10 ноября в Серпуховском районе пропал охотник Вячеслав Рожков. Его сын рассказал, как его отца искали сотрудники полиции и пожарной охраны, спасатели и 60 волонтеров из «Лизы Алерт». «Правмир» публикует его рассказ с сокращениями.

На этих фотографиях изображен человек, которого уже могло не быть в живых 11 ноября 2018 г. — мой отец, Рожков Вячеслав. Этот день, его второй день рождения, именно эти слова я сказал ему, когда встретился с ним после эвакуации из леса.

Но этот небольшой рассказ не о нем и не об авторе данной статьи. Это рассказ о поисково-спасательном отряде «Лиза Алерт».

Первым на мой сотовый телефон дозвонился мой друг детства — в 16 часов 10 ноября 2018 г. Именно дозвонился, сотовая связь в лесу как лотерея, нет, скорее как казино.

Он рассказал все вкратце. Я даже вначале не понял, где мой друг и почему он не может дозвониться до Вячеслава. Друг сообщил, что сегодня вблизи деревни Погари он с группой охотников примерно в 12 часов дня потерял всякий контакт с Вячеславом. Я ответил, что выезжаю немедленно и буду ждать его около въезда в деревню.

В это время я находился со своей супругой и дочерями в деревне у бабушки. Я старался не нервничать, но мне было сложно совладать с эмоциями, я понимал, что уже смеркается и у меня мало времени. Я быстро оделся, сказал родным, что еду на поиски отца, и выехал в сторону д. Погари.

В голове крутилась мысль, что нужно заехать домой и взять хотя бы фонарь, потому что всеми силами хотел оказаться в лесу рядом с отцом и вытащить его, в каком бы положении он не находился.

Я не понимал, что мои мизерные попытки скорее всего привели бы меня к смерти. По дороге я позвонил по номеру 112 и как мог разъяснил сложившуюся ситуацию. Также созвонился с еще одним хорошим другом, он подсказал, что потерявшегося в лесу человека можно обнаружить благодаря сигналу сотового телефона.

Честно скажу, я не помню, кто именно из служб мне дозвонился первым, это мог быть оператор МЧС, Полиции, Скорой помощи или Пожарной охраны… Но я очень хорошо запомнил голос этого человека. Он не требовал от меня описания моего отца, не спрашивал во что он был одет, не задавал вопросов, которые были похожи на стандартную анкету.

Это был координатор из ПСО «Лиза Алерт». Он спокойно представился, спросил подробнее о месте положения д. Погари, как туда проехать, задал пару простых вопросов, сказал, что прибудет на место в 22 часа, а так же предупредил, что мне позвонит их оператор для предоставления данных о Вячеславе.

Позднее в разговоре с сотрудником МЧС я никак не мог взять в толк, кто такая Лиза и почему именно она позвонила мне по поводу отца? Сотрудник МЧС пояснил, что это поисково-спасательный отряд под названием «Лиза Алерт», а девочка Лиза была одной из первых, кого нашли добровольцы. Девочку нашли через 2 недели после пропажи, к сожалению, она погибла в лесу недалеко от Орехово-Зуево.

В голове был полный Ад. По-другому я никак не могу охарактеризовать свое состояние. Я готовил себя к худшему, но в то же время никак не мог согласиться с мыслью, что отца уже не спасти.

<…>

Далее описываемые мной обстоятельства будут в хронологическом порядке с указанием примерного времени, но утверждать что-то точно я не могу, так как находился в крайне сильном состоянии аффекта.

На помощь моему отцу откликнулись и помогали его искать:

Волонтеры из ПСО «Лиза Алерт» — примерно 60 человек;

Охотники, находившиеся в лесу с 9 утра 10 ноября — примерно 10 человек;

Сотрудник МЧС;

Сотрудники службы спасения – 3 человека;

Сотрудники пожарной охраны – 3 человека;

Полицейские и кинолог с собакой – примерно 4 человека;

Родные и близкие люди – 6 человек.

С 19:00 около 3 часов мы пытались самостоятельно найти отца. На первоначальном этапе поисков была задействована группа охотников, сотрудники службы спасения, полиции и сотрудник МЧС. Район поиска составлял примерно 2-3 кв. км по просеке на восток от первоначальной стоянки охотников.

В то же время с 18 до 22 часов 10 ноября ребята из ПСО «Лиза Алерт» прибывали небольшими группами по 3-4 человека на личном транспорте из Москвы и области, готовили оборудование и разворачивали штаб на въезде в д. Погари.

Когда я видел пребывающие автомобили, я не мог понять, почему ребята приезжают на своих личных машинах? Московские номера, иномарки, люди совершенно разные.

Для меня было непонятно, когда эти люди находят время, средства и возможность чтобы помогать в поиске пропавших. У них есть семьи, работа и, казалось бы, откуда они находят средства, время, силы и мотивацию на такие мероприятия. Честно скажу, в эти тяжелые для меня сутки я узнал о них впервые. Волонтеры–спасатели стали для меня надеждой, нет, они были героями в моих глазах. Все эти мысли крутились у меня в голове с бешеной скоростью.

В 22:00 прибывает координатор ПСО «Лиза Алерт». Этот человек поразил меня своим спокойствием, рассудительностью, а самое главное, как я узнал позже, он прекрасно знал цену времени. Времени, которое утекало сквозь пальцы, времени, которого уже почти не осталось у моего отца, ведь он был один в ночном лесу, при почти нулевой температуре.

<…>

С 11 часов дня до 23 часов вечера 10 ноября телефон отца был в сети и звонки проходили, трубку он не брал. Я не помню, сколько раз я звонил отцу, но я понимал, что если посажу его батарею, все для него может закончится очень и очень быстро.

Скорее всего в период с 16 до 23 часов того же дня он уже находился без сознания. Свидетельством этому были неточные показания охотников, которые говорили, что не видели Вячеслава за приемом пищи во время остановок в лесу.

Очень многие делали акцент на то, что он выглядел откровенно уставшим, измотанным. Я понимал, почему он мог быть в таком состоянии. Мой отец – учитель химии в старших классах, и я не раз видел его уставшим после работы, особенно по пятницам.

В 00:00 часов 11 ноября на мой телефон пришло сообщение – «Абонент Рожков В. вне зоны действия сети». Наступил продолжительный шок, он нарастал как цунами, как лавина в горах.

Я сообщил об этом координатору ПСО «Лиза Алерт». И вновь он меня удивил — никакой паники, никаких лишних движений, он просто начал методично раздавать новые указания своим коллегам, не обращая внимания на мое состояние.

Я буквально стал умолять его направить меня с одной из поисковых групп на поиски. Координатор хорошо разбирается в психологии людей, особенно в психологии близких людей пропавшего без вести, и он отправил меня подальше от штаба. Отправил скорее не для того, чтобы я не мешал, а чтобы успокоился.

<…>

Всего по моим примерным подсчетам было задействовано 22 поисковые группы по 3 человека. Площадь поисковых мероприятий я оценивал в 12-14 кв км.

Для меня это были критические цифры, ведь я привык, что на загонной охоте мы проходим примерно 7-8 км за 6-7 часов, всегда пользуемся в основном только компасами. С нами всегда ходит егерь, он пользуется GPS навигатором и знает этот лес как свои пять пальцев, я не преувеличиваю.

С нами также ходят и опытные охотники, это не просто люди с ружьями, которые добывают зверя, это опытные следопыты. На загонной охоте важно не гулять по просекам, а проходить кварталы насквозь и ориентироваться на голоса рядом идущих коллег, расстояние между загонщиками может быть от 50 до 100 метров. Тот, кто ходит по лесу, знает, как легко можно там заблудиться.

После проверки леса и вырубки вблизи д. Мышкино по дороге обратно в штаб в 5:50 утра 11 ноября на мой телефон пришло сообщение – «Абонент Рожков В. снова в сети».

Сказать, что было со мной в тот момент я не могу, просто не помню, возможно и3–за сильной усталости, но адреналин в крови подскочил до предела, виски на голове пульсировали не переставая.

Я сделал несколько звонков отцу, но трубку он не взял. Тогда я предположил, что он мог прийти в себя и начать двигаться. Ведь связь в лесу то пропадает, то снова появляется, это я помнил прекрасно, когда сам ходил на охоту. В голове появилась небольшая надежда.

В штабе я сразу сообщил новости координатору ПСО «Лиза Алерт». Ребята так же продолжали свою работу, поисковые группы в лесу сменялись постоянно. Я даже не представлял, как они справляются с такой нагрузкой, ведь все мы люди и есть разумный предел. Но они не отступали.

<…>

Я продолжил звонить отцу, ни на что не надеялся, и после нескольких попыток я услышал тот самый треск или шуршание в динамике телефона, меня как будто пронзило молнией изнутри, отец ответил на звонок.

Я услышал его замерзший голос, он тяжело и протяжно сказал мне:

— Сынок, я тебя слышу!

Дальше все было как в тумане. Я закричал ребятам, которые были рядом:

— Он вышел на связь, я дозвонился до Папы!!!

Теперь я чётко знал, что добровольцы точно не отступят, как бы мало времени не оставалось.

Координатор ПСО «Лиза Алерт» раздавал новые указания старшим поисковых групп. Снова все как по отработанной схеме, не дергаясь, без каких-либо лишних движений, хотя я уже заметил, что этот человек устал, как и все добровольцы, это читалось по их лицам. Но я не сомневался в их упорстве.

В период с 7 до 9 утра 11 ноября каждые полчаса мы выходили на связь с отцом. Координатор давал указания Вячеславу, стараясь всеми способами определить его точное местоположение, а я действовал как «переводчик», пытаясь простым и доходчивым языком объяснить ослабшему отцу, что от него требуется. За этот период, голос отца стал бодрее и нам стало понятно, что он цел и может двигаться.

Последние часы стали для моей психики самыми критическими. Падала температура, к 10 утра было примерно -2, а глубоко в лесу температура всегда ниже еще примерно на 2 градуса.

Я стал звонить отцу чаще, буквально через каждые 20 минут, старался его подбадривать, говорил, что его продолжают искать, просил его не сдаваться. Я знал, что он «не опустит руки», он очень волевой человек, отступить перед трудностями – это не для него. Но сомнения во мне сеял его голос, он становился более слабым, складывалось такое впечатление, что он скоро не сможет активно двигаться и согреваться.

Пожарная команда тем временем начала применять сирену, чтобы дать сигнал и таким образом определить местоположение Вячеслава. Я считал буквально минуты, я не мог поверить, что все может сорваться, старался не паниковать и ни в коем случае не мешать ребятам.

Уже не помню сколько было времени на часах, я был на грани нервного срыва и просто делал очередной звонок отцу:

— Никита, меня нашли!

П.С.

Я приношу свою искреннюю благодарность всем тем, кто вытащил моего отца с того света: своему другу детства, нашему егерю, нашим охотникам, спасателям на газели, сотрудникам полиции, сотруднику МЧС, а так же ребятам из пожарной охраны.

Хочу поблагодарить отдельно координатора ПСО «Лиза Алерт», за его опыт и выдержку. Огромное и человеческое спасибо волонтерам ПСО «Лиза Алерт», всем, кто прочесывал лес и ночью, и утром, а так же тем, кто работал в штабе.

Я не мог поверить в то, что в наше время и тем более в нашей стране я увижу настолько бескорыстных, добрых и отзывчивых людей. Я обязан Вам своей дальнейшей судьбой и скорее всего жизнью, ведь потеря своего отца «на ровном месте» для меня смертельна.

Источник

 

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.