Погодки: драка

|
Журналист и литератор Валерий Панюшкин продолжает увлекательный рассказ о двух своих дочках...

Да, они дерутся, эти ангелочки. Надя впервые участвовала в драке, будучи двух дней от роду. А Вере был год и два месяца, когда она впервые стала бить сестру.

Это был очень трогательный момент. Младенца принесли из роддома и положили, знаете, в детский такой шезлонг, чтобы старшенькая могла хорошенько рассмотреть младшенькую. Психологическая драма, между прочим.

Младший ребенок еще в утробе догадывается о существовании старших сестер и братьев. Слышит их, чувствует их прикосновения сквозь материнскую брюшину. А старший ребенок, мне кажется, все никак не может поверить, что в семье вот-вот появится кто-то кроме него.

Я полагаю, что старший ребенок, когда ему показывают только что родившегося младшего, чувствует себя так же, как чувствовала бы себя жена, если бы муж притащил в дом вторую (третью, четвертую) женщину и сказал бы, что вот это теперь тоже будет жена. И ее надо любить.

Нечто подобное выражалось на Верином лице, когда она впервые склонялась над крохотной Надей в шезлонге. Минуту смотрела, две, три…

Ее пытались увещевать, что вот, дескать, сестреночка, маленькая, Наденька… Но Вера мрачнела вместо того, чтобы умиляться, и растерянность на ее лице смешивалась с решимостью, как разноцветные жидкости смешиваются в бинарных взрывных устройствах.

Вдруг решимость возобладала, и годовалая Вера отвесила двухдневной Наде оплеуху. Била наотмашь. Не так, как бьют боксеры, а так, как легкоатлеты кидают копье. И с тех пор ее удары остаются столь же выразительными.

За отчетные полтора года Вера била Надю рукой, ногой, игрушкой, тапком, половником, веником, тряпкой, свеклой и даже живой кошкой…

Но удары всегда были направлены не на то, чтобы ранить, а на то, чтобы отбросить. На то, чтобы расширить и утвердить свое жизненное пространство.

Не надо только думать, что Надя безропотно терпит все эти Верины агрессивные выпады. Просто Надя не из тех девочек, которые бездумно машут вениками, свеклами и кошками. Надя умеет ждать.

Целый день может пройти идиллически. Девочки могут трогательно играть вместе, ходить за ручку, обмениваться куколками, кормить друг друга с ложечки, купаться в одной ванне… И после ванны, предоставив маме вытирать Надю, Вера бежит в комнату, включает мультик, разваливается голая на диване, берет бутылку с молоком, мороженое или другой какой-нибудь атрибут гедонизма…

Тут-то и наступает для Нади время «Ч».

– Надя, стой! – кричит мама.

Но Надя бежит в комнату. Бежит так сосредоточенно, что сосредоточенность эту ни с чем не спутаешь. Закладывает широкую дугу вокруг дивана, дабы Вере не пришло в голову, что тут на нее охотятся. Карабкается на диван, срывается, карабкается снова, ползет по дивану на четвереньках и вцепляется зубами Вере в ягодицу. Сильно, до синяка.

Этот Надин боевой прием так же выразителен, как Верино отшвыривание. Вера отшвыривает Надю из своего пространства, а Надя выгрызает свое пространство у Веры.

Я пытался взывать к состраданию, увещевал, наказывал. Пока не сообразил, наконец, что девочки мои, когда дерутся, не понимают, какую причиняют друг другу боль.

Я заметил, что если одна из девочек спотыкается, например, где-нибудь на улице и падает чувствительно – драки на время прекращаются. Синяк, шишка, ссадина у любой из сестер неизменно становится причиной перемирия на несколько дней.

Они умеют сострадать друг другу в случае падения и ушиба, потому что обе понимают, как это – упасть и удариться. Но Вера все никак не может сообразить, что чувствует Надя, когда ее бьют. А Надя не может сообразить, что чувствует Вера, когда ее кусают.

Мне кажется, драки закончатся, стоит только девочкам всерьез понять, что они делают друг другу больно.

Я надеюсь на это. Впрочем, мне известны сиблинги, которые причиняли друг другу боль до двадцати лет, до тридцати и даже до самой старости и смерти.

Фото — Ольга Лавренкова

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир — это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность нести слово о Христе, о православии, о смысле и жизни, о семье и обществе.

Темы дня
Вещи, памперсы, «газелька малыша» – и как еще помогают неимущим саратовские волонтеры
Услышать умирающего – готовы ли мы к этому и кому принадлежит право на смерть

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: