Евангелие от Матфея (26:17–28:20).

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 6, 1995
Евангелие от Матфея (26:17–28:20).

26:17  А в первый день праздника Опресноков приблизились
ученики к Иисусу со словами: “Где пожелаешь Ты,
чтобы мы приготовили для Тебя пасхальную трапезу?”
18       А Он сказал: “Ступайте в город к такому-то и скажите
ему: «Учитель говорит: Час Мой близок; у тебя буду Я
19       праздновать Пасху с учениками Моими»”./ И сделали
ученики, как велел им Иисус, и приготовили пасхаль-
ную трапезу.

20       А когда наступил вечер, возлег Он за столом вместе с
21       Двенадцатью;/ и когда они ели, Он сказал: “Воистину
22       говорю вам, что один из вас предаст Меня”./ Весьма
опечалившись, начали они один за другим спрашивать
23       Его: “Не я ли, Господи?”/ Он же сказал в ответ: “Кто
опустил руку свою в одно блюдо со Мной, тот предаст
24       Меня./ Сын Человеческий идет Своим путем, как пред-
речено о Нем в Писании; но горе тому человеку, через
которого Сын Человеческий будет предан! Лучше было
25       бы тому человеку не родиться”./ Тогда Иуда, что пре-
давал Его, вставил слово: “Не я ли, Равви?” Говорит
ему Иисус: “Ты сказал”.

26       И когда они ели, Иисус, взяв в руки хлеб и произнеся
над ним благословение, разломил и, раздавая ученикам
Своим, сказал: “Возьмите, вкусите! Это есть Тело Мое”.
27       И взяв чашу и произнеся благодарение, Он дал им ее,
28       говоря: “Пейте из нее все!/ Это Кровь Моя, Кровь Но-
вого Завета, за многих изливаемая ради прощения гре-
29       хов./ Говорю вам: не пить Мне отныне от этого пло-
да виноградной лозы до Дня того, когда буду пить
вино новое вместе с вами в Царствии Отца Моего”.

30          И воспев пасхальное славословие, вышли они из дома к
31          Горе Маслин./ Тогда говорит им Иисус: “Все вы впа-
дете в соблазн обо Мне, этой же ночью, ибо сказано в
Писании: «Я поражу пастуха, и овцы стада рассеются».
32          Но восстав от смерти, Я буду ждать вас в Галилее”.
33          Сказал Петр Ему в ответ: “Даже если все впадут в
34          cоблазн о Тебе, я не впаду в соблазн никогда”./ Сказал
ему Иисус: “Воистину говорю тебе, что этой же ночью,
прежде, чем пропоет петух, ты трижды отречешься от
35          Меня”./ Говорит Ему Петр: “Хотя бы мне пришлось
умереть вместе с Тобою, не отрекусь от Тебя!” Подоб-
ное же говорили и все прочие ученики.

36          Тем временем приходит с ними Иисус в местность,
именуемую Гефсимания, и говорит Он ученикам:
37          “Посидите здесь, пока Я отойду туда для молитвы”./ И
взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, Он
38          начал скорбеть и томиться./ Тогда говорит Он им: “В
смертной муке душа Моя: побудьте здесь и бодрствуйте
39          вместе со Мною!”/ И пройдя немного вперед, Он пал
на лицо Свое, молясь так: “Отче Мой, если только воз-
можно, да минует Меня чаша эта! Однако не как Я
40          хочу, но как Ты”./ И подходит Он к ученикам, и
застает их спящими, и говорит Петру: “Так-то  вы и еди-
41          ного часа не могли бодрствовать со Мною?/ Бодрствуйте
и молитесь, чтобы не впасть вам во искушение; дух
42          ревностен, но плоть слаба”./ Снова, во второй раз,
Он отошел и стал молиться, говоря: “Отче Мой, если
не может чаша эта миновать Меня, чтобы не пить Мне
43          от нее, да будет воля Твоя!”/ И снова вернувшись, Он
44          застал их спящими; ибо глаза их отяжелели./ И оставив
их, Он снова отошел и в третий раз молился, говоря те
45          же слова./ Затем возвращается Он к ученикам и говорит
им: “Вы все дремлете и почиваете? Вот, час близок,
и Сын Человеческий предается в руки грешников.
46          Вставайте, пойдем; вот, близко предающий Меня”.

47          И вот, пока Он еще говорил, пришел Иуда, один из
Двенадцати, и с ним многолюдная толпа с мечами и
дрекольем, посланная от первосвященников и старей-
48          шин Израиля./ А предающий заранее условился с ними:
49          “Кого я поцелую, это Он и есть; берите Его!”/ И подо-
шел он прямо к Иисусу и сказал: “Здравствуй, Равви!” —
50          и поцеловал Его./ Иисус же сказал: “Любезный, так вот
зачем ты здесь!” Тогда они подошли, и наложили руки
51          на Иисуса, и схватили Его./ И тут один из тех, что были
с Иисусом, протянув руку, выхватил меч свой и,
52          поразив первосвященникова раба, отсек ему ухо./ Тогда
говорит ему Иисус: “Вложи меч в ножны, ибо все, кто
53          возьмут меч, от меча и погибнут./ Или ты думаешь, что
Я не могу обратить мольбу ко Отцу Моему, и Он тотчас
же не пошлет ко Мне более нежели двенадцать
54          легионов ангелов?/ Но как тогда исполнится сказанное
55          в Писании о том, что этому должно быть?”/ В тот час
сказал Иисус к толпе: “Словно на разбойника вышли
вы на Меня с мечами и дрекольем, чтобы взять Меня!
Каждый день сидел Я во Храме и учил, и вы не
56          схватили Меня./ Но все это совершилось, дабы испол-
нились писания пророков”. Тогда все ученики, покинув
Его, бежали.

57          А те, что схватили Иисуса, отвели Его к перво-
священнику Каиафе, где уже собрались книжники и
58          фарисеи./ Петр же шел за Ним поодаль до двора
первосвященника и, зайдя внутрь, сел вместе со
59          слугами, чтобы видеть, чем дело кончится./ А перво-
священники и весь Синедрион добивались ложных
свидетельств против Иисуса, чтобы предать Его
60          смерти,/ однако не преуспели, хотя и много явилось
61          лжесвидетелей. Наконец, явилось двое,/ которые сказа-
ли: “Этот человек говорил: «Я могу разрушить Храм
62          Божий и в три дня восстановить его»”./ И первосвя-
щенник, встав, сказал Ему: “Ты ничего не имеешь
ответить на то, что они против Тебя свидетельствуют?”
63          Но Иисус молчал, и первосвященник сказал Ему:
“Богом Живым заклинаю Тебя, скажи нам: Ты ли Хрис-
64          тос, Сын Божий?”/ Говорит ему Иисус: “Ты сказал. Бо-
лее того говорю вам: отныне узрите Сына Человечес-
кого, воссевшего по правую руку Силы и шествующего
65          по облакам небесным”./ Тогда первосвященник
разорвал на себе одежды и сказал: “Он изрек
богохульство! Для чего нам еще свидетели? Вот, теперь
66          вы слышали богохульство;/ что вы решите?” Они
67          же сказали ему в ответ: “Он должен умереть!”/ Тут они
стали плевать Ему в лицо и бить кулаками; а иные,
68          ударяя Его по щекам,/ приговаривали: “Изреки нам
пророчество, Христос: кто Тебя ударил?”

69          А Петр сидел снаружи, на дворе; и подошла к нему
одна служанка со словами: “Ты тоже был с Иисусом
70          Галилеянином!”/ Но он отрекся перед всеми, говоря:
71          “Не знаю, что такое ты говоришь”./ А когда хотел он
выйти из ворот, увидела его другая служанка и говорит
тем, что были возле: “Вот этот был с Иисусом
72          Назореем!”/ И снова отрекался он под клятвой, что,
73          мол, не знаю я такого человека./ А немного спустя
подошли стоявшие и сказали Петру: “Вправду ты из
74          них! Вот и по говору можно распознать”./ Тут Петр
принялся клясться самыми страшными клятвами, что-де
не знаю такого человека; и тотчас запел петух.
75          И вспомнил Петр слово, сказанное Иисусом: что
прежде, нежели запоет петух, ты трижды отречешься от
Меня. И, выйдя со двора, он горько заплакал.

27:1       А ранним утром все первосвященники и старейшины
Израиля совместно приняли решение против Иисуса,
2             чтобы предать Его смерти;/ и Его, связав, отвели и
выдали Пилату, римскому наместнику.

3             Тогда Иуда, предавший Его, видя, что Он осужден,
раскаялся и отнес тридцать серебряных монет
4             первосвященникам и старейшинам,/ говоря: “Согрешил
я, предав кровь невинную”. А они сказали: “Что нам до
5             того? Это уж твоя забота”./ И он, кинув монеты в
6             Храме, ушел и удавился./ А первосвященники, взяв
монеты, сказали: “Нельзя приложить их к храмовым
7             пожертвованиям, ибо это цена за кровь”./ Посове-
щавшись, они решили купить на эти деньги поле
горшечника, чтобы погребать там чужестранцев.
8             Потому поле это и зовется до сего дня Полем Крови.
9             Тогда исполнилось реченное через пророка Иеремию,
который сказал: “И взяли они тридцать серебренников,
цену Того, Кто был оценен, Которого оценили сыны
10          Израилевы,/ и отдали их за поле горшечника, как пове-
лел мне Господь”.

11          А Иисус был поставлен перед римским наместником; и
спросил Его наместник: “Ты ли — царь иудейский?” Но
12          Иисус сказал: “Это ты говоришь”./ И на обвинения
против Него от первосвященников и старейшин Он не
13          отвечал ничего./ Тогда говорит Ему Пилат: “Не
14          слышишь, сколько свидетельств против Тебя?”/ Но Он
не ответил ему ни на одно его слово, так что наместник
15          был изумлен весьма./ А на праздник имел наместник
обыкновение отпускать одного узника, какого хотел
16          народ./ А был у них тогда знаменитый узник по имени
17          Иисус Варавва./ И когда собрались люди, спросил их
Пилат: “Кого вы хотите, чтобы я отпустил вам, Иисуса
18          Варавву или Иисуса, именуемого Христос?”/ Ведь Пи-
19          лат знал, что Его выдали из зависти. / А когда он сидел
на судейском месте, жена его велела ему передать: “Не
тронь этого Праведника! Сегодня ночью я много выст-
20          радала из-за Него во сне”./ Но первосвященники и
старейшины подбили народ, чтобы просили за Варавву,
21          а Иисуса погубили./ А наместник обратился к ним:
“Кого из двух хотите вы, чтобы я отпустил вам?” Они
22          же ответили: “Варавву!”/ Говорит им Пилат: “А что же
мне делать с Иисусом, называемым Христос?” Говорят
23          все: “Пусть будет распят!”/ А тот спросил: “Что же
дурного Он сделал?” Но они еще громче закричали:
24          “Пусть будет распят!”/ Видя, что ничего не помогает,
но буйства делается все больше, взял воды и перед
народом умыл руки, говоря: “Я неповинен в Его крови;
25          ответ на вас!”/ И весь народ сказал: “Кровь Его на
26          нас и на детях наших!”/ Тогда он отпустил им Варавву,
а Христа отдал после бичевания распять на кресте.

27          Тогда воины наместника, уведя Иисуса в преторию,
28          столпились вокруг Него целой когортой;/ раздев Его,
29          они накинули на Него алый плащ,/ и сплели венок
из терния, и надели Ему на голову, и вложили Ему
в правую руку тростник, и преклоняя перед Ним
колени, насмехались над Ним, приговаривая: “Привет
30          Тебе, о Царь Иудейский!”/ И плевали в Него, и взяли
тростник, и били Его по голове.

31          А когда натешились над Ним, сняли с Него плащ, и на-
32          дели одежды Его, и повели Его на распятие./ Когда они
выходили, им встретился человек из Кирены, по имени
33          Симон, которого они понудили нести Его крест./ И
когда пришли они на место, именуемое Голгофа, что
34          означает Лобное Место,/ давали они Ему пить вино,
35          смешанное с желчью; и Он, отведав, не захотел пить./ А
распяв Его, стали делить между собой одежды Его,
36          бросая жребий;/ и сев, стали Его там сторожить.
37          И поместили над головой Его надпись с указанием
38          вины: “Это Иисус, Царь Иудейский”./ Тогда распяли
вместе с Ним двоих разбойников, одного по правую
39          руку, другого по левую./ А кто проходил мимо, хулили
40          Его, качая головами/ и приговаривая: “Ты, что можешь
разрушить Храм и в три дня восстановить его, Спа-
си Самого Себя, если Ты — Сын Божий, и сойди с
41          креста!”/ Подобным же образом глумились и первосвя-
щенники вместе с книжниками и старейшинами,
42          говоря:/ “Других спасал, а Самого Себя спасти не мо-
жет! Это Царь Израиля, пусть сойдет сейчас со креста,
43          и мы уверуем в Него!”/ “Он уповал на Бога, пусть Бог
теперь избавит Его, если Он Ему угоден!” “Он же
44          сказал, что Он — Божий Сын”./ Также и разбойники,
распятые вместе с Ним, поносили Его.

