«Я поем немного, а потом вы меня расстреляете». Доел кашу и отправился на выход

Голод в человеке живет своей собственной жизнью. Человек существует сам по себе, и голод в нем — сам по себе. Сегодня в дни праздников, в память какой-нибудь даты Великой Отечественной войны в парках и на площадях играют оркестры, а всем желающим предлагают отведать солдатской каши.

Протоиерей Александр Дьяченко

Я видел репортаж с такого мероприятия, и как один ветеран сказал: «Это не та каша, что нам доставалась в окопах. Эта — вкусная, сытная, с тушенкой. А нам привозили супчик-рататуйчик, в котором, если повезет, можно было поймать немного крупы и кусочек картошки. Еду добывали сами, больше обходясь подножными кормами.

Чувство голода было постоянным, особенно в первые два года войны».

На днях знакомый рассказал мне случай с его отцом. Того во время боя командир батальона послал связным — передать информацию командиру роты. Под огнем он добрался в расположение роты, но приказ передал не комроты, а его помощнику. Что было дальше, он не знал: то ли помощник приказ не передал, то ли командир тот отговорился, никаких, мол, указаний не получал, но поставленную задачу рота не выполнила.

После боя, в котором полегло много народу, привезли кашу. И не просто кашу, а настоящую гречневую, с мясом. Бойцы про такую еду уже и не помнили. Привезли на всех, в том числе и на убитых. Так что ели от пуза. Ест батька моего знакомого, наслаждается, как вдруг в землянку входят комбат с особистом.

Комбат достает пистолет, передергивает затвор:

— Иванов, отставить прием пищи. На выход.

Тот, словно не слышит, продолжает орудовать ложкой.

— Иванов! На выход!

— Товарищ командир, дайте поесть!

— Боец Иванов! За неисполнение в бою приказа командира вы приговариваетесь к немедленному расстрелу.

Отец молча ест. Офицеры стоят рядом и смотрят.

— Товарищ командир, сделайте милость: я поем немного, а потом вы меня расстреляете.

Комбат посмотрел на особиста — тот махнул рукой: ладно, мол, пусть ест.

Командир сунул пистолет в кобуру, и они ушли. Отец доел кашу и отправился на выход. Стоит, ждет, когда его начнут расстреливать, а там никого. Так и не расстреляли.


Рассказ «Голод» из книги священника Александра Дьяченко «Схолии. Простые и сложные истории о людях», вышедшей в издательстве «Никея».

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают Правмир, но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что честная и объективная информация должна быть доступна для всех.

Но. Правмир – это ежедневные статьи, собственная новостная служба, корреспонденты и корректоры, редакторы и дизайнеры, фото и видео, хостинг и серверы. Так что без вашей помощи нам просто не обойтись.

Пожалуйста, оформите ежемесячное пожертвование – 100, 200, 300 рублей. Любая сумма очень нужна и важна нам.

Ваш вклад поможет укреплять традиционные ценности, ясно и системно рассказывать о проблемах и решениях, изменять общественное мнение, сохранять людские судьбы и жизни.

Дорогой читатель!

Поддержи Правмир

руб

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: