Эксперт по Cирии: Христиане покидают Ближний Восток

Гонения и казни христиан, разрушение святынь, флаги боевиков на крышах православных церквей. «Раной Христа» назвал происходящее в сирийском городе Маалюли интернет-портал «Православие.ру».

Гонения на христиан в Сирии

В течение двух недель сентября это поселение, где из двух тысяч населения около 80% исповедуют христианство, чьи храмы охраняются ЮНЕСКО, последнее место на земле, жители которого говорят на арамейском языке — том самом, на котором говорил Христос, находился под властью боевиков. Только на днях правительственным войскам удалось вытеснить их за пределы города.

Сравнение православного портала можно продолжить: вся Сирия сегодня — это рана Христа. Судьба двух миллионов христиан — а именно столько проживает в этой стране с общим населением в двадцать два с половиной миллиона человек — остается неопределенной.

О том, что происходит, и что будет происходить с христианским населением Сирии порталу «Православие и мир» рассказал Борис Долгов, старший научный сотрудник Центра арабских исследований Института востоковедения РАН.

 

Борис Долгов

Борис Долгов

— Соглашение по химическому оружию достигнуто. Россия и США приняли план по установлению международного контроля над тем химоружием, которое есть у правительства Башара Асада. Как, на ваш взгляд, теперь будет развиваться обстановка в Сирии?

— Действительно, соглашение достигнуто и, надеемся, будет реализовано. Угроза военного удара по Сирии на данный момент снята. Однако заявления лидеров западных стран продолжают настораживать. Эти лидеры — и, в частности, Барак Обама, заявивший, что военное присутствие останется вблизи сирийских границ — требуют включения пункта о военном решении в дальнейшие документы по Сирии.

Что касается христианского населения, то тут оценки экспертов однозначны: в случае прихода к власти радикальной оппозиции это будет геноцид или, по меньшей мере, изгнание христиан из страны. За время конфликта я дважды был в Сирии, общался с представителями местной власти и духовенства. В развитии самого худшего сценария, если падет режим Асада, сомнений нет ни у кого. Мы уже имеем на руках факты: убийство монахов и монахинь, попытка разграбления древнего монастыря Святой Феклы в Маалюли, уничтожение христиан и их изгнание из районов проживания.

Естественно, что христиане поддерживают правительство Сирии в его борьбе против оппозиции. Представители христианства входят в состав руководства страны, много их и в армии — все они видят, что происходит с собратьями по вере.

— Очевидцы событий в Сирии говорят об исходе христиан из страны. Вы можете подтвердить или опровергнуть эту информацию?

— Мне довелось общаться с матушкой Агнесс Мариам аль-Салиб, настоятельницей католического монастыря Святого Иакова в сирийском городе Каре. Она заявляет об исходе христиан с Ближнего Востока в целом. То есть, они уходят не только из Сирии, но и из Египта, Ирака, Ливии. Их перемещение происходит в основном в Европу и Соединенные Штаты, некоторая часть оседает еще в Израиле.

При этом какая-то часть христианского населения Сирии твердо намерена остаться в стране. Люди организуются в вооруженные отряды самообороны, действуют сообща с правительственными войсками. Но говорить сейчас о конкретных цифрах — сколько жителей уехало, сколько осталось — затруднительно.

— Почему, на ваш взгляд, о проблемах сирийских христиан почти не говорят на официальном уровне?

— Цель внешних сил, которые выступают в поддержку боевиков — любым путем свергнуть режим Асада. Под внешними силами я имею в виду блок НАТО, монархии Персидского залива, Турцию. У каждой из этих стран есть свои мотивы в ликвидации Сирии как регионального центра силы и союзника Ирана. Поднимать вопрос геноцида христиан им не выгодно с политической точки зрения.

— В январе боевики убили клирика одного из православных храмов в городе Хама. В апреле были похищены митрополит Аллепский Павел, который был братом Антиохийскому патриарху. Говорит ли это, что священнослужители находятся в особенно опасном положении?

— Действительно, представители духовенства становятся мишенью для боевиков в первую очередь. Но при этом опасности подвергаются не только христианские священники, но и мусульманские — из числа тех, кто выступает против боевиков. Достаточно вспомнить историю верховного муфтия Сирии Ахмада Бадреддина Хассуна. Боевики потребовали от него перейти на их сторону, он отказался — в ответ был застрелен его 21-летний сын Сария. Машину, в которой он ехал, атаковали по дороге в город Алеппо.

— Как вы сами нашли состояние христианской общины во время своего визита в Сирию?

— Мы были в Дамаске, Хаме, проезжали город Хомс. Встречались с представителями католической общины, видели прихожан православной и армянской христианской церквей. Община, несомненно, сокращается, но, чтобы люди уезжали тысячами, я не видел. Надо понимать, что помимо внешней существует еще и внутренняя миграция: христиане в большом количестве перемещаются внутри страны, уезжают в те районы, которые напрямую не связаны с боевыми действиями. В Сирии христианское население рассеяно по стране — большой процент христиан среди жителей Алеппо, Дамаска, Хомса, Латакии.

— Кто составляет христианскую общину в Сирии?

— Из двух миллионов проживающих здесь христиан около половины — это православные Антиохийского Патриархата. Широко представлены также католическая и армянская апостольская церкви. Много выходцев из России, существует целая община Русской Православной Церкви. В советский период у нас училось много сирийских студентов, было большое количество смешанных браков — так россияне оказывались на востоке. Сегодня в Дамаске они составляют целый район: можно говорить о десятках тысяч семей, где есть выходцы из России. В основной массе они остаются пока в Сирии. Но в случае обострения не исключено, что они захотят вернуться на родину вместе со своими сирийскими родственниками.

— Радикальные исламистские настроения, которые представляют угрозу для христиан — насколько они сильны внутри армии оппозиции?

— Нужно понимать, что оппозиция в Сирии неоднородна, она разделена на много частей. Одна из них — это внутренняя оппозиция, она сама себя называет патриотической. Ее участники готовы на сотрудничество с властями, они имеют своих представителей в правительстве — это, например, Кадри Джамиль, вице-премьер Сирии.

Затем есть т.н. «национальная коалиция революционных и оппозиционных сил» со штаб-квартирой в Катаре. Она представлена различными группировками: это и условные либерал-демократы, которые десятки лет живут за пределами Сирии, и религиозно-политическая группа «Братья-Мусульмане», в том числе их радикальное крыло, и курдские сепаратисты. Лидеры этой коалиции за время конфликта много раз поменялись — фактически, это всегда марионетки государств, заинтересованных в свержении Асада.

Наконец, есть радикальная вооруженная оппозиция, боевики. В основном ее составляют наемники из арабо-мусульманских стран, в частности, из Афганистана, из европейской мусульманской диаспоры. Встречаются и выходцы из России, в основном из таких регионов, как Дагестан и Чечня — по разным данным, их может быть в Сирии от нескольких сотен до двух тысяч.

Действует группировка под названием «Свободная сирийская армия». Она позиционирует себя светской силой, но на самом деле действует теми же вооруженными методами, что и остальные радикалы.

Наконец, есть формирования, связанные с Аль-Каидой. Это, например, активисты из движения «Фронта ан-Нусра», чьи деятели причастны к появлению фетвы, послания, с разрешением убивать неверных. Или есть еще «Исламское государство Леванта и Ирака». В составе всех этих групп тоже широко представлены наемники и часто просто уголовные элементы. Есть свидетельства, что боевики освобождают преступников из тюрем и вербуют в свои ряды. Эти бандиты, другим словом их не назовешь, причастны к шокирующим преступлениям вроде поедания сердец убитых солдат или игры в футбол младенцами.

В итоге мы имеем парадоксальную ситуацию: с одной стороны страны запада борются с Аль-Каидой в Афганистане, с другой — поддерживают ее в Сирии. Фактически, этот подход означает, что террористов делят на хороших и плохих. Первые действуют в интересах стран запада, вторые — нет.

— Есть сведения о том, что в Маалюле были повреждены христианские святыни — в том числе, женский монастырь святой Феклы IV века. На ваш взгляд, можно ли предотвратить уничтожение христианских памятников? Каким образом?

— Предотвратить это можно только одним способом — недопущением к святыням боевиков. Пока правительственной армии частично удается справляться с этой задачей: во всяком случае, они потеснили боевиков из Маалюли. Другой вопрос, почему вопрос об этом не ставится широко международными организациями. Вероятно, молчание связано с тем, что тогда придется признать многое: и уничтожение памятников, и геноцид христиан — а это, как я говорил выше, многим не выгодно.

— Маалюля — последнее место на земле, где говорят на арамейском языке — языке Христа. Можно ли говорить, что из-за недавних событий язык был на грани исчезновения?

— Да, вероятно, можно говорить так.

— Последний вопрос. Каков ваш прогноз сирийского сценария?

— Военного удара по Сирии, полагаю, все же не будет. Слишком много государств в мире выступают против этого. Это Россия, Китай, ряд арабских стран — Иран, Египет, Алжир, Иордания, Ливан. Сейчас боевики уже перестают прибывать из Египта, где изменилась политическая ситуация: нынешнее руководство страны не поощряет участия своих граждан в этом конфликте. Внутри Турции, которая выступала ярым сторонником военной операции, растет недовольство политикой правительства. Такое же несогласие мы наблюдаем и в самих Соединенных Штатах. Парламентарии и простые граждане все более активно высказываются против военного удара и помощи оппозиционным силам.

Что касается перспектив конфликта, то верх в нем одержит, на мой взгляд, правительство Асада. Его режим выстоит. Впрочем, президентский мандат заканчивается в 2014 году — кто встанет во главе Сирии после выборов, прогнозировать трудно.

Михаил Боков

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Премьер-министр отметил, что люди с ограничениями по здоровью должны быть обеспечены доступом к социальным лифтам
Новая система позволит с математической точностью оценить индивидуальность каждого ребенка
"Для проезда по России студенты, наша молодежь должна иметь очень серьезную дотацию, чтобы иметь возможность посмотреть,…

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: