Опека

Все заверения политиков Финляндии о заботе, поддержке русскоязычных семей и детей разбиваются в прах такими бесчеловечными решениями, — Павел Астахов.

В связи с тем, что единого понимания термина «ювенальная юстиция» сегодня не сложилось, и помимо собственно юридического смысла в нем, к сожалению, заложен и идеологический, как правило, негативный смысл.

Как развивается система ювенальной юстиции в России? Чьи права она защищает? Что главнее по закону - интересы семьи, права ребенка или воля чиновников?

2 января в здании строящейся школы поселка Североонежск было обнаружено тело 15-летней Кристины Кудряшовой. В конце января эта новость буквально взорвала средства массовой информации: «не выдержав разлуки с семьей, воспитанница детского дома повесилась». Но есть факты, которые в средствах массовой информации либо замалчиваются, либо искажаются. Дело в том, что тот самый сотрудник органов опеки – прихожанка нашего храма.

Органы опеки отобрали трех детей у матери-одиночки в Архангельской области. Старшая девочка не выдержала двух месяцев в детдоме и повесилась. Ситуацию комментируют протоиерей Димитрий Смирнов и протоиерей Максим Обухов.

Не дожидаясь прихода матери и милиции, без документов, - сотрудник опеки увозит ребенка в ОВД Строгино. Вернувшись в пустую квартиру, Галина Яковлева не обнаружила ни акта об изъятии, ни даже расписки, что ребенка забрали. Действия органов опеки выглядели просто как похищение.

Отцу Александру Орехову тридцать пять лет. Он живет в большом селе Хороль в Приморском крае, служит там настоятелем в церкви Рождества Богородицы. 15 февраля отцу Александру предстоит очередной суд. Четырнадцатый по счету. Местные чиновники объявили священнику войну. Они полагают, что у него слишком много детей. + ВИДЕОСЮЖЕТ

Главный враг детства выбран и назван: объявляется война семье. Принимаются и разрабатываются всё новые законопроекты, меняющие семейное, уголовное и административное законодательство в сторону резкого ужесточения контроля над семьёй со стороны государственных органов, облегчения вмешательства в дела семьи, изъятия детей и проч.