45          А от шестого часа до часа девятого сделалась тьма по
46          всей земле./ Но около девятого часа возопил Иисус
громким голосом: “Или, Или! Лама савахфани?” Это
означает: “Боже Мой, Боже Мой! Зачем Ты оставил
47          Меня?”/ А некоторые из тех, что стояли там, услышав
48          это, говорили: “Он Илию зовет!”/ И один из них тотчас
побежал, взял губку и, окунув ее в уксус и водрузив
49          на трость, дал Ему испить./ А другие говорили: “Оставь!
50          Посмотрим, придет ли Илия спасать Его”./ Но Иисус,
еще раз возопив громким голосом, испустил дух.
51          И вот, завеса во Храме разодралась надвое; и сотряслась
52          земля, и расселись скалы,/ и отверзлись гробницы, и
53          восстали многие тела усопших святых,/ и вышли по
восстании своем из гробниц, и вошли в Святой Город,
54          и многим являлись./ А центурион и его воины, которые
стерегли Иисуса, увидев землетрясение и все, что
происходило, устрашились, говоря: “Этот человек был
55          воистину Сын Божий!”/ И было там много женщин,
смотревших издали; это были те, которые ходили за
56          Иисусом от Галилеи, служа Ему./ В числе их была
Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова и Иосифа, и
мать сыновей Зеведеевых.

57          А когда наступил вечер, пришел богатый человек из
Аримафеи, по имени Иосиф, который и сам поучался у

58          Иисуса./ Явившись к Пилату, он просил тело Иисуса;
59          тогда Пилат распорядился выдать./ И взяв тело, Иосиф
60          завернул его в чистую льняную ткань,/ и положил его в
новой, принадлежавшей ему гробнице, которую высек в
скале; и ушел, привалив к двери гробницы большой
61          камень./ А были там Мария из Магдалы и другая
Мария, сидевшие напротив гробницы.

62          А поутру, в тот день, который после пятницы, собра-
63          лись к Пилату первосвященники и фарисеи,/ говоря:
“Господин! Мы припомнили, что когда обманщик тот
64          еще был жив, Он сказал: «Через три дня восстану!»/ Так
прикажи до третьего дня охранять гробницу, чтобы
ученики Его не пришли и не украли тело; а то скажут
народу: «Он восстал из мертвых!» — и будет после-
65          дующий обман горше предыдущего”./ Сказал им Пилат:
“Стража у вас; ступайте и примите меры, какие
66          считаете нужными”./ А они пошли и приняли меры,
касающиеся гробницы, опечатав камень и приставив
стражу.

28:1       Когда же минула суббота, на рассвете следующего дня
Мариам из Магдалы и другая Мария пришли навестить
гробницу;

2             и вот, великое сделалось землетрясение, оттого что
ангел Господень, сойдя с неба и приблизясь, отвалил
3             камень и восседал на нем./ И было обличие его, как
4             молния, и одежда его была бела, как снег;/ и от страха
перед ним стражники затряслись и сделались, как мерт-
вые.

5             И заговорил ангел, и сказал женщинам: “Вы не страши-
тесь! Знаю, что ищете вы Иисуса, Того, Кто был распят.
6             Его нет здесь, ибо Он воскрес, как и говорил.
7             Подойдите, осмотрите место, где Он лежал,/ и скорее
идите сказать ученикам Его, что Он воскрес из мерт-
вых, и вот, ожидает вас в Галилее; там увидите вы Его.
8             Вот, я сказал вам”./ И они, поспешно оставив
гробницу, в страхе и радости великой побежали возвес-
тить ученикам Его.

9             И вот, Иисус предстал перед ними, говоря: “Радуйтесь!”
Они же, приблизясь, поверглись перед Ним ниц и об-
10          няли ноги Его./ Тогда Иисус говорит им: “Не страши-
тесь! Ступайте, возвестите братьям Моим, чтобы
11          шли в Галилею, и там они увидят Меня”./ Меж тем,
когда они были в пути, несколько человек из стражи,
придя в город, доложили обо всем случившемся
12          первосвященникам./ И те, собравшись и посоветовав-
13          шись со старейшинами, дали воинам изрядно денег/ со
словами: “Скажите, что, дескать, ученики Его, придя
14          ночью, выкрали Его, пока мы спали./ А если дело
дойдет до наместника, мы уладим дело, и неприят-
15          ностей у вас не будет”./ И они, взяв деньги, повели
себя, как им было велено. И молва эта разнеслась меж
иудеев и ходит по сей день.

