Украинская автокефалия – почему язык патриотической политики не подходит для объяснения своей правоты, можно ли считать еретиком Патриарха Варфоломея и что мы должны рассказать всему православному миру? Размышляет священник Евгений Дорофеев, настоятель храма Живоначальной Троицы в городе Электроугли, юрист.

Политики приходят и уходят

Cвященник Евгений Дорофеев

В последние несколько месяцев самой популярной темой в православных СМИ стала украинская религиозная ситуация. Обычно ее разбирают с двух позиций: патриотической и юридической (на церковном языке «канонической»). С первой позицией сразу все ясно: ни в коем случае не надо в одном стакане смешивать жесткую политическую борьбу в соседней стране с языком высокого богословия. Как не стоит смешивать черное с белым, грешное с праведным и временное с вечным.

Язык патриотической политики не подходит для объяснения своей правоты. Политическую ситуацию каждый видит со своей колокольни, особенно в условиях сложного гражданского этнического и мировоззренческого конфликта.

Истина здесь очень проста: политики приходят и уходят, а Господь и Церковь Его – вечны.

В мире было и будет много всяких «измов» (феодализмов, социализмов, национализмов, либерализмов, коммунизмов и прочих), возникающих и исчезающих, а Богу люди как молились, так и будут молиться. Политиканству в Церкви не место!

С точки зрения канонического права защищать свою позицию гораздо более эффективно. Потому что каноны рождены самой Церковью, как раз для регуляции церковной жизни. Но и здесь не все так просто. Как юрист по светской профессии и священник, защищающий аттестационную работу по каноническому праву, скажу, что каноническое церковное право имеет серьезные отличия от обычного светского права. Оно обладает определенными специфическими свойствами, например, в них старое идентичное правило не заменяется новым, вместо подхода от частного к общему – указание какой-то отдельной взятой ситуации. Нередко в нем отсутствует классическая для правовой нормы схема: гипотеза (то есть условие) – диспозиция (то есть предписание) – санкция (то есть последствия).

К тому же немало канонических норм вообще невозможно применить из-за того, что многие внешние формы жизни в Церкви существенно изменились. Дополнительно можно назвать и то, что каноническое право – это зарубежное право, написанное на иностранном языке, и носители данного языка обязательно расскажут нам о том, что данный перевод не точно отражает изначально выраженную мысль. Тем более не стоит забывать, что любой исключительно юридический спор можно выиграть, опираясь не на истину, а на умение интерпретировать в свою сторону смысл написанного, с помощью юридической казуистики.

При этом церковные каноны нужны и важны, и при каждом удобном случае необходимо говорить о том, что Константинополь их нарушает грубо и очевидно. Но строить защиту своей позиции исключительно на канонике бесперспективно, по причинам, указанным раньше.

Канонично и с любовью

Какой же выход возможен из сложившейся ситуации? Во-первых, мы должны четко и ясно показать и рассказать всему православному миру, что фактически более двух третей украинских православных – это как раз прихожане Украинской Православной Церкви Московского Патриархата, включая наиболее авторитетных архиереев, священников. И им трудно принять саму мысль, что лица, исключенные из сана и преданные анафеме, как бы вдруг, по мановению волшебной палочки, без покаяния, вновь могут быть пастырями овец Христовых. Тем более, что эти самые лица не молча «отсиживались в своей анафеме», а были на острие атак на каноническую Церковь-Мать.

Во-вторых, обращать внимание на отсутствие канонического рукоположения у подавляющего большинства архиереев и иереев СЦУ (или ПЦУ – до сих пор не понятно, как ее называть?), и если кто-то вступает в евхаристическое общение с данной структурой, то берет на себя соответствующую ответственность.

В-третьих, отметить, что так называемый объединительный собор, прошедший в декабре прошлого года в Киеве, не представлял и 10% духовенства и мирян Украины.

В-четвертых, обращать внимание на то, что руководство Русской Православной Церкви в лице как Патриарха, так и Священного Синода НИКОГДА за время украинского конфликта не становилось на чью-либо сторону, а в их словах звучал лишь призыв к миру и единению во Христе Иисусе Господе нашем. Конечно, отдельные священники и миряне высказывали мнения, но эти мнения были частными и не отражающими общецерковную позицию. Тем более, что духовенство УПЦ в своей стране, выполняя свой пастырский долг, молилось за украинские власти и за украинское войско.

В-пятых, указать на то, что среди членов Украинской Православной Церкви немало священнослужителей и мирян, имеющих ярко выраженное национальное самосознание и стремящихся к автокефалии. Но к автокефалии законной и канонической, и не признающих никаких неканонических структур.

Яркий пример – недавнее интервью Софрония, митрополита Черкасского, ярого самостийника и украинского патриота, мечтающего об автокефалии, но не признающего ПЦУ и клеймящего Филарета Денисенко и всю его компанию.

Мое мнение, что чаще всего и органичнее всего в православном мире существовала и существует схема «независимое государство – независимая Церковь». Схема, конечно, не безусловна, но в ситуации с Украиной, скорее всего, неизбежна.

И здесь необходимо выходить на дарование автокефалии подлинной Церкви – УПЦ во главе с Блаженнейшим митрополитом Онуфрием, при этом, коль Константинополь ее не признает (он признает, только когда сам дарует автокефалии), надобно выходить с ним на переговоры. При этом не может быть безболезненного и оправданного объединения ПЦУ и УПЦ простым слиянием, даже под руководством митрополита Онуфрия. Потому что ПЦУ – это раскольники, а УПЦ – каноническая Церковь, и вхождение первой во вторую, независимо от будущего названия Церкви, возможно только через покаяние.

В-шестых, напомнить всему мировому Православию о том, что Русская Православная Церковь никогда не посягала на чужую каноническую территорию, даже в рамках своих автономных Церквей. Так, Русская Православная Церковь не взяла под свой омофор Абхазию и Южную Осетию, несмотря на то, что население этих государств просило об этом очень слезно.

Позиция РПЦ здесь была непоколебима – это каноническая территория Грузинской Церкви, несмотря на политические изменения. Так же произошло и после вхождения Крыма в состав России. Митрополит Симферопольский до сих пор является членом Священного Синода УПЦ, что на языке церковном означает, что Крым – каноническая территория УПЦ. Эта благородная и сильная позиция руководства нашей Церкви должна особенно освещаться.

Напоследок хотелось бы отметить, что очень опасна позиция некоторых лиц с нашей стороны, стремящихся придать Константинопольскому Патриархату статус еретической и неполноценной Церкви. И даже анафематствовать Константинополь.

Несмотря на то, что Патриарх Варфоломей вольно обходится с канонами, он все же не еретик. Ну не считать же вопросы календаря и второбрачия священников вопросами догматических душеспасительных истин (хотя нужно признать, что сослужение с неканонически рукоположенным архиереем выводит его на опасную грань).

И в данной ситуации мы должны канонично и с любовью попытаться, с помощью других Поместных Церквей, вернуть Константинополь в рамки здравого смысла и уважения к канонам, а не с размаху резать по телу Матери-Церкви, помня, что она у нас все же одна: Святая Соборная и Апостольская во главе со Христом Спасителем.

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: