Преподобная Александра Дивеевская

(Текст жития адаптирован для современного читателя)

Агафья Семеновна Мельгунова лишилась мужа еще в молодых годах (ей было около 25-ти лет) и прибыла в Киев со своей трехлетней дочерью. Здесь она решилась посвятить свою остальную жизнь Богу. Монашество она приняла во Флоровском монастыре под именем Александры. Несомненно, мать Александра думала в этом монастыре почить и от земных трудов, но Господу было угодно возложить на нее обязанности первоосновательницы нового монастыря.
Успенский собор Саровской пустыни.Подвижническая жизнь ее во Флоровском монастыре продолжалась не очень долго. “Достоверно одно,- свидетельствуют священники Дертев и Садовский, а также  ученик преподобного Серафима Саровского Н. А. Мотовилов,- что мать Александра однажды после долгого полунощного молитвенного бдения, будучи то ли в легкой дремоте, то ли в ясном видении, Бог весть, сподобилась видеть Пресвятую Богородицу и слышать от Нее следующее: “Это Я, Госпожа и Владычица твоя, Которой ты всегда молишься. Я пришла возвестить тебе волю Мою: не здесь хочу Я, чтобы ты окончила жизнь твою, но как Я раба Моего Антония вывела из Афонского жребия Моего, святой горы Моей, чтобы он здесь, в Киеве, основал новый жребий Мой – Лавру Киево-Печерскую, так тебе ныне глаголю: изыди отсюда и иди в землю, которую Я покажу тебе. Иди на север России и обходи все великорусския места святых обителей Моих, и будет место, где Я укажу тебе окончить богоугодную жизнь твою, и прославлю Имя Мое там, ибо в месте жительства твоего Я осную такую обитель великую Мою, на которую низведу Я все благословения Божий и Мои, со всех трех жребиев Моих на земле: Иверии, Афона и Киева. Иди же, раба Моя, в путь твой, и благодать Божия, и сила Моя, и благодать Моя, и милость Моя, и щедроты Мои, и дарования святых всех жребиев Моих выну да будут с тобою!”

Очнувшись от этого видения, мать Александра хотя и восхитилась духом, но не сразу решилась предаться вере во все слышанное и виденною ею. Слагая все в своем сердце, она сперва сообщила о видении своему духовному отцу, затем другим опытным духовникам Киево-Печерской Лавры и старицам, одновременно подвизавшимся с нею в Киеве. Мать Александра просила их разобрать, рассудить и решить, что за видения удостоилась она, и не есть ли это мечта, игра воображения и прелесть? Но святые старцы и старицы после молитв и долгих размышления единогласно решили, что видение истинное, и Пречистая Дева избрала мать Александру для устроения Четвертого Своего удела.
Отцы и матери посоветовали матери Александре скрыть свое пострижение и под прежним именем полковницы Агафии Семеновны Мельгуновой безбоязненно пуститься в путь, указанный ей Богоматерью, и ждать снова указания Пресвятой и Пречистой Девы: где и когда повелит Она, то творить с полною верою в истину сказанного и указанного.
Сведения о том, где и сколько времени странствовала мать Александра, утратились с годами и нигде в записках и рассказах не значатся. По показаниям старожилов, она в 1760 году шла из г. Мурома в Саровскую пустынь. Не доходя 12 верст, мать Александра остановилась на отдых в селе Дивеево, отстоящем от Арзамаса в 55 верстах и от Нижегородского Ардатова в 24 верстах. Местоположение привлекло ее взоры, так как берег речки, на котором расположилось село, был высок, и с возвышенности открывался вид на окружающую местность. Потому ли, что она устрашилась разгульного заводского населения, занимающегося добыванием железной руды, или просто как подвижница-монахиня, мать Александра выбрала себе местом отдыха лужайку у западной стены небольшой деревянной церкви, где и уселась на стопе лежавших бревен. Усталая, она уснула сидя и в легкой дремоте снова удостоилась увидеть Божию Матерь и сподобилась, по словам вышеназванных лиц, слышать от Нее следующее:
“Вот то самое место, которое Я повелела тебе искать на севере России, когда еще в первый раз являлась Я тебе в Киеве; и вот здесь предел, который божественным промыслом положен тебе: живи и угождай здесь Господу Богу до конца дней твоих, и Я всегда буду с тобою и всегда буду посещать место это, и в пределе твоего жительства Я осную здесь такую обитель Мою, равной которой не было, нет и не будет никогда во всем свете: это Четвертый жребий Мой во вселенной. И как звезды небесныя, и как песок морской, умножу Я тут служащих Господу Богу, и Меня, Приснодеву Матерь Света, и Сына Моего Иисуса Христа величающих: и благодать Всесвятаго Духа Божия и обилие всех благ земных и небесных с малыми трудами человеческими не оскудеют от этого места Моего возлюбленнаго!”

Свято-Троицкий Серафимо Дивеевский монастырь

Когда видение окончилось, мать Александра проснулась, оглядела местность, начала молиться горячими слезами и еле пришла в себя. Она дошла до Саровской пустыни в великой радости, так как этот монастырь процветал тогда святостью жизни многих великих и дивных подвижников, постников, пещерников, старцев и затворников. Они могли ей помочь советами и наставлениями.
Общежительная Саровская пустынь произвела сильное впечатление на боголюбивую мать Александру своим местоположением и величественностью. Ничего подобного она не видела во всей России, так как монастырь стоял среди дремучего соснового леса на горе, омываемый с трех сторон речками Сатисом и Саровкою. Это была настоящая пустынь, уединенная от людских жилищ, стоящая, как величественный памятник Господу и Его Пречистой Матери, среди необитаемой страны, успокаивающей каждого входящего своей тишиной, мощной природой и песнопениями славящих Бога птиц. Строгое благочиние, продолжительная церковная служба, простота, убогость и суровость монашествующих, старинное столповое пение по чину Афонской горы, скудость пищи и вся обстановка восхитили душу матери Александры. Подвижники-старцы служили духовным украшением и подавали пример твердого упования на помощь всемогущего Бога. Они пребывали в безмолвии и в непрестанной молитве, беседуя всегда мысленно с Богом. При содействии благодати Божией эти подвижники обладали мудрым и тонким познанием сердца человеческого и, как светильники, озаряли чистым светом учения Христова всех приближавшихся к ним, указуя всякому истинный путь, ведущий ко спасению.
Познакомившись с ними, Агафия Семеновна открыла им душу свою и попросила от них, так же как и от киево-печерских старцев, совета и вразумления, как поступить ей в столь удивительных обстоятельствах. Саровские старцы подтвердили ей слова и пояснения киево-печерских иноков и также посоветовали всецело предаться воле Божией и исполнять все ей указанное Царицею Небесною. Насладившись беседою и молитвами в Сарове, мать Александра, послушная воле и указанию Царицы Небесной, собиралась переехать на жительство в Дивеево. “Живи и угождай здесь Богу до конца дней своих!” – сказала ей Владычица.
Но разнопоместное и чресполосное село Дивеево было тогда весьма неудобно для жизни монахини, ищущей молитвенного покоя. Поэтому Саровские старцы посоветовали матери Александре, чтобы исполнить волю Богоматери, поселиться вблизи Дивеева, в деревне Осиновка, стоящей всего на две версты от села.
Агафия Семеновна исполнила советы святых Саровских старцев и поселилась в деревне Осиновка у госпожи Зевакиной. Здесь вскоре заболела и скончалась десятилетняя дочь матушки. Мать Александра увидела в смерти своей единственной дочери еще указание Божие и подтверждение всего возвещенного ей Царицею Небесною. Порвалось последнее звено, связывающее ее с миром.
Тогда Агафия Семеновна по благословению Саровских старцев решила действительно отрешиться от всего своего имущества и окончательно распорядиться своими имениями. Для этого она покинула Осиновку и Саров и отправилась в свои поместья. Немало времени потребовалось ей для устройства дел: отпустив своих крестьян на волю за небольшую плату, а тех, которые не желали воли, распродав за сходную и недорогую цену тем добрым помещикам, которых они сами себе выбрали, она совершенно освободилась от всяких земных забот и значительно увеличила свой и без того большой капитал. Затем она часть капитала положила вкладами в монастыри и церкви для поминовения родителей, дочери и родных, а, главное, поспешила на помощь туда, где надо было построить или возобновить храмы Божий. Мать Александра обеспечивала немало сирот, вдов, нищих и требующих помощи Христа ради. Современники ее указывают 12 церквей, построенных и возобновленных Агафией Семеновной. Среди них и Успенский собор Саровской пустыни, достроить который матушка помогла значительным капиталом.
Нигде не говорится о том, в каком году вернулась Агафия Семеновна в Саров и Дивеево, но надо предполагать, что несколько лет потребовалось для распродажи имений и крестьян. В записках Н. А. Мотовилова значится, что она прожила в деревне Осиновка 3,5 года до смерти дочери. Вероятно, возвращение ее произошло около 1764-66 гг. Саровские старцы благословили ей поселиться у приходского дивеевского священника отца Василия Дертева, жившего вдвоем с женою, известного своею духовною жизнию, с которым мать Александра была уже знакома во время своего нахождения в деревне Осиновка.
Таким образом Агафия Семеновна выстроила себе келию на дворе дивеевского священника отца Василия Деретева и прожила в ней 20 лет, совершенно забыв свое происхождение и нежное воспитание. По своему смирению, она упражнялась в самых трудных и черных работах, очищая хлев отца Василия, ходя за его скотиной, стирая белье.
Внешность матушки Александры известна со слов ее послушницы, Евдокии Мартыновны, записанных Н. А. Мотовиловым: “Одежда Агафии Семеновны была не только простая и бедная, но и многошвейная, и при том зимою и летом одна и та же; на голове она носила холодную черную, кругленькую шерстяную шапочку, опушенную заячьим мехом, потому что она часто страдала головною болью; платочки носила бумажные. На полевые работы ходила в лаптях, а под конец своей жизни ходила уже в холодных сапожках. Матушка Агафия Семеновна носила власяницу, была среднего роста, вида веселого; лицо у нее было круглое, белое, глаза серые, нос короткий луковичкою, ротик небольшой, волосы в молодости были светло-русые, лицо и ручки – полные».

преподобная Александра Дивеевская

В 1767 году мать Александра приступила к постройке каменного храма в Дивееве во имя иконы Казанской Божией Матери взамен старого деревянного и приходящего в ветхость храма святителя Николая Чудотворца. Этот важный для нее вопрос во всех отношениях она порешила по благословению нового Саровского подвижника о. Пахомия, который отличался необыкновенными духовными дарованиями и особенно пришелся по духу матери Александре. Впоследствии он стал строителем Саровской пустыни, и вместе с казначеем Исаией они всегда помогали ей молитвой и советами, являясь ее духовниками.
Протоиерей Василий Садовский пишет в своих записках, что старики ему рассказывали о страшном голоде в 1775 году и о том, как матушка Агафия Семеновна их всех собирала тогда, еще малолетних, к строящейся Казанской церкви и заставляла подносить кирпичи к кладчикам. За это она кормила их вечером сухарями с водою и платила каждому по пятаку в день, приказывая деньги отдавать родителям. Таким образом дивеевские прихожане прожили голодное лето при пособии матери Александры без нужды, когда окрестные крестьяне страшно нуждались и мучились с семьями.
Когда была освящена Казанская церковь, в точности неизвестно, но надо предполагать, что построение ее окончилось, судя по святому антиминсу, через пять лет, т. е. в 1772 году.

Правый придел по особому чудному указанию Божиему посвящен имени святого первомученика и архидиакона Стефана. Мать Александра недоумевала, какому святому посвятить третий придел, и поэтому однажды всю ночь молила в своей келий Господа указать Свою волю. Вдруг послышался в маленьком окне ее стук и за ним голос: “Да будет престол сей первомученика архидиакона Стефана!” С трепетом и радостию бросилась мать Александра к окну, чтобы видеть, кто ей говорит, но никого не было, а на подоконнике она обрела чудно и невидимо откуда явившийся образ святого первомученика архидиакона Стефана, написанный на простом, почти не отесанном обрубке бревна.

Этот образ был всегда в церкви, а впоследствии перенесен в келию первоначальницы Дивеевского монастыря. Внутренний вид келий соответствовал трудному и скорбному житию этой великой избранницы Царицы Небесной. В доме были две комнатки и две каморки. В одной каморке находилась около печки небольшая лежанка, сложенная из кирпичей, около лежанки оставалось место только для того, чтобы в свое время там, у умиравшей матушки, мог встать настоятель Пахомий, и на коленях перед матушкой иеродиакон Серафим, получивший от нее благословение заботиться о дивеевских сестрах. Больше там не было места. Тут же была дверь в темную каморку – молельню матушкину, где уже могла поместиться на молитве лишь одна она перед большим Распятием с затепленной перед ним лампадкой. Окна в этой молельне не было.
Это “молитвенное созерцание матушкино перед Распятием положило отпечаток на весь дух жизни дивеевских сестер. Молитва на мысленной Голгофе, сострадание Распятому Христу – самая глубокая из молитв. На этих молитвенных подвигах матушки Александры создавался благословенный Дивеев”. (прот. С. Ляшевский).
Мать Александра по сооружении храма ездила в город Казань, где получила вернейший список с чудотворной и явленной иконы Казанской Божией Матери, и в город Киев для испрошения для своей церкви частиц святых мощей. Мощи ей вложили в серебряный и позолоченый крест. Из Москвы она привезла колокол в 76,5 пудов и необходимую утварь. Иконостас в Казанскую церковь был отдан из старого Саровского собора строителем отцом Ефремом. Он был зеленого цвета с позолотой, но впоследствии зеленая краска заменена была красною.
Великая раба Божия Агафия Семеновна, как было упомянуто, подвизалась в своей келий, построенной на дворе приходского священника Дертева, в продолжение 20 лет. Она провела всю свою жизнь в таких великих трудах и подвигах, что исполнилась благодати и даров Духа Святаго. Богато одаренная редким умом, она была чрезвычайно образована, начитана и тонко воспитана. Затем она столь твердо изучила все уставы, законы и положения церковные, что во всех важных случаях к ней обращались за указаниями и разъяснениями.
Келейные ее подвиги остались неизвестны, но протоиерей Василий Садовский записал все, что рассказывали ему о матери Александре отец Серафим, отец Василий Дертев, сестры Дивеевской общинки, соседи-помещики, почитатели ее и дивеевские крестьяне, сохранившие воспоминания о ее глубоком смирении и тайных благотворениях. Кроме исполнения самых трудных и черных работ у отца Василия Дертева, мать Александра ходила в крестьянское поле и там сжинала и связывала в снопы хлеб одиноких крестьян, а в страдную пору, когда в бедных семьях все, даже хозяйки, проводили дни на работе, топила в избах печи, месила хлебы, готовила обед, обмывала детей, стирала их грязное белье и надевала на них чистое к приходу их усталых матерей. Все это она делала потихоньку, дабы никто не знал и не видал. Однако, несмотря на все старания и укрывательства, крестьяне стали мало-помалу признавать благодетельницу. Дети указывали на мать Александру, а она с удивлением смотрела на благодаривших ее и отказывалась от своих поступков и действий. Бедным невестам Агафия Семеновна вышивала головные уборы – сороки и красивые полотенца.
В течение 12 лет в праздники и воскресные дни Агафия Семеновна никогда не уходила из церкви прямо домой, но по окончании Литургии всегда останавливалась на церковной площади и поучала крестьян, говоря им о христианских обязанностях и о достойном почитании праздничных и воскресных дней. Эти духовные беседы Агафии Семеновны с народом вспоминались с благодарностью прихожанами села Дивеева даже много лет спустя после ее смерти. К ней стекались со всех сторон не только одни простые люди, но и высокопоставленные лица, купечество и даже духовенство, чтобы послушать ее наставления: получить благословение, совет и удостоиться ее привета. В семейных делах, спорах и ссорах к ней обращались как к праведному судии и, конечно, беспрекословно подчинялись её решениям. Если матушка удостоивала согласиться быть распорядительницею какого-либо особо важного церковного торжества, то это считалось величайшею честью. Так, когда в большом близлежащем селе Нуча было освящение храма, то все нарочно приезжали просить мать Александру быть распорядительницею этого праздника, на что она и согласилась. Всем было на диво, как она прекрасно распорядилась и устроила все. Народу было такое множество, что, казалось, невозможно разместить всех, а матушка соединила дворян вместе, духовенство в другом отделении вместе, купцов посадила с купцами и крестьян отдельно. Всем было удобно, хорошо и всего хватило. Матушка распоряжалась также церковною церемониею, и присутствовавшие смотрели на нее с особым уважением и благоговением.

Милостыня матери Александры была всегда тайная; она служила всем, чем только умела и насколько могла. Многообразные подвиги ее настолько умягчили сердце ее и так угодили Господу Богу, что она удостоилась высокого дара благодатных слез (об этом часто вспоминал отец Серафим).
По освящении всех трех приделов Казанской церкви Агафия Семеновна незадолго до своей кончины решила устроить общину, чтобы вполне выполнить все приказанное Божией Матерью. К этому представился особый случай. За шесть месяцев до ее кончины, в 1788 году, одна из помещиц села Дивеева, госпожа Жданова, наслышавшись об обетованной Агафии Семеновне Материю Божиею обители, желая поусердствовать осуществлению этого дела, пожертвовала матери Александре 1300 квадратных сажен усадебной господской земли своей рядом с церковью.
По совету Саровских старцев и с разрешения епархиального начальства мать Александра построила на этой земле три келий с надворным строением и оградила пространство деревянною оградою; одну келию заняла сама, другую предоставила для отдыха странникам, во множестве идущим через Дивеево в Саров, и третью предназначила для приглашенных жить трех послушниц.
При матушке находилась крестница отца Василия Дертева, круглая сирота, девица Евдокия Мартынова из деревни Вертьяново, затем еще три послушницы: крестьянская вдова Анастасия Кириллова, крестьянская девица Ульяна Григорьева и крестьянская вдова Фекла Кондратьева.
Так жила мать Александра до конца своих дней, ведя жизнь богоугодную, подвижническую, крайне суровую, в постоянном труде и молитве. Строго исполняя все трудности Саровского устава, она во всем руководствовалась советами отца Пахомия. Она и сестры, кроме того, шили свитки, вязали чулки и работали все нужное из рукоделья для саровской братии. Отец Пахомий в свою очередь выдавал малой общине все необходимое для их земного существования; так что даже пищу привозили сестрам раз в сутки с саровской трапезы. Общинка матери Александры была плоть от плоти Саровской пустыни. Жизнь матери Александры и ее сестер вполне соответствовала идеи нищенства, работающего на насущное пропитание.
Великая старица мать Александра с особенным уважением обращалась к еще юному в то время послушнику, монаху и затем иеродиакону Серафиму, как бы провидя в нем исполнителя начатого ею Божия дела при долженствующей в нем явиться миру великой благодати.
В июне 1788 года, предчувствуя приближение своей кончины, мать Александра пожелала восприять на себя великий ангельский образ. Для этого она послала Евдокию Мартыновну с другой какой-то девушкой в Саров, и отец Исаия, прибыв в Дивеево, постриг ее во время вечерни в схиму и нарек ей имя Александры. Пострижение это было за неделю или за две до кончины, в Петровский пост.
Через несколько дней после пострига отец Пахомий с казначеем отцом Исаией и иеродиаконом отцом Серафимом отправились по приглашению в село Леметь, находящееся в шести верстах от нынешнего города Ардатова Нижегородской губернии, на похороны богатого благодетеля своего помещика Александра Соловцева, и заехали по дороге в Дивеево навестить Агафию Семеновну Мельгунову.
Мать Александра была больна и, получив от Господа извещение о скорой кончине своей, просила отцов-подвижников, ради любви Христовой, соборовать ее. Отец Пахомий сперва предлагал отложить елеосвящение до возвращения их из Лемети, но святая старица повторила свою просьбу и сказала, что они ее могут не застать уже в живых на обратном пути. Великие старцы с любовью совершили над нею таинство елеосвящения. Затем, прощаясь с ними, мать Александра отдала отцу Пахомию последнее, что имела. По свидетельству жившей с нею девицы Евдокии Мартыновой своему духовнику протоиерею Василию Садовскому, матушка Агафия Семеновна передала строителю отцу Пахомию мешочек с золотом, мешочек с серебром и два мешка меди, суммою в сорок тысяч, прося выдавать ее сестрам все потребное в жизни, так как они сами не сумеют распорядиться. Матушка Александра умоляла отца Пахомия поминать ее в Сарове за упокой, не оставлять и не покидать неопытных послушниц ее, а также попещись в свое время об обители, обетованной ей Царицею Небесною. На это старец отец Пахомий ответил: “Матушка! Послужить по силе моей и по твоему завещанию Царице Небесной попечением о твоих послушницах не отрекаюсь, также и молиться за тебя не только я до смерти моей буду, но и обитель вся наша никогда благодеяний твоих не забудет. Впрочем, не даю тебе слово, ибо я стар и слаб, но как же браться за то, не зная, доживу ли до этого времени. А вот иеродиакон Серафим,- духовность его тебе известна, и он молод,- доживет до этого; ему и поручи это великое дело”. Матушка Агафия Семеновна начала просить отца Серафима не оставлять ея обители, как Царица Небесная Сама тогда наставить его на то изволит.
Старцы простились, уехали, а дивная старица Агафия Семеновна скончалась 13 июня, в день святой мученицы Акилины. При кончине матушки были только Евдокия Мартыновна и еще старушка Фекла, которым она говорила: “А ты, Евдокиюшка, как я буду отходить, возьми образ Пресвятой Богородицы Казанской, да и положи его мне на грудь, чтобы Царица Небесная была при мне во время отхода моего, а пред образом свечку затепли”. В этот день она приобщилась Святых Тайн, Которые принимала в последнее время каждодневно, и лишь только священник ушел из келий, то она и скончалась в самую полночь.
Отец Пахомий с братией на обратном пути как раз поспели к погребению матушки Александры. Отслужив Литургию и отпевание соборно, великие старцы похоронили первоначальницу Дивеевской общины у алтаря Казанской церкви. Весь этот день шел такой проливной дождь, что ни на ком не осталось сухой нитки, но отец Серафим по своему целомудрию не остался даже обедать в женской обители, и тотчас после погребения ушел пешком в Саров.

Читайте также:

Великий Серафим – святой Саровской пустыни

По святым местам Дивеева

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Похожие статьи
Тысячи греков встретили привезенные из России мощи Серафима Саровского     

Митрополит Хризостом: "Это событие является очень значимым для всех верующих"

Мощи Серафима Саровского доставят из Дивеево в Грецию

Принесение святыни приурочено к началу работы межправославной конференции «Глас апостола Андрея Первозванного в современном мире»

Православная Церковь чтит память святого мученика Уара

Святой мученик Уар особенно любим русским народом. К его предстательству прибегают, испрашивая ходатайства о здравии младенцев…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: