Ребенка взяли в приемную семью, а потом выясняется, что он в санатории, в школе-интернате на пятидневке или его отдали на полгода в детское учреждение на круглосуточное проживание. Какой смысл в таком семейном устройстве, есть ли у подобных ситуаций уважительные причины, правда ли, что опекуны лишь пользуются преимуществами своего положения, и какие вопросы на самом деле стоило бы задать родителям, опеке и системе образования?

Нам пришлось выбирать между здоровьем и привязанностью

Ни в коем случае нельзя без разбора обвинять все приемные семьи, отдающие детей на время в какие-либо учреждения, считают приемные родители Александр и Ольга Ореховы – у каждой своя история, свой опыт.

Старшая приемная дочь Ореховых, Света, до 14 лет жила с кровной матерью. У той не было постоянной работы, денег на съем жилья – тоже, поэтому обитали, где придется, переезжая с места на место по Московской области. У Светы не было ни одного документа, даже свидетельства о рождении. По бумагам в государстве такого ребенка не существовало.

– Когда я была маленькой, то сначала мама снимала комнату в частном доме у пожилой женщины, потом мама потеряла работу, и мы постоянно переезжали. Жили даже в вагончиках, где не было вообще никаких условий: душ и туалет на улице, – вспоминает Света.

– Не мудрено, что ребенок попал в нашу приемную семью с тяжелейшим инфекционным заболеванием, – рассказывает Ольга. – Свету обнаружили в одном из грязных бараков и сразу поместили в больницу, где ребенок пролежал больше трех месяцев. Забирали мы Свету с мужем именно оттуда. Несмотря на долгий срок лечения, полностью избавиться от заболевания Свете не удалось, иммунитет был ослаблен настолько, что, помимо основной инфекции, она начала цеплять на себя другие болячки.

Семья в сборе! Ольга и Александр с приемными дочерьми Светланой и Ириной

Именно тогда фтизиатр настоятельно рекомендовала отправить Свету в санаторий, где минимальный курс лечения – три месяца. В тот момент ребенок только-только начал жить вместе с нами, мы понимали, что на первых порах очень важно сформировать привязанность в семье, ведь по сути приемные родители для детей – это чужие люди, и за короткое время предварительного общения до оформления опеки мало что можно узнать друг о друге.

Поэтому так важно первое время как можно меньше разлучаться. Нам пришлось выбирать между здоровьем ребенка и привязанностью. И, конечно, мы выбрали здоровье – санаторий. Еженедельно приезжали туда к Свете, привозили пакетами вкусности, чтобы она могла делиться с другими детьми. Привозили книги и необходимые вещи. Три месяца пролетели незаметно. Девочка впервые находилась в детском коллективе. Она ведь никогда не ходила в детсад или школу. Оказалось, что Света очень общительная, сильная, веселая, хороший и верный друг.

Я, конечно, слышала о том, что приемные семьи иногда берут ребенка, но потом его отдают в санаторий или в школу на пятидневку. Но я не знаю о случаях, когда для этого у них не было веских причин. Всегда это делалось только в интересах ребенка.

Сегодня, к сожалению, в обществе нередко я встречаю негативное отношение к приемным семьям. Обвиняют нас огульно, без разбора, находят любые способы, лишь бы зацепить и помуссировать тему, какие плохие мы, приемные профессиональные родители. Но если б знали, с чем нам приходится сталкиваться на деле. Кто эти дети, попадающие в наши семьи? Дети с надломленной психикой, разрушенным здоровьем, исковерканной судьбой. А сколько нам приходится учиться, чтобы мы могли профессионально и грамотно помочь отчаявшимся ребятишкам. И не только на собственном опыте. А на курсах и в вузах, смежно получая второе и третье высшие образования.

И, к сожалению, мало кто рассказывает, сколько нам на самом деле приходится вкладывать в приемных детей собственных сил и здоровья.