16          А одиннадцать учеников пошли в Галилею, на ту гору,
17          куда велел им Иисус./ И увидев Его, они пали ниц;
18          некоторые же усомнились./ Иисус молвил им так:
19          “Дана Мне всякая власть на небе и на земле;/ итак,
идите и сделайте учениками все народы, крестя их
20          во имя Отца и Сына и Святого Духа,/ научая их соблю-
дать все, что Я заповедал вам. И вот, Я с вами во
все дни до скончания века”.

Примечания

О своих общих переводческих принципах я имел случай объясниться с читателем в № 2 журнала “Альфа и Омега” (сс. 11–12).

Дилемму: либо “сакральный язык”, либо “современный язык”, мыслящийся в каждый момент как язык расхожий и раскованный, от которого требуется в основном гладкость и бойкость, — я считаю в применении к проблеме перевода Писания ложной.

Понятие сакрального языка встречается во многих языческих религиях; оно весьма логично и неизбежно и в системах иудаизма и ислама. Я не вижу возможности отстаивать его как категорию христианского богословия. Равным образом непрерывный, равный себе “высокий штиль” в чисто риторическом смысле чужд облику греческого текста Нового Завета, и
это, как вправе подумать верующий христианин, само по себе,что называется, промыслительно: “возвышенное” в риторическом и эстетическом смысле не совсем соответствует серьезности, присущей кеносису, нисхождению Бога к нам, в наш мир. Замечательный христианский писатель Франции Бернанос сказал как-то: “Святость не возвышенна”. Святость смиренна.

С другой стороны, текст Писания — это все время “знак” и “знамение”. Его знаковость, его притчеобразность (и потому определенная, все время меняющаяся степень загадочности) обращены к вере читателя и только верой могут быть восприняты, так сказать, по назначению, но они могут быть совершенно объективно отмечены также на уровне мирского знания, как литературная функция. Эта функция определяет слог, который стремится обратить внимание на “особенные”, маркированные слова-знаки, отобранные, усвоенные и переосмысленные библейской традицией. Когда перед нашими глазами — дорожный знак, он ведь тоже должен резко отличаться от всего, что вокруг него, должен иметь специфическую форму, чтобы прохожий или проезжий сразу понял, что возникает перед его глазами.

Перевод на “современный” язык? Будучи человеком своего времени, еще уже, своего поколения, я мог бы попытаться выполнять перевод на язык “несовременный”, то есть на язык какой-то минувшей поры русской истории, лишь в качестве очень трудной, изысканной, честолюбивой филологической игры. С задачей перевода Писания такие суетные игры несовместны. С другой стороны, мне кажется странным понимать современность современного языка в духе, так сказать, хронологического изоляционизма; как если бы до современного городского говорка вообще ничего не было. Полноценная, неурезанная современность включает в себя ретроспективу — при условии, что это ее собственная оглядка на прошлое, из того места, где обретается она; и те славянизмы, которые продолжают еще быть понятными, звучат нынче все равно не так, как во времена Ломоносова (а во времена Ломоносова звучали совсем не так, как до Петра, и уж подавно не так, как в начальные времена древнерусской словесности).

При переводе любых, в том числе и светских текстов из других эпох, я привык избегать такой языковой стратегии, которая внушала бы читателю иллюзию отсутствия дистанции во времени. (Не у всех моих коллег такие взгляды; многоуважаемый питерский филолог в тексте богословского прения  XIV в. переводит византийское слово, означающее “монеты”, словосочетанием “денежные знаки”. Для меня дело не в том, что “денежные знаки”, так сказать, презренная проза. Нет, просто по контексту описывается, чем монета была для монархического восприятия византийца; разве человек, для коего монеты суть денежные знаки, способен естественно относиться к ним, как византиец?) Что сказать о переводе Писания? Конечно, Вл. Соловьев сказал, что Бог для христианина — “не в уснувшей памяти веков”; на это можно сказать лишь “аминь”. Мистически Страсти и Воскресение Христа совершаются для нас сегодня. Но недаром Церковь обязывает нас читать  в Символе Веры: “Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате”: историческая, хронологическая локализация Священной Истории (без которой она не была бы историей) тоже важна, не только фактически, но и вероучительно. То, о чем повествует Евангелие, произошло не в пространстве современности (и особенно не в пространстве изоляционистского представления современности о самой себе), — но среди несколько иных людей, отношений, нравов. Мне трудно отказаться от мысли, что язык перевода должен обо всем этом непрерывно сигнализировать. Определенные евангельские ситуации, будучи пересказаны равным себе современным языком, становятся не более, а менее понятными читателю, более озадачивающими, просто потому,
что их событийная сторона предполагает несколько иной “семиотический код”.

