На последнем в 2018 году заседании Синод Русской Церкви постановил создать Патриаршие экзархаты в Западной Европе и Юго-Восточной Азии, а также епархию в Испании и Португалии. Мы попросили священников, служащих на территориях новых экзархатов, рассказать о предпосылках этого решения, его значении для православного мира и перспективах, которые оно открывает.

Протоиерей Андрей Кордочкин, настоятель храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Мадриде

Cвященник Андрей Кордочкин

Для нас, служащих здесь, выделение приходов Испании и Португалии в отдельную епархию не является чем-то неожиданным. В 2007 году из Корсунской епархии были выделены приходы в Италии. Пришел и наш черед.

Когда в Испании епархия была учреждена Константинопольским Патриархатом, было понятно, что греков в Испании так мало, что создается структура «на вырост» за счет украинцев — вначале священников «Киевского патриархата», а затем — за счет кого попало.

В этом смысле у нас другая ситуация. В Испании живут 73 тысячи российских граждан и 106 тысяч украинских граждан. В настоящее время в этой стране совершают служение 17 священников в 25 приходах. Еще 11 приходов и общин действуют в Португалии.

Также следует понять, что Испания — это не Голландия. Приходы располагаются зачастую за несколько сот километров друг от друга, координировать их служение из Франции едва ли возможно. Создание новой епархии призвано преодолеть эту изоляцию, укрепить единство среди священников, которые совершают служение вдали друг от друга.

Кроме того, существует ряд вопросов, связанных с юридическим существованием приходов, и которые могут быть решены лишь в том случае, если их администрация будет в столице.

Сердечно желаем владыке Нестору помощи Божией в его новом служении.

Протоиерей Дионисий Поздняев, настоятель храма святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Гонконге

Протоиерей Дионисий Поздняев. Фото матушки Киры Поздняевой.

Мне видится важной большая самостоятельность епископа в решении местных вопросов, прежде всего, рукоположении клириков для общин в Юго-Восточной Азии. Необходимость присутствия епископа в регионе назрела — здесь много общин, они находятся в разных странах, требуют внимания и заботы, особенно в силу специфики каждой из них. В Восточной Азии миссионерское служение должно быть приоритетом нашей деятельности, оно требует особых трудов и особых усилий.

Здесь до сих пор не существовало епархий Русской Православной Церкви — это создавало определенного рода дисбаланс, способствовало утверждению ошибочного мнения о том, что Константинопольский Патриархат имеет какие-то эксклюзивные привилегии в миссионерском служении в Азии. Думаю, что при успешной и активной миссионерской деятельности епископа Русской Православной Церкви в Юго-Восточной Азии это предвзятое мнение может быть опровергнуто.

Конфликт с Константинополем существует давно. Причина — в претензии Фанара на эксклюзивность своих прав. Такое отношение игнорирует и реальность, и, в некоторых случаях, исторический контекст. Я бы сказал так: в Азии нам трудно представить, что отношения могут стать хуже, чем они уже были до этого момента. Думаю, что мы здесь уже достигли некоего «дна», и при здравых подходах, на основе взаимного уважения, мы можем говорить о перспективах улучшения отношений. Впрочем, если Фанар не расположен будет к сотрудничеству, это не помешает Русской Православной Церкви развивать свою миссионерскую деятельность в регионе — в этом есть реальная необходимость.

Подводя итоги последних 15 лет миссии Русской Церкви в Юго-Восточной Азии, можно говорить о «взрывной динамике» ее развития. В ряде стран региона созданы общины без исторических предпосылок. Очень многое сделано в Таиланде, существенна активность на Филиппинах и в Индонезии. Статистика была бы достаточно сложна, но в целом мы можем говорить о новом направлении развития служения Церкви в Азии. Мне в этой связи видится важной поддержка из России — не только со стороны священноначалия, но и со стороны церковного народа.

У Русской Православной Церкви есть потенциал развития за пределами границ Российской Федерации — я воспринимаю это как Божие благословение, предопределение, призвание, дарованную нам возможность. Все будет зависеть от того, насколько значительные ресурсы получится привлечь из России.

При этом я бы не увязывал вопросы православной миссии в Азии с темой «российского присутствия» — Церковь не занимается геополитикой, в этой связи для Церкви не так важно, растет или нет политическое присутствие России в регионе. Я бы формулировал вопрос так: что сможет Русская Православная Церковь дать народам Юго-Восточной Азии? Это — непростая задача, особенно с учетом долгой и славной истории миссий католиков и протестантов здесь.

Записали Дарья Рощеня и Ольга Лунина

Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: