Февраль 2014
Перейти в календарь →

Архиепископ Антоний (Медведев): Монах до своего последнего издыхания

23 сентября исполняется 10 лет со дня смерти замечательного архиерея (я с ним служил 20 лет), автора службы Новомученикам, архиепископа Антония (Медведева) Западно-Американского. Предлагаем вниманию читателей воспоминания о владыке, собранные протоиереем Петром Перекрестовым.


Монах до своего последнего издыхания

Митрополит ЛАВР, Джорданвиль 2005 г.

В связи с годовщиной кончины приснопамятного архиепископа Западно-Американского и Сан-Францисского Антония (Медведева) мне хотелось бы отметить некоторые черты этого добрейшего и сердечного архипастыря.

Моя первая встреча с будущим архиепископом Антонием состоялась в обители в Ладомирово. Как известно, Владыка Антоний был постриженником Мильковского монастыря в Югославии, того же монастыря, где были пострижены оба его предшественника по Западно-Американской кафедре – архиепископ Тихон и святитель Иоанн (Максимович). В Мильково настоятелем был схи-архимандрит Амвросий. Когда о. Амвросий тяжело болел он передал иеромонаха Антония под духовное руководство архиепископа Виталия (Максименко). С последним о. Антоний познакомился на его хиротонии в Белграде и сразу его полюбил. Тогда о. Антоний еще был иеродиаконом. После кончины схи-архимандрита Амвросия иеромонах Антоний переехал к нам в Ладомирово, чтобы духовно окормляться у Владыки Виталия.

Во время войны нашему братству пришлось эвакуироваться в Женеву. Там мы трудились, ожидая разрешение на переезд в США. У отца Антония главные послушание были клирос и редактирование богослужебного календаря. Он был прекрасным знатоком устава и жил богослужением. Помню, как он старался ввести валаамские напевы, которые освоил в Мильково, в наше клиросное пение.

С благословения настоятеля женевского Крестовоздвиженского собора, иеромонаха Леонтия (Бартошевича), о. Антоний занимался и пастырской деятельностью – исповедовал и окормлял прихожан. Я помню одну семью, где между мужем и женой не было согласия по церковным вопросам. Отец Антоний очень переживал это разногласие и начал семью посещать и проводить с супругами духовные беседы. Благодаря его сострадательной пастырской любви он смог духовно настроить жену и таким образом внести мир в семью.

Будущий архиепископ Антоний был очень близок по духу с братьями Бартошевичами, отцами Леонтием и Антонием, которых знал еще по Югославии. В Женеве его духовным наставником был валаамский игумен Филимон. Был он близок и с будущим архимандритом Нектарием, духовником Гефсиманской женской обители. Во время Второй мировой войны иеромонах Антоний окормлял военных РОА. Его ближайшим помощником был его псаломщик, будущий о. Нектарий. Дружба Владыки Антония и о. Нектария были связаны крепкими духовными узами до конца их жизни.

В ноябре 1946 года наше братство прибыло в Америку и поселилось в Джорданвиле. В монастыре, помимо клиросного послушания, о. Антоний доил коров, нередко засыпая под коровами. К празднику Рождества Христова архиепископ Виталий, зная пастырские способности отца Антония, направил его для служения в Лейквуд и Владимирскую горку. Впоследствии о. Антоний основывал и обслуживал приходы в Линкольне (штат Небраска), Кливленде и Мильвоки.

Хиротония архимандрита Антония во епископа Мельбурнского состоялась в 1956 в Вознесенском соборе на Бронксе. Я тогда был иеромонахом. Помню, как я подошел к Блаженнейшему митрополиту Анастасию и он мне ласково сказал: «Учись, учись…» Также помню, что перед своей хиротонией архимандрит Антоний показал мне свое слово при наречении и спросил: «Как ты думаешь?» Тогда он очень ценил совет и впоследствии, будучи архиереем, любил советоваться.

Архиепископ Антоний, поговорив с епископом Аверкием, предложил мою кандидатуру во епископа, в секретаря Архиерейского Синода. После моей хиротонии до кончины архиепископа Антония в 2000 году мы с ним были членами Архиерейского Синода и вместе работали. Он был очень сердечным и искренним и никогда ничего не делал на пользу себе, а только на пользу Церкви и во славу Божию. У него не было личной жизни, а только жизнь в Церкви, со Христом.

Случалось, что архиепископ Антоний видел какие-то смущающие события в Синоде. Он обычно делился, писал письма, но всегда в мягкой форме и искренно, с болью на сердце. Когда обсуждался вопрос прославления Новомучеников Российских, в особенности Царской семьи, среди епископата не было единогласия. Владыка Антоний был миротворцем и всегда старался добиться мирного решения всех вопросов.

Помню, что архиепископ Антоний Женевский был недоволен службой Царственным страстотерпцами. Он считал, что тексты стихир были очень длинными, а сам канон службы обращен не Царю-мученику, а является покаянным обращением к Господу Богу. Владыка Антоний об этом поделился архиепископу Антонию Западно-Американскому и надеялся, что последний переработает эту службу. Он же (архиепископ Антоний Западно-Американский) прекрасно составил общую службу всем Новомученикам и исповедникам Российским.

У приснопамятного архиепископа Антония, подобно Блаженнейшему митрополиту Антонию и святителю Иоанну (Максимовичу) было вселенское восприятие Церкви. Все три иерарха болели за Поместные Церкви, за гонимых православных христиан, за церковные разделения в Русской Церкви. На заседаниях Архиерейского Синода архиепископ Антоний всегда заступался за Сербскую Церковь. В этом его особенно поддерживали архиепископы Серафим Чикагский, Никон Вашингтонский и Антоний Женевский. Владыка Антоний не одобрял некоторых отклонений Поместных Церквей, в особенности Константинопольской, но считал, что все православные должны жить в мире и единении.

В Сан-Франциско Владыка Антоний жил один –  готовил сам, сам убирал. Как монах он в лице схи-архимандрита Амвросия Мильковского был сформирован старорусской школой монашества и оставался представителем этой школы до последнего своего издыхания. Он, повторяю, ничего для себя не делал, а только для Бога, для Церкви.

Похоронен Владыка Антоний здесь у нас, в Свято-Троицком монастрые, в усыпальнице за храмом. Не хватает его среди нашего епископата, но верю, что он за нас молится, за нас переживает.

Самый добрый из всех людей

Инокиня Елизавета (Cедова), Гефсимания

Мое знакомство с архиепископом Антонием состоялось зимой 1997 года, в Елеонском монастыре.

Владыка Антоний сразу сказал сестрам нашей обители, что это его последний приезд в Святую Землю, что именно здесь, на Святой Земле, он должен принять какое-то важное решение. Одним словом, архиепископ Антоний приехал помолиться и попрощаться со Святой Землей. Для нас, сестер Елеонской обители, месяц проведенный Владыкой Антонием в нашем монастыре, был большим утешением. Хочется хоть кратко рассказать о некоторых моментах, которые сохранились у меня в памяти.

Запомнился мне праздник Рождества Христова. После необычно длинного и утомительного дня – праздничное богослужение, трапеза, поездка в Вифлеем – мы собрались в доме матушки игуменьи на праздничный ужин и пение колядок. Как не старались, а пели не очень бойко. Владыка Антоний, видно было, очень устал. Иногда, сидя за столом, засыпал и клонился на бок, чем заставлял матушку игуменью Иулианию постоянно бодрствовать и быть бдительной. Но каждый раз, когда матушка предлагала ему пойти отдохнуть, он категорически отказывался. Так и пробыл наш архиерей-старец с нами до конца, желая до конца быть частью той рождественской радости, мира и тепла, которыми одарил нас Господь в этот день.

Видно было, что Владыка очень любит богослужение, растворяется в нем. Даже сейчас я вижу его раздающим антидор после праздничной литургии в Елеонском храме. Владыка сияет, одет во все белое, лицо радостное и сосредоточенное. «Слава Тебе Боже наш, слава Тебе» говорит он, и не дожидаясь чтицы сам наизусть начинает читать благодарственные молитвы. В каждом слове слышится сила и благодарение. Именно эта сила благодарения меня тогда так поразила. Мне казалось, что Владыка Антоний благодарит Бога за всю, всю жизнь. Вспомнились мне слова апостола: «Сила Божия в немощи совершается».

Мне с инокиней Мариной и послушницей Тамарой выпало счастье сопровождать архиепископа Антония в его поездке в Галилею. Владыка очень хотел попасть в Назарет. Вся поездка по святым местам Галилеи была ему не по силам. Мы с сестрой Тамарой изо всех сил старались поддерживать под руки Владыку-старца. Он всегда нас благодарил и называл нас своими «иподиаконами». Сестра Тамара, видя мой пыл, все время повторяла: «Не так усердствуй!» Мы, наверное Владыке больше мешали, чем помогали, но были обласканы его любовью. В Назарете Владыка долго и сосредоточенно молился в храме Благовещения Пресвятой Богородицы. Ни люди, ни шум, ни его старческая немощь не могли ему помешать в его молитвенном подвиге.

Провожаем Владыку в Америку. Почти полночь. Идет сильный дождь и довольно холодно. Сестры с Елеона и Гефсимании стоят у входа в архиерейскую келью и не расходятся, спешки нет. Все хотят получить прощальное благословение, хотя уже не раз прощались с Владыкой. Монах Филарет, тогда еще инок Зосима, новопостриженник архиепископа Антония, помогает выносить вещи. Я задаю себе вопрос: «Что собрало здесь у дверей этой кельи столько людей, таких разных по национальности, языку, складу, возрасту? Каким образом Владыка Антоний смог за такой короткий срок стать отцом для нас? Каждый из нас чувствовал, а иначе зачем бы мы стояли у кельи Владыки ночью, под дождем и в холоде, что мы любимы Владыкой, что он нас понял, согрел теплотой своего сердца. Каждому из нас он сказал теплое слово, подарил что-то на память. Мне тогда показалось, что он самый добрый из всех людей, которых повстречала в свои 20 лет.

Как жалко, что я по неопытности полностью не воспользовалась наставлениями Владыки Антония, не поняла в полной мере всей высоты его духа, но я бесконечно благодарна Богу за те дни и часы, которые Владыка был с нами.

«Владыка несомненно обладал даром прозорливости»

П.М., Сан-Франциско

Архиепископ Антоний часто посещал наш дом. Он любил вспоминать смешные истории из жизни. Иногда он нежно шутил над некоторыми матушками, которые излишне старались управлять своими мужьями-священниками. Однажды, после веселого ужина у нас, мне утром позвонил Владыка Антоний. Ему надо было срочно со мной поговорить. Поскольку я преподавала в школе весь день, я могла с Владыкой встретиться лишь во время обеденного перерыва. Поскольку тон голоса Владыки Антоний был таким строгим, я была очень обеспокоена, что я чем-то провинилась перед ним.

Владыка Антоний сам пришел в школу и мы с ним прошли в пустое классное помещение. Он закрыл за нами дверь. Я испугалась. Владыка измученным взглядом посмотрел на меня и с сокрушением начал повторять: «Прости меня, дорогая, прости! Я всю ночь не мог спать думая о том, насколько ты могла быть огорчена нашими шуточными замечаниями о матушках. Мне надо было быть более чувствительным к тебе». Мне даже в голову не приходила мысль, что можно на Владыку обидеться и начала у него просить прощение за то, что заставила его переживать. Я была рада, что в классе из-за парт было очень мало места, иначе Владыка бы по своему обычаю, начал бы делать земной поклон.

Смирение Владыки Антония не имело границ! Он просил прощение за малейшее огорчение, за мельчайшую неосмотрительность с его стороны. Нет ничего более смиряющего, чем когда человек праведной и святой жизни просит у тебя прощение.

Дважды в моей жизни я была свидетелем прозорливости Владыки Антония. У меня были серьезные духовные проблемы и я не знала к кому обратиться за помощью. У меня происходила внутренняя борьба и я сознательно принимала решение, заведомо чувствуя, что оно вероятно неправильное. И дважды Владыка Антоний, беседуя с группой людей, неожиданно начинал говорить конкретно о той проблеме, которая меня тревожила. Его слова настолько точно имели отношение к моей проблеме, что невозможно было это назвать случайным совпадением. Владыка Антоний говорил и о том, как следует разрешить проблему и я сразу поняла, что получила точное разрешение моей духовной борьбы.

Мне даже стало страшно, что Владыка настолько подробно, дважды, говорил конкретно о беспокоящих меня проблемах, однако он во время этих бесед ни разу на меня не посмотрел и я успокоилась. Верю, что он предчувствовал мое состояние и не желал меня смущать.

Погодя я двум священникам рассказала об этом случае и они оба засвидетельствовали свой опыт с архиепископом Антонием и свое убеждение, что Владыка несомненно обладал даром прозорливости, хотя он всячески старался это скрыть.

«Не хотелось нам расставаться с нашим отцом»

Протоиерей Марк ГОМЕЦ, Сан-Франциско

Мне хорошо помнится день, когда архиепископ Антоний впервые прибыл в кафедральный собор в Сан-Франциско. Это было по случаю его вступления в управление Западно-Американской епархией, овдовевшей после кончины святителя Иоанна, Шанхайского и Сан-Фрацнисского Чудотворца. Владыка Антоний искренно и с теплом приветствовал свою новую паству и у всех осталось хорошее впечатление от доброго архиерея.

Помню я ежегодное паломничество на Форт Росс в день американского праздника Поминовения. Было мало прислужников и Владыка Антоний, заметив меня среди молящихся, позвал меня прислуживать. Я держал его чиновник. Обращался он ко мне с большим терпением и снисхождением, вероятно понимая, что я впервые в жизни прислуживаю в алтаре. Прислуживать в алтаре было моим заветным желанием и благодаря Владыке Антонию оно осуществилось. С тех пор я при каждой возможности прислуживал в алтаре, а впоследствии стал священником.

Был праздник в храме святителя Тихона Задонского. После службы к архиепископу Антонию подошла бедная вдова с двумя детьми и попросила у него помощи. Она даже не была православной. Владыка ей ответил, что у него не много денег, а она ему сказала, что она ему деньги вернет, но ей они сразу нужны, надо голодных детей покормить. Владыка куда-то исчез и через какое-то время вернулся и дал этой женщине очень толстый конверт. Он была ему очень благодарна. Через неделю она вторично пришла к Владыке и деньги ему вернула, хотя он этого и не просил и не требовал. Для всех очевидцев происшедшего это был добрый и поучительный пример.

У архиепископа Антония была невероятная энергия, он во все вкладывал свое всеобъемлющее сердце. Владыка часто с болшим возбуждением, с большой энергией, даже несколько суетливо делал многие вещи. Протодиакон Николай Поршников полушутя говорил, что Владыка трижды должен в кругу пробежать до того, как он сделает что-либо. Это звучит смешно, но так часто и бывало. Это потому что Владыка Антоний был преисполнен ревности Божией. Он с такой ревностью служил своей пастве. Вспоминается мне панихида в сороковой день, которую собирался служить архиепископ Антоний. Он не появился в храме и панихиду отслужил протопресвитер Иоанн Шачнев с протодиаконом Николаем Поршниковым. К концу панихиды в собор вошел архиепископ Антоний. Владыка Антоний был расстроен, что на панихиду так опоздал и он ударил себя в лоб, затем достал Псалтирь и кадило и совершил Канон по исходу души от тела. Оказывается, что к нему на дом пришли люди, у которых был большие переживания и Владыка их утешал и с ними помолился.

Желание всем помочь – одна из отличительных черт приснопамятного архиепископа Антония. Он любил своего ближнего, своих прихожан, свою паству и служил им самоотверженно.

Однажды я, будучи уже священником, служил с Владыкой Антонием. Было мало прислужников и я во время Божественной литургии руками поднял архиерейский орлец, чтобы его подвинуть. Владыке это очень не понравилось и он мне указал, что не следует священнику пачкать свои руки орлецом, пачкать те руки, которыми он будет держать святые Дары. Несколько времени спустя, на одном из богородичных праздников, я опять служил с Владыкой. Перед принятием святых Даров он перед престолом сделал земной поклон и я подумал: «Он сам руками трогает грязный пол перед тем, как в свои руки принимать святые Дары». Владыка сразу ко мне повернулся и сказал, что когда он делает земные поклоны, он так складывает руки, чтобы ладонь, в которую будут вложены святые Дары, ни в коем случае не прикасалась земле. Я был потрясен, поскольку Владыка знал мои мысли. С тех пор я немного побаивался что-либо подумать в его присутствии. Иногда Владыка нас, священников, встречал с радостью, с улыбкой, а иногда у него лицо было строгим и отходя от нас он качал головой. Мне стало ясным, что Владыка Антоний чувствует наше духовное состояние и знает – подвизаемся ли мы, или падаем духовно.

В канун перенесения останков архиепископа Антония из Сан-Франциско в Свято-Троицкий монастырь в Джорданвиль для чина отпевания и погребения, в санфранцисском кафедральном соборе была совершена заупокойная утреня. В конце службы епархиальное духовенство обнесло гроб с телом Владыки Антония вокруг собора. Нам, священникам, не хотелось отпускать гроб. Старосте храма пришлось почти насильно заставить нас поставить гроб на катафалк. Не хотелось нам расставаться с нашим любящим архипастырем, с нашим отцом.

Благочестие святителя

Чтец Владимир КРАСОВСКИЙ, Сан-Франциско

Одно из отличительных свойств приснопамятного архиепископа Антония было, несомненно, его глубокое благочестие, его отношение ко всему святому, ко всему, касающемуся святой Церкви Христовой – к богослужению (как будничному, так и к праздничному), к частным требам, к предметам церковным: облачению, кресту, книге богослужебной, ватки от чудотворной иконы… Он всегда, я подчеркиваю, всегда, относился к службе, к святыням, с великим трепетом и страхом Божиим. С этим отношением были сопряжены трезвость и простая, но очень глубокая, логика.

О благочестии архиепископа Антония можно было бы написать книгу. Я хотел бы к 5-й годовщине его кончины поделиться с читателями некоторыми случаями из жизни Владыки Антония, показывающие его благочестие.

Когда я был делопроизводителем консистории Западно-Американской епархии, мне пришлось принять 5-6 коробок с новоизданными архимандритом Митрофаном (Мануиловым) на славянском языке евангелиями. Эти евангелия были предназначены для бесплатного распространения о. Митрофаном. Я указал почтальону поставить коробки на пол в коридоре у входа в епархиальную канцелярию. Немного погодя в канцелярию спустился архиепископ Антоний (он жил в квартире над канцелярией) и заметив коробки с евангелиями сказал мне их поставить в другое место, а сам пошел в заднюю комнату искать документы в епархиальном архиве. Я принялся за дело, но вместо того, чтобы каждую коробку отдельно перетаскивать, я решил все коробки, при помощи правой ноги, передвинуть. Когда Владыка вышел из архива и увидел как я двигаю коробки ногой, у него на лице появилось волнение (те, кто близко знали архиепископа Антония, очень хорошо помнят это его выражение – он ясно давал знать, что что-то не в порядке). Он озабоченно с расстановкой меня спросил: «Что ты делаешь?!» Я ему ответил, что согласно его указанию я переставляю коробки. Владыка воскликнул: «Ведь в этих коробках святое Евангелие!» Я в недоумении ответил: «Ну и что?» Тогда Владыка мягко, объяснительным тоном мне говорит: «Мы не смеем передвигать такие коробки с такой Книгой ногами». Я взялся руками отдельно перетаскивать каждую коробку в отдельности.

Однажды я вез архиепископа Антония и протопресвитера Илью Веня в больницу кого-то причастить. Отец Илья сидел сзади со святыми Дарами. Я его хорошо знал, поскольку он меня миропомазывал в Гонконге, будучи настоятелем тамошнего Воскресенского храма. Я его обычно называл «Ее», что по-китайски значит «дедушка», поскольку у меня отношение к нему (и к Владыке Антонию) – сыновнее. В этом году, в ноябре месяце о. Ильи исполнится 109 лет. Когда мы ехали в больницу я несколько раз пытался заговорить с о. Ильей, а он очень не охотно мне отвечал. Меня это озадачило и я подумал, что может быть я его чем-то обидел: «Не сердишься ли на меня, Ее?» Владыка Антоний, который сидел рядом со мной, повернулся ко мне и в полголоса, ласково и с любовью сказал: «Вова, у батюшки святые Дары, старайся с ним не разговаривать без надобности… а то вообще в присутствии святых Даров лучше соблюдать благоговейное тишину». Дальше мы ехали в больницу в полном молчании. Надо сказать, то благодаря этому ощущение у меня было особенным.

Великая пятница. В этот святой день каждый верующий идет в церковь на богослужение с особым трепетом. Для меня как регента, и для хора, богослужения Страстной седмицы уже «впеты» и проходят с спокойной, тихой торжественностью. Святая Церковь нас готовит к великому Торжеству из торжеств, к святой Пасхе. Архиепископ Антоний приходит в храм и готовится к службе, облачается. Физически, особенно в последние годы его жизни, он изнемогает, но чувствуется, что он окрылен невероятной духовной силой, энергией, которая его несет. Глаза у него целеустремленные, выражение на лице очень сосредоточенное. Приближается к концу вечерня Великого пятка. Храм полный богомольцами. Хор поет самоподобны «Егда от древа», а затем стихиру «Тебе одеющагося» болгарского распева, читается Трисвятое и наконец звучит тропарь «Благообразный Иосиф». Медленно, вереницей духовенства и прислужниками, выносится осененная шестью рипидами старинная русская плащаница. Четыре священника высоко над головой Владыки Антония на носилках держат ее. У Владыки Антония на голове небольшое евангелие. Владыка Антоний, при помощи протодиаконов, с трудом опускается на колени перед гробницей. Его голова преклонена. Святая плащаница с трепетом кладется «во гроб». Владыка, будучи на коленях у подножья гроба не смеет «поднимать очи свои» и смотря в землю благоговейно протягивает руки к плащанице и нежно кладет евангелие на тело Божественного Мертвеца. Только после этого Владыка дерзает подняться на ноги. Он встает, возлагает венок и осторожно, не спеша, помазывает Тело благоуханным маслом. Невозможно словами передать то чувство, которое охватывало меня каждый год в этот благодатный момент…

Благочестие архиепископа Антония проявлялось во всем. Оно ограждало его от мирской суеты, от «стрелы летящие во дни». Господь Бог неоднократно сподобил меня грешного быть свидетелем этого благоговейного трепета, духовной стойкости Владыки Антония. Владыка Антоний дышал этим трепетом, им жил.

Господь да упокоит светлую душу приснопамятного архиепископа Антония. Вечная память дорогому Владыке, а нам всем побольше пропитываться его благодатным примером.

Архипастырь-молитвенник

Елена ПЕРЕКРЕСТОВА, Сан-Франциско

Никогда не думала, что мне придется расставаться с родным восточным побережьем, с семьей и особенно со Свято-Троицким монастырем, но архиепископ Антоний Западно-Американский и Сан-Францисский предложил моему мужу, отцу Петру, тогда еще диакону, стать третьим священником в кафедральном соборе Пресвятой Богородицы Всех скорбящих Радости. Мы прилетели в Сан-Франциско, чтобы посмотреть и подумать. Все оказалось привлекательным и склоняло к переезду: великолепный собор, красивый город, старые друзья. Но все-таки мне казалось, что я никак не смогу покинуть восточное побережье.

В воскресенье вечером, в неделю Жен-мироносиц, владыка Антоний пригласил нас на чай. Помню, что он нас угощал китайским деликатесом – черными «столетними» яйцами. Перед тем, как усадить нас за стол, Владыка прочел молитву, опираясь одной рукой на буфет и склоняя голову перед иконой. Я была поражена. Мне казалось, что в эту молитву, которую я слышала и читала столько раз, большей частью невнимательно, Владыка вложил всю свою душу и что он в этот момент напрямую разговаривает с Богом. Тогда же я почувствовала, что все мои сомнения насчет переезда отпали. Вот к этому Владыке я приеду, подумала я. И не ошиблась. Я благодарю Бога, что Он меня сподобил еще много раз быть свидетельницей этой живой и пламенной молитвы. Особенно памятны слова на великом освящении воды на Богоявление: «Велий еси Господи, и чудна дела Твоя, и ни едино же слово довольно будет к пению чудес Твоих!» Каждый раз Владыка их произносил так, как будто это были его собственные слова, с которым он обращался к Богу, близость Которого он явно ощущал в тот момент.

Богослужение укрепляло и окрыляло Владыку. Помню последний раз, что Владыка читал Великий канон на Мариином стоянии. Он вышел на середину храма больной, немощный, читал так, что еле было слышно. Стало жалко Владыку и я подумала, что вероятно он не сможет дочитать канон до конца. Но случилось совсем наоборот. По мере того, как Владыка читал, он все больше и больше вдохновлялся словами канона, и под конец, он уже читал громогласно и торжественно, а за ним и мы чувствовали, что нас покидает усталость и что мы становимся все бодрее и бодрее.

Наша семья всегда обращалась к владыке Антонию с просьбой помолиться о нас в трудные моменты или перед путешествием. Я особенно волновалась, когда мы всей семьей ездили в Россию, но попрощавшись с Владыкой, уходила спокойной, зная, что он о нас будет молиться. Но к Владыке можно было обратиться не только за молитвенной помощью. Казалось, Владыка всем интересовался и все знал. Можно было его спросить о литургике, о русской истории, о литературе, о грамматике, о житиях святых, об истории Церкви. Владыка всегда давал продуманный и исчерпывающий ответ.

Сейчас Владыки нет… Я каждое лето езжу в родные края, на восточное побережье. Теперь Владыка покоится там, в Свято-Троицком монастыре. Я каждый день захожу в его усыпальницу, чтобы помолиться о упокоении его души, и, чтобы попросить его молитв за нашу семью. Верю, что многие из тех благ, которые Господь послал нам за последние годы, Он послал по молитвам Владыки Антония.

Краткое жизнеописание Архиепископа Антония (Медведева; + 2000 г.)

Протоиерей Петр Перекрестов

23 сентября, в 12 ч. 10 минут дня скончался правящий архипастырь Западно-Американской епархии Русской Православной Церкви заграницей, Высокопреосвященнейший архиепископ Антоний.

Владыка Антоний управлял Западно-Американской епархией в течение 32-х лет – ни один православный архипастырь в США не занимал кафедру в течение такого продолжительного срока. С кончиной архиепископа Антония прервалась одна из последних нитей, связывающая нас с дореволюционной Россией, с живым преданием старого русского монашества, с непосредственным преемством духа основоположников Русской Православной Церкви за границей. Архиепископ Антоний — последний архиерей Русской Церкви, который и родился и получил воспитание в дореволюционной России, и монашество принял в юном возрасте, и лично знал великого Авву — Блаженнейшего митрополита Антония (Храповицкого).

32 года тому назад, к Крестопоклонному воскресенью Великого поста, прибыл из Австралии новоназначенный Архиерейским Собором Русской Православной Церкви заграницей Владыка Антоний. Тогда в Западно-Американской епархии было 16 приходов. Приход Кафедрального собора еще не оправился от трудного периода строительства нового храма. Епархию в 60-х годах разделили на две епархии – Западно-Американскую и Южно-Калифорнийскую. Было несколько приходов, подчиняющихся непосредственно первоиераху Русской Православной Церкви за границей. В епархии было два кадетских объединения и две скаутских организации. С прибытием в Сан-Франциско Высокопреосвященнейшего архиепископа Антония начался период уврачевания, период восстановления мира и единения.

Еще Блаженнейший митрополит Анастасий (Грибановский) говорил о главной, самой светлой и всепокоряющей черте архиепископа Антония, о его любви: «Она умиротворяет враждующих и умягчает озлобленные и ожесточенные сердца, действует на них, как масло, вылитое в кипящие морские волны». Приснопамятный митрополит Анастасий в своих словах не ошибся. За эти 32 года Западно-Американская епархия стала одной из самых благоустроенных в русском рассеянии. В Кафедральном соборе настало время мирного и дружного созидания. При архиепископе Антонии была завершена постройка и роспись и освящен Кафедральный собор. Приходом выстроен новый зал с помещением для Кирилло-Мефодиевской Русской Церковной гимназии. Число церквей в епархии возросло до 35. При епархии открыт ряд англоязычных миссий, больница для престарелых и первый православный лицей – в честь святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского Чудотворца. Воссоединилась Южно-Калифорнийская епархия с Западно-Американской, объединились два кадетских объединения, объединились и скаутские организации. Сколько молитв, сколько любви, терпения, тепла, мудрости и кротости потребовалось от архиепископа Антония, чтобы уврачевать раны, объединить, а затем и сохранить мир и единение!

Русский писатель Владимир Солоухин, описывая свою первую встречу с архиепископом Антонием (см. рассказ «Плохой собор…» в сборнике «Смех за левым плечом») написал следующее: «Двери открылись [в покои Владыки Антония – П.П.], и я увидел седовласого, седобородого старца, открывающего мне свои объятия, как если бы отец блудному сыну». Вот так Владыка Антоний принимал всех, к нему приходящих и к нему обращающихся.

Архиепископ Антоний, в миру Артемий Сергеевич Медведев, родился в 1908 г. в Вильне и учился в Петровском Полтавском кадетском корпусе. Во время Гражданской войны из Севастополя эвакуировался в Югославию, где в Белой Церкви окончил Крымский кадетский корпус. В возрасте 22 лет поступил в Введенский Мильковский монастырь. Он считал себя учеником настоятеля Мильковского монастыря, схиархимандрита Амвросия (Курганова), о котором написал труд «Немноголетний старец» («Православный путь» за 1952).

В 1932 будущий архиепископ Антоний принял монашеский постриг, в 1934 рукоположен во иеродиаконы, а в 1938 — во иеромонахи. В Мильково о. Антоний нес послушание уставщика. Во время Второй мировой войны иеромонах Антоний в качестве военного священника состоял в Русском Корпусе и Освободительном движении. В промежуточное время он попал в обитель преподобного Иова на Карпатах. С тех пор у о. Антония началась крепкая связь с братством преподобного Иова Почаевского.

По окончании войны о. Антоний переехал с братством в Свято-Троицкий монастырь в Джорданвилль, штат Нью-Йорк, где попал под духовное водительство архиепископа Виталия (Максименко), который привлек его к миссионерской работе. Игумен, а затем архимандрит Антоний открывает ряд новых приходов в местах скопления русских беженцев, а также временно является администратором приходов Западной Канады.

В 1956 году архимандрит Антоний был хиротонисан во епископа Мельбурнского, викария Австралийской епархии. В Австралии он был особенно близок к известному русскому литургисту, протоиерею Ростиславу Ган, а также к будущему первоиерарху Русской Зарубежной Церкви, митрополиту Филарету (Вознесенскому).

После кончины святителя Иоанна, Шанхайского и Сан-Францисского Чудотворца, на вакантную Западно-Американскую кафедру был назначен епископ Антоний. В 1968 он прибыл в Сан-Франциско и в том же году возведен в сан архиепископа.

Где бы он ни служил, Владыка Антоний особенное внимание обращал на работу с молодежью и церковно-школьное дело. С 1978 г. Владыка Антоний являлся членом Архиерейского Синода, участвовал в подготовке Архиерейских Соборов. Будучи игуменом и архимандритом он подготавливал и редактировал Типикон с богослужебными указаниями — приложение к Троицкому календарю. Он был прекрасным знатоком церковного Устава и богослужения и по поручению Архиерейского Синода он составлял богослужебные тексты службам преп. Герману Аляскинскому, св. праведному Иоанну Кронштадтскому (вместе со святителем Иоанном, Шанхайским и Сан-Франциским Чудотворцем) и молитвы Всем святым в Земле Российской просиявших и св. блаженной Ксении Петербургской. Архиепископ Антоний полностью составил службу святым Новомученикам и Исповедникам Российским.

В церковную историю архиепископ Антоний также войдет как главный вдохновитель прославления великого святителя ХХ века — св. Иоанна, Шанхайского и Сан-Францисского Чудотворца. Владыка Антоний возглавил освидетельствование останков святителя Иоанна в 1993 году, а также провел все подготовительные работы к прославлению, в том числе и составление большей части самой службы св. Иоанну.

В конце 1999 года здоровье архиепископа Антония начало ухудшаться. Не щадя себя ради Церкви и паствы, Владыка не обращал внимание на свои недуги, пока он не начал передвигаться и читать с большим трудом.

С 1 января 2000 года Архиерейским Синодом был дан отпуск архиепископу Антонию для лечения, а временное управление Западно-Американской епархией было возложено на викарного архиерея, епископа Сеаттлийского Кирилла.

Во время своего лечения Владыка Антоний, тем не менее, старался посещать все главные богослужения. Он совершил все службы Страстной седмицы и Пасхи 2000 года. Несмотря на слабое зрение, он во время служб читал богослужебные тексты, нередко наизусть.

После Пасхи Владыка Антоний попал в больницу на длительное лечение и с тех пор неоднократно лежал в больнице или лечился дома. Последнее свое богослужение он совершил в день Преображения Господня – врачи разрешили ему приехать в храм из больницы в этот день. Он всю неделю готовился к этой службе, обдумывая как он будет совершать литургию в инвалидном кресле (к тому времени он уже не мог больше ходить) и в какие моменты он будет вставать.

Соборный приход решил в день Преображения отметить только что прошедший день ангела Владыки. Нет слов передать ту радость, которую Владыка Антоний испытывал видя свою паству и служа Божественную литургию. После литургии и молебна преподобному Антонию Римлянину состоялась трапеза, за которой Владыка принимал поздравления. К вечеру того дня он вернулся в больницу.

В начале сентября архиепископа Антония отпустили домой. 10 сентября, в день памяти преподобного Иова Почаевского, архиепископ Антоний последний раз был в Кафедральном соборе. Он за ранней литургией молился и приобщился Святых Христовых Таин, затем приложился к иконе преподобного Иова и мощам святителя Иоанна, обратился лицом к верующим и покинул собор. После литургии врач, осмотрев ноги Владыки Антония, сказал ему, что надо немедленно ехать в больницу, иначе Владыка может от гангрены умереть. Владыка Антоний решил день задержаться, чтобы прослушать через проведенный в его келью громкоговоритель службу Усекновения главы св. Иоанна Предтечи, и 11 сентября, после литургии, которую Владыка также прослушал, его отвезли в больницу.

В больнице с каждым днем здоровье Владыка Антоний становился слабее. Он старался скрывать сильные боли, но посетителям это было очевидно. Духовник архиепископа Антония, протоиерей Стефан Павленко, его приобщил во вторник 19 сентября, а последние три дня кто-то из духовенства с Владыкой проводил всю ночь в больнице.

С четверга Владыке Антонию стало плохо – он уже мало реагировал на приходящих, а больше был состредоточен на своем состоянии. В пятницу 22 сентября, около 11 ч. вечера, Владыка Антоний последний раз приобщился святых Христовых Таин. Он тогда дышал с большим трудом. Казалось, что он в полусознании. Два священника прочитали Канон на исход души от тела при пении собравшихся к тому времени прихожан собора. После канона присутствующие спели любимые Владыкой стихиры Кресту «Иже Крестом ограждаеми» и из его правого глаза потекли слезы – он все слышал и понимал! Затем все простились со своим архипастырем, испросив прощения и благословения, поцеловав его руку.

Священник Александр Красовский провел ночь с архиепископом Антонием, а утром его сменил прот. Марк Гомец, на чьих руках около полудня мирно скончался правящий архипастырь Западно-Американской епархии.

Весть о кончине Владыки Антония сразу была сообщена соборному духовенству. День был школьный и учащиеся Свято-Кирилло-Мефодиевской гимназии, которых Владыка так любил, первые узнали о смерти Владыки Антония. В гимназии же было совершено первое заупокойное моление о новопреставленном архиепископе Антонии. К 1 ч. дня у кровати Владыки Антония собралось 5 священников и ими был совершен Канон по исходе души от тела, а затем тело Владыки было перевезено в Кафедральный Собор. К 5 ч. вечера из Рино (там в этот день впервые в новой миссии Зарубежной Церкви была совершена архиерейская литургия) в собор прибыли епископ Кирилл, прот. Стефан Павленко и священник Павел Волменский и вместе с соборным духовенством облачили Владыку Антония в монашеское одеяние и малое архиерейское облачение. После всенощного бдения, на которое собралось множество прихожан, узнавших о смерти Владыки, была отслужена первая панихида.

Всю ночь прихожане собора читали над телом новопреставленного Псалтирь. В воскресенье после поздней литургии была совершена вторая панихида. Перед панихидой сказал проникновенное слово епископ Кирилл о том, каким великим архиереем был Владыка Антоний, как он умел прощать и как новопреставленный лично ему помог понять сущность соборности в Церкви. Третья панихида была отслужена в воскресенье вечером. Следует упомянуть, что на этой панихиде участвовал старейший клирик Русской Зарубежной Церкви – протопресвитер Илья Вень. Отец Илья, 103-летний старец, почти не приходит на богослужения, но сделал особое усилие прийти и помолиться за архиепископа Антония, которого очень любил и уважал. Духовенство всю ночь читало Евангелие над телом новопреставленного.

В понедельник 25 сентября в 9 ч. утра была отслужена заупокойная литургия при участии большого числа епархиального духовенства, а вечером парастас с чином прощания. Парастас возглавил епископ Кирилл в сослужении епископа Сербской Православной Церкви Иована, епархиального духовенства и семи священников-сербов. Слово перед прощанием произнес протоиерей Стефан Павленко. Он говорил о том, что перед молящимися лежит схимник. Владыка Антоний никому не говорил о том, что он до архиерейства принял великую схиму, но свою жизнь он проводил как строжайший монах. Во время прощания епископ Иована подчеркнул, что хотя мы потеряли архипастыря, мы обрели нового молитвенника у престола Господня, и, что мы должны не столько печалиться, что Владыку Антония потеряли, сколько благодарить Бога, что он был.

Многочисленные молящиеся тихо, не спеша, с чувством благодарности, и, одновременно чувствуя себя осиротевшими, подходили к гробу своего архипастыря и лобызали его руки. В это время певчие пели разные песнопения, а закончили пением пасхальных стихир – все в храме присоединились к пению этих стихир и заключительных слов: «Христос воскресе из мертвых, смертью смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав».

Соборный протодиакон о. Николай Поршников, ставленник святителя Иоанна, всю неделю находился в больнице и, узнав о кончине Владыки Антония, с которым 32 года служил, очень переживал, что не может участвовать в заупокойных службах. Он даже задавался вопросом — почему Господь его наказывает. В день парастаса и прощания с архиепископом Антонием о. Николаю делали медицинскую процедуру и он находился под наркозом. Около 8 ч. вечера врач неожиданно сообщил о. Николаю, что его отпускают домой. Как раз в этот момент к протодиакону зашли посетители и о. Николай их попросил отвести его домой за подрясником, а затем в собор.

И вот к концу службы заходит о. Николай, берет благословение на стихарь, облачается и произносит последнюю ектенью парастаса о своем архипастыре: «Еще молимся о новопреставленном рабе Божиим архиепископе Антонии…», а потом и «Вечную память». Не чудо ли это, не милость ли Божия? Около 10 ч. вечера гроб с останками Владыки обнесли вокруг храма, который он так любил, и положили на катафалк. Катафалк объехал вокруг квартала один раз и затем отвез гроб с телом на аэродром. Духовенство и молящиеся долго с печалью смотрели на отъезжающий катафалк. Владыка оставлял наш собор навсегда.

Отпевание и погребение, по желанию архиепископа Антония, проходили в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле. 10 священнослужителей и около 50 человек из Западно-Американской епархии имели возможность участвовать в отпевании. Тело новопреставленного прибыло в монастырь в день праздника Воздвижения. Вечером было совершено заупокойное всенощное бдение, а затем братия монастыря всю ночь читала Евангелие у гроба.

В четверг занятия в семинарии были отменены и была отслужена заупокойная литургия. К концу литургии прибыло многочисленный сонм духовенства и верующие из многих городов и штатов Америки – были даже клирики из Австралии. После литургии братия монастыря устроила поминальную трапезу в память Владыки. Из-за многочисленности молящихся, были накрыты столы как в трапезной обители, так и в большом актовом зале семинарии. К 1 ч. дня началось монашеское отпевание. Возглавил отпевание настоятель обители, архиепископ Троицкий и Сиракузский Лавр в сослужении архиепископа Чикагского и Детройтского Алипия, епископов Сеаттлийского Кирилла, Манхеттенского Гавриила, и около 25 священников. В храме молились епископ Ишимский и Сибирский Евтихий, епископ Бостонский Митрофан и еще около 25 священнослужителей.

На отпевании было произнесено несколько слов. Архиепископ Лавр обрисовал образ Владыки Антония, излагая его биографию и делясь личными воспоминаниями о нем. Протопресвитер Валерий Лукьянов назвал архиепископа Антония «народным Владыкой» подобно тому, как св. Иоанн Кронштадтский был «народным батюшкой». Отец Валерий также подчеркнул, что Владыки Антоний, как никто, был достойнейшим преемником святителя Иоанна по Западно-Американской кафедре. После отпевания духовенство, под колокольный перезвон и с пением ирмосов «Помощник и покровитель», трижды обнесло гроб с останками архиепископа Антония вокруг монастырского собора. Стоял чудный день – заходило солнце, поддувал ветерок и листья деревьев сияли яркими осенними красками. Владыка Антоний был похоронен в усыпальнице за монастырским храмом, рядом с приснопамятным митрополитом Филаретом. Духовенство и верующие долго не расходились, а у гроба Владыки Антония пели церковные песнопения, и как в Сан-Франциско, так и в Джорданвилле закончили пение стихирами Пасхи и пением «Христос воскресе!». Все расходились с тихой радостью и миром на душе.

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются при содействии благотворительного фонда "Предание"
Вы можете стать попечителем сайта Правмир (подробности тут)
Пожертвования осуществляются через универсальный платёжный сервис