У Кати – порок сердца. В межпредсердной перегородке три небольших отверстия, через которые кровь из одного предсердия переливается в другое. Диагноз Кате в августе прошлого года поставили сочинские и краснодарские врачи. Весной его подтвердили в Москве, в Центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. Из-за дефекта межпредсердной перегородки у Кати нарушился сердечный ритм, появилась одышка. Она перестала заниматься танцами. Кате нужна срочная операция по устранению дефекта межпредсердной перегородки с установкой окклюдера (специального устройства, которое выполняет роль заплатки). 

Ребенок танцующий

Катя открывает на экране компьютера одно видео за другим – танцы, танцы, танцы. Танго, вальс, самба. Вот она. Вот они с партнером Сашей. Выступления, соревнования, фестивали… Глаза наполняются слезами. Мама подходит сзади и гладит ее по голове: «Катюш, пока нельзя. Надо потерпеть – до операции. Здоровье важнее. Потом снова сможешь танцевать. Как раньше».

«Мне ни разу не делали операцию. Даже не представляю, как это будет. Никогда не думала, что в больницу попаду, – Катя открывает новое видео, и вдруг на лице появляется улыбка. – Знаете, Саше предложили танцевать с другой партнершей. А он сказал, что будет ждать меня».

Катя родилась такой, какой представляла себе ее мама Алла: кареглазой и кудрявой. С первых дней была очень активной и любознательной. Быстро росла и развивалась: в четыре месяца села, в семь – поползла, в девять – пошла. «Знаете, как я Катюшу ползать научила? – смеется Алла. – Она безумно любила сок и страстно хотела его получить. Я ставила на кровать бутылочку, переворачивала дочку на животик и показывала, как нужно передвигать коленками. Она все это быстро уловила. Старалась, старалась и доползала до бутылочки!»

Уже в яслях Катя всем показала, что очень любит танцевать. Ее воспитательница тут же объявила Алле: «Ребенок танцующий!» «Творческая и боевая. В меня», – подумала тогда Алла. И вспомнила себя в начальной школе: как пыталась собрать ребят, чтобы вместе заниматься в кружке актерского мастерства, как искала партнеров для занятий дзюдо, как испортила дома шторы и покрывало, потому что у кукол не было новых платьев. Вспомнила, как увлеклась музыкой и друзья дали ей на время гитару.

Катя с мамой Аллой

Реализовать свои творческие способности в полной мере Алле не удалось. Она росла в станице в Краснодарском крае. Окончив 9 классов, пошла на курсы бухгалтеров, а потом – в швейное училище. Когда появилась дочка, решила, что сделает все необходимое, чтобы у Кати была возможность развивать свои таланты.

«Мне хотелось, чтобы ребенок был ярким. Я вкладывалась в нее, как могла. Так получилось, что я у нее и мама, и папа», – говорит Алла. И добавляет: «Катюша у меня очень талантливая. Она ходила и в музыкальную школу – на академический, эстрадный, народный вокал, и в художественную, и в школу телевидения, и в театральную студию. И везде были успехи. Сейчас она поет, танцует, рисует. Учится в юридическом колледже. Год назад начала давать уроки хореографии детям».

Списывала на перегрузки, а нужна операция

Чтобы получить сертификат, дающий право преподавать хореографию, Кате нужно было пройти медицинское обследование. Результаты ЭКГ стали и для нее, и для мамы полной неожиданностью: нарушение сердечного ритма. Врач тогда успокоила: «Август. Жара. Такое бывает».

Но Алла настояла на том, чтобы Кате дали направление на УЗИ сердца. Знала, что у многих родственников с сердцем были проблемы. В том числе у ее родного брата. Его не стало в 42 года. УЗИ показало, что у Кати в межпредсердной перегородке есть отверстие. Через него кровь из одного предсердия переливается в другое. Это приводит к перегрузке сердечной мышцы, излишней нагрузке на легочную артерию.

«Какое-то время я вообще ничего не замечала. Училась сначала в школе, потом – в колледже. Параллельно практически каждый день занималась в студии спортивного бального танца. Домой приходила поздно.

Однажды проснулась утром, встала с постели, голова закружилась, и я упала в обморок. Очнулась уже на кровати, куда меня перетащила мама. Конечно, мы испугались тогда, но подумали: перегрузка.

Потом я почувствовала себя плохо на соревнованиях. Раньше танцевала спокойно, легко. И вдруг перестало хватать сил и дыхалки. Сдала кровь – гемоглобин низкий. Но сердце тогда не проверили», – вспоминает Катя.

Диагноз «порок сердца», поставленный Кате в Сочи, подтвердили и в краевой больнице Краснодара. Правда, оказалось, что дырочек в межпредсердной перегородке у нее две, а не одна, причем они ассиметричные. Врачи сказали, что нужна операция, но необходимого оборудования в Краснодаре нет.

Алла привезла дочку в Москву, в центр сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. Там еще раз сделали УЗИ и дали заключение: аневризма (выпячивание стенки артерии вследствие ее истончения или растяжения) межпредсердной перегородки с множественными дефектами. Дефектов (или дырочек) в перегородке было выявлено три, диаметром от 2 до 3,5 мм.

«Я читала в интернете про дефекты и аневризму. Как я поняла, аневризма – это когда стенки в сердце ослабевают, надуваются, лопаются и человек умирает. Конечно, страшно читать такое. И по танцам я очень скучаю. Мне же запретили ими заниматься из-за нагрузок. Расстраиваюсь сильно, плакать начинаю. Но я все равно прихожу на тренировки, смотрю, как дети танцуют, поправляю их ошибки. Моя мечта – поехать в Блэкпул, в Англию, на соревнования по бальным танцам. Туда самые крутые танцоры со всего мира съезжаются. И мой партнер по танцам Саша тоже очень этого хочет», – говорит Катя.

Врачи объяснили, что по квоте возможна только полостная операция – с разрезом грудной клетки и остановкой сердца. Но она очень тяжелая – с долгим периодом реабилитации и множеством возможных осложнений. Но есть новая, современная технология хирургического лечения: дырочки в межпредсердной перегородке можно закрыть специальным устройством – окклюдером. Его доставляют к сердцу с помощью катетера, который вводят в крупный сосуд – артерию или вену бедра.

Окклюдер раскрывается, как зонтик, и закрывает дырочки в перегородке. После такой операции не остается шрамов, не нужна длительная реабилитация. И риск послеоперационных осложнений небольшой. Но операция платная и дорогостоящая. Катина мама не может оплатить ее самостоятельно. После операции самочувствие Кати улучшится: придет в норму сердечный ритм, исчезнет одышка, и она снова сможет танцевать. Помогите Кате!

Фото: Любовь Игнатьева

Фонд «Правмир» помогает взрослым и детям с врожденными и приобретенными пороками сердца получить необходимое лечение, в том числе доступ к малоинвазивным операциям на сердце. Помочь можете и вы, перечислив любую сумму или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.

Вы можете помочь всем подопечным БФ «Правмир» разово или подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: