Люди так устроены — мы не умеем учиться на чужом опыте. Мы все равно все хотим прочувствовать сами…
Мне кажется, я достаточно разумный человек, я руковожу крупным медицинским учреждением в Москве, со множеством людей в подчинении. Я каждый день получаю полноценную информацию (по коронавирусу), но у меня до недавнего времени оставалось ощущение поганого кино. Мне казалось, что меры избыточные, что нас неправильно информируют — это все я чувствовала даже находясь внутри информационного потока.
К сожалению, ты начинаешь понимать, что происходит, только когда беда приходит близко — в твой дом. У меня с положительным тестом на Covid-19 была сестра, но она, слава Богу, переболела легко. У меня самой тест отрицательный, хотя симптомы с сестрой абсолютно одинаковые.
У коллеги вчера диагностировали Covid. Она работает на выездной службе и очень много контактировала с тяжелыми больными и их родственниками, а также младшим и средним персоналом центра. У еще одного близкого мне человека сейчас в клинике лежат мама, папа и брат.
Многие спрашивают, зачем паниковать, если инфицированных много, но смертность тем не менее низкая, ниже, чем у гриппа. Но коронавирус значительно более заразен, и исследования показывают, что вирус может выживать до 9–12 дней. И эта его повышенная контагиозность — это главная угроза. И не придумало на данный момент человечество другой действенной меры, кроме самоизоляции. И когда вчера к концу дня количество зараженных людей в моем непосредственном окружении дошло до семи человек — я поняла, что это все очень близко. Что это все действительно не кино.
Два хосписа из девяти в структуре Центра Паллиативной Помощи сейчас переоборудованы для «ковид-подозрительных» людей. Что это значит? Они предназначены для тяжелобольных пациентов в терминальной стадии, у которых дома ковид-положительные родственники. На грядущей неделе перепрофилируем третий. Для пациентов, переведенных из больниц, где лечат коронавирус.
Если есть хоть какой-то шанс работать на опережение, значит каждый из нас может помочь. Нам нужно быть сознательными и правильной информацией повышать уровень сознательности у каждого человека. С другой стороны, важно «не пережать», потому что паника приводит к обратной реакции. И я правда верю в социальные сети. Многие изменения в паллиативе произошли именно благодаря фейсбуку. Я верю в силу написанного слова.
В регионах РФ стариков больше, чем в Москве. Самые уязвимые — действительно старики. Но в этом кроется еще одна серьезная ошибка. Мы привыкли слышать, что уязвимы старики и хронические больные. И, давайте честно, — у нас не самая стариколюбивая страна.
Так вот, я представила себе на секунду, что такое наша жизнь в будущем. Что такое наша жизнь, если нет стариков и тяжелобольных? Если нет слабых, нет немощных, нет больных, нет тех, о ком надо заботиться? Меня просто накрыло. Я не хочу оказаться в ситуации, когда мы, в результате собственной беспечности, окажемся в мире без слабых людей. Потому что только наличие слабых людей делает нас сильными и нужными; делает нас людьми.
Мне кажется, что сейчас надо максимально использовать время для того, чтобы поднять уровень осознанности и донести до людей: все, чего мы достигли за десятки лет, разбивается о коронавирус, и чтобы не потерять это все совсем — есть очень простой рецепт, допотопный, — сидеть дома. Ну нет ничего другого!
Мне очень жалко бизнес, да и благотворительность, как вы понимаете, сейчас стремительно умирает. В благотворительности основной источник дохода — это социально ответственный мелкий бизнес. Не условный «Газпром» — главный донор, а салоны красоты и кафе, маленькие магазинчики, оптики, индивидуальные предприниматели.
Но если я хочу, чтобы фонд помощи хосписам «Вера» или любой другой фонд максимально быстро вернулся в строй, то я сейчас всех волонтеров, всех людей ориентирую на то, чтобы они почувствовали себя Тимуром и его командой. У вас всех есть право влиять на то, что происходит, и нет права НЕ влиять. Каждый человек, у которого есть хоть какой-то авторитет и рычаги влияния (соцсети, сотрудники, даже чат родителей класса), должен ими воспользоваться. И воспользоваться не в личных интересах, а в интересах (это пафосно звучит, простите, но это правда) страны.
Всего две недели назад одна знакомая — врач из Германии — назвала меня дурой и бросила трубку, когда я сказала, что за город собралась на выходные, и я решила, что у нее просто истерика и срыв. А сегодня я понимаю, что она была права. Что это не срыв и не истерика, а информированность. Цивилизация рушится на наших глазах. Знаете, кто сейчас оказался самым востребованным в Москве? Курьер на велосипеде. Это сейчас самый дорогой человек в Москве, который возит нам все. Самый ценный.
И вся моя паллиативная помощь, и 26 лет работы, выстраивание системы круглосуточных посещений с детьми и собаками — всего этого сейчас нет. Хосписы сейчас похожи на вымершие холодные больничные коридоры. Это очень грустно. И я хочу скорее вернуть в хосписы жизнь.
Единственный выход сейчас — давать инструкции. Инструкции убирают панику. Как действовать. Родителей поддерживать дистанционно. Продукты приносить бесконтактно. Лекарства покупать бесконтактно. Выводить все на доставку. Я знаю, что если мы хотим сохранить рабочие места и привычный образ жизни для тысяч людей, в том числе, в социальной сфере, мы должны, прежде всего, самих людей сохранить.
Источник: Facebook Нюты Федермессер
Фото Анны Даниловой