17 ноября 2010 года в Государственной Думе был принят во втором чтении законопроект «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения», зачастую именуемый законом «О реституции церковного имущества».

О новом законопроекте беседуют председатель отдела взаимоотношений церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин и публицист Михаил Тюренков.

— Отец Всеволод, если я правильно понимаю, основной массив внешней критики направлен не столько против сути законопроекта, сколько против этого неверного его толкования?

— Да, Вы совершенно правы. Термин «реституция» в данном случае используется принципиально неверно, поскольку речь идет не о полном возвращении церковного имущества, а о том, что государство по доброй воле делает максимально упрощенным процесс передачи религиозным организациям имущества религиозного назначения. То есть государство не берет на себя обязательства возвращать что-либо в полном объеме. Более того, Церковь в свое время сама отказалась от подобного варианта. И это необходимо очень четко понимать.

— Итак, законопроект прошел ключевое «второе чтение». Можно ли говорить о том, что основные позиции согласованы и содержательных поправок уже не будет?

— Действительно, «второе чтение» является наиболее принципиальным, поскольку между первым и вторым чтениями в проект закона могут вноситься существенные содержательные поправки, между же вторым и третьим чтениям поправки носят лишь технический и редакционный характер. Так что, можно с уверенность сказать, что Государственная Дума Российской Федерации принципиально одобрила все содержательные положения этого законопроекта.

При этом нельзя не отметить, что между первым и вторым чтениями велась очень серьезная работа. Так, в основной проект закона было предложено 79 поправок, кроме того, более 20 сопутствующих поправок — в другие законодательные акты в связи с принятием настоящего закона. Ряд из них был принят, многие — отвергнуты. Необходимо сказать, что работа велась максимально открыто. К участию в обсуждении были приглашены и принимали в нем участие самые разные люди, в том числе, представители 11 конфессий (мусульмане, буддисты, иудеи, старообрядцы, католики, протестанты, представители Армянской церкви и др.), члены Общественной палаты РФ. Активнейшую работу вел Комитет Госдумы по культуре, который, в частности, представлял музейное сообщество страны. Споры были жаркими, компромисс был нелегким, но он был достигнут.

— И в чем же основное содержание этих компромиссных моментов?

— В частности, теперь более подробно прописаны обязанности религиозных организаций по поддержанию памятников истории и культуры, их ремонту и реставрации, по доступу к ним граждан. Более четко защищены права собственников и арендаторов, в частности, жильцов, которые сейчас занимают некоторые здания религиозного назначения.

— Отче, а как Вы расцениваете сам процесс прохождения законопроекта во втором чтении?

— Очень показательно, что голосование прошло с семикратным перевесом в пользу принимаемого проекта закона. При этом, насколько мне известно, большую часть противников составили члены фракции КПРФ, хотя буквально накануне голосования я встречался с руководством Коммунистической партии Российской Федерации и мною были даны некоторые пояснения относительно законопроекта.

— Но можно ли рационально объяснить подобную непримиримую антицерковную позицию?

— Скажем прямо, меня не удивляет, что была занята именно такая позиция. Все-таки в нашем обществе еще немало людей, которые, как ни странно, до сих пор считают нормальным, что храмы, переданные Церкви в руинированном состоянии и полностью восстановленные за счет Церкви, оставаясь при этом государственной собственностью. Нормальным, что в самом центре Москвы находится храм, на куполе которого вместо креста растет чахлое деревцо. Нормальным, что есть храмы, где находятся магазины, музейные хранилища, милицейские собачники… Так, под Санкт-Петербургом есть храм, в котором находятся автомастерская, кабак и туалет… И если считать все это нормальным, то возникает вопрос: насколько сильно затуманено нравственное чувство такого человека?

Лично я абсолютно убежден, что это положение необходимо исправлять, тем более, что и так уже прошло 20 лет с начала его исправления, а принимаемый закон предполагает еще 6 лет на урегулирование спорных ситуаций. Но предложения отложить это еще на несколько десятилетий мне кажутся абсолютно безнравственными.

— Отец Всеволод, не будем забегать вперед, прогнозируя, когда законопроект будет принят в третьем чтении, утвержден Советом Федерации ФС РФ и подписан Президентом. Гипотетически предположим, что закон уже принят. Каковы, на Ваш взгляд, будут первые последствия действия данного закона? Что мы ждем от него в первую очередь?

— Для начала будут разработаны подзаконные акты, на основании которых будут рассматриваться просьбы конкретных религиозных организаций о получении в собственность того или иного имущества религиозного назначения. И дальше этим организациям нужно будет всерьез задуматься о том, что они готовы взять в собственность (известно, что собственник должен нести серьезные обязательства и серьезные расходы, касающиеся реставрации и сохранения в надлежащем виде объектов, внесенных в реестр культурного наследия). В действительности религиозные общины будут стоять перед непростым выбором: смогут ли они взять на себя такие обязательства (поскольку по принимаемому законопроекту никто не обязан брать в собственность то, за что он отвечать не готов).

— Как, например, Храм Христа Спасителя, который приводят в пример противники законопроекта? Мотивируя это тем, что Русская Православная Церковь не сможет обслуживать столь сложный объект.

— Совершенно верно. За сохранение и обслуживание столь сложного и уникального комплекса как Храм Христа Спасителя, в настоящее время используемого далеко не только Церковью, мы, действительно, в настоящий момент полную ответственность взять не готовы. Собственно, согласно принимаемому законопроекту, никто никого не заставляет это делать. Повторюсь, в ходе достаточно длительной и кропотливой работы над данным документом практически все подобные спорные моменты были учтены.

Читайте также:

Владимир Легойда: «Принятые поправки существенно улучшили закон о возвращении религиозного имущества»

Чьи в России храмы. Архимандрит Тихон (Шевкунов) – о возвращении религиозного имущества

— Отец Всеволод, 17 ноября 2010 года в Государственной Думе был принят во втором чтении законопроект «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения», зачастую именуемый законом «О реституции церковного имущества». Причем, если я правильно понимаю, основной массив внешней критики направлен не столько против сути законопроекта, сколько против этого неверного его толкования?

— Да, Вы совершенно правы. Термин «реституция» в данном случае используется принципиально неверно, поскольку речь идет не о полном возвращении церковного имущества, а о том, что государство по доброй воле делает максимально упрощенным процесс передачи религиозным организациям имущества религиозного назначения. То есть государство не берет на себя обязательства возвращать что-либо в полном объеме, более того, Церковь в свое время сама отказалась от подобного варианта. И это необходимо очень четко понимать.

— Итак, законопроект прошел ключевое «второе чтение». Можно ли говорить о том, что основные позиции согласованы и содержательных поправок уже не будет?

— Действительно, «второе чтение» является наиболее принципиальным, поскольку между первым и вторым чтениями в проект закона могут вноситься существенные содержательные поправки, между же вторым и третьим чтениям поправки носят лишь технический и редакционный характер. Так что, можно с уверенность сказать, что Государственная Дума Российской Федерации принципиально одобрила все содержательные положения этого законопроекта.

При этом нельзя не отметить, что между первым и вторым чтениями велась очень серьезная работа. Так, в основной проект закона было предложено 79 поправок, кроме того, более 20 сопутствующих поправок — в другие законодательные акты в связи с принятием настоящего закона. Ряд из них был принят, многие — отвергнуты. Необходимо сказать, что работа велась максимально открыто. К участию в обсуждению были приглашены и принимали в нем участие самые разные люди, в том числе, представители 11 конфессий (мусульмане, буддисты, иудеи, старообрядцы, католики, протестанты, представители Армянской церкви и др.), члены Общественной палаты РФ, активнейшую работу вел Комитет Госдумы по культуре, который, в частности, представлял музейное сообщество страны. Споры были жаркими, компромисс был нелегким, но он был достигнут.

— И в чем же основное содержание этих компромиссных моментов?

— В частности, теперь более подробно прописаны обязанности религиозных организаций по поддержанию памятников истории и культуры, их ремонту и реставрации, по доступу к ним граждан. Более четко защищены права собственников и арендаторов, в частности, жильцов, которые сейчас занимают некоторые здания религиозного назначения.

— Отче, а как Вы расцениваете сам процесс прохождения законопроекта во втором чтении?

— Очень показательно, что голосование прошло с семикратным перевесом в пользу принимаемого проекта закона. При этом, насколько мне известно, большую часть противников составили члены фракции КПРФ, хотя буквально накануне голосования я встречался с руководством Коммунистической партии Российской Федерации и мною были даны некоторые пояснения относительно законопроекта.

— Но можно ли рационально объяснить подобную непримиримую антицерковную позицию?

— Скажем прямо, меня не удивляет, что была занята именно такая позиция. Все-таки в нашем обществе еще немало людей, которые, как ни странно, до сих пор считают нормальным, что храмы, переданные Церкви в руинированном состоянии и полностью восстановленные за счет Церкви, оставаясь при этом государственной собственностью. Нормальным, что в самом центре Москвы находится храм, на куполе которого вместо креста растет чахлое деревцо. Нормальным, что есть храмы, где находятся магазины, музейные хранилища, милицейские собачники… Так, под Санкт-Петербургом есть храм, в котором находятся автомастерская, кабак и туалет… И если считать все это нормальным, то возникает вопрос: насколько сильно затуманено нравственное чувство такого человека?

Лично я абсолютно убежден, что это положение необходимо исправлять, тем более, что и так уже прошло 20 лет с начала его исправления, а принимаемый закон предполагает еще 6 лет на урегулирование спорных ситуаций. Но предложения отложить это еще на несколько десятилетий мне кажутся абсолютно безнравственными.

— Отец Всеволод, не будем забегать вперед, прогнозируя, когда законопроект будет принят в третьем чтении, утвержден Советом Федерации ФС РФ и подписан Президентом. Гипотетически предположим, что закон уже принят. Каковы, на Ваш взгляд, будут первые последствия действия данного закона? Что мы ждем от него в первую очередь?

— Для начала будут разработаны подзаконные акты, на основании которых будут рассматриваться просьбы конкретных религиозных организаций о получении в собственность того или иного имущества религиозного назначения. И дальше этим организациям нужно будет всерьез задуматься о том, что они готовы взять в собственность (известно, что собственник должен нести серьезные обязательства и серьезные расходы, касающиеся реставрации и сохранения в надлежащем виде объектов, внесенных в реестр культурного наследия). В действительности религиозные общины будут стоять перед непростым выбором: смогут ли они взять на себя такие обязательства (поскольку по принимаемому законопроекту никто не обязан брать в собственность то, за что он отвечать не готов).

— Как, например, Храм Христа Спасителя, который приводят в пример противники законопроекта? Мотивируя это тем, что Русская Православная Церковь не сможет обслуживать столь сложный объект.

— Совершенно верно. За сохранение и обслуживание столь сложного и уникального комплекса как Храм Христа Спасителя, в настоящее время используемого далеко не только Церковью, мы, действительно, в настоящий момент полную ответственность взять не готовы. Собственно, согласно принимаемому законопроекту, никто никого не заставляет это делать. Повторюсь, в ходе достаточно длительной и кропотливой работы над данным документом практически все подобные спорные моменты были учтены.

Материалы по теме
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.
Сообщить об опечатке
Текст, который будет отправлен нашим редакторам: