Следственный комитет проведет расследование по факту бездействия руководства барнаульского лицея №101 во время издевательств и избиений учащегося другими школьниками. Жительница Барнаула Ульяна Меньшикова рассказала, что ее сын несколько месяцев терпит травлю группы школьников. Руководство и педсостав лицея заявили, что в этой ситуации виноват сам мальчик, который «слишком остро реагирует на безобидные тычки и пинки». Извиняться перед семьей никто не стал – учителя стали угрожать женщине и обвинять в том, что она плохая мать.

Одним громким делом ситуацию с травлей не изменить — но ничего не делается в один момент

Татьяна Краснова

Татьяна Краснова, преподаватель МГУ:

— Я очень рада, что этому делу дан законный ход, так  как конфликт дошел уже до физического насилия. Я очень рада, что будет создан прецедент, и, возможно, теперь администрация школы, учителя и родители будут обращать внимание на то, что не всегда травля – это невинные детские шалости, которые решаются внутри детского коллектива. Я как человек старой формации привыкла к тому, что в моем детстве такие вопросы мы решали сами, и привлекать к этому делу родителей, учителей нам казалось неправильным по нашему детскому кодексу.

Но сейчас  я наблюдаю странную вещь – несмотря на то, что мы стали к детям относиться более нежно и бережно, ситуация от этого лучше не делается: если в моем детстве были в основном «дразнилки», то сейчас травля может доходить до физических избиений, и иногда чуть ли не до изнасилования. Поэтому сейчас я рада, что дело будет достаточно громким, и учителя, родители станут задумываться о том, что происходит в школе, перестанут игнорировать проблему.

И еще мне кажется, есть у нас одна такая общая на всю страну истина – все, что у нас является закрытым учреждением (что бы это ни было – больница, детский, сад, школа) – превращается в ГУЛАГ. То есть на самом деле все учреждения должны быть максимально открытыми.

Но, думаю, что общество находится в таком состоянии сейчас, когда по щелчку, одним громким делом ситуацию с травлей не изменить. Мы в нашей стране чересчур настроены на  «право сильного». Но ничего не делается в один момент. Мы можем, с одной стороны, только медленно, постепенно объяснять детям, учителям, родителям, что если дело дошло физического насилия избиения, могут вмешаться правоохранительные органы.

И с другой стороны мы сами своим детям, с раннего детства, должны объяснять, что у них есть своя  зона ответственности. Сначала кошку покормить, а в подростковом возрасте – это ответственность за свои поступки. А то у нас как-то получается,  что до 18 лет ребенок может делать все, что хочет, и ничего ему за это не будет.

Травля останавливается силами взрослых, а не замалчиваниями или обвинениями родителей

Екатерина Шульман. Фото: Facebook

Екатерина Шульман, политолог:

— Правовое противодействие школьной травле – это больной вопрос, потому что это тонкие материи, которые трудно регулируются законом, особенно когда дело касается несовершеннолетних.  Тем не менее, когда администрация бездействует и педагогический коллектив, видя травлю, ничего не делает, то это, конечно, вынуждает родителей защищаться при помощи того инструмента, который есть.

Никто не вынуждал администрацию школы доводить ситуацию до уголовного дела – если бы они отреагировали раньше, очевидно, этого бы не случилось. Ответственность за то, что происходит в школе, лежит не на детях, не на родителях, а на сотрудниках школы. Травля останавливается силами взрослых, а не замалчиваниями или обвинениями родителей.

История эта громкая, публичная, и она станет предостережением для других. В следующий раз директор, завуч, учитель подумают много раз, прежде чем замалчивать ситуацию.

Конечно, проверки – это не тот инструмент, который мы бы хотели видеть в разрешении этой проблемы. В школах всегда и так очень много проверок. Учителя, директора, завучи постоянно находятся под прессингом этих проверок. Нормальный инструмент, который мы бы хотели видеть, – это регулирование конфликтом посредством Устава школы, это вовлеченная позиция педагогического коллектива, их осведомленность в вопросах травли, и, конечно же, разрешение таких ситуаций на самых ранних стадиях.  

Возможно, только так в других школах поймут, что скрывать травлю крайне невыгодно

Ольга Журавская. Фото: Facebook / Pavel Fedorov

Ольга Журавская, основатель проекта «Травли. NET»:

— Задача любой школы – сказать: «У нас никакой травли нет, мы не такие, как они».  То есть руководство школы очень часто до последнего старается делать вид, что ничего особенного не происходит. И вот мы видим, что раз они сами это не признают, то уже общество пытается заставить школу признать факт травли. Это уже некий прорыв.

Уголовное дело, проверки – у этого лицея теперь будет много проблем. Возможно, только так руководители других школ поймут, что долгое время скрывать травлю – это крайне невыгодно.

Это не первый случай, когда по факту травли было заведено уголовное дело. Сейчас оно заведено по статье «халатность», но, как мне кажется, здесь налицо еще и статья «оставление несовершеннолетнего в опасности», ведь это именно взрослые – учителя, администрация – допустили, что травля зашла так далеко.

Подготовила Ольга Лунина

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.