Елена Альшанская: “Зачем забирать из семьи, в которой плохо, чтобы снова сделать ребенку плохо?”

Интернет облетело видео: медсестра больницы на Сахалине оскорбляла и унижала изъятого из семьи мальчика за испачканные штаны. Ранее ребенок был изъят из семьи, помещен в медучреждение, после скандала его передали в приемную семью, не оповестив об этом мать, и снова забрали в больницу. Кому нужна такая “помощь”, и к чему нужно стремиться государственной системе поддержки детей - рассказывает руководитель благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская.

Елена Альшанская

Для ребенка, который по какой-то причине оказывается вне семьи, государство ли его изымает, или родители решают отказаться от воспитания, это – очень стрессовая  и травматичная ситуация

И  в этой точке, когда ребенок физически забирается или остается один,  он, единожды уже  попавший в беду, попадает в нее снова и снова. Потому что он оказывается в условиях, которые совершенно не соответствуют этой ситуации. Он оказывается часто в одиночестве в больничной палате. Оказывается без  понимающих, сочувствующих и грамотных взрослых, задачей которых было бы его успокоить , снять тревогу, объяснить что с ним произошло и что будет дальше.

Почему так происходит? Потому  так у нас выстроена вся система помощи детям. От и до. В ней нет места размышлению о том , а что сейчас чувствует ребенок , а как снизить для него вред в каждый конкретный момент, что с ним будет дальше?

Сколько мы об этом не поднимали вопрос  нас решение о том, что ребенок здесь и сейчас не может находиться со своими родителями, принимают сотрудники опеки или полиции на глазок.

Это не их вина, это так устроена система – в ней нет процедуры расследования этой угрозы, нет требований привлечения для беседы с ребенком детского психолога, а для определения вреда здоровью – медика. При этом зачастую опасность для ребенка невозможно определить сразу(вот кажется специалистам, что  она есть, а вдруг они ошиблись?), и нет никаких промежуточных вариантов.

Например, если органы опеки или полиция сомневаются, или предполагают, что от кого-то из членов семьи исходит опасность, то должно быть помещение ребенка и второго родителя или родственника  совместно в какое-то временное место, убежище. Или мама находится в состоянии алкогольного опьянения, не может адекватно заботиться о малыше – тогда нужно понять, есть ли другие родственники. И, если они есть, нужно их найти, передать ребенка им. Чтобы полиция могла отдать ребенка не в больницу, а к бабушке, а уже потом  разбираться, временные ли у мамы проблемы с алкоголем, или постоянные.

Вместо того, чтобы разобраться, привлечь специалистов, чтобы определить, насколько ситуация опасна для ребенка (потому что нет критериев определения этой опасности) и поместить его к близким людям, или, хотя бы в организацию, где есть хоть как-то обученный обращению с детьми персонал, его помещают в больничное отделение, где вообще педагогов нет, где нет даже такой задачи – оказывать ребенку помощь в связи с его стрессовым психологическим состоянием.

Можно себе представить, что испытывает ребенок, когда он оказывается один, в незнакомом месте, окруженный чужими людьми.. Есть какие-то посторонние люди, непонятно, почему, непонятно, где все близкие, непонятно, что будет дальше. Он потерян и один – это очень страшно.

Что должно быть. Если по какой-то причине объективно нет вариантов, чтобы оставлять ребенка с родными, например, мама сильно выпившая, не следит за ребенком, родственников нет, или они отказываются принять его, то нужно место, в котором люди понимают, в каком он сейчас находится состоянии.

Должна быть человечная, комфортная среда, когда с ребенком сидит взрослый, который его успокаивает, объясняет. Не говорит ему «твоя мама пьяница и вообще ты ей не нужен. А говорит, например,  что «это такое место, для детей, когда родители временно или постоянно не могут быть с ними, например болеют. Ты пока побудешь здесь, твоя мама сейчас болеет и не может быть с тобой, она пока сходит к врачу, завтра  мы позвоним бабушке. Потом мы постараемся узнать как долго твоей маме надо будет лечиться.  А сейчас  я расскажу тебе, что здесь  есть, и ты в любой момент можешь ко мне прийти если тебе страшно или грустно» – то есть, идет какая-то беседа с ребенком, чтобы он понял, что происходит, что это не навсегда, что есть взрослые, которые о нем заботятся.

Должны быть психологи, которые помогут справиться с тяжелыми состояниями, прийти в себя, особенно если ребенок был жертвой насилия. И уж точно никто не будет ребенка оскорблять, унижать, пугать.

В больнице нет такого персонала, нет такой задачи. Она не является реабилитационным социальным учреждением. Это место, где люди , которые нуждаются в стационарном лечении его получают.   Даже если у ребенка сопли – это не повод помещать его в стационар. У медперсонала нет ни навыков, ни задач общения с таким ребенком.

Поэтому ребенок, скорее всего, будет предоставлен сам себе, он поступит в учреждение, будет помещен в палату. Будет там сидеть один, рыдать. В лучшем случае к нему подойдет кто-то из сердобольного персонала, в худшем – никто не подойдет, или этот персонал окажется не очень-то сердобольным, как мы видим на этом примере. Медсестра не знает, как вообще с этим ребенком говорить, и надо признать, это не ее функция. Мне жаль, что у нас нет социальных педагогов, сотрудников педагогических в больницах – в лучшем случае раз в неделю приходящий воспитатель поиграть. Но на сегодня это так.

Я не берусь сейчас говорить, что детский дом сильно лучше больницы, там тоже бывает, к сожалению, неквалифицированный персонал, грубость по отношению к ребенку, неуважение, потому что у нас не ни специального обучения, ни подготовки специалистов к работе с детьми, помещенными в детские учреждения, но хотя бы там есть нормальная развивающая среда, есть люди с педагогическим образованием. Шансы на то, что за ребенком будет хоть какой-то уход, там намного выше.

Ситуация выявляет целый ряд проблем, и мы говорим об этом годами: то, как сегодня детей изымают из семей, и то, что с ними происходит дальше – это вторичное травмирование. Может быть,  ситуация в семье действительно была неправильной и опасной для ребенка. Но когда взрослые, которые берут на себя ответственность за принятие решения в этот момент, пихают ребенка в какое-то место, где ему страшно, одиноко, никто ничего не объясняет и не успокаивает, или он становится жертвой насилия, – что, вроде как, и было угрозой, – для чего тогда его из этой семьи забрали? Зачем забирать его из семьи, где ему было плохо, чтобы поместить в место, где ему снова будет плохо? Что это за система государственной помощи ребенку такая?

Чтобы снизить возможность насилия, унижения, пренебрежения по отношению к ребенку в системе государственной заботы и ухода, нужно еще очень многое в ней менять.

Записала Ирина Якушева

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
На пороге вашей квартиры появились сотрудники опеки. Что делать?

Так ли просто забрать ребенка из семьи – советы юриста

Омбудсмен: Следствие даст оценку всем сторонам конфликта вокруг мальчика с Сахалина

Матери Германа будет предложена профессиональная психологическая помощь и социальная реабилитация

Мальчик и медсестра – с чего начинается путь унижений

Зачем изымать ребенка из неблагополучной семьи? Чтобы сделать еще хуже?

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: