Сирия: колыбель христианства в пламени войны (+ АУДИО)

|

«Сирия: колыбель христианства в пламени войны» — так называлась лекция, которую 5 июня прочитал в РИА Новости член совета Российского Императорского Православного Палестинского общества, сопредседатель Российского комитета солидарности с народом Сирии Олег Фомин. Он рассказал об истории христианства в Сирии и сегодняшней ситуации в стране.

Арабы — одни из первых христиан на земле

«Арабы действительно пришли на Ближний Восток в VII веке с мусульманами, но и до них еще в I веке на землях, где находятся современная Палестина и Израиль, проживали арабские племена, — сказал Фомин. — Например, между Дамаском и Амманом жило христианское арабское племя гассанов и правила династия Гассанидов».

И многие другие арабские племена приняли христианство до появления ислама в Сирии. По словам Олега Фомина, самое значительное из этих племен — таглиб, о котором говорили, что если бы ислам «запоздал», таглиб поглотил бы арабов и все арабы были бы христианами. В 612 году арабские племена выступили единым фронтом против персидского владычества, но в последний момент им на помощь пришли христианские племена. «Исторический факт участия в первой общенациональной битве — предмет особой гордости арабского христианства», — отметил Фомин.

«Я подвожу вас к мысли, что первыми христианами на земле были не только обращенные евреи, но и арабы из этих племен», — пояснил он. В Сирии до сих пор есть несколько деревень, где говорят на языке, на котором проповедовал Иисус Христос. Самая большая из них — Маалюля.

Маалюля. Фото - gooddays.ru

Маалюля. Фото – gooddays.ru

Сегодня резиденции в Дамаске имеют предстоятели трех христианских Церквей: Греко-Православной — Патриарх Иоанн X, Греко-Католической — Патриарх Григорий III, и Сиро-яковитской (дохалкидонской, признающей решения только первых трех Вселенских Соборов) — Патриарх Мор Игнатий Закка I Ивас.

Сирийские христиане всегда были со своим народом

«Нынешний политический режим в Сирии — последний истинный представитель светского арабского национализма», — считает Олег Фомин. Он отметил, что концепция этого национализма разработана христианами, которые, не будучи большинством населения, всегда участвовали в формировании арабо-исламской цивилизации и внесли большой вклад в развитие культуры и науки.

Патриарх  Антиохийский  Игнатий IV

Патриарх Антиохийский Игнатий IV

Незадолго до своей кончины Патриарх Антиохийский Игнатий IV (1921-2012) принимал делегацию общественных деятелей и журналистов, среди которых был и Олег Фомин. «Он заверил нас, что как христиане, так и мусульмане Сирии ощущают себя единым народом, а сирийское правительство и президент одинаково хорошо относятся к представителям обеих религий и поэтому пользуются полной поддержкой православной и других христианских общин, — вспоминает Фомин. — Он рассказывал, что христиане считают себя коренными жителями этой страны, и чувствуют себя в полной безопасности. „Я уже 33 года возглавляю Патриарший престол, и за это время ни разу никто мне не указал, что мне следует говорить, а что не следует“, — сказал Патриарх Игнатий».

Опасность безвластия

Патриарх Греко-Католической Церкви Григорий III Лахам еще два года назад в интервью радио «Ватикан» говорил, что если система власти в стране рухнет из-за массовых беспорядков, первыми жертвами безвластия в Сирии станут христиане. Он выразил уверенность, что если президент Сирии Башар Асад под давлением Запада и США уйдет в отставку, это приведет к нападению исламских радикалов на христиан, которые станут беззащитны перед экстремистами, как христиане в Иране.

Олег Фомин напомнил, что совсем недавно Сирия приняла около миллиона христиан, которые вынуждены были бежать из Ирака, где их преследовали. Сегодня они вновь становятся беженцами — уже из Сирии.

Фомин процитировал французского писателя Жан Пьера Валоньеза, дипломата, много лет работавшего  на Ближнем Востоке:  «Будущее христиан в Сирии отнюдь не выглядит надежным. Падение алавитского режима и приход к власти суннитов проникнутых идеей своей исламской идентичности и рассматривающих свои отношения с другими верованиями в соответствие с положениями Корана, может значительно осложнить их (христиан — ред.) положение. С другой стороны, нынешняя власть может укрепиться и расширить свою политическую и социальную базу, улучшая позиции правоверных мусульман», — писал Валоньез.

Олег Фомин отметил, что то, о чем писал Валоньез, теоретически могло произойти, но не произошло. 90 процентов сирийцев ощущают ислам как важнейшую составляющую своей идентичности, гордятся своей историей. Но еще в 1930-е гг. 98 процентов алавитов были неграмотны, а 50 лет назад бедные алавитские семьи отдавали своих детей с шести лет в слуги к суннитам.

«Возможно, на подсознательном уровне не любя христиан как часть прошлого истеблишмента, основными соперниками алавиты считают суннитов, и понимают, как важна сплоченность и солидарность религиозных меньшинств в стране», — сказал Фомин.

По его словам, проблему сосуществования христиан и мусульман в Сирии упрощает тот факт, что большинство сирийских христиан принадлежат арабской культуре. Разумные сунниты и христиане говорят, что делить им нечего, наоборот, есть много общих духовных ценностей: вера в Творца, в загробную жизнь, ответственность перед Богом за свои дела и т.д.

Быть или не быть христианам на Ближнем Востоке?

«Сирия — страна многолетнего мирного и плодотворного взаимодействия ислама и христианства, — отметил Олег Фомин. — Она внесла огромный вклад в культуру человечества, всегда была примером межконфессионального единства, и можно только как подлость рассматривать политику западных держав, которые поддерживают вооруженную оппозицию, науськивают суннитские монархии на Сирию.

Это последний очаг веротерпимости на Ближнем Востоке, последнее светское государство на Ближнем Востоке, один из последних форпостов арабского христианства».

Фомин также сказал, что если христиане исчезнут с Ближнего Востока (а такая опасность есть — триста тысяч христиан уже бежали из Сирии), христианские святыни там превратятся в духовный диснейленд.

В то же время конфликт в Сирии скорее политический, чем религиозный. Год назад террористы убили сына верховного муфтия Сирии, охотятся и за самим муфтием. И отдельные христиане входят в оппозицию, например, председатель Сирийского национального совета Джордж Сабра. Это тоже говорит о том, что нельзя рассматривать события в Сирии как чисто религиозный конфликт.

Но Олег Фомин подчеркнул, что непримиримых оппозиционеров среди сирийских христиан мало. Большинство выступает против внешнего вмешательства — информационного, культурного, экономического и особенно военного — во внутренние дела Сирии. Если кто-то из них встал в ряды оппозиции, то оппозиции, готовой к диалогу с властью и совместному с ней реформированию страны.

«Враги Сирии стараются превратить текущую ситуацию в религиозный конфликт. Но даже если это им удастся, я уверен, что нелегко будет уничтожить достижения 1000-летнего религиозного соработничества и терпимости в этой стране», — сказал Олег Фомин.

Подготовил Леонид Виноградов

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: