«В поликлинику мы не пробьемся», — говорит Валентина Виноградова из Саратова. Она тяжело дышит. Ее речь прерывает кашель. Температура — 38 градусов и выше — держится у Валентины уже вторую неделю. И она все еще ждет помощи, как и сотни других заболевших. «Правмир» выяснил, что происходит в Саратовской области во время второй волны ковида, поговорил с пациентами и задал вопросы заместителю министра здравоохранения региона Станиславу Шувалову.

В Саратовской области живет 2,4 миллиона человек. С октября регион практически ежедневно бьет рекорды по количеству пациентов с COVID-19, выявленных за сутки. Произошел скачок со 127 случаев в начале месяца до 176 по состоянию на 20 октября.

Аналогичная ситуация — и по количеству смертей среди заболевших. На протяжении 2020 года летальные исходы от коронавирусной инфекции (без учета параллельной статистики смертности зараженных от «иных патологий») колебались от 0 до 1 случая в сутки. С 1 октября вирус уносит в среднем по две жизни в день.

Данные по числу заболевших в Саратовской области за октябрь / © yandex.ru/covid19/stat

Но есть и неофициальные данные: министр здравоохранения Саратовской области Олег Костин заявил, что в больницы региона в день госпитализируют около 300 человек с ковидом.

«Места в больницах катастрофически тают, резервы только для тяжелых больных. Дальше может быть хуже, мы действительно держим сотню коек как резерв самым тяжелым», — подчеркнул он.

Сам министр сейчас находится на самоизоляции — у него выявили коронавирусную инфекцию. Он продолжает вести свой блог в соцсети.

Практически под каждой новой фотографией, которую размещает Костин, образуется форум — ему пишут жители региона, которые ждут медицинской помощи и не могут ее добиться. Один из комментариев, оставленный под записью министра в Instagram: «На вызов врач не пришла. По телефону продиктовала, что пить и колоть. Сами сделали КТ. Диагноз — вирусная двухсторонняя пневмония, поражение 60% легких. Скорая не едет».

Олег Костин переписывается с пользователями. Чаще он просит их «написать в директ», чтобы решить их проблему. И призывает соблюдать элементарные правила — носить маски, мыть и дезинфицировать руки.

Недавно Костин выложил снимок вереницы карет скорой помощи с подписью: «2-я городская больница Энгельса, госпитализировано 30 пациентов на скорых». Публикация о массовом поступлении пациентов появилась в блоге министра днем 15 октября и вызвала шквал обращений по поводу необходимости срочно ввести жесткий режим самоизоляции. В тот же день пост исчез со страницы Костина, сообщает ИА «Версия-Саратов».

Пост про скорые возле энгельсской больницы, который был удален министром / © ИА «Версия-Саратов»

На сегодня переболеть COVID-19 в Саратовской области успели губернатор Валерий Радаев, а также некоторые члены правительства и местного заксобрания. В ковидном госпитале скончался руководитель областного отделения Фонда социального страхования Вадим Дубривный. Организация, которую он возглавлял, среди прочего, занимается выплатами компенсации родственникам медиков, погибших от COVID-19.

Власти заявляют о наличии некоторого количества «свободных коек» в ковидных госпиталях Саратова (около 300 штук), но для многих жителей госпитализация по-прежнему недоступна. Как и проведение исследований при помощи КТ (компьютерной томографии) или тестирование на наличие коронавирусной инфекции.

Мест нет, а больные — в очереди на госпитализацию

Валентина Виноградова не верила в то, что доживет до госпитализации. Но больше боялась за мужа — у него онкологическое заболевание.

— У меня уже две недели держится температура — 38. Я ее сбиваю, а она опять лезет вверх. Одышка, кашель. Чувствую, что становится все хуже и хуже, — сквозь кашель сказала Валентина Петровна. — У меня еще муж — инвалид второй группы по онкологии. У него сейчас полное отсутствие аппетита и сил. Температуры, правда, нет. Но кашляет тоже очень сильно. У него, понимаете, иммунитет вообще нулевой — после 11 химий. Вдруг что произойдет — и что мне с ним делать?

В первый раз пациентка вызвала врача на прошлой неделе. И дождалась — в тот же день.

— Врач пришла в дом, не моя рук, без маски. Послушала меня стетоскопом и говорит: «Я хрипов не слышу, но это ни о чем не говорит. Потому что может быть прикорневая пневмония или может быть — ковид», — рассказывает Валентина Виноградова. — А это можно увидеть только при помощи компьютерной томографии. В итоге она выписала лекарства и ушла. С тех пор мне никто не звонил даже. Как они везде рекламируют: мол, вам будут звонить и консультировать по телефону о том, как лечиться. Ничего подобного! Хоть бы анализ какой взяли. Я уж и не говорю — на ковид. Хотя бы кровь проверить. На воспаление какое-то. Не просто так ведь температура не спадает?

Одно из сообщений в группе «Наши люди Саратов» в соцсети Facebook

Невестка Валентины Петровны — операционная медсестра. Она узнала у коллег, как еще помочь свекрови, привезла другие препараты.

19 октября сын Валентины Виноградовой снова пошел вызывать врача. Оказалось, что в поликлинику не пускают.

— Там в предбаннике стоит табуретка. На нее кладут бумажки с фамилией, адресом и просьбой прийти. А придет врач в итоге или нет — неизвестно. Там мужчина один подошел, сказал сыну: «Я позавчера таким способом вызывал — никто не пришел ко мне», — возмущается Валентина Петровна. — А по телефону вызвать врача из поликлиники просто нереально. Гудки — словно трубка снята, и все. Мы прозванивали по полдня. Так что остается только такая вот табуретная система: положил бумажку на стул и пошел в неведении.

Валентине Виноградовой удалось записаться на проведение КТ — снова помогла невестка. Она надеется, что результаты исследования помогут понять, правильно ли она лечится. «Мне уже плохо от этих лекарств», — признается пожилая женщина.

— В частных клиниках тесты на ковид мне делать отказываются. Они говорят, что не едут на вызовы к тем, у кого температура и признаки ОРВИ. В нашей 9-й поликлинике мне сказали: у нас нет людей и тестов, — отметила Виноградова.

Сразу же после этой беседы «Правмир» обратился за разъяснениями в пресс-службу министерства здравоохранения Саратовской области. Там пообещали разобраться в ситуации. Также на эту тему корреспонденту удалось пообщаться с первым заместителем министра здравоохранения региона Станиславом Шуваловым.

Утром 20 октября к Валентине Виноградовой пришла врач из поликлиники и дала направление в больницу. Но оказалось, что попасть туда можно лишь через вызов скорой помощи. Первую половину дня дозвониться в эту службу не удавалось.

Последнее сообщение было получено от родственников Виноградовой 21 октября: «Ночью приехала скорая, поставили Валентину Петровну в очередь на госпитализацию. Говорят, что мест нет».

«Крепись, молись, лечись дома»

В Энгельсе 58-летнюю учительницу начальных классов Ольгу Могильникову госпитализировали 17 октября лишь после того, как ее историю предали огласке журналисты. Педагогу стало плохо 6 октября, поднялась температура. Снимки легких в поликлинике делать отказались, говорит дочь Могильниковой, Валерия Сухарева. Сказали, что назначат исследование, если пациентке станет еще хуже.

Температура росла, а рентген пришлось делать в платной клинике. Он показал правостороннюю пневмонию. После этого к учительнице дважды приходила врач из 2-й поликлиники в спецкостюме, которая брала мазок на ковид и назначала лечение антибиотиками и гормонами.

«Милая моя, всем плохо, не можем тебя забрать. Крепись, молись, лечись дома. Все болеют, мест нет», — передала Валерия слова врача, сказанные ее маме в ходе последнего визита. 

Почему приезда скорой ждут часами, а иногда — сутками? Врачи скорых — о том, что происходит по всей стране
Подробнее

Журналисты рассказали об этом случае 14 октября. В тот же день Министерство здравоохранения Саратовской области заявило: «В настоящий момент показаний для госпитализации нет. Однако при необходимости пациентка будет госпитализирована в стационар». К тому моменту дочь учительницы заявляла о болях, которые мучают ее маму, и рассказывала про температуру — 39,5.

17 октября Валерии удалось сделать матери компьютерную томографию легких в частной клинике. Заключение: «Признаки интерстициальной инфильтрации правого и левого легкого, с высокой степенью вероятности ассоциированные с вирусной пневмонией COVID-19, степень тяжести КТ-3». Поражение правого и левого легких — 60%.

В тот же вечер Ольгу Могильникову госпитализировали во 2-ю горбольницу Энгельса. Тесты на коронавирус — бесплатный мазок от больницы и платный анализ крови на антитела от частной клиники — показали отрицательный результат.

— Когда к нам приходила врач, она говорила, что это совершенно нормальная ситуация — «гореть» две недели с температурой выше 39. Мол, потерпите пару недель, и температура у вас упадет. Якобы нужно просто подождать, — рассказала Валерия «Правмиру». — А сейчас я понимаю, что играл роль каждый день. Если бы не публикация в СМИ, то моя мама так бы и продолжала лечиться дома по той же схеме, которая ничего не меняла в ее состоянии.

Сейчас маме все еще тяжело, — продолжает Валерия Сухарева. — Вставать не может, задыхается, одышка, кашель. Я очень надеюсь, что она выкарабкается. Потому что иначе быть не может. Хотя тесты показали отсутствие коронавируса, в заключении КТ идет речь о высокой степени его вероятности. Мама лежит в «красной зоне», в ковидном госпитале.

«Врачи не в состоянии справиться с этим потоком»

Первый заместитель министра здравоохранения Саратовской области Станислав Шувалов ответил на вопросы «Правмира».

— Как вы оцениваете ситуацию с коронавирусом в Саратовской области?

— Ситуация сложная. Никаких сомнений по этому поводу ни у кого не возникает. Идет рост заболеваемости в регионе. Причем по официальным отчетам в день проходят лишь те 160 человек с плюсом, по которым есть подтверждение заражения COVID-19. А министерство видит на протяжении более существенного времени то количество людей, которое мы госпитализируем ежедневно. И оно уже как минимум три недели подряд превышает две сотни в день.

Самая большая цифра за сутки, по-моему, была — 296 госпитализированных. Последние дни поступление больных держится на уровне 250 человек. Это те люди, у которых коронавирус, ОРВИ в тяжелой форме и пневмония.

Система работает на пределе, потому что число медицинских работников ограничено. Тех, кто работает, мы постарались максимально усилить. Люди не уходят в отпуска, мы организовали сверхурочную работу, в том числе и на скорой. Мы попросили помощи в Саратовском государственном медицинском университете. Это очень большое подспорье. Уже около 150 студентов старших курсов у нас работают.

Дневник врача, который заболел ковидом
Подробнее

Но не нужно забывать, что врачи — тоже люди, и они болеют. И не только коронавирусом. Они, к сожалению, выпадают из обоймы. На скорой помощи сейчас порядка 10% медиков болеют. А это, ни много ни мало, почти 80 человек. Соответственно, есть бригады, которые не выходят на линии. А значит — и люди, к которым бригады приезжают с задержкой.

Если бы у нас где-то, извините, в подвале сидело несколько тысяч медработников, которых мы могли бы сейчас выпустить и задействовать, то все этому очень бы обрадовались. Но, к сожалению, мы работаем исходя из тех возможностей, что у нас есть.

— Больницы Саратовской области действительно переполнены?

— На сегодняшний день у нас есть запас — 313 резервных коек. Плюс мы каждый день выписываем по 200 человек. На их места приходят ежедневно 250–270 человек. И таким образом запас коек каждый день снижается. Но мы готовимся сейчас его подпитать дополнительными местами — за счет 12-й городской больницы и еще трех районных, которые расположены недалеко от Саратова.

— Что делать, если ты в тяжелом состоянии находишься дома, но на это не реагируют?

— Самое первое, что необходимо сделать — попытаться связаться с главным врачом поликлиники или больницы. Для этого все сотовые, по указанию министра здравоохранения области, сейчас выложены в открытый доступ. Если с главным врачом не получается найти понимание (хотя должно получиться, ведь он на то и главврач), то в ситуацию готово включиться министерство. Такую обязанность с нас никто не снимал и не собирается.

— Люди обращаются к власти, потому что не могут получить помощи…

— Да, обращения остаются. На всех площадках мы всегда призываем население использовать средства индивидуальной защиты, соблюдать личную гигиену, избегать людных мест и соблюдать социальную дистанцию. К сожалению, люди, продолжая все это нарушать, делают так, что медсестры и врачи реально не в состоянии с этим потоком справиться. Если это не изменится, мы так и будем получать эти обращения.

Пациенты почему-то не боятся заразиться, но потом, естественно, начинают очень бояться погибнуть. В этом смысле я их как человек прекрасно понимаю. 

Я не понимаю, почему мы видим такую невероятную проблематику. То в магазинах какие-то жуткие скандалы: «Мы маски надевать не будем». То в соцсетях взрывы негодования.

Никто не соблюдает социальную дистанцию. Люди считают, что это какие-то непонятные требования власти. Но, согласитесь, они ведь достаточно понятные. Все это делается для того, чтобы мы могли уменьшить лавинообразный рост пациентов. У нас ресурсы не безграничны.

«У меня по телефону консультируются — иначе никак»

«Правмиру» также удалось пообщаться с несколькими саратовскими врачами, которые уже переболели COVID-19 или в настоящий момент лечатся от коронавирусной инфекции и пневмонии. Они рассказали, что сталкиваются с тем же отношением коллег, которое испытали и герои этой публикации. Речь идет о сложностях в сдаче теста на ковид, проблемах с госпитализацией.

Впрочем, лишь один собеседник — медработник, который сейчас лечится от ковида в домашних условиях — согласился поговорить об этом для печати.

— Мазки не берут, скорые не приезжают, из поликлиники не приходят, в больницах мест нет — вот она, структура медицины, — сказал врач, пожелавший остаться анонимным. — Тут и перегрузка сказалась, да и сама система такая. У меня сейчас люди по телефону консультируются, потому что иначе — никак. Если удается как-то добиться, чтобы сделали мазок, то его результат приходит не раньше, чем через 10 дней! И что человеку все это время делать? Одной пациентке, например, сказали, после того как у нее мазок положительный результат показал: «Вы сначала лечите свой ковид, а потом будете лечить легкие». Это нормально?

Причем если у людей положительный анализ, то они сами никуда пойти не могут. Вызывают скорую, а их никуда не берут, потому что мест нет, — продолжает медик. — Но это если вообще скорая приедет.

При поддержке Фонда президентских грантов
Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.