«Обидел я тебя? Так тебе только лучше для смирения!»

|
Количество разводов сегодня зашкаливает. Нельзя сказать, что проблема касается только далеких от Церкви людей. Нет, распадаются венчанные браки, разводятся воцерковленные люди. Что тут можно сделать? «Правмир» начинает серию бесед с протоиереем Александром Дягилевым, председателем Комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства Санкт-Петербургской епархии, и его матушкой Любовью, которые имеют опыт по сопровождению супружеских пар и помощи им в трудной ситуации.

«Обидел я тебя? Так тебе только лучше!» И другие «православные» проблемы

– По-вашему, счастливый брак – это реальность? На каких основаниях он возможен? То есть с Богом – понятно, что да. А без Бога, своими силами люди могут этого достичь?

Отец Александр:

– Смотрите, Господь осуждал фарисейство. Причем Он использовал термин «лицемеры» (Лк. 11:44; 13:15) и призывал беречься лицемерия (Лк. 12:1). Лицемер – это кто? υποκριτής, «надевающий маску». Лицемерие возможно по отношению к Богу: внешняя набожность при внутреннем «Да не нужен Ты мне, только я боюсь Тебя, поэтому так и быть, изображу из себя праведника». Лицемерие возможно и в семье, когда люди по какой-то причине пытаются изображать, что у них всё хорошо.

Бывает, когда про людей говорят, что «они живут душа в душу», «у них вообще проблем нет», или они сами говорят, что «у нас проблем нет», – то чаще всего (я не дерзну утверждать, что всегда, но чаще всего) мы имеем дело с красивыми масками. Признак счастливой семьи, на самом деле, – это семья, в которой, как ни странно, бывают конфликты, но которая умеет их разрешать и оставаться счастливой, несмотря на несогласия, несмотря на какие-то спорные вопросы.

Когда есть искренность, тогда возможен и искренний брак. Когда искренности нет, то будет просто благочестивая внешность. Это внутреннее состояние, которое на самом деле зависит от внутреннего настроя каждого человека в этой семье. Это, в общем-то, не столько семейная, сколько духовная проблема.

Дело в том, что маска – это некий сдерживающий фактор. Когда внутри одно – возможно, закипает, – а снаружи другое. И бесконечно сдерживать свои чувства, вообще никак их не показывать или показывать не то, что есть на самом деле, человек не может. Рано или поздно взрыв произойдет.

Но в какой форме произойдет? Он может быть просто в виде эмоционального срыва. Он может быть в виде супружеской измены, внезапного срыва в алкоголь. Какие еще суррогаты у нас бывают? Что угодно: игромания, мимолетный флирт. Трудоголизм, уход в работу – тоже один из способов. То есть вроде бы я благочестивый. А на самом деле я видеть тебя не хочу. Чем реже тебя вижу – тем лучше.

– Я не очень понимаю, как это всё возможно. Человек будет убеждать себя, что он счастлив? Но его душа всё равно будет выдавать реакцию, что ему тоскливо, скучно, одиноко, что он несчастлив.

Отец Александр:

– Тут можно долго рассуждать вообще о том, что такое счастье. Счастье – это что-то непрерывно длящееся или это какие-то всплески эмоций? Счастье любить и быть любимым, если в плане семейных отношений? Но не только это. Должны еще и другие потребности удовлетворяться: безопасность, принятие, автономия и принадлежность. Некоторые люди иногда говорят, что счастье – это не христианский термин. Мол, в Библии нигде про счастье не написано, никто не обещал нам счастливую жизнь. Я с этим глубоко не согласен, потому что в Библии этот термин есть, просто он выражен немножко другим словом. Μακάριος по-гречески. У нас это чаще всего переводится как блаженный.

– Счастливы нищие духом?

Отец Александр:

– Да. Один из возможных переводов μακάριος счастливый, еще – благословенный. Счастливы нищие духом, благословенны нищие духом. Причем интересно: Господь называет счастливыми в заповедях блаженств именно тех, кого традиционно считают несчастными – плачущих, голодных, оскорбляемых. А они счастливы на самом деле! Он объясняет, почему: потому что их есть Царство Небесное, потому что они насытятся, и т.д.

Так или иначе, в общем-то, и Церковь, и Господь хочет, чтобы люди были счастливы, хочет, чтобы люди были блаженны, благословенны. Возможно ли это счастье? В том числе в браке? С точки зрения христианского учения, во всей полноте счастье наследуют праведники в Царствии Небесном. А здесь, на земле мы лишь только начинаем предвкушать это счастье, если стараемся жить по заповедям Божиим. В том числе и в семье.

– Тогда вот еще одна «православная» проблема. Обидел я тебя? Но тебе же от этого только лучше! Смиряйся, прощай!

Отец Александр:

– В философии существует золотое правило этики и серебряное правило этики. И мне очень жаль, что этого порой не знают не то что прихожане – даже некоторые священники. Серебряное правило: как вы не хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы не поступайте с ними. А золотое правило: как вы хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними. По сути, Ветхий Завет – о серебряном правиле. Там очень много заповедей с приставкой не: не делай того, не делай этого. А золотое правило в чистом виде сформулировано в Нагорной проповеди: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки» (Мф. 7:12). В чистом виде.

Значит, если мы понимаем, что Новый Завет – это золотое правило, то нужно помнить еще одну вещь. В чём разница между этими двумя правилами? Серебряное правило – это то, что я обязан требовать от себя и вправе требовать от других. Именно требовать от других. То есть я вправе сказать: «Не делайте мне зла, у-у-у-у!» А в золотом правиле другой принцип: я могу (или как христианин, по-хорошему, должен) требовать его от себя, но я не вправе требовать его от других. То есть я не вправе потребовать: «А ну-ка! Делайте мне добро! Вы обязаны!» Добро может сделать человек только сам, добровольно. И поэтому Нагорная проповедь и другие новозаветные правила обращены к каждому человеку, отдельно взятому. Но не к обществу, не к коллективу, не «вы все обязаны делать вот так!», а если не делаете, то есть такая-то система наказаний.

Обратите внимание! В Новом Завете нет системы наказаний, нет заповедей о штрафах или побивании камнями за какие-то религиозные проступки. Максимум, что есть – это понятие «анафемы», то есть – отлучения от Церкви, но не причинения зла или ущерба согрешившему. Церковь может тебя признать не своим, однако отвечать за свои поступки ты будешь только перед Богом, и если хочешь быть спасенным, если хочешь быть совершенным, если хочешь обрести Царствие Небесное, то неделания зла недостаточно. Нужно искать возможность, стремиться делать добро, пользоваться возможностями помогать тем, кто оказался в беде или в нужде (Мф. 25:31-46). Но, опять-таки, потребовать этого я могу только лишь от себя. Я не вправе выставлять это, как счет, кому-то другому.

Матушка Любовь:

– Мне кажется, вопрос, который вы задали – это извращение. Любовь к ближнему предполагает выражение любви как любви. Не бича Божия, не наказания. Возможно, такое правило может быть дано духовником, старцем каким-нибудь: смирить тебя до зела. Но уж никак не любящему супругу.

Отец Александр:

– Да, в Священном Писании говорится о многих страданиях, но нигде не говорится, что страдания друг другу должны причинять муж и жена в браке. Более того, если бы человек не впал в грех, то не было бы таинства Крещения, не было бы таинства Миропомазания, не было бы таинства Священства, не было бы таинства Соборования, не было бы таинства Исповеди, и даже не было бы Евхаристии, таинства Причастия. Но было бы таинство Брака. Оно установлено изначально в раю, это замысел Божий. Потому что брак – сейчас я скажу громкую фразу – это восстановление полноты образа Божия. «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1:27). Образом Божиим являются мужчина и женщина. Дальше, соответственно, выделение ребра из Адама и создание Евы – это разделение образа Божия.

Таким образом, брак – это единство человеческой природы. Именно находясь в браке в любви друг к другу, супруги являют собой образ Божий. И ни в коем случае восстановление полноты образа Божия не должно ассоциироваться с причинением друг другу зла, с причинением друг другу страданий, тем паче сознательно.

Молебен перед началом Супружеских встреч. Выезд для семейных пар «Супружеские встречи» проходят обычно два раза в год, в нем участвует от 20 до 30 семей

Молебен перед началом Супружеских встреч. Выезд для семейных пар «Супружеские встречи» проходят обычно два раза в год, в нем участвует от 20 до 30 семей

«Да убоится своего мужа» не означает «Мужья, терроризируйте жен!»

– Тогда возникает еще один вопрос. «И будете два в плоть едину» (Быт. 2:24). А какова роль того и другого супруга в этой единой плоти?

Отец Александр:

– Мы не знаем, каково было бы, если бы люди не впали в грех. Святитель Иоанн Златоуст подчеркивает, что некая подчиненность женщины мужчине возникла только вследствие грехопадения. Изначально этого не было. Но мы говорим о том, что есть здесь и сейчас.

Возьмем знаменитое наказание Еве в 3-й главе Книги Бытия, где говорится «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (Быт. 3:16). Интересно, что древнееврейский язык, особенно язык Книги Бытия, очень архаичный: это, по сути, язык племени пастухов. Он отличался тем, что в одно и то же слово порой одновременно входило много терминов и значений. Поэтому, с точки зрения еврейского языка, вполне возможен перевод этого наказания Еве следующим образом: «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей; и хотя твое желание будет быть над мужем твоим, но он будет господствовать над тобою».

Я посмотрел, что многие еврейские толкователи именно так понимают эту фразу: в женщине врожденно некое стремление «рулить» мужем. Но от этого происходит зло. И самой женщине – в первую очередь. Собственно говоря, знаменитая фраза из Послания к Ефесянам апостола Павла, которую так любят громко читать чтецы на Венчании: «А жена да боится своего мужа» (Еф. 5:33) – о том же, отчасти.

Кстати, многие мужья неправильно эту фразу понимают. Апостол Павел не писал: «Держите в страхе своих жен! Терроризируйте их!» Что делать мужу – он написал перед этим: «Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя. Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь» (Еф. 5:28-29). Вот так вы, мужья, должны любить своих жен. А жена – да боится своего мужа, а жена – да держит сама себя в руках. Не муж должен жену заставлять слушаться, а жена должна себя сдерживать по отношению к мужу. Потому что ее задача – быть замужем, не перед мужем, а за мужем. Женщина в состоянии выскочить вперед, она может это сделать, но ей же самой будет хуже.

Почему хуже? Она этим может мужа забить, и он долгое время так и не научится быть по-настоящему человеком ответственным, человеком, принимающим решения, человеком, который чувствует себя хозяином в доме. А женщина начинает жаловаться: «Вот он у меня такой-сякой-разэтакий!» Но, опять-таки, отчасти своим же поведением, своим же желанием его исправить, своим выскакиванием вперед она его таким и сделала. Порой мамы такими делают своих сыновей, а потом еще и жена добавляет.

Власть мужа – это не то, что мы привыкли в это слово вкладывать. Слово власть у нас часто ассоциируется с чем? «Править». «Давить». «Унижать других». У того, кто у власти, – лучшая машина, лучший дом, все ему подчиняются, перед ним лебезят. А у кого власти нет – тот весь забитый, несчастный. На самом деле власть – это, прежде всего, ответственность. Кто имеет власть, тот заботится, продумывает, принимает решения и берет на себя последствия этих решений. Причем не только своих, но и того, кто под его властью находится.

Это, почти забытое, значение слова «власть» Господь подчеркивает в Евангелии (Мф. 20:25-27). Поэтому, когда спрашиваешь: «Вы хотите, чтобы ваш муж имел власть над вами?», то чаще всего женщина говорит: «Нет, нет! Ни за что!» А когда спрашиваешь: «Хотите, чтобы у вас был заботливый муж, который думает о вас, который берет на себя ответственность за свои и ваши поступки?», то обычно говорят: «Да, да, да!» А вот это и есть настоящая власть.

– Как быть в том случае, если муж по складу своего характера просто-напросто не может нести ответственность? Инфантильный, слабохарактерный, слабовольный.

Матушка Любовь:

– Значит, он зря вступил в брак. Он не готов просто. Значит, его надо бережно взращивать. И надо перестать делать дела за мужа. То есть не так: «Ой, он у меня такой инфантильный, поэтому я сама и за покупками, и готовлю, и с детьми, и путевки оформляю». Это и есть «перед мужем». Просто перестать действовать. Всё равно ничего не меняется? Потерпеть год. Я год терплю, и ничего не происходит? Но вы уверены, что вы-то не действуете? Или, может, вам только так кажется? За год любой психически вменяемый человек начнет действовать. И если мы видим, что мужчина год ничего не делает, значит, он в принципе не способен быть супругом, отцом. И нахождение в браке здесь, мне кажется, только искалечит ситуацию, а не спасет. Я за честность.

– Сурово. А вы, отец Александр, что думаете?

Отец Александр:

У нас в Санкт-Петербургской епархии есть программа «Счастье навсегда», которую мы ведем, – подготовка к Венчанию молодых пар. Одной из болезненных тем у нас является уход из родительского дома. Мы рассказываем молодым людям о том, что во время таинства Венчания, в конце, молодым людям вручаются две иконы. Эти две иконы – не просто благословение, сувенир на память. Изначально это некая часть обряда, которая напоминала о том, что молодая семья должна уйти в новый дом. Эти иконы должны занять главное место в красном углу их нового дома.

В древности были понятия помолвка или обручение, и венчание. Сейчас они, как правило, сливаются у нас в одно целое. Что такое обручение? Это когда молодые люди обменялись кольцами, дав обещания друг другу хранить верность. Всё. Стадия поиска закончилась, «мы свой выбор уже сделали». И период от обручения до венчания – это был период подготовки к свадьбе. Но подготовка подразумевала не столько вопрос, где бы найти получше ресторан и где бы платье себе покрасивее сшить. А подготовка, прежде всего, заключалась в том, чтобы решить вопрос: когда мы с тобой обвенчаемся – где мы будем жить? за чей счёт? Как будут строиться наши отношения? Как мы будем детей воспитывать? Как еду готовить? У кого будут деньги храниться и как мы будем ими распоряжаться?

В этих вопросах важной является фраза «мы с тобой». Отлепиться от родителей означает не только физический переезд новой семьи в новое жилье, но и создание собственных семейных традиций, устоев, понятий, которые совсем не обязаны копировать традиции родительских домов. Например, если в чьей-то семье папа пьет и маму бьет, а мама у папы все деньги забирает, потому что не доверяет, – нужно понимать, что новая семья, особенно семья христиан, совсем не обязана эту традицию отношений папы и мамы брать себе и считать нормой… Это всё еще до венчания надо решать, тогда вот таких проблем будет гораздо меньше.

На занятиях "Счастье навсегда"

На занятиях “Счастье навсегда”

Когда мама становится тещей

Отец Александр:

– Я могу поделиться нашим опытом. Мы в свое время не ушли из родительского дома. Я родился в семье, где под одной крышей жили мама и папа, бабушка и дедушка – мамины родители. К сожалению, папа у меня умер, когда мне было 12 лет. Поэтому, когда закончил школу, институт и женился, то я просто плавно из семьи моей мамы перешел в семью моей супруги. На каком-то этапе у нас появились свои дети. А когда появляются дети, уйти становится сложнее. Пока мы были только вдвоем, уйти было бы проще, но мы были к этому внутренне не готовы. Ведь так удобнее, комфортнее. Люба тоже привыкла с родителями жить: мама и папа рядом, помогут, подскажут.

Но, с другой стороны, начались проблемы. Когда бабушка или дедушка при ребенке могут отменить решение папы, когда папе делают выговоры и замечания, когда папа вынужден регулярно оправдываться и буквально на каждую ерунду спрашивать разрешения, периодически получая отказы, то при этом в глазах ребенка роняется авторитет и папы, и мамы, и бабушки с дедушкой. Такой папа не в состоянии стать хозяином дома, почувствовать свою ответственность за судьбу семьи. Выходит, что папа – это просто еще один ребенок в семье родителей мамы.

Если бы кто-то нам объяснил это в свое время, то, возможно, мы бы изначально по-другому всё построили. Но пример моей семьи, откуда я вышел, где тоже жили вместе несколько поколений, как раз мне показывал, что это нормально, что так и должно быть. Поэтому я терпел и смирялся, даже считал это чем-то хорошим с христианской точки зрения. На самом же деле теперь я могу сказать, что это серьезно затормозило мое личностное развитие. И хорошо, что мы вдвоем, через диалог друг с другом, смогли осознать эту проблему и принять определенные меры. Мы ввязались в ипотеку, пошли на эти все сложности специально, чтобы жить отдельной семьей…

– Отношения с родителями – это всегда камень преткновения. Тут бывает два варианта: либо, скажем, свекровь просто надоедает своей помощью (то есть может без спроса «причинить добро»). Второй вариант, когда мама всё время исподтишка «накручивает» дочку: «А твой-то, смотри, тебе не помогает, полы не моет, и зарплата маленькая». И дочка начинает маме верить… Как тут быть?

Матушка Любовь:

– В психологии есть понятие границы: границы должны быть у каждой личности. И у каждой семьи должна быть своя граница. То, что наше, и мы сюда никого не пускаем. Но человек сначала для себя должен понять эти границы. Он сначала сам с собой должен разобраться.

Например, да, моя свекровь страдает «причинением добра». Принесла она мне какие-то полотенчики, еще что-то, что мне не нужно. Я ее не буду обижать, поблагодарю. Может быть, отдам на приход, может, и оставлю. Но я для себя понимаю, что в сферу наших отношений я ее всё равно не пущу. И бедная та мама, которая советует дочке обратить внимание на недостатки мужа и вообще активно вмешивается в эту семью. Ее же дочка, оставшись одна, предъявит маме претензии, что та жизнь сломала.

Отец Александр:

– В Священном Писании есть такая заповедь, она сформулирована в Ветхом Завете и повторена в Новом. «Посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19:5). Очень часто люди обращают внимание на концовку этой заповеди, «что Бог сочетал, того человек да не разлучает», но не обращают внимания на начало. А это заповедь: «Оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей».

Это не значит перестать их любить, перестать их уважать, почитать. Ведь есть же другая заповедь: «Почитай отца своего и мать свою» (Исх. 20:12). Да, дети должны быть в курсе, что происходит с их родителями, не нуждаются ли они в помощи, должны поддерживать их. Но при этом с момента, когда люди вступили в брак, они перестали быть частями семей своих родителей, они стали новой семьей, которая, как я уже говорил, не обязана повторять традиции семей своих родителей. Может, из этих традиций она что-то возьмет, а может, не возьмет. И вот в границы новой семьи, действительно, уже никому входа нет. Кроме мужа, жены и появляющихся у них детей.

В нашей семье, когда появились границы даже в пределах одной квартиры, как ни странно, отношения с тещей и тестем стали намного лучше. Именно когда стало «здесь всё – наше, а здесь – ваше».

И как бы дочка ни любила свою маму, нельзя позволять маме вмешиваться в личную жизнь мужа и жены. Наши отношения – это наши отношения, в них вход никому не открыт. Вообще никому: ни друзьям, ни родственникам.

– А если мама обижается?

Матушка Любовь:

– «Мамочка, извини, прости, пожалуйста! Я очень тебя люблю и уважаю, но можно я сама разберусь с моим мужем!» Дальше выбор мамочки: обижаться или не обижаться. Ну и пусть обижается, в конце концов. «Мамочка! Нужна будет помощь – обращайся! Но эту тему не трогай, пожалуйста! До свидания!»

Опа! – родились дети, и всё

– Давайте поговорим о роли детей в браке. Попросту говоря, дети – пуп семьи или не пуп?

Матушка Любовь:

– Конечно, не пуп. На самом деле так интересно происходит: люди до вступления в брак растут, учатся, развиваются, строят себя как личность. Опа! – родились дети, и всё. Меня нет, у меня дети, я ради них, я всё для них. И это коверкает и взрослых, и детей. Нам очень нравится иерархия, которой придерживается психолог Михаил Ефимович Литвак. На первом месте, как это ни странно, у человека всегда должен быть он сам. То есть я четко должна понимать, что со мной происходит, каково мое духовное состояние, куда мне идти, что мне делать, как я должна реализоваться в этой жизни, чтобы использовать Богом данные мне дары. И с христианской точки зрения это выражается, прежде всего, в том, что всё, что я делаю, должно служить делу спасения моей души.

Православные, может, не очень это приветствуют, но «возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:39) – на самом деле тоже об этом. Чтобы знать «как» самого себя – надо сначала себя возлюбить. Если я не умею любить себя, то я и другим не дам того, что будет способствовать их росту. На втором месте, как это ни странно, должны быть мои сотрудники. На третьем месте – муж, жена. На четвертом – дети. И только потом – родители. Вот такая вот иерархия.

Про сотрудников – это как-то неожиданно.

Матушка Любовь:

– Сотрудники – это не узко-примитивно только коллеги по трудовому коллективу. Я могу мужа поставить в сотрудники, я могу детей поставить в сотрудники. Сотрудники – это поле общения, где мы взаимно обогащаем друг друга. Опять-таки, в «Супружеских встречах» у нас много семейных пар и все на этих встречах – наши сотрудники. Хотя работают в разных местах, у них свои работы. Но мы себя чувствуем сотрудниками, мы делаем некое общее дело.

– Какова граница участия детей в делах семьи?

Отец Александр:

– Чем старше ребенок, тем больше. Ведь какова цель воспитания? Мы все не вечны. И мой долг как родителя – сделать всё для того, чтобы к тому моменту, когда Господь призовет мою душу к Себе, мои дети оказались бы достаточно самостоятельными, чтобы выжить. Чем скорее мой ребенок станет самостоятельным, тем лучше я выполнил свои родительские функции. Это первый момент. Второй момент – он никогда не сможет стать самостоятельным, если не знает, с какими проблемами человек сталкивается в реальной жизни. Поэтому, считаю, это хорошо, если у ребенка есть представление о том, сколько получают родители, сколько стоят продукты, сколько стоят игрушки, которые «хочу! хочу!» Где чинится машина. Как платится за квартиру, за телефон. Как сделать ремонт… Мы не должны изолировать детей, создавая искусственный парник, счастливое детство, в котором нет проблем. А вот грузить своими личными проблемами детей однозначно не надо. Особенно разбираться, кто прав: мама или папа – это вообще детей не касается. Это страшно.

– Возвращаясь к одному из предыдущих вопросов. Вот, допустим, люди пришли к мысли разводиться. Но ведь в таком случае неизбежно отношения родителей проживают дети…

Матушка Любовь:

– Я не за то, чтобы браки сохранялись ради детей. Дети страдают, они приучаются ко лжи, к фальши, к лицемерию. Брак ради детей калечит детей – сильнее, чем развод.

Отец Александр:

– К сожалению, люди признавались нам, что они росли в семье, где папа с мамой вот так «ради детей» жили вместе. Но ребенок не глупый, на каком-то этапе он понимает, что родители друг друга просто терпят. Невозможно играть в своей собственной семье. Дети чувствуют себя заложниками. Два человека, которых я люблю, – я их обоих люблю! – друг друга травмируют. И они разошлись бы, они бы стали счастливы, если бы не я. Я – проблема для их счастья. Я – плохой. Очень часто это приводит к психозам, к самоубийствам, к наркотикам. Развод – это зло и грех, однозначно! Но иногда, к сожалению, люди творят такое, что он оказывается меньшим злом.

На «Супружеские встречи» приезжают люди, которые любят друг друга, но у них начались проблемы. А есть случаи, когда приезжают люди, которые сразу говорят: «Я ее не люблю, и она меня не любит, но мы как-то хотим сохранить наш брак». Я здесь развожу руками.

На занятиях программы "Счастье навсегда"

На занятиях программы “Счастье навсегда”

Не стерпится и не слюбится

– А что, это так страшно? Бывает же такое, что люди понимают, что человек-то хороший, и дети есть. Но что-то перегорело, и всё.

Отец Александр:

– Если перегорело, то, значит, хотя бы горело. Оно горело, оно было, значит, можно в золе найти уголек или хотя бы искорку и помочь людям вновь разжечь огонь! А если оно даже и не горело, то это, вероятно, ошибка, погрешность при создании этой семьи. В этом очень большая разница. Понимаете, этот огонь – дар Божий. Тот самый дар Божий под названием любовь. И если не было влечения мужчины и женщины друг к другу – практически нереально, что после каких-то психологических манипуляций возникнет чувство.

– То есть поговорка «стерпится – слюбится» неверна?

Отец Александр:

– В нашей практике – да. Тем более что в Священном Писании этой фразы нет. Нам задают вопрос: «А как же раньше? Люди друг друга не видели, родители решали – и женили». Во-первых, может быть, это миф, я этого тоже не исключаю. А во-вторых, я не знаю, как они жили. Просто не представляю себе. Может быть, жили и мучились. А что оставалось еще?

Когда приезжаешь во дворцы императоров или знатных вельмож, которые в нашем городе еще кое-где сохранились, то с удивлением узнаёшь на экскурсии, что, оказывается, дворец делился на женскую и мужскую части. Вот здесь, например, была спальня великого князя. А здесь была спальня его жены. В разных концах дворца. И возможно, они вместе-то спали считанные разы за всю жизнь. И, в общем-то, поженились потому, что так нужно было из династических соображений. Вот так и жили. Она здесь, а он – там. Откуда всякие фавориты и всё прочее бралось.

Я признаюсь честно. Я мечтаю, чтобы у меня в квартире был личный кабинет, со своей библиотекой и так далее. Но я не мечтаю о личной спальне, мне это в голову не придет, понимаете. Вот в чём дело.

– То есть при искренних, добросердечных отношениях к своему супругу, но при отсутствии какого-то пламенного влечения, какое в юности случается с людьми, – нельзя создать крепкую семью? По крайней мере, сотрудничество же возможно в таких отношениях?

Матушка Любовь:

– Ну, в 20 лет это будет, может быть, пламенное влечение, а в 40 – нечто другое. Но вот это чувство, эта искорка – должна быть. Я не очень понимаю, как можно вступать в супружеские отношения «для сотрудничества» просто с хорошим человеком, с коллегой по работе. Это совсем другое! Мой мужчина, с которым я хочу прожить всю жизнь! Я считаю, что, конечно, если такой человек не встретился, то лучше уж одной тогда жить, нежели «мне надо замуж».

Можно ли простить измену

– Мы немножко поговорили о возможных причинах развода. А если речь идет о психологическом насилии? Допустим, муж унижает, давит, манипулирует. Как тут быть?

Отец Александр:

– Иногда такие вещи происходят на уровне подсознания. Они могут быть следствием каких-то психологических травм, пережитых в детстве или, быть может, в армии. Человек может не понимать, что он унижает, что он манипулирует. Если он понимает и делает это, то, скорее всего, не любит. Если он не понимает, тогда уже появляется какой-то шанс открыть ему глаза и это исправить. Но здесь без помощи специалистов не справишься.

Матушка Любовь:

– Нужно в первую очередь научиться не поддаваться манипуляции, научиться не поддаваться насилию. Но что касается меня, я просто не готова жить с человеком, если меня постоянно унижают, если надо мной издеваются, оскорбляют или мною манипулируют. Для меня неприемлем этот уровень отношений. И тут встает главный вопрос: пойдет ли супруг по пути изменений, если осознает эту проблему? А если глаза его закрыты, он отказывается это видеть, и я прогнозирую, что он всю жизнь будет так себя вести, то хочу ли я ощущать себя жертвой, которую можно всё время унижать и оскорблять?

– Отчего в семье происходят измены? Можно ли ее простить?

Матушка Любовь:

– У каждого человека есть свои потребности души. Это потребность любить и быть любимым, еще есть потребности в безопасности, в достижении целей и в признании этих достижений, в принятии меня таким, какой я есть, в осмыслении происходящего вокруг меня и того, что я делаю, в автономии и в принадлежности к группе людей одновременно. И все они должны удовлетворяться в семье. Если в семье человек не получает удовлетворения этих потребностей, он ищет, где бы их удовлетворить.

Грубо говоря, любой человек запрограммирован на счастье. Если его нет в семье, я иду на сторону – хап! – опять в семью, хап! – опять в семью. Но измены всё равно не дают удовлетворения. Это суррогат. Эти потребности можно реализовать только в супружестве. Но человек же это не сразу может понять, и он ищет.

А вопрос: простить или не простить измену? – это личное дело двух людей. Здесь вообще рецептов в теории быть не может.

Отец Александр:

– Даже Евангелие допускает возможность ситуации непрощения измены. Там прямо оговорка: «Кроме вины прелюбодеяния» (Мф. 5:32). То есть это настолько тяжкий грех, что если человек не найдет в себе силы его простить, даже Бог его не осудит. Но при этом я, когда ко мне приходят люди в такой ситуации, исхожу из пастырского соображения. Если это была разовая ситуация, то буду уговаривать: «Прости его, дурака (или ее, дурочку)! Человек, видишь – кается. Он, не знаю, пьяным был, сам не понимал, чего творит». Но бывает, что человек изменяет регулярно, считает это нормой и даже прощения не просит. Передо мной как перед священником всегда встает вопрос: а могу ли я посоветовать такому человеку развод? Всё-таки сказать: «разводись!» – у меня язык не повернется. В любом случае это должен быть выбор самого человека.

Здесь я обычно людям рисую такую тройную вилку. Человек стоит на распутье: добро – зло. Какое-то время он может пытаться где-то посередине постоять, но рано или поздно какой-то путь выбрать придется.

Например, есть нелюбимая жена (так часто бывает: по какой-то причине она стала нелюбимой, даже ее вид вызывает у меня раздражение), а вот есть смазливая девочка, которая мне безумно нравится, которая мне оказывает знаки внимания, я постоянно думаю о ней. Что мне делать? И вот он мечется: добро-зло. Добро – отбросить искушение и быть с женой. Зло – начать отношения с этой новой женщиной. И чаще всего мужчина выбирает эту молодую смазливую девочку. Но и с семьей расставаться не хочет, потому что всё же жена, круг друзей, общие дети, общее имущество. И он начинает пытаться работать на два фронта. И рано или поздно встает перед второй вилкой, в которой уже выбор не между добром и злом, а между злом и злом.

Меньшее зло – по-честному, несмотря на все последствия, развестись с женой, но тогда уж строить новую семью и честно хранить верность этой новой супруге. Конечно, ты уже не станешь тем, кем был бы, если бы не изменял… Но Господь не хочет смерти грешника, поэтому дает шанс. В конце концов, возможно, ты и неслучайно от жены ушел, потому что она тоже, возможно, не ангел. Можно понять. Но уж хотя бы здесь тогда будь честным. И бóльшее зло – это, как ни странно, оставить всё так, как есть – и с этой, и с этой; и тут, и там.

Я был свидетелем таких ситуаций не раз. Причем отголосков таких ситуаций многолетней выдержки. Ко мне приходили такие вот сорокалетние любовницы, которые по 20 лет жили с кем-то. Он кормил ее обещаниями жениться и развестись с женой. В итоге так и не разводился. И вот получалось: и там жена все эти годы, зная о любовнице, несчастна, и здесь женщина, которой уже за 40, прождала любимого всю жизнь, а теперь нормально замуж выйти и родить здоровых детей – шансов мало. И вот это – последствие того самого бóльшего зла.

Несколько лет в Санкт-Петербургской епархии действует проект «Супружеские встречи», организованный епархиальной комиссией по вопросам семьи, защиты материнства и детства. В этих встречах-выездах, проходящих два раза в год, приняли участие около 150 пар, многие из них – священнические семьи. Во время 2-3-дневного выезда с супругами проводится 11 специальных занятий, направленных на стимулирование диалога между ними, понимание чувств и потребностей друг друга, принятие друг друга без попыток сломать личность человека или изменить особенности его души и характера. Программа включает служение Божественной литургии в последний день выезда.

Супружеские встречи

Супружеские встречи

Не шашлык на природе

– Чтобы попасть на организуемые вами «Супружеские встречи», нужно желание и мужа, и жены. Но если один супруг понимает, что проблему надо решать, что нужно обратиться за помощью к стороннему лицу – священнику, психологу, а второй не видит того, что он тоже часть этой проблемы: «Тебе надо?.. ты и иди туда!»

Отец Александр:

– Это ситуация, с которой очень часто приходится сталкиваться. Обычно женщины раньше реагируют. А муж чаще всего именно так и говорит: «Твои проблемы! Я не пью, не курю. Дурных привычек нет. Деньги приношу. Чего тебе надо?!»

Матушка Любовь:

– Что делать? Мое мнение тут – развиваться самой. Самой идти к психологу, к психотерапевту, к священнику. То есть муж не хочет… а я работаю. Я разбираюсь в ситуации. Другое дело, что взаимоотношения – это всегда работа двух людей. И если один не хочет, то другой в одиночку вряд ли выправит. Но, по крайней мере, получит необходимые навыки. Это ему поможет, откроет глаза. И как-то будет понятно, что делать дальше.

А потом, менять можно только себя, на самом деле. Семья – такая взаимосвязанная система, что если даже один начнет меняться, то это не может не повлиять на остальной процесс.

Отец Александр:

– Но, с другой стороны, по-настоящему проблема всё-таки начнет выправляться, когда оба супруга начнут работать над ней. Чаще всего люди винят в проблеме другого: «Да, проблема есть, признаю. Но это из-за тебя. Я здесь ни при чём. Я положительный, максимально положительный человек».

Когда нас с матушкой в свое время пригласили в первый раз на супружеский выезд, я не очень представлял себе, куда меня зовут. Тем более кто-то назвал это уик-эндом. «О, уик-энд! Поехали!» Я себе представлял, как мы с мужиками соберемся на лужайке, шашлыки сделаем, поговорим о жизни. Тем временем наши дамочки лук порежут, редиску. И конечно, я совершенно не ожидал, что попаду на такую программу. Если бы мне изначально сказали, что «ты едешь колупаться в своих отношениях с женой», то я бы скорее всего отказался: «У нас всё нормально!» Но как раз именно на «Супружеских встречах» у меня произошло прозрение: ошибки делаем мы вдвоем. И я стал видеть, понимать свои конкретные, весьма конкретные ошибки.

И, кстати, с духовной точки зрения это очень большое заблуждение, когда в любой сфере, не только семейной, человек начинает про себя думать: «Я всегда прав». Исправление начинается именно с осознания того, что я бываю неправ – могу быть неправ вот здесь и сейчас, в этой конкретной ситуации. Без этого и Исповедь нормальная невозможна. Без этого, в принципе, ничего не возможно.

– Что происходит во время «Супружеских встреч»?

Отец Александр:

– Это выезд, обычно за город, семейной пары без детей. Мы предлагаем людям диалог. Объясняем принципы диалога, объясняем, что такое чувства и как нужно к ним относиться. Показываем, что за чувства нельзя осуждать, потому что они от нас не зависят. От нас зависят мысли, слова, поступки, но не чувства. Чувства – это первичная реакция: что-то может меня огорчить, что-то – обрадовать, независимо от того, что я думаю на эту тему.

Потом, когда мы начинаем принимать чувства друг друга, не осуждая за сам факт их наличия, понимать причины возникновения этих чувств, пытаться выстраивать диалог, при условии, что люди искренне стараются друг с другом разговаривать и пользуются этими правилами, принципами диалога, – то появляется шанс, что они смогут свои непонимания разрешить, найти выход и в итоге прийти к компромиссу и даже к сотрудничеству.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Другая щека, или Как относиться к обидам и обидчикам

О князе Мышкине, святоотеческом опыте и «христианстве без перерывов»

Когда семья превращается в прайд

Что делать, если брак стал опасным для жизни?