Библия и наука о сотворении мира

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 9, 1996
(Опыт естественно-научного толкования книги Бытия)
Библия и наука о сотворении мира

Что мы видим в природе,

тому же учит Писание.

И природа и Писание,

если правильно будем вникать, показывают одно и то же.

Ефрем Сирин1

Мы живем в век удивительных успехов науки. К ней для познания мира, для служения народу, а также ради личной карьеры стремится молодежь. Молодой пылкий ум поражается логической красотой научных построений, захватывается азартом научных исканий и восторгается их результатами. Перед словом “наука” с почтением останавливается простой рабочий и крестьянин. Юноше кажется — раз сказано “наука говорит”, — значит, вопрос решен. Все это соблазняет атеизм использовать научные данные для борьбы с религией, и он старается повернуть развитие самой науки в нужном ему направлении. Не одно столетие атеизм говорит о наличии глубочайших расхождений и противоречий между наукой и религией в вопросах происхождения Вселенной и человека. Ясно, что это утверждение представляет не отвлеченный вывод одной из философских доктрин, а касается проблем, имеющих жизненное значение для каждого человека.

В предлагаемом вниманию читателя очерке автор старается выяснить, действительно ли между религией (имея в виду христианство) и наукой имеются противоречия во взглядах на происхождение мира. Для решения поставленного вопроса применяется сравнительно-аналитический метод. Он заключается в анализе и сопоставлении библейских текстов с современными научными данными. Большая часть настоящего очерка представляет как бы фактический материал, из которого читатель сам может делать соответствующие выводы. “Изучайте факты, — писал Бюффон, — чтобы из них получить идею”.

Когда хотят доказать противоречие между наукой и религией, то обычно вспоминают геоцентрическую теорию мироздания, в течение веков господствовавшую в сознании людей, неоднократно приводившуюся в сочинениях служителей Церкви. Эта теория возникла до Рождества Христова и как научно-философская доктрина была офор­млена в IV в. до Р. Х. Аристотелем, затем развита Гиппокритом (II в. до Р. Х.) и усовершенствована в III в. по Р. Х. знаменитым александрийским астрономом Птоломеем; под его именем она и известна в истории науки. Перечисленные имена творцов геоцентрической гипотезы показывают, что в своем возникновении она не связана с христианством, а отражает состояние науки античного мира. На геоцентрическом мировоззрении, в сущности говоря, застыла космогония древних. Лишь во всем оригинальная мысль пифагорейцев пошла своим путем. Из почитания огня они выдвинули идею центрального огня Гестии в середине Вселенной, вокруг которого вращаются небесные тела. Эти представления в IV в. до Р. Х. привели пифагорейцев из Сиракуз Гикета и Экфанта к гениальной догадке о вращении Земли вокруг своей оси, а веком позже Аристарха Самосского — к идее гелиоцентризма. Эта смелая идея была, однако, отвергнута древними, поскольку базировалась на недоказуемых предпосылках и не подтверждалась известными, понятными в те времена фактами, а самое главное — она не могла ответить на выдвинутое еще в IV в. до Р. Х. Аристотелем то возражение против гелиоцентризма, что при движении Земли вокруг Солнца должны быть заметны в действительности не наблюдаемые годичные смещения звезд, подобные видимому смещению предметов относительно друг друга при движении среди них.

Лишь спустя 18 столетий, в XVI в. идеи гелиоцентризма были возрождены в новой форме и на новом основании Николаем Коперником, каноником Фрауенбургского собора2. Его сочинение, положившее начало новой эпохе в астрономии, было посвящено папе Павлу III. Оно создавалось при моральной поддержке епископа Кульского Тидемана Гизе и кардинала Канульского Николая Шанберга. Епископ Кульский уговорил Коперника опубликовать его творение и, получив рукопись, обеспечил ее быстрое напечатание (1543). В предисловии автор писал, что опровергнуть его (Коперника) “предприятие” можно, лишь “намеренно искажая какое-либо место Священного Писания”.

Семьдесят лет гипотеза Фрауенбургского каноника беспрепятственно распространялась, не подвергаясь осуждению, пока не начал свою деятельность Галилео Галилей (1564–1642), величайший естествоиспытатель всех времен и народов. Профессор г. Пизы, он еще при жизни пользовался почетом и славой. Отстаивая гипотезу Коперника против одного иезуита, Галилей в 1613 г. выступил с резким полемическим сочинением. Спустя три года он под давлением иезуитов признал свое сочинение еретическим. Вслед за этим иезуитами были запрещены многие сочинения, где излагались идеи гелиоцентризма, но работа самого Коперника осталась вне запрещения: она подлежала лишь новой проверке. Таким образом, новая теория как таковая продолжала быть терпимой, хотя “некоторые кардиналы, — по словам Декарта, — объявили неприемлемым это учение”.

Вскоре на папский престол взошел личный друг Галилея, кардинал Маффео Берберини, получивший имя Урбана VIII. С целью использовать его папскую власть для пропаганды своих взглядов, Галилей направился в Рим. Римский первосвященник принял его весьма любезно, осыпал подарками и направил письмо покровителю Галилея герцогу Тосканскому, в котором восхвалял познания, ум и благочестие Галилея. Не зная, по-видимому, хорошо ни системы Птоломея, ни системы Коперника, папа не был склонен к астрономическим диспутам и на попытки Галилея начать их отшучивался и добродушно возражал, что ангелы легко могут двигать звезды и что “Бог всемогущ и Его нельзя подчинить закону необходимости”. С хвалебным письмом папы Галилей вернулся обратно и написал диалог, в котором два действительно существующих друга Галилея объясняют его воззрения спорящему с ними дураку Симпличио. В уста последнего вкладывались слова папы, сказанные Галилею: “Бог всемогущ и Его нельзя подчинить закону необходимости”. Цензура дала разрешение на опубликование этого произведения, и оно увидело свет. В дураке Симпличио современники без труда узнали папу Урбана VIII. Нашлись доносчики: папа был раздражен, а Галилей был предан суду за еретические воззрения (нельзя же было судить за то, что папа чувствовал себя оскорбленным). Так гипотеза гелиоцентризма стала для инквизиции ересью. Просидев два дня в тюрьме, Галилей торжественно проклял гелиоцентрическую гипотезу и был выпущен на свободу. Галилей принял приговор инквизиции как раскаивающийся грешник; не забудьте — он был набожным, хотя и любящим спорить, сыном Церкви. Книга Коперника попала в список запрещенной литературы. Легенда украсила Галилея ореолом мученика и вложила в уста старца, измученного пытками, которым Галилей не подвергался, слова: “А все-таки она вертится”.

Суд инквизиции выдавался и самой инквизицией, и современной нам антирелигиозной литературой за суд Церкви, а его постановления — за догму, поэтому стоит напомнить слова современника Галилея Декарта: “…Заключение инквизиции еще не догма — для этого должен еще собраться собор”.

Теория Коперника, возникшая в связи с проблемой календаря, решительно расходилась с общепринятыми воззрениями своей эпохи. Она производила сенсацию, вызывала дискуссии, стала предметом шуток обывателей. Ее опровергали с профессорских кафедр, с нею боролись власть предержащие, стремясь защитить, как мы видели, свою репутацию от нападок не в меру ретивых сторонников гелиоцентризма. Однако теория Коперника победила, и ее основные положения стали излагать в начальной школе.

Все новые научные теории с трудом входят в общественное сознание, ибо они требуют отрешиться от сложившихся представлений и пересмотреть установившиеся понятия.

