Журфак
Ясен Засурский. Фото: Антон Новодережкин/ТАСС
Ясен Засурский. Фото: Антон Новодережкин/ТАСС
В возрасте 91 года ушел из жизни Ясен Засурский, президент факультета журналистики МГУ. Он был деканом с 1965 по 2007 годы. Ясена Николаевича вспоминают его студенты — российские журналисты.

«Превратил в праздник мои университетские годы»

Роман Супер, журналист и автор документальных фильмов:

Роман Супер

— Умер Ясен Николаевич Засурский. Человек, который всю свою жизнь делал лучше: студентов, профессию, страну. Человек, который мои университетские годы превратил в праздник длиною в пятилетку. Человек, который как-то в коридоре сказал мне, что в стране, в которой невозможно заниматься журналистикой, всегда находится возможность оставаться нормальным парнем и пробовать менять журналистику на что-то похожее — литературу или кино. Так и получилось.

Последний раз я виделся с Ясеном Николаевичем лет пять-шесть назад на журфаке. Он не ходил сам. Но был в прекрасном настроении и много шутил. Мы с Андреем Рихтером и Иваном Засурским затащили Я.Н. на коляске в его легендарный деканский кабинет, забитый до верхов книгами и бумагами. И записали интервью, которое я очень люблю. Оно кончается вопросом:

— Когда-нибудь, надеюсь, что через много лет, вас не станет. Какое бы завещание вы оставили своим студентам и выпускникам?

Никакого другого ответа Засурский и дать не мог…

— Ребята, научитесь, пожалуйста, учиться.

Журфак как свобода 

Алена Быкова, «Агентство социальной информации»:

Алена Быкова

— Пока мы учились на журфаке, в его программе было много странного. Недоумение от включения в нее некоторых предметов у меня до сих пор не прошло. Но не было другого факультета, который жил бы по своим правилам вопреки правилам университетов, потому что так лучше.

Пары продолжительностью по часу, и можно успеть и на лекции, и на работу (Ясен Николаевич деликатно называл это самообразованием), и на спецкурс у Артемия Троицкого. Ну потому что ты не поймешь на «обычной» паре, почему надо проверять факты и кто такой Артемий Троицкий. Как только тебе даст по башке редактор, ты не получишь гонорар или получишь иск — да, как-то сразу выучишь. Поэтому ты должен во время учебы работать, желательно в приличных местах, и встречаться с грандами. 

Как ты будешь сдавать экзамены — тоже твоя проблема. Но даже если ты не знаешь к концу семестра, как выглядит преподаватель, — приходи сдавай, вот билеты. Я сто раз так делала.

Как так живет факультет в структуре МГУ? А вот, у нашего декана как-то получается.

Вот это и был журфак. Свобода развиваться как хочешь и возможность дотянуться до звезд. А уже во вторую или десятую очередь потрясающие лекции по общеобразовательным дисциплинам, братство, сдача экзамена по античке в простынях в роли древнегреческих философов, свидания на балюстраде, фонари из Хогвартса и все остальное. Вот это все остальное есть везде. А такой свободы и такой возможности — нет.

Работать — вперед. Языки учить — учи бесплатно сколько унесешь. Спецкурсы — хоть двадцать сразу, только успевай бегать от Троицкого и Василия Уткина к профессору Вильчек на интертекстуальность в прозе Набокова.

Но, к сожалению, этот журфак умер не сегодня.

Светлая память, Ясен Николаевич. Спасибо, что так было.

«Оплакивал с нами гибель журналистов»

Анна Немцова, The Daily Beast:

Анна Немцова

— Ясен Засурский оплакивал с нами гибель журналистов — больше 80-ти российских коллег убили с 1992 года, многие из них были выпускниками журфака; помню приходил провожать Михаила Бекетова, выпускника журфака, искалеченного и погибшего за Химкинский лес. 

А еще с Засурским у меня был такой случай году в 2010-м. Уже не декан, а президент факультета журналистики Засурский пригласил меня прочесть лекцию на втором курсе, сел рядом и прикрыл глаза. Первым делом спросила студентов, кто хочет быть  полевым репортером, освещать новости. Поднялось очень мало рук, а остальные признались, что хотели бы работать на развлекательных ТВ-каналах. Рассказала, как и просил Засурский, о работе в горячих точках, а он мне, открыв глаза, руку поцеловал — растрогал до слез. 

Уходя обратила внимание на фотографии Анны Политковской, Насти Бабуровой, Юрия Щекочихина и других убитых выпускников журфака — ребята все это время смотрели с портретов на студентов со стены. 

А представил меня в свое время Засурскому мой близкий друг Антон Верстаков. Антона тоже с нами нет уже несколько лет, но мы все помним, все уроки чтим, все добро и понимание храним и ценим. 

Человек, который стал историей

Владимир Табак, АНО «Диалог»:

Владимир Табак

— Можно быть хорошим управленцем, четким и последовательным руководителем, топ-менеджером со всеми отсюда вытекающими эффективными показателями по реализации KPI, но история мало запоминает таких людей. Для того, чтобы в ней остаться, нужно иметь что-то гораздо большее, чем способность здесь и сейчас быть эффективным в отдельной взятый момент времени. По сути, надо стать историей самому. 

Ясен Николаевич — это, безусловно, история. Он и большая история российской журналистики, и своя история для каждого из нас — кто учился у него, знал его, работал с ним. 

Можно долго спорить о том, какой уровень образования был на журфаке МГУ, нужно ли вообще учиться журналистике, кто должен эту журналистику преподавать — точно можно сказать одно, главное, что мы все чувствовали на журфаке Засурского — это магия. Магия самого места, его людей, и самого главного человека в этом месте — Засурского. И эта магия решала абсолютно все — не важно, на сколько пар ты сходил, писал сам рефераты или брал у старших курсов, на журфаке ты понимал главное — чего ты хочешь на самом деле. 

Кто бы чего ни добился из нас, в каких бы больших кабинетах мы не сидели годы спустя, сколько бы славы, власти, денег, наград не получили, Засурский для каждого из нас всегда будет особенным и недостижимым, спускающимся навстречу по главной лестнице, которая, как это банально бы ни звучало, и становилась благодаря ему действительно главной лестницей в нашей жизни.

Собрал нас в аудитории и спрашивал: «Готовы, что вас могут убить?»

Никита Могутин, Baza:

Никита Могутин

— Умер Ясен Засурский. В январе этого года я хотел сделать с ним интервью, долго общался с его семьей, пока мне не объяснили  со вздохом: «Это невозможно». Я быстро понял почему и больше не настаивал. 

Я поступил на журфак МГУ в 2005 году, спустя год после того, как впервые побывал в здании на Моховой. Я поднимался по лестнице в правом крыле здания, смотрел вверх и думал про себя: «Здесь я хочу учиться». 

Факультет чародейства и волшебства — я иногда бродил между парами, да и во время них по этажам этого здания, заходил в огромные, с бесконечными потолками аудитории, смотрел на небо через стеклянный купол, стоял на балюстрадах и представлял себя студентом Хогвартса. Такая внезапная уличная магия для влюбленного в «Гарри Поттера» мальчишки — оказаться в том месте, где, казалось, все сбывается.

Ясен Николаевич еще был деканом и даже вел лекции, которые по началу посещали вообще все, на одной из них он рассказал, что есть «Живой Журнал», и все должны себе его завести и писать в него свои новости: «Учитесь быть наблюдателями». Я зарегистрировался и стал писать, и делал это вплоть до 2020 года — 15 лет. Посты уже давно никто не читал, а я все писал и писал — как ассоциативное письмо, как настоящий дневник. Такой день, если понимаете, о чем я. 

Через пару месяцев на лекциях Засурского стало ощутимо пусто — Ясен Николаевич говорил тихо, бубнил себе что-то негромкое под нос, к нему надо было прислушиваться, а он не настаивал. Зато с ним всегда можно было поговорить — просто подойти в коридоре и что-нибудь спросить, а он отвечал, всегда и всем.

После убийства Анны Политковской он собрал весь наш первый курс в огромной, 232-й аудитории и долго говорил про выбор профессии, предлагал подумать, надо ли это нам, готовы ли мы, что нас могут убить? Звучало, как предостережение, но все слышали в этом совсем иное: «У вас всех есть цель. Если вы верите в нее — не бойтесь ничего».

Ощущение чистого, прозрачного воздуха было абсолютным в этом здании на Моховой — свобода мнения, свобода общения и взглядов, свобода спора. <…>

Последний раз я видел Ясена Николаевича 29 марта 2010 года в день терактов в московском метро. Я спешил на станцию Парк Культуры по перекрытому для движения Садовому кольцу, перебегал, не глядя, один из переулков, вдруг услышал визг тормозов и почувствовал коснувшийся ноги бампер, поднял голову — а там, на переднем пассажирском сидении черной «Волги» сидел Засурский. Готовы ли вы к риску, мракоборцы? Готовы ли, что я вас собью, когда вы спешите на задание?

Сегодня он умер, прожив очень хорошую, долгую и интересную жизнь. Я очень рад, что он меня тогда не сбил, но еще больше я рад, что, благодаря ему, я все-таки получил мое письмо из Хогвартса. 

Пускай я его так и не закончил.

«Мы — это свобода слова»

Алена Попова, политик:

— Умер Ясен Николаевич Засурский. Декан и президент факультета журналистики МГУ. Я — выпускница журфака. По своему первому образованию я журналистка. Я соболезную семье, родным и

Алена Попова

близким Ясена Николаевича.

Наш курс (2000–2005) помнит точно его вечную цитату: «В древности гонца, принесшего дурную весть, убивали». Это он нам постоянно повторял на лекциях по мировой журналистике. А я тогда уже работала парламентским корреспондентом в Госдуме (я там была с середины первого курса) и все время думала: да-да-да, меня бы явно убивали в древности, ибо вообще Госдума — одна плохая новость.

Но с Ясеном Николаевичем вообще-то связана моя судьба и нынешняя жизнь. За это я ему очень благодарна. Когда я поступила на журфак, я мечтала быть на телеотделении. Я хотела управлять Первым каналом или быть вторым Владом Листьевым. Я хотела влиять на информационную политику так, чтобы было много дискуссий, много новых лиц, чтобы была свобода слова в ее лучшем варианте.
Но на собеседовании глава телеотделения, господин Кузнецов, сказал мне: «Девушка, вы видели себя в зеркале? Какое управлять главным каналом страны блондинке? А если Вы хотите работать в кадре, то там и без вас очередь. А у вас еще и уральский говор: вас же в эфир с таким говором пускать нельзя. Вы же произносите СЫбака, квЫртира. Попробуйте лучше пойти в группу PR или литературного редактирования» (цитата по памяти и приблизительная).

Я была в бешенстве. И понеслась сразу в деканат журфака. Я буквально вломилась к Ясену Николаевичу с возмущением, что, оказывается, на телеотделение нельзя женщинам-блондинкам с Урала. «Это что еще такое, Ясен Николаевич», — выпалила я. Он спокойно на меня посмотрел, сказал: «А вы не хотите в первую на журфаке группу интернет-журналистики? Поверьте, за этим будущее». — «Какая еще интернет-журналистика? Там в этом интернете одни игры. Не хочу я ни в какую новую группу. Почему я не могу пойти туда, куда хочу? Я же поступала не для игр в интернете!»
Ясен Николаевич встал с места, подошел и спокойно парировал: «Поверьте мне: вам будут преподавать лучшие из лучших. Вы будете иметь огромные возможности для будущего». — «Спасибо, конечно, но не хочу», — резко сказала я. Тогда он предложил мне пойти и посмотреть вообще, что там за группа и предметы.

Одним из первых преподавателей был Антон Носик. Я взяла себе на подумать месяц. Потом стала старостой группы. А после, когда меня сами позвали на телеотделение, я отказалась идти изучать то, что прошлое, потому что я была уверена, что мы изучаем будущее. У меня были спецкурсы по кибервойне, про права человека в сети и все подобное. Что в 2000–2005 годах было просто феерической новацией. Особенно мне нравился курс про политику в сети, естественно.
А диплом я защищала по теме мобильного и интерактивного телевидения у Ивана Засурского. Иван был мой научрук. Как сказала на защите комиссия: «Хорошая защита, из которой понятно в основном только слово “телевидение”».

Благодаря такой уверенности Ясена Николаевича, у меня на четвертом курсе появилась своя компания. Создали мы ее вместе с однокурсниками. И занимались мы развитием мобильного телевидения в России. Это помимо того, что я все это время продолжала работать в Думе и Совете Федерации корреспондентом.

Когда Ясен Николаевич вручал мне диплом, я прямо на сцене ему говорю: «А Вы помните, что это Вы меня отправили на интернет-журналистику?» — «Правильно отправил или нет?» — спросил он. «Время покажет, но, вероятно, очень даже правильно», — ответила я. «Тогда пусть оно покажет Вам успех», — отметил Ясен Николаевич.

Время показало мне и, правда, что в новых технологиях будущее. Сейчас это уже наше настоящее. И это образование дало мне в миллиард раз больше, чем моя практика на ТВ, чем вообще работа по консервативным лекалам. Хотя свой говор я все же правила с преподавателем по речи, когда работала на «Маяке». И уже без такого говора выходила в эфир.

Так что от себя я крайне благодарна факту, что у нас был такой декан. Он говорил нам всегда, что именно мы — это свобода слова. Что мы как четвертая власть — или замалчиваем факты и подстраиваемся, или нет. Каждый решает сам.

И история доказала, что гонцов, которые приносят плохие вести (о реальном состоянии экономики России и дел в России вообще) убивают. Но нас научили свободе. Кто-то из моих однокурсников уничтожил в себе эту свободу мнения, начал транслировать гипнотическую пропаганду в массы, а кто-то (я знаю многих и горжусь дружбой с ними) знают, что свобода слова — это основа основ.

Покойтесь с миром, Ясен Николаевич.

«Бывают люди-ангелы»

Владимир Яковлев, «Продолжение следует»:

Владимир Яковлев

— Бывают люди-ангелы. Редко, но бывают.

Это люди, которые обладают невероятной, поразительной способностью — не противопоставлять идеи милосердию, а здравый смысл — идеологии.

Такие люди способны совершить почти невозможное — они способны творить добро в текущих обстоятельствах, не откладывая его на те, никогда не наступающие времена, когда обстоятельства станут более для добра подходящими.

Эти люди не умеют прощать. Потому что у них никогда нет повода обидеться.

Эти люди не умеют конфликтовать. Потому что конфликты мешают помогать тем, кому есть возможность помочь.

Эти люди не привлекают к себе внимания. Потому что не видят в этом необходимости.

Само существование таких людей — это огромная редкость, почти чудо. И поэтому  просто оказаться в одном времени с таким человеком — это бесценный подарок судьбы.

Ясен Николаевич Засурский был таким человеком. Спасибо ему за то, что он был.

Помогите Правмиру
Сейчас, когда закрыто огромное количество СМИ, Правмир продолжает свою работу. Мы работаем, чтобы поддерживать людей, и чтобы знали: ВЫ НЕ ОДНИ.
18 лет Правмир работает для вас и ТОЛЬКО благодаря вам. Все наши тексты, фото и видео созданы только благодаря вашей поддержке.
Поддержите Правмир сейчас, подпишитесь на регулярное пожертвование. 50, 100, 200 рублей - чтобы Правмир продолжался. Мы остаемся. Оставайтесь с нами!
Лучшие материалы
Друзья, Правмир уже много лет вместе с вами. Вся наша команда живет общим делом и призванием - служение людям и возможность сделать мир вокруг добрее и милосерднее!
Такое важное и большое дело можно делать только вместе. Поэтому «Правмир» просит вас о поддержке. Например, 50 рублей в месяц это много или мало? Чашка кофе? Это не так много для семейного бюджета, но это значительная сумма для Правмира.