Парадоксы религиозного сознания

Можно ли считать, что без “крещения никуда”, освящать жилище и при этом называть себя атеистом? Можно ли читать молитвы, не понимая значения слов, но осознавать, что это “помогает”? Как это все совмещается в сознании человека? И кто они? Православные, атеисты…  православные атеисты? Сомневающиеся? Стоящие на перепутье? Рассуждает игумен Нектарий (Морозов).  

Религиозное сознание русского человека… Какая же это удивительная, трудно поддающаяся рациональному или какому-то другому анализу область!

Кажется порой, что оно все буквально соткано из парадоксов, противоречий. Русский человек верует иногда в силу того, что “это абсурдно”,  прямо таки по Тертуллиану. Иногда же, напротив, не верит, хотя в его конкретном случае, при его жизненном опыте абсурд – именно неверие.

И как при всем при этом к статистике нашей относиться, такой спорной и пререкаемой – той самой, согласно которой у нас в стране православных до 80 процентов, а в храм регулярно ходит раз-два и обчелся – в процентном, опять таки, соотношении? И кто прав – оппоненты наши, утверждающие, что все эти миллионы верующих – фикция, что это мы искусственно и недобросовестно их “за своих считаем”, вопреки реальности, вопреки правде?

Или же мы, когда доказываем, что не кто-то проценты эти “за уши притягивает”, а сами они тянутся – к Богу, к Церкви, к жизни, которой еще толком не знают и не понимают? Статистика тут, кажется мне, ответа сама по себе не даст. И социология тоже…

Помню, как мы ехали однажды в поезде со старичком-ветераном. Лоб его пересекал очень странный шрам: он начинался примерно посередине лба и заканчивался в области виска. Слово за слово мы с ним разговорились.

– В церковь-то я, конечно, не ходил и не хожу: не та у нас жизнь была, не то воспитание. А вот когда на войну шел, бабушка мне с собой какие-то молитвы на бумажке дала. Я их читал каждый день – не помню уже какие, – рассказывал старичок. – Потом, когда вернулся домой, перестал как-то…

Ну и, поскольку, был он достаточно словоохотлив, открыт, то в какой-то момент я решился спросить его об этой странной отметине на лице.

Он оживился еще больше.

– А это, знаете, такой удивительный случай был… Попала мне пуля в лоб, а я как-то в этот момент голову повернул, она по коже скользнула, до виска ее рассекла, и всё. Стою, весь в крови и в толк взять не могу, что произошло. Чудо природы какое-то, необъяснимое.

– Да нет, дедушка, это и правда чудо, но вот природы – вряд ли. Неужели Вы никогда не задумывались о связи между этим случаем и молитвами, которые по благословению бабушкиному читали? Неужели ни разу мысль не промелькнула, что это Господь так дивно жизнь Вам сохранил?

Старичок нахмурился, ушел на какое-то время в себя… Потом лицо его разгладилось.

– Вы думаете? А что… Может и правда, мне вот в голову не приходило. Да, Вы правы, наверное…

Вот как это объяснишь?! Всю войну молитвы читал, потому что бабушка велела, а что за молитвы –  не помнит, да и тогда смысла их не понимал, скорее всего. Всю войну прошел, хоть мальчишкой на нее зеленым и неопытным отправился, и росту в нем, что называется, “метр шестьдесят в прыжке”. И от пули вражеской, прямо в лоб угодившей, не пострадал.

И лет этак за восемьдесят впервые по-настоящему вопросом озадачился: как же это? И наличие связи какой-то между чудом и чтением молитв допустил. Да и о Боге едва ли не в первый же раз всерьез заговорил…

Куда его отнести – к каким “процентам”, кто определит?

А вот другой случай. Прихожу в больницу причащать женщину в тяжелом состоянии. На обратном уже пути прохожу пост охраны и меня окликает с каким-то вопросом сидящий там молодой человек – такой мужественно-хмурый, серьезный очень. Задает какой-то несложный вопрос, не вспомню уже точно: о поминовении усопших или о том, “кому молиться о здравии”. Отвечаю.

Потом, как водится, заговорили о чем-то еще, в частности о проблеме нравственного выбора, особенно актуальной для верующего человека в наполненном соблазнами и таком “неясном” современном мире. Мысли он высказывал здравые, хорошие, представления его действительно выдавали в нем человека, думающего об ответственности за то, что он делает в жизни – не только о сиюминутной, но и о той, которая “потом”.

А затем и к теме молитвы перешли. Выяснилось, что он трижды в день обязательно читает 90-й псалом. И тоже, по-моему, по совету бабушки. Достал текст, прочел при мне вслух – с запинками, но в общем, без ошибок, я даже порадовался. А потом и говорит:

– Вот читаю и почти ничего понять не могу. Но все равно – помогает.

Стали разбираться. Он поделился со мной некоторыми своими открытиями – тем, с чем сам все-таки разобрался. Мне особенно запомнилось его толкование слова “плещма” как “плеши”. “Плещма Своима осенит тя”. В его версии это получалось немного…  неблагочестиво, что ли. Попытался провести работу над ошибками, но чувствую: не нужно ему это совсем. Говорю, а у него глаза точно дымкой какой-подернулись: сознание отторгает “лишнюю” информацию.

Вот и его куда определить, в какую группу: тех, кто “с Церковью” или “вне” Ее? Его, человека, который молится, и знать, о чем молится, нужды не видит, но  при этом ему “помогает”?

Есть в памяти и еще лучше пример парадоксов и противоречий, сгусток прямо-таки.

Приехал к одному нашему благотворителю,  у него в гостях оказался один его знакомый – юрист, подполковник, преподаватель вуза. Он как-то особенно рад был встрече со мной, о чем сразу прямо сказал:

– Я, батюшка, человек совершенно неверующий, но к Вам с большим уважением отношусь, потому что вера – это святое!

Посидели, поговорили о чем-то, и он опять заявляет – всерьез, даже с надрывом каким-то внутренним:

– Я человек, безусловно неверующий, но крещеный, потому что без этого как жить? Никак нельзя!

Я просто слушаю, осмысляю. А хозяин напрягся как-то.

Но тут же и новое откровение звучит:

– Я атеист, слов нет, а вот недавно пригласил священника, кабинет свой освятил, так хорошо на душе стало, как в детстве!

И без паузы спрашивает.

– Я вот, батюшка, кроме крестика еще образок Георгия Победоносца ношу. Так можно, не противоречит?

Не успеваю ничего ответить, хозяин взрывается:

– Володя, какой… “не противоречит”?! Ты о чем вообще? “Я атеист, но крещеный. Я атеист, но кабинет освятил. Я атеист, а можно образок носить?!”. Ты послушай вообще себя! Какой ты атеист?!

Тот замолчал, смутился, переживает…

А я не могу на его огорчение равнодушно смотреть.

– Чего ты, Саша, на него напал? – говорю.  “Какой, какой…” Да самый обыкновенный – православный!

У Владимира прямо лицо засветилось…

Так сложилось, что мы потом с ним до настоящего времени и не встречались – жизнь такова и обстоятельства ее.

Был период, когда на одном нашем саратовском сайте, где у меня есть свой блог, ополчились на меня какие-то непримиримые с Православием и заодно со мной борцы. Чего они только обо мне в комментариях не писали… Я даже уставать от них стал.

И вдруг появляется там новый человек, под ником… “православный атеист”. И уж вступается он за меня, так вступается, по полной, что называется, программе, ни в выражениях не стесняясь, ни времени не жалея. Меня участие тронуло, слов нет, до сердца, если честно. И все же пришлось попросить его выйти из дискуссии, уж больно круто у него все заворачивалось, а по-другому он, видимо, не мог. Потому и пропал потом. Может, и читал потом записи в блоге вкупе с комментариями, а может и нет – темперамент не позволял.

Но в памяти он у меня накрепко засел. И не только он, но и дедушка-ветеран, и охранник с “плешью”, и многие, многие еще такие вот “пограничники”, из тех, что одной ногой в Церкви, а другая –  невесть где заблудилась. И так больно, горько за них, а уж когда ловят их за эту самую ногу те, кому “проценты” покоя не дают, и тянут вон из Церкви в это самое “невесть куда”, то еще больнее и горше делается. И грех со своей стороны “правильную” ногу не придержать…

Грех? Конечно…

…Бедный заблудившийся русский человек… Который и будучи атеистом может оставаться православным. И став православным может быть все тем же атеистом. Как же нам не считать его своим, как не любить его, как за него не бороться? Ведь, кроме Бога и нас, мало кому он нужен.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!