась и наконец поняла: в роли ствола выступала самая настоящая огородная лопата. Сосновые ветки были привязаны к ней лохматыми верёвочками, на ветвях виднелись потёртые зайцы, запросто свешивался маленький кабачок. Ира улыбнулась. «Эту ёлку хоть на выставку современного искусства», — подумала она. Баба Яна ликовала. Скоро приедут внуки, вот и будет им сюрприз. Она рассказывала Ире о своих дальних и близких родственниках, но Ира никогда никого у неё не видела, как будто родственники жили где-то в стране фантазий и грёз.

И вот она шла к бабе Яне. В конце тёмного переулка тёплым оранжевым огнём светилось единственное окно. В тёмном стареньком подъезде поднялась на второй этаж и нажала на липкую кнопку звонка. Дверь открылась настежь, и баба Яна с порога обняла её.

— Здравствуйте, баб Яна, как поживаете? Как здоровье? С наступающим Новым годом! — бодро затараторила Ира, вручив заранее заготовленный пакет ирисок и «коровок» (самые пенсионерские, мягкие конфеты). Баба Яна восхитилась, как будто ей подарили пакет бриллиантов:

— Вот спасибо, доча! По такому темну прибежала! Ты зайди, ёлочка тебя ждёт. Зайди, не бойся, попьёшь чай и домой!

— Я в этом году на работе праздную, — поспешно ответила Ира. — Мне сейчас уже назад, в офис пора. Я к вам на минутку… И тут произошло неожиданное: в прихожую вышла девочка лет четырёх, в нарядном клетчатом платье. В обеих руках она держала по леденцу на палочке, один в виде звезды, другой — классический петушок.

— Тётя, проходите за стол! — чинно предложил ребёнок и пошёл впереди. Ира так удивилась и растерялась при виде одного из мифических родственников, что баба Яна ловко увлекла её в свою единственную комнату. Ёлка-лопата была на своём почётном месте, но кроме ёлки в комнате было ещё столько всего, что глаза разбегались. Поверх ковра висели огромные гирлянды из еловых веток, а с них спускались и переливались тончайшего стекла сосульки, позванивали, будто сами собой, золотые колокольчики, причём почему-то казалось, что они из чистого золота. На окнах вместо жёлтых занавесок появились гладкие, мягкие тёмно-синие шторы с удивительными серебряными звёздами; или это были снежинки, которые вихрем уносились вдаль? А самая яркая, рождественская звезда заранее светилась на ёлке, не в вышине, потому что и ёлочка была ростом, как сама хозяйка, а как раз так, чтобы на неё удобно было смотреть. Ира так бы и любовалась без конца, но посреди комнаты за накрытым столом сидели люди, которые смотрели на Иру и улыбались.

— Это Ирочка, моя подружка зашла, на ёлочку посмотреть, — громко пояснила баба Яна. — Зашла поздравить старушку. Видишь, и внуки, и правнуки приехали, так это ещё не Рождество, мы ещё не все собрались!

Стол тоже был необычный, в глаза бросалась высокая, непонятно как выстроенная башня из фруктов, которую венчал ананас. По всей скатерти были рассыпаны золотые орехи и какие-то фигурки, кажется, из шоколада, а на пироге, как на пеньке, стоял домик, сделанный из печенья, в нем горела свечка, и огонёк отражался в оранжевых леденцовых окошках. Чудо, да и только! В окошки как раз заглядывал высокий дедушка в рубашке и галстуке. Заглядывал не один, а с целой компанией детей. Две тётушки в абсолютно одинаковых платьях с крупными сиреневыми цветами смеялись и обсуждали что-то. Они и сами были одинаковые — пожилые близняшки в очках. Рядом стоял стул с пятнистым котом — кот напыжился, как меховая шапка, — за ним пустой стул — наверное, место бабы Яны, — а рядом на табуретке сидел Вова и чистил апельсин.

— Ты откуда здесь?!

— Иришка! А ты откуда? Я к бабушке зашёл.

— Ты мне о бабушке никогда не рассказывал.

— Надумала Новый год с нами встречать?

— Нет, я на минуту, ты же знаешь, у меня дежурство.

— На улице темно совсем! Давай я тебя хоть провожу.

Баба Яна как ни в чем не бывало прошмыгнула мимо удивлённой Иры и на ходу ловко сунула ей пакет. «Ну что вы», — Ира не хотела брать, но старушка сжала её руку и прикрыла глаза, мол, надо брать, раз дарят.

Они вдвоём спустились по тёмной лестнице и пошли, взявшись за руки, а в окне всё так же горел свет и виднелся крест оконной рамы на оранжевом фоне. Что было дальше? Да ничего особенного. Вова улыбнулся, погладил Иру по голове, и она честно отправилась на работу.

Офисные часы показывали 22:00, Ира открыла пакет. Шкатулка с шоколадными звёздами и небольшая книжечка лежали перед ней как очевидные доказательства того, что и баба Яна, и весь этот поход в гости ей не приснились. Ира взяла в руки тёмно-синюю книжечку и прочитала вслух: архимандрит Иоанн (Крестьянкин), «Неведомому чаду». Открыла страницу и стала читать… И чем больше она погружалась в чтение, тем больше удивлялась тому, что далёкий, старенький батюшка, который уже умер, знает о ней так много и говорит именно с ней, тихо и прямо: «Не медлит Господь, а ведёт нас, направляя на внутреннее делание — очищение сердца. И Он-то ведёт, а ты-то активно сопротивляешься этому водительству. И в каждой ситуации хочешь спрятать голову в свой панцирь, в котором мнишь создать свой „праведный“ мирок. А Господь-то ведь недаром попускает нам горькое и болезненное врачевство. Без него мы не увидим себя истинными. Какие мы есть. А всё будем мнить о себе».

Ей хотелось тихо сидеть среди ароматных веточек ёлки, быть вместе с семьёй, а она разогнала всех близких, чтобы остаться одной, чтобы выплакать и убить свой детский Новый год. Нельзя вернуть детство, чтобы из него прорастить себе сказочное Рождество…

Ира подбежала к окну и отчаянно зашептала в чёрное небо:

— Посмотри на меня! Я не знаю, что мне делать! Не знаю, как праздновать! Нужно учиться Рождеству. И я уже взрослая. Но я постараюсь. Я постараюсь, только помоги!

На улице поднялся ветер и зашумел в темноте. В Крыму на Новый год часто бывает ветер, а то и дождик пойдёт. Ира взглянула на часы. До Рождества неделя, до Нового года — часа полтора. «Интересно, апельсины уже все разобрали? А, ладно, хоть бананов куплю!» И она схватила мобильный телефон:

— Мама, привет, вы дома? Я? Уже отработала, мы с Вовой приедем к вам, чего захватить? Ну, чего вам с папой хочется больше всего на свете? Есть свежие шоколадные звёзды!

Юлия Кирицева

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
В Великий понедельник мы вспоминаем внука праотца Авраама, патриарха Иосифа, называемого иногда Прекрасным, и бесплодную смоковницу,…
Проблема, когда человек вроде живет церковной жизнью, но внутренне ничем ее не наполняя, не чувствуя, актуальна…
Почему чаще всего “христианская власть” не отличается ни от какой другой

Поддержи Правмир

Сделай вклад в работу издания

руб

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: