Апостол Павел – рупор Святого Духа

Апостолы Петр и Павел по-разному любили Бога, и это их отличало. Но они одинаково сильно любили Господа, и это их роднило. Они оба жили только Богом и за это были любимы Богом.

Что же их отличало?

В жизни так часто бывает, что простые и неученые люди очень любят церковный закон и обряд больше богословия.

В жизни так часто бывает, что ученые люди, узнавшие всё о законе, могут себе позволить отнестись к закону как к чему-то необязательному в его мелочах. Но зато они очень стараются держаться сути и смысла этого закона. Вот что пишет апостол Павел о посте:

Ибо иной уверен, что можно есть всё, а немощный ест овощи. Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его.

Как ни пиши духовный закон, всегда останется нечто, что описать нельзя. Суть закона в Боге, а Он есть бесконечность, которая не может вместиться в тесные рамки закона.

В Церкви между такими людьми бывают недоумения или даже споры. Но прошедшее гонение на христиан в СССР показало, что и те и другие одинаково сложили душу за Христа. Вместе всходили на крест, ученые и неученые, вдохновенные и практичные.

Потому что закон и любовь есть два крыла веры.

Таким человеком Закона стал апостол Петр. Таким человеком Духа стал Павел. Петр – столп закона Божия, а Павел – столп любви.

Следя за жизнью апостолов, ходивших с Христом, можно было ожидать, что кому как не им оставить обширные воспоминания об этой совместной жизни с Богом. Им не обязательно было самим писать. Рядом были грамотные люди. Но…

Евангелия – книги поразительно маленькие и скупые на подробности. Складывается впечатление, что Христос все три года почти молчал. Ученики не посчитали нужным записать все Его слова, которые нам дороже золота. Тысяча дней проповеди Иисуса выразилась в тексте Его прямой речи, которую можно прочесть всего за полчаса.

А ведь в каждый день из этой тысячи дней миссии что-то происходило в общине учеников, что было достойно пера и памяти. И почти всё это исчезло.

Потрясающе то, что вместо двенадцати толстых книг воспоминаний мы имеем только четыре тонких книги. Одна из них написана тем, кто не видел Христа – Лукой.

Непонятно, почему апостолы не смогли или не захотели передать нам то, ради чего были призваны – зафиксировать каждое слово Господа. Для сравнения стоит вспомнить, что Моисей записал на скрижалях каждую услышанную им букву Закона. А у нас в Писании провалы в дни и месяцы.

Увы.

Более того, после сошествия Святого Духа на апостолов они были призваны на проповедь. И почти весь текст их проповеди растаял в воздухе.

Всего два послания апостола Петра! От того, что он говорил, путешествуя по странам, остались только обрывки фраз и непроверенные фрагменты предания, как например последние слова Петра, обращенные к жене в день их казни в Риме.

Так же скудны слова остальных апостолов. А их было уже не двенадцать, а на порядок больше.

Апостолы оказались молчаливы для истории.

Петр и Иаков – сильнейшие из них, после основных проповеднических трудов собрались в Иерусалиме и совершили две важных драматических вещи: порвали с иудейской религиозной традицией и заложили фундамент нового религиозного образования – Церкви. Когда им стало очевидно, что синтез старой и новой систем невозможен, они под влиянием вдохновения разработали и новую схему богослужения, и новую структуру Церкви, и дали прогноз и вектор развития этой новой Церкви.

Об этом, собственно, и написаны два послания апостола Петра: о Церкви образующейся и о Церкви будущего.

Петр и Иаков стали архитекторами новой Церкви. Но храм мало построить. Его надо оживить духом, людьми, иконами, пением, светом, фимиамом и проповедью. Вторую часть выполнил апостол Павел.

Святой Апостол Павел» Доменико Эль Греко, 1610-14

«Святой Апостол Павел». Доменико Эль Греко, 1610-14

Учитывая молчаливость апостолов, их некнижность и явный акцент на делах, можно сделать вывод, что Богу потребовался тот, кто вдохнет в закон новый дух, тот, кто произнесет слово не только для современников, но и зажжет сердца тем, кто будет жить после него тысячи и тысячи лет спустя.

Без Павла Церковь пребывала бы в режиме молчания. Без него просто невозможно представить себе нашу Церковь. Убери эти его послания, и кажется, что в церкви воцарится странная тишина и образуется пустота, которую нечем будет заполнить.

Богу понадобился рупор или уста Святого Духа. Богу понадобился некто, кто смог бы в себе сочетать учительское служение с пророческим.

И Бог избрал Себе особенного человека для восполнения молчания апостолов. Господь выбрал нового апостола совсем не там, где можно было ожидать – среди фарисеев. Не среди избранных, а среди званых был найден юноша Савл (Саул).

Нам это знакомо. Русский народ не был избран от начала. Киевские князья в начале русской истории тоже гнали христиан. Да и сами мы причастны к гонениям через партию, комсомол и терпение статуй идола Ленина на наших площадях.

Но Господу важна не история, а сердце.

Что Богу снобизм апостолов? Что Ему ранжир важности и первенства иерусалимской общины, который они сами себе придумывали? Вспомним, как они просили себе сесть от Него по правую руку, а Господь удивлялся такому странному желанию разделиться на сорта по качеству. Христос до сих пор удивляется этой борьбе за первенство и особенные права епископов, наблюдая, как Папа и Патриархи всё еще выясняют, кто тут на земле самый главнейший.

Несмотря ни на что, Господь внезапно выбрал себе человека вне стен церкви. Не просто чужого, но и гонителя. Выбор был парадоксален – фарисей. Господним избранником стал маленький, горячечный, образованный, богатый, аристократ и гражданин Рима – Павел.

Мало того, Павел, выбранный Господом, повел себя так, словно у него и не было нужды общаться с «настоящими» апостолами. Его крестил Анания. И после этого Павел, вполне уверенный в себе и в своем избранничестве, отправился на проповедь, которую ему не поручала христианская община. Он не стал презентовать себя старейшинам христианской общины Иерусалима, а просто пошел туда, куда вел его Святой Дух.

И не без причины. В своем явлении Павлу Христос говорит ему: «Встань и стань на ноги, ибо Я для того явился тебе, чтобы поставить тебя служителем и свидетелем того, что ты видел и что Я открою тебе».

Апостолы с изумлением обнаружили очередного «самозванца», вещающего от имени Христа.

Павла это абсолютно не смущало. Только спустя три года его разыскал апостол Варнава и повел представиться настоящим апостолам – Петру и Иакову. Павел пошел, но, идя в Иерусалим, не комплексовал и даже был готов спорить с Петром по поводу своей миссии среди язычников. И он спорил. И Петр по внушению от Бога принял аргументы этого странного харизматика.

Павел был настолько убедителен и самодостаточен, что апостолы… не стали к его харизме ничего добавлять: ни епископства, ни священства, а только протянули ему руку для общения.

И знаменитые не возложили на меня ничего более. …Узнав о благодати, данной мне, Иаков и Кифа и Иоанн, почитаемые столпами, подали мне и Варнаве руку общения.

Павел не был ни священником, ни епископом. Он не принял никаких хиротоний, кроме хиротонии самого Бога. Что Богу наши правила?

И Павел спокойно рукополагал пресвитеров как истинный епископ, на глазах у изумленной общины христиан.

Нам это трудно вместить.

Вот, вдруг явится некий юноша из МГУ и, помимо всех семинарий и рукоположений, начнет проповедовать так, что сам Патриарх задумается, склонит голову и протянет руку самозванцу, и скажет:

– Мне нечего ему добавить. Он от Бога получил всё.

Дуччо ди Буонинсенья. Маэста (фрагмент)

Дуччо ди Буонинсенья. Маэста (фрагмент)

 

Но Патриарх не видел Христа так, как Его видел апостол Петр, и тем не менее Павла приняла тогдашняя Церковь. Учением Павла насыщается и Церковь сегодняшняя.

В чем же суть и сила проповеди Павла?

Апостол Петр после Пятидесятницы занялся ревизией договора Бога и человечества. Он от имени Церкви перезаключил этот договор.

А апостол Павел занялся пояснением сути Нового Завета и наполнением закона новым содержанием. Это то, что в юриспруденции называется разработкой подзаконных норм и правил.

Любовь неожиданно для мира стала предметом договора. Богу понадобился гений, который мог бы соединить закон с любовью.

Мы привыкли бросаться этим словом «любовь», а тогда оно было редкостью. В те времена вложить в закон слово «любовь» было совершенно невозможно и абсурдно.

Это и сейчас не всегда очевидно. Например, Запад поражен инфлюэнцией гомосексуализма. И встал вопрос о существе брака. Между верующими и неверующими возник правовой конфликт.

Для римского права брак есть договор, относящийся к доле владения совместным имуществом. И не более. Такой вот хозрасчетный документ.

Для верующих людей брак – мистическое соединение двух разных людей, разного пола в некую новую духовную общность, стремящуюся к Богу.

Запад не понимает Восток: при чем тут Бог и душа, если речь идет о деньгах? Восток не понимает Запад: при чем тут имущество, если речь идет о таинстве?

Вложить в Закон понятие любви – и тогда, и сейчас что-то невероятно безумное. Но на этом стоит наша вера, которая «для эллинов безумие, а для иудеев соблазн» – выйти за пределы рацио и принять любовь Бога.

Павел точно определил, что любовь не свойство и не отношения, а сущность Бога. В Боге любовь выражена в третьем лице Троицы – Боге Духе.

Павел выстроил мировоззрение как воззрение на Божий мир, описав его в системе координат Святого Духа. Для него это было нетрудно. Ведь он, как и другие апостолы, принял этого Духа в полной мере. Апостолу не просто было дано, а так дано, в громе и молнии, что в его душе не осталось никакого места для себя, и всё место внутри сердца было отдано Христу. Господь силой преобразил Павла. И Павел не отверг этой силы и принял ее. Бог вложил в сердце Павла горящий угль Духа, и оно зажглось и засияло, как маленькое солнце благодати.

Павлу легко было видеть мир Духа. Он в нем был свой.

Фрагмент иконы деисусного чина, Апостол Павел. Мастерская Троице-Сергиева монастыря в Климентовской слободе. Первая половина XVII века.

Фрагмент иконы деисусного чина, Апостол Павел. Мастерская Троице-Сергиева монастыря в Климентовской слободе. Первая половина XVII века.

Апостол подробно описал это пространство, эту terra incognita сверху донизу, от неба до земли, от Рая до рабовладельческого поместья римского патриция. Человечество благодаря апостолу Павлу смогло увидеть вселенную Духа. Человечество смогло увидеть настоящую картину мира, в котором Бог живет вместе с человеком.

От описания Рая Павел спустился вниз и описал заповеди архиереям, которых он умоляет подражать Христу.

Братие, таков нам подобаше Архиерей, преподобен, незлобив, безсквернен, отлучен от грешник и вышше Небес.

Потрудился дать заповеди священникам, простым христианам и всем тем, кто любит Бога.

Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью; в почтительности друг друга предупреждайте; в усердии не ослабевайте; в скорби будьте терпеливы, в молитве постоянны…

Павел целый пласт учения отвел Духу, Его свойствам и признакам нашей жизни в Духе.

Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона.

Павел по-новому взглянул не только на жизнь, но и на смерть. Как писано об этом в акафисте:

Где ты, смерти жало, где же и мрак и страх твой прежде бывающий? Отныне ты желанная, неразлучно с Богом сочетаеши. Покою великий субботства таинственнаго. Желание имам умрети и со Христом быти, взывает Апостол. Темже и мы, взирая на смерть, яко на стезю в Вечней Жизни, воззовем: Аллилуиа.

Он обратился ко всем тем, для кого любовь хоть что-то значит. Он обратился ко всем тем, для кого любовь и Бог связаны воедино.

То, что Бог есть любовь, нетрудно заметить любому наблюдательному человеку. Любовь в своей глубине непременно уходит в таинственные глубины, где непременно встречает Бога. Настоящая любовь всегда божественно жертвенна, животворна и созидательна.

Для нас, простых людей, самым ценным в послании апостола Павла, без сомнения, является то, что мы теперь называем Гимном Любви. Наверное, нет такого русского человека, который бы не слышал и не восторгался бы словами Послания к коринфянам. Это гимн невероятной красоты и глубины. Никто не напишет о любви лучше, разве только явится новый Павел:

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая или кимвал звучащий.

Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто.

И если я раздам всё имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит.

Павел отлично понимал, что любовь – это не просто так, а это – дар Духа Святаго. Любовь – это существо Бога, даруемое нам с неба и роднящее нас с Богом. Она приносит благодать в этой жизни и бессмертии после гроба.

Апостол Павел раскрыл замысел Бога о любви и пояснил, как она может быть сутью закона, к которой закон приближается, но никогда не охватит.

В Номоканоне есть интересное место, в котором епископ сетует клирику за то, что тот ищет правила на все случаи жизни, и отвечает, что закон и правило на всё написать невозможно, и что тому, чего нет в Правилах, должен нас научить Святой Дух.

Павел не отрицает закон, он только выстраивает иерархию отношений с Богом. Закон – как детские пинетки для младенца духом. Закон – как гарантия и защита от дурака. Он задает некий гарантированный уровень правильных отношений с Богом. Закон также есть система воспитательная, тренирующая и закаляющая характер. Закон придает форму жизни в духе. Ведь не может форма веры иметь то, что любому взойдет на ум.

Но закон – это только закон. В самом законе нет сущности. Форма сама себя не оправдывает.

Сущность только в Боге, в той Его части, которую мы способны принимать и которую Он нам Сам даровал – в Духе Святом, нашем благом Утешителе и Защитнике.

Апостольское служение – это история служения Святого Духа в людях и через людей. И наша жизнь со Христом – это тоже только история нашей жизни в Святом Духе. Имеем в себе Духа Святого – мы живем. Нет – всё то время, которое мы провели вне Духа – это смерть наяву.

Жизнь апостола Павла так красива, так хороша, так благодатна, так благородна, что сама служит лучшей проповедью. Ведь не может человек по-пустому тридцать раз стоять на пороге смерти и радоваться, не может тонуть и хвалить Бога, не может болеть и великодушно доверять Богу, если в нем нет того, что всё это покрывает – благодати Святого Духа.

Капелла Норманнского дворца в Палермо

Капелла Норманнского дворца в Палермо

Мы все страдаем от уныния. Мы всё время желаем отдохнуть. Мы всё время обижаемся и боремся. А совсем рядом лежит мир, открытый взорам трудами Павла – мир Духа и Любви. Странно не то, что мы жалуемся, а то, что мы, стоя на пороге Царствия Божиего, не желаем в него входить, несмотря на свидетельство таких прекрасных людей, как апостол Павел.

Что же ждем?

Но кому уподоблю род сей? Он подобен детям, которые сидят на улице и, обращаясь к своим товарищам, говорят: мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам печальные песни, и вы не рыдали.

Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа Иисуса.

Онисифор, слышавший о Павле со слов Тита, встречает Павла и видит человека ниже среднего роста, волос его скуден, ноги слегка расставлены, колена его торчат наружу, глаза под сросшимися бровями и выступающий слегка нос. Он был человек очень болезненный, о чем сам пишет, был близок к смерти, ему дано таинственное жало в плоть, которое его преследует.

Многие из нас также слабы. Но многие из нас гораздо крепче апостола. Так что же нам мешает быть подобными ему духом, если телом мы подобны или даже крепче Павла? У нас только один недостаток, отличающий нас от апостола – наше холодное сердце, в котором едва теплится дух любви.

А время идет, а всё чего-то ждем:

Яко древо по времени листвий своих лишается, тако и дние наши по коликих летех оскудевают. Увядает и юности празднество, светильник радования угасает, близится старости отчуждение. Друзи и сродницы умирают. Где вы, юныя ликующия?

Дело не в том, что Бог выбрал юношу Саула (Савла) и заставил работать на Себя. Но главным образом в том, что Саул захотел быть с Богом. А нам почему-то это не нравится.

Но у нас еще есть время поработать ради любви и добыть ее своим трудом. У нас еще есть время помолиться Богу о даровании нам любви тогда, когда у нас уже не получается добыть ее трудом. Жить в любви вполне реально.

Дабы они искали Бога, не ощутят ли Его, и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас (Деян. 17:26, 27).

Говорю так не потому, чтобы я уже достиг, или усовершился; но стремлюсь, не достигну ли и я, как достиг меня Христос Иисус. Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе (Флп. 3:10-14).

Зачем ждать посещения нас Богом в громе и молнии, падения с коня и полного ослепления? Обратиться к Богу можно хоть завтра. Было бы желание любить и быть любимым Богом.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
День памяти апостолов Петра и Павла в 2016 году

Внезапно он бросился на колени, простирая руки, и из уст его вырвался возглас:- Христос! Христос!И он…

Кофе с сестрой Вассой. Апостол Павел и компьютерная техника

О том, как встреча лицом к лицу опрокинула всю фарисейскую мудрость Савла, и о том, как…

Святые апостолы Петр и Павел

Прославляя их в один день, Церковь, кажется, хочет напомнить нам о разнообразии человеческих характеров и путей,…