«Заразилась
Елена Зиброва, Альфия Абдрашитова, Дарья Хворовская, Александр Воронин, Алексей Задорин и еще почти 1 600 имен — медработники, умершие во время пандемии. Их истории собирает «Бессмертный медполк».

Елена Зиброва

Когда началась пандемия, медсестра Елена Зиброва из Самары успокаивала подругу: «Ты понимаешь, что мы все переболеем рано или поздно! Живи и радуйся — весна!» 

Елена дежурила в красной зоне и заразилась коронавирусом, у нее было 20% поражения легких. В реанимации медсестра провела более десяти дней — уже с тотальным поражением. Спасти Елену не смогли, она умерла в 50 лет. 

Ее коллега 63-летняя Альфия Абдрашитова, медицинская сестра из Салавата республики Башкортостан, боялась коронавируса и повторяла: «Я не выдержу этой инфекции. А если заболею, то умру. Мой организм не справится».

У Альфии были проблемы с сердцем и диабет, ее берегли от контакта с ковидными больными. Но медсестру заразила ее коллега, которая пришла на работу во время больничного. Альфия умерла в реанимации из-за острой дыхательной недостаточности.

Альфия Абдрашитова

Вся семья жила на зарплату Альфии. Ее муж — пенсионер. Когда медсестра лежала в больнице, у нее родился внук — но его она уже не увидела.

— Альфия была хорошим человеком. Заразилась на работе, я — свидетель, ей нужно было ходить на эту работу. У меня душа болит. Как они будут жить на пенсию Салавата [мужа Альфии]? Он не может выйти на работу. У семьи отняли бабушку. Она была единственным кормильцем в семье. Работала без отпусков. Я говорила ей: отдохни. А она: «Я не могу, мне семью кормить». Как они будут жить теперь? — вспоминает соседка медсестры.

Истории Альфии, Елены и других медиков, которые умерли от ковида, каждый день появляются на сайте «Спасибо вам». Его создал Алексей Бартош в мае 2020 года. Сам Алексей 19 лет отработал на телевидении, помогал искать людей для передачи «Жди меня».

«Каждая история была страшной»

— Все началось с того, что среди моих друзей было очень много врачей. Когда пришла пандемия, они с ужасом рассказывали мне о том, как умирают их коллеги. И мне захотелось сделать такой сайт, где можно было бы почтить память тех, кто боролся с ковидом по всей стране, — говорит Алексей корреспонденту «Правмира».

Бартош стал собирать информацию и нашел мемориал, который волонтеры вели в интернете в Google Docs, но там были только ФИО и годы рождения врачей. Алексей не один раз пытался связаться с этими волонтерами, предлагал все объединить в большой совместный проект: «Ничего не надо, даже денег, я все сам сделаю». Но никто не вышел на контакт.

Тогда Алексей решил искать информацию о медиках сам — начал собирать по открытым источникам и связываться с коллегами и родственниками врачей, чтобы написать небольшие некрологи. Общаться соглашались не все. Когда удавалось разыскать фотографию и хоть что-то, что известно об умершем, Алексей все соединял и размещал на сайт.

— Каждая история была страшной. Я помню всех медиков по фотографиям. Поначалу было огромное количество умерших из Дагестана, Чечни и близких им регионов, потому что в центральных первое время такие смерти замалчивали. Информацию мне присылали на почту.

Особенно запомнилось, что было много молодых — до 40 лет. Медбратья, медсестры, врачи.

Потом появилось несколько московских врачей — моих знакомых…

Но в то время Алексей уже работал на государственной должности, времени заниматься сайтом не хватало, и он пригласил волонтеров — Елену и Александру.

Елена Игнатенко — медсестра на пенсии, она проводила акции памяти погибших медиков с 2010 года, вела группу в Фейсбуке, где по хэштегам #ПомнитьУшедших, #ЦенитьОставшихся, #8_октября размещала фотографии и некрологи вообще всем погибшим врачам, независимо от пандемии. Хэштег #БессмертныйМедПолк придумала тоже она.

— Он меня нашел, написал и предложил мне этот сайт, — говорит Елена. — Но у меня кроме мобильного телефона нет никакой техники — ни компьютера, ни ноутбука. Все сломано, все столетней давности — я много денег трачу на благотворительность, а на технику их почти не остается. Но зато у нас есть редактор Александра, которая ведет сайт, иногда пишет некрологи, а мы ей сдаем информацию.

Алексей создавал мемориал для тех врачей, которые умерли от коронавируса, но после разговора с Еленой решил, что расширит его и будет публиковать там информацию обо всех безвременно ушедших медицинских работниках — врачах, медсестрах, медбратьях, лаборантах, водителях скорой помощи и других.

— Я считаю, что любой медик достоин памяти. Врач, который умер от ковида, так же достоин памяти, как и, например, Андрей Павленко, который умер от онкологии. Но так же достоин и, допустим, 32-летний анестезиолог-реаниматолог, который умер от инфаркта на трехсуточном дежурстве, — подчеркивает Елена.

Самоубийства врачей после ковида

— В этом году смертность от ковида очень сильно увеличилась, у медиков большие потери. Но точное число не назову, потому что не всегда доподлинно известно, от чего человек умер, — продолжает Елена. — Чтобы знать наверняка, нам нужно заключение о смерти, а его, конечно, нам никто не даст. Бывает, например, в других мемориалах и СМИ пишут, что человек умер от ковида, а мы точно знаем, что не от него. Или человек мог выздороветь и столкнуться с осложнениями: через полгода у него случался, скажем, тромбоз. Кого-то после коронавируса накрывала депрессия, и человек доходил до самоубийства.

Дарья Хворовская

Рассказывая об этом, Елена первым делом вспоминает семью Хворовских из Санкт-Петербурга. У врача-стоматолога Дарьи Хворовской от коронавируса скончались оба родителя. Отец Дарьи Олег Хворовский был кандидатом медицинских наук и ассистентом кафедры лицевой хирургии. Через несколько дней после него умерла Лина, мать Дарьи, — профессор кафедры лабораторной диагностики. Сама Дарья лечилась от ковида в Елизаветинской больнице. После смерти родителей она покончила с собой, ей было 36 лет.

«Другие пациенты из ее палаты рассказали, что девушка была убита горем, постоянно говорила про смерть мамы и папы от ковида», — приводится в некрологе «Бессмертного медполка» выдержка из СМИ. Девушку нашли под окнами девятиэтажного здания, она еще была жива. Дарью экстренно доставили в реанимацию, но спасти ее не удалось.

Еще одно вероятное самоубийство врача после перенесенного ковида случилось в Волгоградской области. Семидесятилетний врач-пульмонолог Николай Шинкаренко заведовал пульмонологическим отделением Михайловской ЦРБ. В прошлом году его принудительно отправили на самоизоляцию. Но Николаю звонили пациенты. Спустя два месяца врач понял, что не может оставаться дома, когда больным нужна помощь, — и вернулся на работу.

Николай Шинкаренко

«Да, супруга была против, но и она его поняла, потому что сама врач. Он работал, консультировал, а потом заболел. Коронавирус. Его сразу же госпитализировали в его же отделение. Он, будучи на больничном, еще умудрялся пациентов подбадривать. Но так вышло, что в результате он заразил всю семью», — рассказал главврач больницы, где работал Николай.

И сам доктор, и его родные выздоровели, но Шинкаренко продолжал винить себя в их болезни. Ночью он вышел из дома и уехал на машине в лес. Утром прохожие нашли его обгоревшее тело. Рядом лежала канистра из-под бензина.

«Я разговаривал с Нелли, его супругой. Она потрясена случившимся. По ее словам, никто ничего не понял, почему Николай так поступил. Он плохо спал в последнее время. Говорит, что днем поспал, а ночью не мог заснуть», — цитирует мемориал коллегу Шинкаренко.

1 600 имен

Сейчас в мемориале уже больше 1 600 имен. Волонтерам присылают информацию родственники и коллеги умерших, что-то Елена и Александра находят сами в СМИ. В списке — врачи, медсестры, медбратья, водители скорых и не только. Некоторым из них было едва за 30 лет.

Александр Воронин

Врач-эпидемиолог Александр Воронин умер в 32 года — он заведовал санитарно-экспертным пунктом в Свердловском Дорожном филиале по железнодорожному транспорту, один из первых встречал в Екатеринбурге поезда из Китая в январе 2020 года.

В ноябре его сбила машина, с тяжелыми травмами доктора привезли в больницу, где он заразился ковидом. Через три месяца Александра не стало. «Работа в санитарно-эпидемиологической службе была для него всем. Его смерть — большая потеря для меня и нашего маленького ребенка», — пишет его жена Инга.

В 31 год скончался Антон Захаров — фельдшер скорой медицинской помощи Новоржевского района Псковской области. Работал с больными ковидом с первых дней пандемии, вскоре заразился сам. Умер от сердечной недостаточности после года круглосуточной работы.

Антон Захаров

«Есть основания полагать, что такие проблемы со здоровьем мог спровоцировать и усугубить ковид, которым фельдшер переболел осенью. Антон Сергеевич жаловался на самочувствие, но продолжал работать. Решение о госпитализации он принял слишком поздно», — приводит сайт «Спасибо вам» слова губернатора Псковской области Михаила Ведерникова.

Анестезиолог-реаниматолог из Красноярска Илья Житков ушел в 54 года. Работал в красной зоне, заразился коронавирусом. Врач почувствовал себя плохо, когда перевозил тяжелого больного из Северо-Енисейска.

Илья Житков

«Мы понимаем, как интубируют анестезиологи — лицом к лицу с пациентом. Мы понимаем, какие у них риски. Поэтому Илья Житков не умер — погиб в бою. Это была ковидная пневмония с очень быстрым течением, септический шок», — цитирует мемориал врачей Краевой клинической больницы.

Студентка медколледжа Светлана Анурьева из поселка Карсун Ульяновской области боролась с ковидом как волонтер — разносила продукты пожилым людям, ставила им капельницы, делала уколы. Ей было 19 лет, девушка училась на четвертом курсе и собиралась поступать в медицинский институт.

Светлана Анурьева

У Светы обнаружили рак, она перенесла две операции. За месяц до смерти студентка каждый день помогала людям, несмотря на боль. «За самоотверженность, проявленную в борьбе с коронавирусной инфекцией (COVID-19)» Света посмертно стала кавалером ордена Пирогова.

— Кто-то скажет, что эта запись в мемориале «неликвидна», как говорили и о некоторых других, потому что Света умерла не от коронавируса, а от онкологии. Но вы же понимаете, что это абсурд, — подчеркивает Елена Игнатенко в беседе с корреспондентом «Правмира».

Водитель скорой медицинской помощи Алексей Задорин из Челябинска умер в 44 года после повторного заражения коронавирусом, у него остались жена и двое детей, младшей дочке восемь лет. Алексей отработал на скорой почти двадцать лет. Начал возить ковидных больных с начала пандемии.

Алексей Задорин

«У него было много ковидных вызовов, а в начале декабря произошел случай: вызов был обычный, он повез в гинекологию женщину, но врач заподозрил что-то неладное, направил ее на КТ. Оказалось, поражение 40% легких. А они на этот вызов не одевались [в защитные костюмы]. С защитной одеждой у водителей в Челябинске вообще большие проблемы», — цитирует мемориал рассказ брата Алексея.

Водитель почувствовал себя плохо, когда нужно было выходить на дневную смену. К вечеру температура поднялась до 39 градусов. Алексея забрали в больницу. Поражение легких оказалось 15%, через несколько дней увеличилось до 40%, мужчину перевели в реанимацию.

«Мы начали звонить в больницу. Нам сказали, что положение тяжелое. И всё… Тишина, прямо жутко стало. Естественно, Новый год — не Новый год. Мы вместе планировали отмечать. А 1 января он сам позвонил, сказал, что лучше стало, попросил аудиокниги на плеер закачать. Мы так радовались. У мамы как раз день рождения, у нас был настоящий праздник. Утром 2 января он снова позвонил, сказал, что хочет со всеми по громкой связи пообщаться. А потом я собрался в больницу ехать, позвонил [брату] спросить, где зарядник от плеера, и не понял — ревут все». 

***

Иногда на сайте «Спасибо вам» появляются 10–11 новых некрологов в день. Параллельно Алексей Бартош ведет одноименный Телеграм-канал. Волонтер собирается дублировать записи мемориала и в Инстаграм.

«Бессмертный медполк» продолжает свою работу, на сайте «Спасибо вам» есть раздел #bezfoto, где пока размещены только некрологи. Читатели «Правмира» могут опознать этих людей и помочь найти фотографию.

В будущем Алексей планирует сделать в мемориале электронную карту России, на которой будут отмечены все погибшие медработники. Следующий год Елена Игнатенко предлагает назвать «Годом медика».

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.