Чтобы ездить в школу каждый день, пришлось бы вставать в 5 утра

Понятно, что с учебой у Светы были большие проблемы. В том смысле, что она нигде не училась. Поскольку у девочки еще не была сформирована привязанность к семье, родители попросили, чтобы ребенок проходил школьную программу по домашней форме обучения. Пятнадцатилетнюю девочку определили в третий класс – таков у нее был уровень знаний. Пришлось нагонять сверстников, и, в конце концов, Свете удалось перейти в 8-й класс, но коррекционный, поскольку педагогическая запущенность была огромной.

Когда Свете исполнилось 16 лет, то встал вопрос с выбором будущей профессии, девочка сказала, что хочет стать поваром. Значит, вскоре ей придется поступать в колледж или училище. И тогда было решено сменить форму обучения, а значит, искать подходящую школу. Школа 8-го вида в Солнечногорском районе одна и находится далеко от дома. Так Света пошла в школу-пятидневку, где она иногда остается ночевать.

– Есть и еще один наиважнейший момент воспитания подростков – нужно помнить, что общение со своими сверстниками – ведущий тип деятельности в этом возрасте, – говорит Ольга.

Конечно, нам, родителям, в этот период нужно быть начеку и изо всех сил стараться оставаться лидером для ребенка, иначе он может выбрать вожаком кого-то из подростков, и куда это может привести? Всем понятно.

Тем не менее, лишать ребенка общения со сверстниками – значит лишать его будущих друзей, проигрывания всех самых сложных сторон жизни, возможности совместно мыслить и мечтать, формировать свои устремления. Вспомните, какое это имело важное значение для развития внутренней жизни каждого из нас!

Чтобы ездить в школу каждый день, Свете приходилось бы вставать ежедневно в 5 утра. Да и ездить туда непросто: сначала автобусом до электрички, потом – на электричке полчаса, затем – снова автобусом. В общей сложности дорога туда и обратно занимает около 5 часов. А если представить, что зима и холод? Тогда мы на семейном совете приняли решение – в какие-то дни Света будет ночевать в школе, а в какие-то дома. Официально школа может предоставить пятидневное пребывание. Там созданы для этого все условия. Мы выбрали свой путь.

Скажите мне, кто из родителей принял бы другое решение? Конечно, можно было бы оставить девочку на домашнем или даже семейном образовании. Однако давайте вспомним, как она жила до нашей семьи и кто были ее друзья. Сверстники? Нет, конечно, Света рассказывает, что это были в основном «подруги» и «друзья» мамы, все они употребляли спиртное, мало кто имел работу, и по большей части бомжевали, скитались. Пьяные взрослые обижали девочку. Она часто не доедала, толком не спала, потому что боялась находиться рядом с пьяными агрессивными людьми. Поэтому пока так – мы выбрали посещать школу интернатного типа.

А со следующего года планируем оформить Свете семейное обучение, просто оставаться прикрепленными к этой же школе, где она уже учится. Новые друзья у ребенка уже есть, и ничто не помешает общению с ними. Также появится возможность продолжить занятия с репетиторами, как это было в первый год проживания в нашей семье.

Судьба каждой семьи – это путь, по которому идут конкретные люди с конкретными детьми. Путь осознанный, взвешенный. И такой подход ничем не отличается от воспитания семьями кровных детей. Света в школе по успеваемости на очень хорошем счету, в чем заслуга наша, приемных родителей, и конечно, школы, ее учителей.

На первых курсах из военного училища не отпускали

Наталья Суворина – врач-невролог, приемная мама, тоже сталкивалась с ситуациями, когда приемного ребенка нужно было отправить куда-либо из дома. Сережа мечтал о карьере военного музыканта, и приемные родители отдали его в военное училище, расположенное в том же городе. На первых курсах из училища не отпускали, но мама приезжала каждый день, привозила вкусности. В старших классах курсантов стали отпускать домой уже гораздо чаще.

У девочки из приемной семьи оказался психиатрический диагноз, появилась агрессия. Мама решила, что нужна госпитализация, которая длилась несколько месяцев. Девочку регулярно навещали, выписали – с заметным улучшением.

– Сталкивалась я и с историями, когда семья живет в деревне, например, и ребенку требуется особый вид обучения, допустим, школа восьмого вида, которой в деревне нет. И тогда перед мамой встает вопрос – что делать? Учить самой дома – далеко не у всех получается. Мама хочет дать ему хоть какое-то образование, хоть какое-то общение со сверстниками.

Выход – пятидневка в интернате, который находится в 60 километрах от дома. Она его забирает на выходные, на каникулы, о нем заботится. То есть она от него не отказывается, просто определяет для него оптимальное решение для обучения.

Но в любом случае это лучше делать, когда дети привыкли к семье, между ними и родителями выстроились какие-то психологические связи. И только потом, если это возможно, уже думать об обучении.

То же самое касается, кстати, детей, которые идут в обычную школу. Порой приходится пропускать какое-то время, быть вместе дома, потому что ребенок должен к семье привыкнуть.

Вообще здесь все индивидуально и всегда нужно смотреть на конкретную ситуацию и конкретную семью.

К опекунам, отдавшим детей в учреждения, должны быть вопросы

Бывают ситуации, когда приемные родители на время отдают ребенка, взятого ими из системы, в организации для детей-сирот.

Елена Альшанская, президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» считает такую ситуацию неправильной. Ведь предполагалось, что по заявлению временно в таких учреждениях будут размещаться дети из кровных семей, которые находятся в тяжелой жизненной ситуации.

Елена Альшанская

– Вызывает много вопросов, когда посторонние люди взяли ребенка, прошли обучение в школе приемных родителей, собрали документы, продемонстрировали свой материальный статус, свои возможности ребенка взять и обеспечить какой-то помощью, а затем они его сдают в детский дом-интернат на круглосуточное пребывание, причем на длительный срок – полгода, год.

К сожалению, когда мы ездим с мониторингом по детским домам, мы регулярно видим в этих учреждениях детей, которые туда помещены не только кровными родителями, но также опекунами и усыновителями. С моей точки зрения, этот знак равенства, который сегодня ставит законодательство и позволяет временно оставлять в таких учреждениях как кровных, так и приемных детей, нужно убирать и досконально разбираться в каждой ситуации.

В ряде регионов мы видели ситуации, когда приемную семью оформляют сотрудники учреждения, ребенок, по сути, остается в нем, но у него формально есть опекун. Хорошо еще, если в выходные этот опекун забирает ребенка с собой, а бывает, что и не забирает.

Так что возможность отдать приемного ребенка в учреждение не на пятидневку, а на более длительные сроки, мне кажется, нужно вообще убирать.

За исключением редких ситуаций, когда, например, опекун или усыновитель заболел и ему нужна госпитализация на месяц, а ребенка не с кем оставить.

В случаях, когда опекун устраивает ребенка на пятидневку, тоже нужно разбираться и к каждой семье подходить индивидуально. Например, дети с ограниченными возможностями здоровья порой просто не могут учиться на территории проживания – им не предоставляется таких условий. Здесь, в первую очередь, вопрос, как у нас сегодня выполняется федеральное законодательство об образовании, которое, вообще-то, черным по белому утверждает, что если у ребенка особые образовательные потребности, то школа обязана создать ему условия для обучения. То есть это задача организации, а не родителей.

У нас же сегодня очень многие образовательные организации, школы отказывают таким детям, мотивируя это тем, что у них нет условий, чтобы ребенка принять. Хорошо бы, если бы возникло много судебных исков на эту тему от родителей, которые с подобным столкнулись, чтобы ситуация начала отрабатываться окружными управлениями образования и департаментами, министерствами образования регионов.

Пока же для ребенка с особыми потребностями ближайшая школа, которая его принимает, может находиться на приличном расстоянии, и каждый день ездить туда-сюда просто невозможно. И только в такой ситуации оправдана пятидневка.

Если круглогодично ребенок живет в интернате и его забирают домой в лучшем случае на каникулы, возникает вопрос: какова была цель этого устройства, если ребенок не имеет семейного проживания? Ведь мы говорим, что ребенок страдает в учреждении, потому что живет там без семьи. И наша задача – обеспечить ребенку возможность жить именно в семье.

Директор сказал, что лучше такая семья, чем никакой

Диана Машкова, писатель, руководитель программы «Просвещение» благотворительного фонда «Арифметика добра», мама четверых детей, трое из которых приемные, услышала о том, что родители отдают детей на пятидневку в интернат, на одном из региональных Форумов приемных семей.

– Впервые в жизни узнала о родителях, которые оформляют в приемную семью подростков, но фактически ребята остаются там, где были. Аргументация очень простая – семьи живут в удаленном поселке, в доброй сотне километров от интерната, в котором работает единственная на весь район коррекционная школа. Возить детей каждый день 100 километров в школу и 100 километров обратно невозможно. Поэтому оставляют с понедельника по пятницу и забирают только на выходные. Дети обучаются в интернате, питаются там же и находятся на полном государственном обеспечении.

Диана Машкова с семьей

Семьи при этом получают выплаты на детей и небольшую, но все же зарплату приемных родителей. Когда я поинтересовалась, зачем такая семья, директор вполне резонно ответила, что лучше уж такая, чем никакой. Дети хотя бы по выходным и на каникулах знакомятся с окружающим миром, домашним бытом, семейной жизнью. Родители их не обижают, наоборот, заботятся, помогают делать уроки. Но только два дня в неделю.

Эта история заставила меня задуматься о нескольких системных проблемах. Во-первых, инфраструктура. Специализированных школ-интернатов, в отличие от общеобразовательных школ, мало. Даже в Москве приходится возить детей с одного конца города на другой. А в регионах из-за гигантских расстояний многие семьи с детьми-инвалидами водить их в школы не могут.

Инклюзия на практике тоже не работает – подавляющее большинство обычных школ отказываются принимать детей с особенностями развития. Причем речь не только о детях-сиротах. Кровные дети точно в такой же ситуации.

Отсутствие доступного в прямом смысле слова образования – одна из причин, по которым дети-инвалиды в нашей стране живут в интернатах.

Во-вторых, статичность системы. Есть форма «приемная семья», ее и используют на все случаи жизни. Но если ребенок фактически живет в интернате, а в семье проводит только каникулы и выходные, очевидно, что это больше соответствует другой форме – так называемому «гостевому режиму». И суть его – наставничество. Но это не предполагает выплат на детей, хотя не каждая семья может себе позволить дополнительные затраты. Возможно, стоит предусмотреть выплаты на содержание соразмерно дням, проведенным в семье, и оформлять подобные случаи именно как «гостевой режим»?

Обоснованно семья отдает приемного ребенка на пятидневку или нет, человеку со стороны, который не в курсе нюансов, определить невозможно. Но это вполне посильная задача для сотрудников контролирующей инстанции – органов опеки. Специалисты, которые ведут детей, знают всё о состоянии их здоровья, потребностях и, главное, возможностях своего района. Если случаются вопиющие случаи нарушения – ребенок живет в интернате, детском доме санаторного типа или больнице без острой необходимости, форму отношений надо пересматривать.

К счастью, в Москве – у нас в фонде «Арифметика добра» большой Клуб приемных родителей, в него входит более 1000 семей – подобных ситуаций я лично не наблюдаю. И снова это вопрос решения проблем: образовательные учреждения здесь доступны, а специалисты органов опеки, как правило, хорошо владеют ситуацией, пользуются всем разнообразием форм семейного устройства и помощи детям.

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: