Владимир Высоцкий. Военные песни и баллады

|
Многие люди, слышавшие песни Владимира Высоцкого о Великой Отечественной войне, были уверены, что автор сам прошёл окопы и бои, был лётчиком или танкистом. Но в 1941 году великому певцу было только три года.

Я вырос в ленинградскую блокаду

На братских могилах

Про Серёжку Фомина

Штрафные батальоны

Песня о звездах (Мне этот бой не забыть нипочем)

Высота

Сыновья уходят в бой

Разведка боем

Мерцал закат, как блеск клинка (Военная песня)

Он не вернулся из боя

Тот, который не стрелял

Ещё не вечер

Песня лётчика

Песня о Земле

Мы вращаем Землю

Я вырос в ленинградскую блокаду

Я вырос в ленинградскую блокаду,
Но я тогда не пил и не гулял.
Я видел, как горят огнем Бадаевские склады,
В очередях за хлебушком стоял.

Граждане смелые!
А что ж тогда вы делали,
Когда наш город счет не вел смертям? –
Ели хлеб с икоркою,
А я считал махоркою
Окурок с-под платформы черт-те с чем напополам.

От стужи даже птицы не летали,
И вору было нечего украсть,
Родителей моих в ту зиму ангелы прибрали,
А я боялся – только б не упасть.

Было здесь до фига
Голодных и дистрофиков –
Все голодали, даже прокурор.
А вы в эвакуации
Читали информации
И слушали по радио “От Совинформбюро”.

Блокада затянулась, даже слишком,
Но наш народ врагов своих разбил,-
И можно жить, как у Христа за пазухой, под мышкой,
Да только вот мешает бригадмил.

Я скажу вам ласково:
– Граждане с повязками!
В душу ко мне лапами не лезь!
Про жизнь вашу личную
И непатриотичную
Знают уже органы и ВЦСПС.

На братских могилах

На братских могилах не ставят крестов,
И вдовы на них не рыдают –
К ним кто-то приносит букеты цветов,
И Вечный огонь зажигают.

Здесь раньше вставала земля на дыбы,
А нынче – гранитные плиты.
Здесь нет ни одной персональной судьбы –
Все судьбы в единую слиты.

А в Вечном огне виден вспыхнувший танк,
Горящие русские хаты,
Горящий Смоленск и горящий рейхстаг,
Горящее сердце солдата.

У братских могил нет заплаканных вдов –
Сюда ходят люди покрепче.
На братских могилах не ставят крестов…
Но разве от этого легче?!

Про Серёжку Фомина

Я рос как вся дворовая шпана –
Мы пили водку, пели песни ночью,-
И не любили мы Сережку Фомина
За то, что он всегда сосредоточен.

Сидим раз у Сережки Фомина –
Мы у него справляли наши встречи,-
И вот о том, что началась война,
Сказал нам Молотов в своей известной речи.

В военкомате мне сказали: “Старина,
Тебе броню дает родной завод “Компрессор”!”
Я отказался, – а Сережку Фомина
Спасал от армии отец его, профессор.

Кровь лью я за тебя, моя страна,
И все же мое сердце негодует:
Кровь лью я за Сережку Фомина –
А он сидит и в ус себе не дует!

Теперь небось он ходит по кинам –
Там хроника про нас перед сеансом, –
Сюда б сейчас Сережку Фомина –
Чтоб побыл он на фронте на германском!

…Но наконец закончилась война –
С плеч сбросили мы словно тонны груза,-
Встречаю я Сережку Фомина –
А он Герой Советского Союза…

Штрафные батальоны

Всего лишь час дают на артобстрел –
Всего лишь час пехоте передышки,
Всего лишь час до самых главных дел:
Кому – до ордена, ну а кому – до “вышки”.
Всего лишь час до самых главных дел:
Кому – до ордена, ну а кому – до “вышки”.

За этот час не пишем ни строки –
Молись богам войны, артиллеристам!
Ведь мы ж не просто так – мы штрафники,
Нам не писать: “…считайте коммунистом”.

Перед атакой – водку, – вот мура!
Свое отпили мы еще в гражданку,
Поэтому мы не кричим “ура” –
Со смертью мы играемся в молчанку.

У штрафников один закон, один конец:
Коли, руби фашистского бродягу!
И если не поймаешь в грудь свинец –
Медаль на грудь поймаешь за отвагу.

Ты бей штыком, а лучше – бей рукой:
Оно надежней, да оно и тише.
И ежели останешься живой –
Гуляй, рванина, от рубля и выше!

Считает враг: морально мы слабы, –
За ним и лес, и города сожжены.
Вы лучше лес рубите на гробы –
В прорыв идут штрафные батальоны!

Вот шесть ноль-ноль – и вот сейчас обстрел.
Ну, бог войны, давай без передышки!
Всего лишь час до самых главных дел:
Кому – до ордена, а большинству – до “вышки”.

Песня о звездах (Мне этот бой не забыть нипочем)

Мне этот бой не забыть нипочем –
Смертью пропитан воздух,-
А с небосклона бесшумным дождем
(повторять последние две строчки везде)
Падали звезды.

Снова упала – и я загадал:
Выйти живым из боя,-
Так свою жизнь я поспешно связал
С глупой звездою.

Я уж решил: миновала беда
И удалось отвертеться, –
Но с неба свалилась шальная звезда –
Прямо под сердце.

Нам говорили: Нужна высота!
И не жалеть патроны!…
Вон покатилась вторая звезда –
Вам на погоны.

Звезд этих в небе – как рыбы в прудах, –
Хватит на всех с лихвою.
Если б не насмерть, ходил бы тогда
Тоже – Героем.

Я бы звезду эту сыну отдал,
Просто – на память…
В небе висит, пропадает звезда –
Некуда падать.

Высота

Вцепились они в высоту, как в свое.

Огонь минометный, шквальный…

А мы все лезли толпой на нее,
Как на буфет вокзальный.

И крики “ура” застывали во рту,
Когда мы пули глотали.
Семь раз занимали мы ту высоту –
Семь раз мы ее оставляли.

И снова в атаку не хочется всем,
Земля – как горелая каша…
В восьмой раз возьмем мы ее насовсем –
Свое возьмем, кровное, наше!

А может ее стороной обойти,-
И что мы к ней прицепились?!
Но, видно, уж точно – все судьбы-пути
На этой высотке скрестились.

Сыновья уходят в бой

Сегодня не слышно биенья сердец –
Оно для аллей и беседок.
Я падаю, грудью хватая свинец,
Подумать успев напоследок:

“На этот раз мне не вернуться,
Я ухожу, придет другой”.
Мы не успели, не успели оглянуться,
А сыновья, а сыновья уходят в бой.

Вот кто-то решив: “После нас – хоть потоп”,
Как в пропасть, шагнул из окопа,
А я для того свой покинул окоп,
Чтоб не было вовсе потопа.

Сейчас глаза мои сомкнутся,
Я крепко обнимусь с землей.
Мы не успели, не успели оглянуться,
А сыновья, а сыновья уходят в бой.

Кто сменит меня, кто в атаку пойдет?
Кто выйдет к заветному мосту?
И мне захотелось: пусть будет вон тот,
Одетый во всё не по росту.

Я успеваю улыбнуться,
Я видел, кто придет за мной.
Мы не успели, не успели оглянуться,
А сыновья, а сыновья уходят в бой.

Разрывы глушили биенье сердец,
Мое же – мне громко стучало,
Что все же конец мой – еще не конец:
Конец – это чье-то начало.

Сейчас глаза мои сомкнутся,
Я ухожу – придет другой.
Мы не успели, не успели оглянуться,
А сыновья, а сыновья уходят в бой.

Разведка боем

Я стою, стою спиною к строю,-
Только добровольцы – шаг вперед!
Нужно провести разведку боем,-
Для чего – да кто ж там разберет…
Кто со мной? С кем идти?
Так, Борисов… Так, Леонов…
И еще этот тип
Из второго батальона!

Мы ползем, к ромашкам припадая,-
Ну-ка, старшина, не отставай!
Ведь на фронте два передних края:
Наш, а вот он – их передний край.

Кто со мной? С кем идти?
Так, Борисов… Так, Леонов…
И еще этот тип
Из второго батальона!

Проволоку грызли без опаски:
Ночь – темно, и не видать ни зги.
В двадцати шагах – чужие каски,-
С той же целью – защитить мозги.

Кто со мной? С кем идти?
Так, Борисов… Так, Леонов…
Ой!.. Еще этот тип
Из второго батальона.

Скоро будет “Надя с шоколадом” –
В шесть они подавят нас огнем,-
Хорошо, нам этого и надо –
С богом, потихонечку начнем!

С кем обратно идти?
Так, Борисов… Где Леонов?!
Эй ты, жив? Эй ты, тип
Из второго батальона!

Пулю для себя не оставляю,
Дзот накрыт и рассекречен дот…
А этот тип, которого не знаю,
Очень хорошо себя ведет.

С кем в другой раз идти?
Где Борисов? Где Леонов?..
Правда жив этот тип
Из второго батальона.

…Я стою спокойно перед строем –
В этот раз стою к нему лицом,-
Кажется, чего-то удостоен,
Награжден и назван молодцом.

С кем в другой раз ползти?
Где Борисов? Где Леонов?
И парнишка затих
Из второго батальона…

Письмо перед боем

Полчаса до атаки,
Скоро снова – под танки,
Снова слушать разрывов концерт, –
А бойцу молодому
Передали из дому
Небольшой голубой треугольный конверт.

И как будто не здесь ты,
Если – почерк невесты
Или пишут отец твой и мать, –
Но случилось другое –
Видно, зря перед боем
Поспешили солдату письмо передать.

Там стояло сначала:
Извини, что молчала,
Ждать не буду. – И все, весь листок.
Только снизу – приписка:
Уезжаю неблизко, –
Ты ж спокойно воюй и прости, если что.

Вместе с первым разрывом
Парень крикнул тоскливо:
Почтальон, что ты мне притащил! –
За минуту до смерти
В треугольном конверте
Пулевое ранение я получил.

Он шагнул из траншеи
С автоматом на шее,
Он разрывов беречься не стал, –
И в бою над Сурою
Он обнялся с землею,
Только – ветер обрывки письма раскидал.

Мерцал закат, как блеск клинка (Военная песня)

Мерцал закат, как блеск клинка,
Свою добычу смерть считала.
Бой будет завтра, a пока
Взвод зарывался в облака
И уходил по перевалу.

Припев:
Отставить разговоры,
Вперед и верх a там
Ведь это наши горы
Они помогут нам.
Они помогут нам!

A до войны вот этот склон
Немецкий парень брал c тобою
Он падал вниз, но был спасен
A вот сейчас, быть может, он
Свой автомат готовит к бою.

Припев.

Взвод лезет вверх a y реки
Тот c кем ходил ты раньше в паре
Мы ждем атаки до тоски
A вот альпийские стрелки
Сегодня что-то не в ударе.

Припев.

Он не вернулся из боя

Почему все не так, вроде все, как всегда:
Тоже небо – опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух            и та же вода,
Только он не вернулся из боя.
Тот же лес, тот же воздух             и        та же вода,
Только он не вернулся из боя.
Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах – без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас,
Когда он не вернулся из боя.

Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.

То, что пусто теперь, – не про то разговор,
Вдруг заметил я – нас было двое.
Для меня словно ветром задуло костер,
Когда он не вернулся из боя.

Нынче вырвалось, будто из плена, весна.
По ошибке окликнул его я:
– Друг!    Оставь покурить! – А в ответ – тишина:
Он вчера не вернулся из боя.

Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие – как часовые,
Отражается небо в лесу, как в воде,
И деревья стоят голубые.

Нам и место в землянке хватало вполне,
Нам и время текло для обоих.
Все теперь – одному. Только кажется мне –
Это я не вернулся из боя.

Тот, который не стрелял

Я вам мозги не пудрю – уже не тот завод.
В меня стрелял поутру из ружей целый взвод.
За что мне эта злая, нелепая стезя?-
Не то чтобы не знаю – рассказывать нельзя.

Мой командир меня почти что спас,
Но кто-то на расстреле настоял,
И взвод отлично выполнил приказ,
Но был один, который не стрелял.

Судьба моя лихая давно наперекос,-
Однажды “языка” я добыл, да не донес.
И особист Суэтин, неутомимый наш,
Еще тогда приметил и взял на карандаш.

Он выволок на свет и приволок
Подколотый, подшитый материал,
Никто поделать ничего не смог.
Нет, смог один, который не стрелял.

Рука упала в пропасть с дурацким криком “Пли!”
И залп мне выдал пропуск в ту сторону земли.
Но слышу:- Жив зараза. Тащите в медсанбат!
Расстреливать два раза уставы не велят.

А врач потом все цокал языком
И, удивляясь, пули удалял,
А я в бреду беседовал тайком
С тем пареньком, который не стрелял.

Я раны, как собака, лизал, а не лечил,
В госпиталях, однако, в большом почете был.
Ходил в меня влюбленный весь слабый женский пол:
– Эй ты, недостреленный! Давай-ка на укол!

Наш батальон геройствовал в Крыму,
И я туда глюкозу посылал,
Чтоб было слаще воевать ему,
Кому? Тому, который не стрелял.

Я пил чаек из блюдца, со спиртиком бывал,
Мне не пришлось загнуться, и я довоевал.
В свой полк определили. – Воюй, – сказал комбат,-
А что недострелили, так я невиноват!..

Я тоже рад был, но, присев у пня,
Я выл белугой и судьбину клял,-
Немецкий снайпер дострелил меня
Убив того, который не стрелял.

Ещё не вечер

Четыре года рыскал в море наш корсар
В боях и штормах не поблекло наше знамя.
Мы научились штопать паруса
И затыкать пробоины телами.
За нами гонится эскадра по пятам.
Ha море штиль и не избегнуть встречи.
Но нам сказал спокойно капитан:
-Еще не вечер, еще не вечер !

Вот развернулся боком флагманский фрегат, и левый борт окрасился дымами,
Ответный залп – на глаз и наугад. Вдали пожар и смерть. Удача с нами !
Из худших выбирались передряг, но с ветром худо и в трюме течи,
А капитан нам шлет привычный знак: -Еще не вечер, еще не вечер !

Ha нас глядят в бинокли, в трубы сотни глаз,
и видят нас, от дыма злых и серых,
Но никогда им не увидеть нас прикованными к веслам на галерах !
Неравный бой. Корабль кренится наш. Спасите наши души человечьи !
Но крикнул капитан: -Ha абордаж ! Еще не вечер ! Еще не вечер.

Кто хочет жить, кто весел, кто не тля – готовьте ваши руки к рукопашной !
А крысы пусть уходят с корабля – они мешают схватке бесшабашной.
И крысы думали: А чем не шутит черт ?! И тупо прыгали, спасаясь от картечи.
А мы с фрегатом становились к борту борт. Еще не вечер. Еще не вечер !

Лицо в лицо, ножи в ножи, глаза в глаза !
Чтоб не достаться спрутам или крабам,
Кто с кольтом, кто с кинжалом, кто в слезах,- мы покидали тонущий корабль.
Но нет ! Им не послать его на дно – поможет океан, взвалив на плечи.
Ведь океан-то с нами заодно ! И прав был капитан – еще не вечер !

Песня лётчика

Их восемь – нас двое, – расклад перед боем
Не наш, но мы будем играть!
Сережа, держись! Нам не светит с тобою,
Но козыри надо равнять.

Я этот небесный квадрат не покину –
Мне цифры сейчас не важны:
Сегодня мой друг защищает мне спину,
А значит – и шансы равны.

Мне в хвост вышел “мессер”, но вот задымил он,
Надсадно завыли винты, –
Им даже не надо крестов на могилы –
Сойдут и на крыльях кресты!

Я – “Первый”, я – “Первый”, – они под тобою!
Я вышел им наперерез!
Сбей пламя, уйди в облака – я прикрою!
В бою не бывает чудес.

Сергей, ты горишь! Уповай, человече,
Теперь на надежность строп!
Нет, поздно – и мне вышел “мессер” навстречу, –
Прощай, я приму его в лоб!..

Я знаю – другие сведут с ними счеты, –
Но, по облакам скользя,
Взлетят наши души, как два самолета, –
Ведь им друг без друга нельзя.

Архангел нам скажет: “В раю будет туго!”
Но только ворота – щелк, –
Мы Бога попросим: “Впишите нас с другом
В какой-нибудь ангельский полк!”

И я попрошу Бога, Духа и Сына, –
Чтоб выполнил волю мою:
Пусть вечно мой друг защищает мне спину,
Как в этом последнем бою!

Мы крылья и стрелы попросим y Бога, –
Ведь нужен им ангел-ас, –
А если y них истребителей много –
Пусть примут в хранители нас!

Хранить – это дело почетное тоже, –
Удачу нести на крыле
Таким, как при жизни мы были с Сережей,
И в воздухе и на земле.

Песня о Земле


Кто сказал: “Все сгорело дотла,
Больше в Землю не бросите семя”?!
Кто сказал, что Земля умерла? –
Нет, она затаилась на время.

Материнства не взять y Земли,
Не отнять, как не вычерпать моря.
Кто поверил, что Землю сожгли? –
Нет, она почернела от горя.

Как разрезы, траншеи легли,
И воронки, как раны, зияют.
Обнаженные неpвы Земли
Неземное страдание знают.

Она вынесет все, переждет.
Не записывай Землю в калеки!
Кто сказал, что Земля не поет,
Что она замолчала навеки?

Нет! Звенит она, стоны глуша,
Изо всеx своих ран, из отдушин.
Ведь Земля – это наша душа,
Сапогами не вытоптать душу!

Кто поверил, что Землю сожгли? –
Нет, она затаилась на время.

Мы вращаем Землю

От границы мы Землю вертели назад –
Было дело, сначала.
Но обратно ее закрутил наш комбат,
Оттолкнувшись ногой от Урала.

Наконец-то нам дали приказ наступать,
Отбирать наши пяди и крохи,
Но мы помним, как солнце отправилось вспять
И едва не зашло на Востоке.

Мы не меряем Землю шагами,
Понапрасну цветы теребя,
Мы толкаем ее сапогами –
От себя, от себя.

И от ветра с Востока пригнулись стога,
Жмется к скалам отара.
Ось земную мы сдвинули без рычага,
Изменив направленье удара.

Не пугайтесь, когда не на месте закат.
Судный день – это сказки для старших.
Просто Землю вращают, куда захотят,
Наши сменные роты на марше.

Мы ползем, бугорки обнимаем,
Кочки тискаем зло, не любя,
И коленями Землю толкаем –
От себя, от себя.

Здесь никто не найдет, даже если б хотел,
Руки кверху поднявших.
Всем живым – ощутимая польза от тел:
Как прикрытье используем павших.

Этот глупый свинец всех ли сразу найдет,
Где настигнет – в упор или с тыла?
Кто-то там впереди навалился на дот –
И Земля на мгновенье застыла.

Я ступни свои сзади оставил,
Мимоходом по мертвым скорбя,
Шар земной я вращаю локтями –
От себя, от себя.

Кто-то встал в полный рост и, отвесив поклон,
Принял пулю на вдохе,
Но на Запад, на Запад ползет батальон,
Чтобы солнце взошло на Востоке.

Животом – по грязи, дышим смрадом болот,
Но глаза закрываем на запах.
Нынче по небу солнце нормально идет,
Потому что мы рвемся на Запад!

Руки, ноги – на месте ли, нет ли, –
Как на свадьбе, росу пригубя,
Землю тянем зубами за стебли –
На себя, на себя!

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Охрипшая правда Высоцкого

Заметки о Владимире Высоцком

Высоцкий – правдивый, богохульный, покаянный?

В каких-то существенных, нравственных вещах Поэт неизмеримо выше меня, хотя я и священник

Владимир Высоцкий: в канун именин

И после смерти он понуждает нас расправить плечи