«Я не могу оставить детей!» Анастасия победила опухоль мозга, ей нужна реабилитация

«Очнулась в скорой»

Четыре года назад жизнь Насти шла своим чередом: муж, работа, дети. Есения и Александр еще ходили в детский сад. Вечерами она читала им «Маленького принца», свою любимую книгу, и с любовью рассказывала про свое деревенское детство, когда запекали на костре картошку, купались в речке и собирали в полях цветы. Ей хотелось многому научить своих детей, многое показать.

Сама Настя росла без мамы. Та ушла из жизни, когда дочери было всего четыре года. Бабушка, как могла, заботилась о них с братом, но мамы всегда не хватало. И эту пустоту никто не мог заполнить.

Иногда у Насти случались приступы головной боли — до тошноты и рвоты. Принимала обезболивающие, пила витамины. Продолжала работать. В офисе — компьютер, многозадачность, стрессы. Таблетки от головной боли приходилось принимать все чаще. Объяснения всегда находились — устала, жара.

До болезни

Однажды Настя ехала на такси на работу и попала в ДТП. На светофоре в них сзади врезалась машина. Настя получила удар в спину, стукнулась головой о сиденье водителя… «Умираю, как же мои дети?» — пронеслось у нее в голове до того, как потеряла сознание. Очнулась Настя уже в скорой. Открыла глаза и подумала: «Жива! Какое счастье!» Вопрос склонившихся над ней врачей вызвал недоумение:

— У вас приступы эпилепсии раньше были?

— Конечно, нет!

В приемном отделении больницы ей сразу сделали рентген — кости целы. Дальше обследовать не стали.

«Вам что-то давит на мозг»

Спустя год, ночью, Насте вдруг стало плохо. Онемела рука, язык перестал слушаться. В правой стороне тела начался мышечный спазм. Молодая женщина не понимала, что с ней происходит. Ей вдруг показалось, будто она уходит в бездну. Пыталась сопротивляться — прокусила до крови щеку и потеряла сознание.

Муж вызвал скорую. Врач сказал: «Вам что-то давит на мозг, поэтому случился приступ эпилепсии, сделайте томографию». Результаты МРТ читала будто не про себя: новообразование в левой лобной и теменной области, нужна консультация онколога.

— Когда ты понимаешь, что у тебя рак, первая мысль в голове — я умру! Началась внутренняя паника: как же дети? Я не могу их оставить! Не могу позволить им пережить то, что сама пережила когда-то! Мне было очень плохо, прошла периоды отрицания, принятия, но поставила себе задачу: бороться и выжить! — рассказывает Анастасия.

Дальше были трепанация черепа с частичным удалением опухоли, курс химиотерапии. За детьми все это время присматривала свекровь, брат или друзья. Муж работал с утра до позднего вечера. На жизнь нужны были деньги.

Из больницы Настя выписалась на коляске. После операции правая рука и нога не слушались. Дома попросила мужа полностью сбрить волосы, чтобы не выпадали клоками.

— Саша был тогда маленьким и ничего не понял, а Есения, увидев меня лысой, в инвалидном кресле, испугалась: «Мама, что с тобой?» Ответила: «Не бойся, я обязательно встану на ноги!» — рассказывает Анастасия.

Через день с большим трудом, опираясь на мужа, она проводила дочь в школу. Первый класс, первое сентября… Не могла пропустить.

Настя надеялась на реабилитацию в Москве, но получила отказ. Ей сказали, что может восстановиться и дома. Месяц самостоятельно разрабатывала руку и ногу, ходила по стенке, училась все делать левой рукой. Пока муж был на работе, ей помогали соседка и дочь.

Спустя время в лобно-теменной области появилась припухлость, а потом через дефект шва пошел гной. Настя снова обратилась к врачам клиники Бурденко, которые наблюдали ее после операции. У нее диагностировали инфекционное воспаление костной ткани — остеомиелит. Назначили капельницы с антибиотиками по 16 часов в сутки, переливание крови.

Продолжением лечения стала лучевая терапия — 35 сеансов, далее — 12 месяцев таблетированной химиотерапии (введение препаратов через капельницы врачи исключили из-за риска отека мозга). Все это было очень тяжело, но Настя держалась и продолжала бороться. Не хотела, чтобы дети остались сиротами.

«Восстановиться бы поскорее и на работу выйти»

По основному заболеванию удалось выйти в ремиссию, воспаление костной ткани остановили. Волосы отросли, лишний вес, который Настя набрала во время гормональной терапии, ушел. Ей предлагали сделать краниопластику, убрать дефекты черепа, но она пока отказалась — устала от больниц. Визуально не заметно, что в черепе не хватает кости, виден только большой рубец. Настя волосы просто зачесывает, носит бейсболки, банданы.

Эпиприступы у нее случаются до сих пор — примерно раз в два месяца, несмотря на противосудорожную терапию. Но если вовремя принять таблетку, все будет нормально.

Главная задача сейчас — восстановить правую руку и ногу. После интенсивной лучевой и химиотерапии они снова перестали полноценно работать. Рука сгибается, но захватить и удержать ей предметы Анастасия не может. Моторика нарушена. Развесить постиранное белье — проблема. Макароны отварит, а вот почистить картошку, налепить пельмени не получается. Одежда почти вся на резинке. Пуговицы просит застегнуть соседку или кого-то из родных. Настя ходит, прихрамывая, правая ступня уходит в сторону.

Раз в три месяца Настя планово обследуется у онкологов, но реабилитацию за три года так и не смогла пройти.

— Восстановиться бы поскорее и на работу выйти! Денег сильно не хватает. Работает только муж, у меня пенсия маленькая. Сын кикбоксингом занимается, дочь — английским, рукоделием, рисованием. Все это платно. Я, конечно, приспосабливаюсь делать домашние дела одной рукой, даже собаку выгуливаю, но все это очень медленно, — рассказывает Настя.

Помогите Анастасии восстановиться, пожалуйста.