Я не хочу быть ни “традиционалистом”, ни “модернистом”, ни еще каким-либо “-истом”. Вопрос не допускает идеологизации в духе какого бы то ни было “-изма”. Христианская вера — это не эмиграция из своего времени в какое-то благочестивое прошедшее, не “выход из истории”, но это и не замыкание себя в своем времени, не потакание самодовольной “современности” (которая, по правде говоря, настолько уверена в себе, что абсолютно не нуждается в наших поддакиваниях); это единение с поколениями людей, которые верили прежде нас. Такое единение предполагает одновременно и дистанцию, и победу над дистанцией. Как написаны Евангелия в греческом оригинале? Не на сакральном (семитском) языке, но на греческом наречии, на котором они становились доступны максимальному числу тогдашних жителей культурной “субэкумены”; да, конечно, — но с каким множеством оборотов, восходивших к языку Септуагинты, то есть маркированных библеизмов внутри самого греческого! Одновременно отход от семитической языковой традиции ради миссионерского приближения к слушателю и
читателю, — и явственная, непрерывная оглядка на эту самую традицию, восстанавливающая связи в истории и в вере.

(26:23) Опустить руку именно в блюдо, стоящее перед Иисусом (при очевидном наличии хотя бы еще одного блюда за столом) означает в традиционном кодексе Востока претензию на особую степень дружеской близости и доверительных отношений. Обычная древняя символика совместного вкушения еды в этом пункте особенно усиливается.

(26:29) Дня того — характерный случай, когда самое простое слово “день” выступает как эсхатологический символ и термин.

(26:30) Славословие — “халлель”, входящий в обрядность иудейской Пасхи. Гора Маслин — высокий холм к востоку от Иерусалима, отделенный от города оврагом реки Кидрон. В традиционном переводе — “Масличная гора”; церковнославянская транскрипция греческого топонима — “Елеон” (“Елеонская гора”). На холме до сих пор растут маслины (некоторые — очень старые).

(26:31) Ср. Зах 13:7.

(26:36) Гефсимания (евр. “Дом Точила”, то есть место, где было устройство для выдавливания сока из виноградных гроздьев) — место на западном склоне Горы Маслин.

(26:47) Один из Двенадцати — высокое избрание Иуды еще раз многозначительно подчеркнуто. (На ином языке, чуждом миру Евангелий, это можно было бы назвать трагической иронией).

(26:50) Любезный — греч. ˜ta‹re. Так же обращается в притче царь к рабу, явившемуся на брачный пир без подобающего одеяния (Мф 22:12).

(26:64) Ср. Дан 7:13; Пс 109(110):1.

(26:73) В талмудической литературе встречается отголосок анекдотов о галилейском говоре, не всегда понятном жителям Иерусалима и забавлявшем их. Право приговаривать к смертной казни римские оккупационные власти удерживали за собой. Приговор, вынесенный иудейским Синедрионом, нуждался  в формальном утверждении римского наместника.

(27:6) Обсуждение казуистических вопросов, касающихся пожертвованных Храму, но ритуально нечистых денег, характерно для исторического фона эпохи и среды.

(27:9–10) Ср. Иер 32:6–15; Зах 11:12–13.

(27:34) По-видимому, имеется в виду “одуряющая” и потому уменьшающая страдания смесь вина с миррой (ср. Мк 15: 23), которую набожные иудеянки (ср. Лк 23:27) предлагали осужденным на мучительную казнь. Иисус отказался от этого напитка.

(27:46) Ср. Пс 21(22):2. Цитата отсылает к псалму в целом и постольку не должна быть понимаема как возглас отчаяния.

В основе перевода лежит издание: Novum Testamentum Graece post E. Nestle denuo edid. K. Aland, M. Black, C. M. Martini, B. M. Metzger et A. Wikgren, 26. Aufl., 10. Druck, Deutsche Bibelgesellschaft Stuttgart 1979.

Перевод с греческого и примечания С. Аверинцева

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
Проповеди. Воскресенье перед Рождеством…

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 50, 2007

В сети появился электронный архив журнала «Альфа и Омега»

«Альфа и Омега» некоммерческий культурно-просветительский журнал, посвященный богословским вопросам православия

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: