Все, что мы можем – просить милосердия и мыть пол, как Богородица

|
Татьяна Краснова - о беседе протоиерея Георгия Митрофанова и Анны Даниловой. Это первый отклик на важный диалог, “Правмир” приглашает всех желающих к дальнейшей дискуссии.

В смысле диалога Церкви и общества мне очень повезло. Как говорят армяне, «мой голос идет из теплого места». Проще говоря, я крайне удачно устроилась.

Прежде всего, у себя на Родине я – второсортный верующий. Я католик. Меня можно не учитывать, моих чувств нельзя оскорбить, от моего имени ничего нельзя запретить или потребовать, а обвинить, наоборот, меня можно в чем угодно. Начиная от Джордано Бруно, и прямо со всеми остановками, вплоть до чумной бациллы экуменизма в обнимку с вирусом толерантности. Для христианина, мне кажется, лучше просто не придумаешь.

Еще у меня есть такой Папа, храни его Господь, что даже хвастаться стыдно.

Еще у меня есть место, куда я могу время от времени привезти свои неудачи, достижения, поражения и победы, и приложить все привезенное к тому «эталонному метру», каким является Христос. Это уникальная возможность, и я дорожу ею как мало чем в жизни.

Мой «эталонный метр» располагается в маленьком монастыре на севере Италии, где вот уже скоро 30 лет как на моих глазах живут, стареют и одна за одной отходят к своему Небесному Отцу мои сестры-кармелитки.  В общем, в них нет ничего особенного – монастырь как монастырь. Если не считать особенным сам факт существования людей, которые специально удалились от мира для того, чтобы ежедневно, еженощно и поминутно приводить себя в соответствие Христу.

Понимаете, какая штука? Ему – и никому другому.

Им легко это делать. Они сами любят говорить, как им легко, в отличие от нас, которым очень трудно. Они однажды сделали то, что по-русски называется «похоронить себя заживо», и теперь в их мире все просто.

И секрета никакого нет.

– Вот пролила я суп, раздражаюсь, мою пол, и думаю: «А как бы это сделала Дева Мария?» – сокрушенно говорит моя сестра, – Неужто и Она бы раздражалась и тряпкой махала «вжик-вжик»?

– И что? – спрашиваю я.

– И вот стараюсь мыть, как Богородица…

***

Вот я и думаю. В сущности, Церковь очень слаба. Любая Церковь.

Каких бы сокровищ ни накопили в своих закромах наши Папы и ваши Патриархи, каких дворцов ни понастроили бы, каких указов ни насочиняли – все разбивается в прах об того, кто скажет: «А мне наплевать на вас, я вам не верю! И Бога вашего не знаю, и знать не хочу!» И не поправить этого ничем, хоть лопни, надувая щеки и требуя к себе уважения.

Вообще говоря, уважение – это самое нелепое из всего, что мы можем требовать, братцы и сестрицы… Нас, слава Богу, давно никто не боится, и очень мало кто уважает. Нет, хвост-то мы еще можем кое-кому прищемить, как тем несчастным певуньям, на которых снова и снова ссылается уважаемый протоиерей, но и тут боятся не нас, а палки… Про уважение уж молчу.

И знаете, что мне кажется?

Может быть, не для Церкви как «структуры», не для Церкви как «института», а для просто христиан вроде вас и меня – это положение не так уж дурно.

Там, «наверху», людьми руководят самые разнообразные попечения. Они там носят многоразличные бремена. У них там «не все так просто», как нам тут, внизу, кажется. По всей видимости, нам не переделать их «структур».

Они слабы.

Мы еще слабее.

Нам, собственно, в рамках диалога с обществом остается два варианта.

Первый – наплевать на все споры, принципы, правды, неправды, «чуму на оба ваши дома» и прочие нюансы – и требовать МИЛОСЕРДИЯ.

В случае с тем же голодающим Сенцовым: не разбираться, в чем он прав, а в чем неправ (без нас полно «разбиральщиков»), а требовать милосердия. Спросите  – от кого? С себя начните. От себя требовать – МИЛОСЕРДИЯ. Не складывать губки в куриную попку, как бабушка моя говаривала, не делать умных «политологических» лиц, не говорить про каждый конкретный случай, а требовать МИЛОСЕРДИЯ.

Например, к Сенцову.

И не к нему одному.

К тем, кто беден, угнетен, несчастен, глуп, преступен, никому неизвестен – МИЛОСЕРДИЯ. Особенно к тем, за кого заступиться некому – МИЛОСЕРДИЯ.

Вот прям так вот, как дураку какому, всех жалеть. Везде. Дома за столом. В храме на литургии. После литургии за чаем. По дороге домой в метро.

Ко всем требовать снисхождения и сострадания.

Думаете, «они» распоясаются?

Ох, братья-христиане, нас так ничтожно мало, и мы так удручающе слабы, что даже если мы всем хором будем требовать милосердия хоть к кому угодно – это так мало изменит… Но хоть себя спасем. Может быть.

А, да, второй вариант – пол мыть не «вжик-вжик», а как Она…

Но это, собственно, все одно.

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Почему продавливание несогласных даже с благим делом - неперспективный метод

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: