С мамами я общаюсь ежедневно. Просто потому, что, дежуря в храме, я нередко разговариваю с женщинами, кто приходит с какой-нибудь бедой личной. А какая у женщины чаще всего личная беда? Дети, конечно же… 25 ноября в России – День матери.

Священник Андрей Мизюк. Фото Ивана Привалова / eparhia-saratov

Подумал, что девочки, которые родились в 1998 году, когда впервые в России отмечался День матери, уже вполне и сами могли стать мамами. Грешен, но о нем я, к своему стыду, узнаю каждый год по факту. То есть в сам день. То ли потому что дата смещается, то ли потому что не сильно-то его и замечают у нас. Не берусь судить. Хотя, конечно, вспышки активности цветочных точек и прочего «чтоподаритьквосьмомумарту» совсем не наблюдается. А жаль. Ведь единственный праздник, в связи с которым вполне могли бы утихать любые баталии и споры. Праздник, когда твое сердце согрето. Памятью и любовью.

Но вот уже пару-тройку лет все же стараюсь жену и маму поздравлять. У жены трое моих мальчишек, а у мамы – я и брат. Это не значит, что мне совсем их больше не с чем поздравить. Просто стараюсь не забыть. Мне кажется, что у каждой мамы, кроме такого общего, где-то там, в конце ноября, есть еще и персональный день мамы, а то и не один. Разумеется, это день рождения каждого из нас.

Не совсем понимаю, что лично я праздную в этот день. Ну да, родился. Первая дата есть. Но, кажется, больше всего старалась и переживала, а то и претерпевала в этот день именно моя мама. То есть мамы каждого из нас. Разве не правильно? Во всяком случае, если такая возможность есть, то в день рождения первый звонок по телефону должен быть не мне любимому. Это не я его жду. Да. Маме. И очень здорово, и слава Богу, и как прекрасно, если такая возможность есть. И есть та, кто снимет трубку. И этот день, как и когда-то много лет назад, начнется именно с нее.

От мамы я узнал, что в этот день шел сильный дождь, а за пару часов до роддома и схваток она лазила на вишню. Было лето.

Роддома в шахтерском поселке уже давно нет. Мы там давно не живем, переехали еще в 80-е годы, а в каких-то десятках километров от населенного пункта теперь уже линия фронта. Но есть надежда, что все же осталась вишня. И летом идет такой же сильный дождь. Только своим детям я смогу об этом уже рассказать. И это очень ценно и важно для меня. Потому что об этом я узнал от мамы.

С мамами я общаюсь ежедневно. Просто потому, что, дежуря в храме, я нередко разговариваю с женщинами, кто приходит с какой-нибудь бедой личной. А какая у женщины чаще всего личная беда? Дети, конечно же…

Часть моего служения тоже посвящена им. Я бываю в роддоме неподалеку от нашего храма. Там я причащаю, исповедую, а иногда и просто беседую с женщинами, готовящимися к самому главному в своей жизни. Они очень разные. Молоденькие, испуганные, те, кто в «первый бой», и женщины, которые рожают уже в четвертый, а то и пятый раз.

Беседую вот как-то с одной, а она волнуется, ведь старшая дочь совсем недавно родила, вот и беспокоится, нужна ли помощь. Она волнуется!!! Ей самой через два дня в роды, а она переживает за вполне уже взрослую дочь. Мне, конечно, в этот момент хотелось присесть. Нет, не то чтобы вот удивлен. Роженицы в возрасте, особенно из области, скорее не редкость. Здесь я восхищен самоотверженностью. И, конечно же, это мама. Самая настоящая.

В этом роддоме рожала и моя жена. Трижды. С этого, собственно, и началось когда-то окормление перинатального центра. Девочки, рожавшие когда-то тут, сейчас живут и на Сахалине, и в Грузии. С некоторыми из них остались добрые отношения, и мы созваниваемся и даже видимся. Нередко их детишек приходится крестить прямо после родов. Бывало и такое. В областном городе у меня живет крестник, которого я крестил аккурат в полночь, почти сразу после экстренных родов, потому что мало было шансов на то, что он выживет. И мама была очень тяжелая. А теперь ему уже три года. И слава Богу, видимся, созваниваемся.

А есть и те, кто уезжал оттуда не с радостью и счастьем новой жизни, а с черной и лютой бедой. И да, тоже созваниваемся, говорим, молчим, болеем. Страшно ли это? Страшно. Мне самому. А как ей, даже не представляю. Так вот в день после родов дали десять минут на крещение малыша. Не больше, потому что дальше перевозка в другую больницу. Не перенес.

А был еще один страдалец, о котором никто не спрашивал. Только родная тетка. Звонила в приемную, интересовалась… Вот и крестил я его так, в боксе, рядом врач, я глотаю слова молитв как острые камни, а он лежал и открывал глаза. И очень много было в этих глазах. И тогда я понял, что я не смею судить, мне права не дано. Потому что я не знаю, почему и как все это случилось.

Но легче мне стало только тогда, когда я понял, что передаю душу этого страдальца в руки Матери. И, может быть, Она была в тот самый момент где-то рядом. И оружие прошло сердце Ее. Так всегда через века происходит.

Мамы разные. Одной, которую я хорошо знаю, теперь уже за 90. Несколько лет назад она похоронила сына. А с ее внучкой я учился в одном классе, а потом и в институте. Я бываю у нее не часто, но всегда ухожу от нее немножко другим. Что там в этом сердце? Какая любовь и боль?

Я помню свою, уже покойную, бабушку, которая уезжала от нас через сорок дней после похорон своего сына, моего отца. В белый носовой платочек она там, на кладбище взяла с могилы горсть земли. Чтобы увезти с собой. Туда, где еще через несколько лет начнется война, а она сама, ребенком видевшая оккупацию, лишится рассудка и уже не вернется в сознание.

Мамы разные. Вот уже несколько недель одна моя знакомая находится с дочерью в реанимации, далеко, в другой стране. Я не помню уже, когда мы все вместе столько переживали и молились. И вопреки всем прогнозам врачей, ее малышка жива и очень старается выжить. А еще за нее и ее дочку молится другая моя знакомая мама. Она потеряла уже взрослого сына. И это неутихающая боль. И все это так рядом и одновременно очень далеко друг от друга. Но какие важные, и добрые, и прекрасные слова и какие чувства я узнаю от этих женщин, незнакомых друг другу.

И почему-то вспоминается мне праздник Сретения. Хотя он и зимой.

Вроде бы речь идет о встрече праведного Симеона с младенцем Христом.

Там, где объятия пророков и закона с милостью и Воскресением.

Там все в своих руках и сердце слагает Мать.

И потому вся служба небесно-голубого цвета.

А я еще думаю о том, что все-таки правильно, что мой день рождения – это день матери.

Но пусть еще будет и этот. Если кто не знает, кого первым поздравить в свой день рождения.

Материалы по теме
29 ноября, 2015
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: