Никита Струве и виртуальное православие

|

Читайте также:

Христианство. Не идеология

Эмигрантские споры вокруг русских храмов

По следам интервью Никиты Струве журналу “Огонек”: свое мнение высказывает Виктор Лупан, французский книгоиздатель, Глава редсовета «Русской мысли», член Приходского совета Свято-Александро-Невского собора (Париж), член Патриаршего совета по культуре (Москва).

Виктор Лупан

Интервью Никиты Струве журналу «Огонек» вызвало немало реакций. А ведь ничего нового в нем не было. Позиция Струве и его соратников давно известна. Они считают, что у парижской «Архиепископии русских православных церквей в Западной Европе» – свой путь.

«Свой» – значит отделенный от Русской церкви. Хотя, Архиепископия эта русская, и существует она в этом виде лишь потому, что Русская церковь попала под иго антихриста.

Когда Митрополит Евлогий (Георгиевский) просил, в 1930-х годах, Патриарха Константинопольского взять ее под свой омофор, он подчеркивал, что переход этот временный. И утверждал, что как только Русская церковь освободится, Архиепископия вернется в лоно ее.

Долгожданное освобождение произошло, наконец, в 1991 году. А потому позиция Никиты Струве и ему подобных является, в прямом смысле слова, отступничеством.

Да, у Архиепископии славное прошлое. Никто этого не отрицает. Но величие и красота его заключаются в том, что в русских зарубежных храмах жило истинное, свободное, русское православие. В Москве или Киеве оно было гонимо, преследуемо, растерзанно. А в Париже, Берлине, Джорданвилле – дышало свободно.

Миссия русской эмиграции закончилась в 1991 году. Ее опыт свободы востребован в современной России. Не зря ведь наследию эмиграции посвящается столько книг, статей, диссертаций. Не зря русская интеллигенция обращает внимание на то, что мы писали, пишем, говорим.

Однако здесь есть одно принципиальное «но». Когда Никита Струве оправдывает свою позицию тем, что современные русские «постсоветские», и РПЦ – тоже, он кривит душой. Ему можно просто на это ответить тем, что он сам манипулирует постсоветскими категориями.

К сожалению, положение немного сложней. На самом деле, после краха СССР, все вернулось на круги своя. И разногласия, существующие сегодня в лоне русской эмиграции, носят скорее дореволюционный, нежели постсоветский характер. Мы бы с Никитой Струве так же грызлись в 1911 году. Его интеллектуальную позицию невозможно понять, в отрыве от исторической позиции его марксистской, а затем кадетской, семьи.

Никита Струве

Никита Струве – потомственный дореволюционный левак-либерал. То, что ему не нравится в реалиях Русской церкви и Российской государственности, не нравилось уже его деду.

Многие ведь не знают, что дед Никиты Струве, Петр, был соратником Ленина, основателем РСДРП, газеты «Искра», политическим эмигрантом-марксистом. Потом он изменил свои взгляды, был «конституционным демократом», но остался врагом «царизма» и принимал активное участие в Февральской революции. Во время Гражданской войны – примкнул к Врангелю.

В церковном плане, Никите Струве не нравится богослужение на церковнославянском, иконостас, исповедование перед причастием и прочие «русские православные обычаи». Чтоб понять эту неприязнь, следует перечитать русских церковных обновленцев. Не только «чекистских», но и дореволюционных. В России Никита Струве особенно почитает о. Георгия Кочеткова.

Журналист, который представил Никиту Струве «философом» – сильно погорячился. Ему 80 лет. Он преподавал до пенсии русскую литературу в пригородном университете, под Парижем. Тогда, особенно среди славистов, сильны были коммунисты и их профсоюзы. А потому профессор Струве преподавал и советскую литературу. А еще он редактировал журнал РСХД, заведовал русской книжной лавкой и издательством ИМКА ПРЕСС. РСХД и ИМКА – потомственные, дореволюционные, обновленческие структуры, которые боролись за «либерализацию» русского православия. Думаю, что все мы знаем к чему это привело. За автором Никитой Струве, числится пара-тройка книг, в которых нет даже намека на философию.

Рассуждая о судьбе парижской Архиепископии, Н.Струве нарочно умалчивает то, что она сейчас переживает глубокий внутренний кризис. А ведь все было спокойно до 2003 года. В этом знаменательном для нас году скончался Архиепископ Сергий (Коновалов).

Владыка Сергий был истинным выходцем из эмиграции, глубоко русским и глубоко европейским человеком. Он свободно говорил по-русски, по-английски, по-французски, по-немецки, по-нидерландски – его мать была голландкой. В отличие от Н.Струве, Владыка Сергий оставался верным идеалам своих предшественников, а потому готовил вместе с Митрополитом Кириллом, нынешним Святейшим, переход Архиепископии под омофор Патриарха Московского и создание Западноевропейской митрополии. То был великий проект, и секретная операция. Вл. Сергий лично печатал уставы на своем компьютере. После его кончины все это, конечно, попало в руки нынешней епархиальной администрации. И вскоре все сотрудники приснопамятного владыки были заменены новыми людьми. Они и поставили Архиепископию на «антимосковский» курс.

До 2003 года между Архиепископией и РПЦ или РФ не было никаких скандалов. А с 2003 года чередуются суды, причем гражданские, ужасные. В храмах неспокойно. Приходские собрания и советы стали часто носить склочный характер. Паства разделена на тех, кто остаются верными истории и хотят возврата в Русскую Церковь, и тех, кто желают превратить Архиепископию в поместную церковь. Заметим, что от этой утопии шарахаются все Православные Церкви, включая Константинопольскую.

Всем тем, кто привязан к Архиепископии, больно видеть, что с ней происходит. Пожилую прихожанку из Ниццы – Лидию Федоровну Плас – отлучили от причастия из-за статьи в «Русской мысли». Ее друзья утверждают, что бедная женщина скончалась от горя.

В той же Ницце Свято-Никольский собор потерян Архиепископией после судов с РФ и недостойной полемики. Его можно было сохранить, но максимализм местной православной ассоциации погубил дело. В Биаррице, Архиепископия судилась с РПЦ за местный храм, и – победила. Но, победив, не провела работ в нуждающейся в ремонте церкви, и она сейчас в аварийном состоянии. В Лондоне судебная тяжба за владения Сурожской епархии МП была проиграна Архиепископией. А викарный епископ Василий (Осборн) еще взял и обнародовал свои любовные сношения с некой дамой и отказался от сана! Славный Свято-Сергиевский Богословский Институт пребывает в практически открытом конфликте с правящим архиереем. Когда еще такое было? Да никогда!

Причем времена-то мирные. Большевиков ведь давно нет! Русская церковь свободна. Воссоединение с Зарубежниками (РПЦЗ) прошло без проблем. А мы – бьемся в судорогах. И вот это Никита Струве считает нашим призванием.

То, что защищает г-н Струве, ближе к самоутверждению и утопии, чем к миссии русской эмиграции. Меня успокаивает то, что принцип реальности все равно восторжествует. И произойдет это вне зависимости от полемик и умозрительных построений. Ибо правда существует, хотим мы этого, или нет. Торжество правды это и есть торжество православия.

Читайте также:

Христианство. Не идеология

Эмигрантские споры вокруг русских храмов

Никита Струве о Солженицыне, об эмиграции, о судьбах России и Европы (+ АУДИО)

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Шахматы и жизнь

Самый главный урок — уметь заведомо осознавать последствия своих действий

Патриарх Кирилл: Пребывание за рубежом должно укреплять православных в вере

Когда люди живут за пределами своего Отечества, они попадают в иную культурную среду

Памяти Никиты Алексеевича Струве

Ваша жизнь сделала мир милее. И особенно наш советский, а потом и постсоветский мир