Благодаря общественному резонансу вокруг «дела Мисюриной» стало понятно, что оно – одно из тысяч. За последние 5 лет дел, связанных с врачебными ошибками, стало почти в 3 раза больше. В итоге, считают врачи, вести сложных пациентов согласится только врач с достойной зарплатой.

В последние годы дел, связанных с врачебными ошибками, стало больше, следует из заявления Следственного комитета, опубликованного на сайте. За 5 лет число таких обращений выросло почти в 3 раза — с 2100 в 2012 году до 6500 в 2017-м. Всего в прошлом году было возбуждено 1791 уголовное дело, из них направлено в суд — 175. «Ни одно из подобных уголовных дел ранее не вызывало такого резонанса, как дело в отношении врача частной клиники Мисюриной. Ни в профессиональном сообществе, ни среди граждан, ни среди надзорных органов», — отметили в СКР.

По данным РБК, в 2015 году СКР выделил ятрогенные преступления (связанные с ухудшением состояния пациента после лечения) в отдельную категорию особо контролируемых. Следователи на местах должны были сообщить о «работе по повышению эффективности расследования» дел этой категории и разобрать собственные ошибки — оправдательные приговоры, прекращенные дела и прочее.

Такой рост дел, связанных с врачебными ошибками, вызвал критику у Генпрокуратуры. В 2016 году заместитель генпрокурора Владимир Малиновский отправил в Следственный комитет письмо с критикой многочисленных дел о врачебных ошибках (информацию о нем опубликовал РБК). В письме сообщается, что Генпрокуратура провела анализ и пришла к выводу «о распространенности случаев пренебрежения в ходе расследования врачебных ошибок требованиями закона, допускающего возбуждение уголовного дела только при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления».

Также сообщалось, что в постановлениях о возбуждении уголовного дела нет сведений о причинно-следственной связи между действиями врачей и дальнейшим состоянием пациента. Так, приводят пример в Генпрокуратуре, в Башкирии в один день было возбуждено три уголовных дела о смерти троих детей в больницах в 2009-2012 гг. Все 3 случая не имели друг к другу никакого отношения, медикам предъявили обвинения по статье 109 УК (причинение смерти по неосторожности), однако при проверке прокуратуры не нашли прямых указаний на вину врачей.

Лучше просиживать стул у компьютера, чем лежать на нарах

Алексей Кащеев

Такое внимание Следственного комитета к «делам врачей» связано с заявлением главы ведомства Александра Бастрыкина о необходимости более жестко контролировать «преступления, связанные с врачебными ошибками», считает врач-нейрохирург Алексей Кащеев.

«Понятен и результат этого дела: врачи, и без того демотивированные зарплатой, проверками и вопиющим несовершенством системы, просто перестанут брать на себя ответственность за любые мало-мальски рискованные клинические ситуации и займутся «спихотерапией». И их можно понять: никому не хочется сидеть в тюрьме. Теперь любой хирург, который хочет пойти на опасную операцию для блага пациента, три раза вспомнит этот случай и лучше отправит больного куда подальше под благовидным предлогом», — считает он.

Василий Штабницкий

Врач-пульмонолог Василий Штабницкий пишет, что «дело Мисюриной» — это «всего лишь один из многих примеров того ужаса, что сейчас происходит, и того, что нас ждет».

«Может быть, достаточно того, что вы все будете знать о том, что невинно обвинена профессиональный врач, а значит, все другие врачи уже не пойдут на риск, и кто-то завтра опять откажет в выписке морфина, в заборе органов на трансплантацию, в выписке пациента домой на ИВЛ — потому что всем страшно. И никто в тюрьму не хочет. Лучше уйти к чертям в офис и просиживать стул у компьютера, по-любому лучше, чем лежать на нарах», — пишет он.

Высокий риск — высокая зарплата

Илья Фоминцев

Директор Фонда профилактики рака Илья Фоминцев считает, что последствием дела станет рост заработка врачей. В пример он приводит США, где высокий риск судебного преследования врача компенсируется большой зарплатой.

«Высокие риски — высокая цена медицины, низкие риски — низкая цена», — пишет Илья Фоминцев.

«В России до сих пор были не просто низкие, а очень низкие риски у врачей по сравнению с теми же США. Ну и доходы врачей соответственно тоже. Я вообще думаю, эта зависимость если не линейная, то близкая к ней.

Итак, мы видим сейчас эскалацию судебной практики в отношении врачей? Ну ждите теперь эскалацию цены услуг… Это же рынок, так и должно быть».

В итоге, считает он, лучшие врачи будут уходить в частные клиники, госклиники «постепенно превратятся в богадельни или “тренировочные парикмахерские”».

В этой ситуации, считает он, врачам необходимо:

«1. Учиться доказательной медицине, ибо только так можно обосновать свои действия.

2. Учиться технологиям общения с пациентами, ибо только так можно защитить себя на досудебном этапе. И это самое эффективное, а вовсе не адвокаты.

3. Самоопределиться в этой системе — не считать себя полубогом или хотя бы четверть-богом, а пациента — рабом, стало быть, своим — божьим. Если и есть какой-то бог в этой системе, то скорее это пациент, чем врач».

Врачи больше не удобная мишень

Глеб Кузнецов

До «дела Мисюриной» сообщество медиков действительно было удобной мишенью, и только сейчас стал ясен его потенциал, считает политолог Глеб Кузнецов.

В первую очередь врачи должны добиться исключения «преступлений врачей» из числа отдельных «особых» категорий внутренней отчетности на уровне с терроризмом — пока не создана и обнародована публичная и понятная для всех участников процесса система, по которой то или иное происшествие в медицинской сфере квалифицируется как «подозрительное».

И во вторую, врачи должны защищать не только свои интересы, но и стремиться к самоочищению. «Потому что правда-то правда — не существует ни одного механизма, по которому средний пациент мог бы найти правду внутри системы здравоохранения. В то время как в других странах именно разнообразные парапрофсоюзные организации — “ассоциации”, “ордена”, “гильдии” и так далее — берут на себя в том числе и эту функцию — оценки качества медицинских услуг и этики их оказания. И пока этого не будет у нас, ситуация радикально не поменяется».

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: