За советом надо обращаться к одному кому-нибудь…

8 марта 1909г.

Сегодня воскресенье, неделя св. Иоанна Лествичника, но ему службу не правили, так как память 40 Севастийских мучеников иж во езере приходится на понедельник, а служба правилась им сегодня. Вчера за бдением я первый раз читал паремии. Итак, пришлось читать паремии св. мученикам.

14 марта.

Однажды Батюшка говорил мне: “За советом надо обращаться к одному кому-нибудь. То, что я сейчас говорю, чрезвычайно важно, и блаженны те, кто это знает. Бывает так, что придет кто-нибудь в Оптину, посоветуется с одним, потом с другим, иногда у трех-четырех побывает. Каждый советует по-своему, и у вопрошающего получается смущение: он не знает, как поступить, чьему совету последовать. А нужно было спросить у того, к кому он первому пришел, и что тот посоветует — принять во внимание, считая это за волю Божию.”

17 марта.

Иногда Батюшка рассказывает и говорит много, что хотелось бы записать, да нет времени и возможности. Сегодня после обеда Батюшка стал ложиться отдыхать. Я был с ним, укрыл его, когда он лег. Когда Батюшка раздевался, он начал говорить:

—Ни у меня, ни у вас, конечно, нет в мыслях расстаться друг с другом. Но право, хорошо помереть в такие годы, когда душа ваша еще не очерствела, и у нас в скиту…

— Да, — говорю я, — мое желание — остаться навеки в скиту и лечь здесь в могилу. Но только пр.
Иоанн Лествичник говорит, что “неочистившиеся, аще желают смерти, поступают безумно…”

—Зачем же желать вам смерти; право — желать этого предоставляется мне. А все может случиться: у Бога свои расчеты, и кого из нас раньше потребуют отсюда — неизвестно.

Что еще говорил Батюшка, я не помню хорошо. Нет свободной минуты, а потому пишу кое-как.

22 марта. Вербное воскресенье.

Пользуясь свободной минутой, запишу кое-что. 14 марта Батюшка дал мне две деревянных ложки — одну лично мне, а одну — для Иванушки. В тот же день Батюшка сказал мне следующее:

— В Казани был архиепископ Афанасий. Про него много чудесного рассказывали. Например, когда он только что приехал в Казань, он поспешил в Кафедральный собор. Отслужив обедню, молебен и сказав краткое слово, он начал благословлять народ. В общей массе, в толпе, подходит также какая-то барыня. Он благословляет ее, а руку целовать не дает. Она подумала, что он сделал это, спеша окончить благословение. Но все же она опять подошла под благословение, и опять он,  благословив, не дал поцеловать руки. Она подходила к нему несколько раз, и повторялось то же. Тогда она говорит ему: “Владыка святый, неужели я такая грешная, что недостойна поцеловать у вас руку?” — “Вот еще, — говорит преосвященный, — у меня рука, словно у мужика.” Барыня покраснела, поняв, что Преосвященный узнал ее мысли, ибо он сказал то, что она подумала,подходя под благословение.Былоиеще много подобных случаев, доказывающих его прозорливость…

Характерная черта многих святых: позвать гостей, радушно принять их и угостить — замечалась и у преосвященного Афанасия. Он любил в праздники позвать к себе гостей. Так и было однажды. После обедни сразу из церкви с гостями он приходит к себе. Попив чайку и несколько побеседовав с гостями, Преосвященный предложил им пообедать. Приказав келейнику подавать обед, он с гостями сел за стол. Подают огромную, прекрасно приготовленную щуку. Посмотрев на нее, Владыка говорит:

—Ее кушать нельзя, она проклята.

Все несколько удивленно посмотрели на Преосвященного.

—Она проклята, ее есть нельзя, — повторил Владыка. Призывает келейника и приказывает убрать ее со стола. Тот даже не решается убрать. Тогда Преосвященный велит позвать повара. Тот приходит. Владыка смотрит на него и, замечая завязанный палец, спрашивает:

—Что у тебя с пальцем?

—Порезал нечаянно, Владыка святый.

— А что ты при этом сказал?

—Простите, Владыка, я сказал: чтобы ты была… нехорошо сказал.

—Ну, вот видишь, теперь ее есть нельзя. Эту бросьте, а другую надо приготовить. Вот видите,
даже проклятие простого человека — повара, так сильно действует…

—Собственно, Батюшка, — спросил я, — непонятно, как это узнал владыка Афанасий, и почему нельзя после проклятия есть?

— Проклятие повара произвело в рыбе какие-то изменения, которые Преосвященный заметил своими прозорливымиочами. Вследствие этих изменений нельзя стало кушать рыбу. Этим объясняется, почему в миру, в богатых домах, в самых дорогих кушаньях нет того вкуса, который мы ощущаем в наших кислых щах: там все делается без молитвы, с руганью и проклятиями, а у нас в монастыре с молитвою и благословением.

В заключение,всего запишу слова Батюшки, сказанные мне однажды: “Духа держитесь: дух животворит…”

29 марта 1909 г. Пасха. Господня
Пасха.

Это уже третья, встречаемая нами в Оптиной пустыни, и вторая по скитскому житию. Бывая почти целый день у Батюшки, я не мог избежать некоторой сутолоки. Но, несмотря на это, здесь праздник всеми встречается духовно. Окончив послушание до 8 часов вечера, я пришел в церковь для слушания Деяний св. Апостолов. Здесь, в полумраке перед Плащаницей, под благоговейное чтение вполне могут утишиться суетные помышления. Тихо и спокойно отправился я в монастырь, где и встретил радостный и великий праздник.
Тихо и мирно на душе. Слава Богу.

30 марта 1909г.

Насколько помню, в Великую Пятницу, на страстной седмице, Батюшка сказал такую истину, засвидетельствованную св. отцами:

—Если бы желающие поступить в монастырь знали все скорби, присущие иноческой жизни, то никто бы не пошел в монастырь. Поэтому Господь нарочно скрывает от них эти скорби. А если бы люди знали блаженство, ожидающее иноков, то весь бы мир без оглядки побежал вмонастырь.

12 апреля.

Эти дни я был чрезвычайно занят, все время проводя при Батюшке. Сегодня уезжает брат Кирилл, он много помог мне в письменных работах. Спаси его, Господи.

Вчера была память св. Варсонофия, и Батюшка был именинник. На днях Батюшка говорил мне, что он, будучи в Казани еще мирским, очень любил становиться в Соборе около мощей св. Варсонофия. Когда у Батюшки начало появляться желание богоугодного жития, он часто обращался к св. Варсонофию, как бы предоставляя на его решение, какой путь жизни избрать ему. И угодник Божий не оставил втуне молитву с верою к нему прибегающего и указал Батюшке иноческий путь, и даже сподобил его принятия при пострижении своего имени. И первым шагом к сему, быть может, было то, о чем Батюшка рассказал мне 14 марта перед бдением:

— В Казани, когда была поставлена в первый раз на сцене опера “Гугеноты”, я был в одной ложе
в театре с некоторыми моими хорошими знакомыми. Я очень любил оперу. Внезапно напала на меня тоска, а в душе как будто кто-то говорил: “Ты пришел в театр и сидишь здесь, а если ты сейчас умрешь, что тогда? Господь сказал: “В чем застану, в том и сужу…” Уйди скорее из театра… С чем и
как предстанет душа твоя Богу, если ты сейчас умрешь?” Мне стало страшно. Я вполне согласился с этим внутренним голосом и думаю: “Надо уйти”. Тогда начинает говорить другой голос: “А что скажут твои знакомые? Да стоит ли обращать внимание на всякий пустяк…” Опять первый голос: “Иди, иди
скорее, твои знакомые сейчас забыли о тебе, а потом можешь что угодно сказать на их вопросы”.

Началась борьба, но первый голос взял верх, и я решил уйти. Тихо поднялся со стула, едва слышными шагами добрался до двери, быстро закрыл ее за собою и быстро пошел к выходу. С лестницы почти бежал. Быстро надел пальто, выбежал на улицу, крикнул извозчика и полетел домой. Только тогда, когда я уже вошел в свой уютный номерок, я свободно мог перевести дыхание. Здесь я решил уже никогда не ходить в театр, и действительно не ходил.

Потом об этом, как и обо всем, с течением времени я позабыл. Затем прошли годы, я снова вспомнил.., и захотелось мне узнать, какое число было тогда, чья была тогда память. Я справился и узнал, что тогда было 4 октября, память святителей Гурия и Варсонофия, Казанских чудотворцев…

Господи, да ведь это меня св. Варсонофий вывел из театра. Теперь я думаю: какой глубокий смысл в событиях нашей жизни, как она располагается точно по какому-то особенному таинственному плану.

Вспомнилось и мне, как я жил перед отъездом в Оптику в первый раз, т. е. когда коснулась меня благодать Господня. В Университете, по окончании гимназии, я успел проучиться немногим более полугода… Послеождества мои мысли и стремления к богоугождению начали несколько формулироваться, и я стал посещать Университет, хотя и ежедневно, но с некоторою целью… Приходил в Университет и был там до 9 часов, в 9 часов отправлялся в Казанский собор к обедне, предварительно заходя по дороге к Иверской, если там народу бывало не очень много. Отслушав литургию, стоя иногда даже всю литургию на коленях, я не спеша отправлялся домой и заходил по дороге в часовню Спасителя у Москворецкого моста и, помолившись там, без задержки направлялся домой.

Дома думали, что я в Университете, а я в Казанском соборе, ибо я никому из домашних ничего не говорил, был откровенен только с Иванушкой.

25 апреля 1909г.

22 апреля Батюшка мне сказал, что исполнилось ровно три года, как он вступил в управление скитом. Память преп. Виталия.

Сегодня Батюшка рассказал мне про то, что в 1870 году, когда поджигали г. Оренбург и выгорело 7/8 его, мать Батюшки со своей сестрой и с ним, тогда еще Павлом Ивановичем, со всем домом и имуществом были чудесно спасены от пожара.

—Для пожара был выбран ветреный день, — говорил Батюшка, — ветер быстро разнесся по большей части города. Адское пламя уже надвигалось на наш дом. Тогда мы положили на повозку свои пожитки и выехали за город, а незастрахованный свой дом мы оставили на волю Божию. Была ночь. Мы скрылись за уцелевшую часть вала, построенного во время Пугачева и даже ранее. Что делать? Старушка мать встала на молитву: “Господи, спаси нас.” — И я встал и говорю: “Матерь Божия, спаси нас…”

И вдруг ветер переменил направление, пламя полетело в другую сторону. Наша часть города уцелела…

Прошло два-три месяца, разговор о пожаре не умолкал в городе. И однажды некто Силин сказал:
— Вы спрашиваете, почему уцелела эта часть города? Да вот почему: кто-то живет монахом, да еще, быть может, в монастырь поступит, вот ради него и спас Господь эту часть города.

Я тогда еще не думал о монашестве, и поэтому только улыбнулся на слова этого человека, но потом не раз вспоминал их. Он сказал истину про меня… Видите, как дорого Господу монашество.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!