В нашем столетии подобную реакцию вызывала теория относительности Альберта Эйнштейна. До сих пор люди, не связанные с физикой, не могут принять ни сокращения размеров тела при его движении, ни замедления времени в поле тяготения, ни скорости света как мировой константы. Несмотря на достигнутые успехи (блестящее подтверждение предсказанных эффектов и количественное объяснение ранее открытых явлений), эта теория подвергалась неоднократным нападкам, а ее создатель — гонениям. В 1933 г., после прихода Гитлера к власти, Эйнштейна исключили из Прусской Академии наук, его имущество было конфисковано, а сам он был объявлен “вне закона”. Теория относительности была “запрещена” как “наука еврейская”, а за голову ее творца была обещана награда в 50000 марок. Только благодаря счастливой случайности Эйнштейну удалось эмигрировать и избежать худшей участи, чем участь Галилея. Развитие теории относительности позволило по-новому взглянуть на старый спор гелио- и геоцентризма, сторонников Коперника и Птоломея. С точки зрения теории относительности движение Солнца, Земли и других планет можно описать в системе координат, либо связанной с Солнцем (гелиоцентрическая система), либо связанной с Землей (геоцентрическая система), и нет никаких общих принципиальных оснований предпочитать одну систему другой.

В общей теории относительности проблема координат формулируется так: “можем ли мы сформулировать физические законы таким образом, чтобы они были справедливы для всех систем координат, не только для систем, движущихся прямолинейно и равномерно, но и для систем, движущихся совершенно произвольно по отношению друг к другу? Если это можно сделать, то наши трудности будут разрешены. Тогда мы будем в состоянии применять законы природы в любой системе координат. Борьба между Птоломеем и Коперником, столь жестокая в ранние дни науки, тогда стала бы совершенно бессмысленной. Любая система координат могла бы применяться с одинаковым основанием. Два предложения — “Солнце покоится, а Земля движется” и “Солнце движется, а Земля покоится” — означали бы просто два различных соглашения о двух различных системах координат”3. Таким образом, спор между сторонниками геоцентрической и гелиоцентрической систем ни в коей мере не отражает не только противоречий между наукой и религией, но даже противоречий между наукой и Церковью. Это скорее противоречие между разными научными представлениями, затрагивающими некоторые общественные силы своего времени. Мало того, критиковать религиозные представления о строении мира даже на основании творений святых Отцов Церкви нельзя, ибо святые, по мнению Церкви, святы не по правильности своих мыслей, как у марксистов их классики, а по своей жизни. Свв. Отцы никогда не догматизировали своих воззрений на природу или своих толкований библейского рассказа о сотворении мира. В этих вопросах они проявляли необычайную осторожность. Свт. Григорий Нисский и свт. Афанасий Александрийский отрицали буквальное понимание 1 гл. Книги Бытия, а свт. Иоанн Златоуст и богословы антиохийской школы настаивали на нем. При существенном расхождении их взглядов по этим вопросам свв. Отцы никогда не порицали за это друг друга и никому не препятствовали производить самостоятельное исследование природы. Отцы Церкви в таких произведениях, как “Шестоднев” свт. Василия Великого или “Точное изложение православной веры” преп. Иоанна Дамаскина пытались раскрыть содержание священных книг с точки зрения своего времени, защищая их от нападок современной им отрицательной критики. Отрицающие религию на том основании, что космогонические представления деятелей Церкви IV или VIII в. не совпадают с нашими, уподобляются тому, кто вздумал бы отрицать марксизм только из-за того, что теория происхождения Земли Канта и Лапласа оказалась отвергнутой современной наукой.

Священные книги, то есть Библия, по мнению Церкви, являются Боговдохновенными — следовательно, должны полностью приниматься каждым членом Церкви. Эту мысль очень четко выразил митрополит Московский Платон: “Богопросвещенный христианский богослов для утверждения всех истин веры Христовой не иное признает начало, как Едино Слово Божие или писания Ветхого и Нового Завета <…> следовало бы правила и отцов и повести не иначе принимать, как когда они согласны со Словом Божиим и служат тому объяснением”.

Таким образом, только священные книги могут служить доказательством наличия противоречия между научными и религиозными представлениями о возникновении мира и его устройстве. Однако священные книги занимаются главным образом взаимоотношением человека и Бога, а не законами внешнего материального мира и его историей. Исключением из этого является лишь начало первой книги Библии, называемой “Книгой Бытия”.

Она была написана несколько тысячелетий назад. Вопрос — как возник мир — волнует человека чуть ли не с самого его появления на Земле, поэтому на него и должно было в какой-то мере ответить Писание. Это была задача величайшей трудности, ибо, если пользуясь результатами современных исследований, весьма трудно изложить историю Вселенной в популярной форме, то какую же силу провидения должен был иметь автор “Бытия”, чтобы, совершенно не имея никаких рациональных сведений о сотворении мира, изложить историю этого великого события в форме, понятной читателю, жившему более чем за тысячу лет до Рождества Христова.

Язык человека слишком беден для того, чтобы точно изобразить величайшие картины космических явлений, представших духовному взору автора “Бытия”. Целые группы животного и растительного мира были тогда совершенно неизвестны, не было никаких точных данных о строении Земли, вещества, Вселенной, а поэтому библейское описание сотворения мира не могло быть изложено в точных (с современной точки зрения) выражениях: в нем говорится только о некоторых важнейших группах животных и растений, известных человечеству на заре его истории. При разборе библейского текста следует иметь в виду также изобилие образных и символических выражений, которыми восполняется недостаток средств для описания картины, видимой только духовным взором пророка.

Мало того, современная развернутая форма изложения была бы практически бесцельной, так как в этом случае книга Бытия оставалась бы на протяжении тысячелетий непонятной.

Сравнивая начало Библии с многочисленными легендами о сотворении мира разных народов, приходится признать, что ни у одного народа нет сказания об этом событии, сопоставимого по величественной и проникновенной красоте с первой главой книги Бытия.

Библейское повествование о творении начинается следующими словами:

Быт 1:1. В начале сотворил Бог небо и землю.

В них указывается, что Началом и Творцом неба и земли является Бог. Это положение, как мы увидим ниже, распространяется на расте­ния, животных и человека. Более четко оно формулируется в первом члене Символа Веры, принятом на I Вселенском Соборе в Никее в 325 г.: “Верую во Единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым”. Признание этого догмата является обязательным для каждого христианина. Таким образом, христианство считает Вселенную, небо, животных, растения и само вещество не извечно существующими, а имеющими свое начало от Бога-Творца как первопричины всего, “что начало быть”.

Рассмотрим и научную космологическую модель Вселенной, разработанную в настоящий момент на основании достижений физики, астрономии и астрофизики.

Создание общей теории относительности А. Эйнштейна привело в 1917 г. к возможности описать свойства мира как целого. Эйнштейн получил уравнения поля тяготения, решения которых должны были описывать состояние Вселенной. Однако оказалось, что уравнения не описывают стационарную Вселенную, то есть Вселенную в среднем неизменную в пространстве и времени. Представление о неизменности Вселенной как целого во времени было настолько укоренившейся точкой зрения, что даже такой новатор, как Эйнштейн, стал произвольно менять уравнения только с тем, чтобы спасти неизменность мира.

В 1922 г. петроградский физик и математик А. А. Фридман показал, что уравнения Эйнштейна допускают решения, которые описывают расширяющуюся Вселенную. В такой Вселенной массы вещества удаляются от некоего центра и друг от друга. Наглядной моделью подобного расширения может быть поверхность раздувающегося резинового шара, все точки которой удаляются друг от друга по мере расширения шара.

В 1929 г. последовало экспериментальное подтверждение всеобщего разбегания галактик американским астрономом Э. Хэбблом. Было установлено, что в спектрах далеких галактик линии, соответствующие сине-зеленой части спектра, смещаются в красную область, а в видимой части спектра наблюдаются линии, которые в обычных лабораторных условиях лежат в ультрафиолетовой области. Это так называемое “красное смещение” спектральных линий можно объяснить только эффектом Доплера: если светящийся объект удаляется от нас, то линии излучаемого им спектра смещаются в сторону инфра­красного конца спектра. Чем быстрее движется от нас источник, тем дальше в красную сторону сдвинуты его спектральные линии. Таким образом, теоретически предсказанная расширяющаяся Вселенная стала экспериментальным фактом. Закон Хэббла предсказывается теорией расширяющейся Вселенной, а попытки объяснить “красное смещение” другими эффектами (например, “старением” световых квантов) потерпели неудачу4. Космологическая теория расширяющейся Вселенной, выдержав испытание временем (около 70 лет) и подтвержденная наблюдениями, удовлетворительно описывает видимую Вселенную.

Что говорит эта теория о прошлом Вселенной? Выводы, относящиеся к прошлому, однозначны. В настоящее время происходит расширение Вселенной, следовательно, раньше радиус Вселенной был меньше, а плотность вещества — больше. Был момент начала возникновения Вселенной, когда плотность была бесконечной, и можно оценить время, прошедшее с начала мира до настоящего времени. Оно равно 10–20 миллиардам лет. Таков примерный возраст Вселенной, оцененный еще Фридманом в 1922 г. Эта оценка совпадает с экспериментальным определением возраста галактик. По последним сведениям, во Вселенной нет звезд с возрастом более 15–20 миллиардов лет.

Таким образом, и научная космологическая модель, и “модель Библии”, описанная в первом дне творения, отмечают начало возникновения видимого физического мира.

Одним из основных вопросов, возникающих при рассмотрении расширяющейся Вселенной, является вопрос: а что было до начала мира? Наука не может ответить, что было до начала творения; к ответу на этот вопрос даже нет научного подхода.

Сопоставляя первый день творения с последующим описанием развития мира, мы находим момент создания второго неба, названного “твердью” (Быт 1:8), которое связано с образованием планеты Земля. Тогда, если начало творения трактуется как начало возникновения Вселенной, то творение “неба и земли”, фигурирующее в первом дне, может быть истолковано как создание пространства и материи. Отметим, что современные научные представления, основанные на общей теории относительности, устанавливают взаимосвязь между физическим пространством и материей. Физическое пространство определяется материей, и нет ни материи без пространства, ни пространства без материи. Более того, геометрия пространства определяется материей. Одновременное возникновение “неба и земли” в “модели Библии” не противоречит этим представлениям.

Вернемся к космологической модели Фридмана. Выводы из этой модели относительно будущего расширяющейся Вселенной зависят только от настоящего значения постоянной Хэббла, обратная величина которой есть время, и от средней плотности вещества во Вселенной. Теоретически существует некая критическая плотность материи, которая служит критерием геометрического строения Вселенной и ее будущности.

Если действительная плотность меньше критической, то тяготение не сможет остановить расширения и радиус Вселенной будет неограниченно расти. В этом случае начальная скорость разлета велика, Вселенная бесконечна и расширение никогда не прекратится.

Когда реальная плотность больше критической, то начальная скорость разлета вещества не слишком велика, а притяжение велико. Тогда расширение Вселенной должно смениться сжатием, а вместо “красного смещения” спектральных линий должно будет наблюдаться “фиолетовое смещение”.

Оценка фактической плотности Вселенной очень трудна, так как сюда должны входить данные о плотности всех видов материи. К ним относятся: массы звезд, плотность пыли и частиц в межзвездном пространстве, различные виды излучений. Кроме того, по-видимому, надо учитывать и массы “черных дыр”. Пока оценки средней плотности Вселенной колеблются в широких пределах и в настоящий момент мы не знаем, по какому типу модели Фридмана развивается Вселенная.

Итак, современная научная космологическая модель Вселенной, основанная на теории относительности и экспериментальных данных разлетания галактик, приводит ко Вселенной, ограниченной в пространстве и существующей конечное число лет.

Но, признавая конечное число лет существования естественных закономерностей нашего мира, мы неизбежно приходим к необходимости предполагать такое время, когда воля Бога выражалась не в виде естественных законов, а иным образом. Выражение Божественной воли в явлениях, не подчиняющихся естественным закономерностям и законам, называется чудом. Следовательно, исходя из современных научных данных, приходится предполагать, что акт творения мира имел характер чуда.

Принять факт начала мира человеку, чье мировоззрение сознательно или бессознательно связано с модными течениями мысли XIX века — трудно. Оно кажется ему явно нелепым. Признавая концепцию “бесконечной во времени и пространстве Вселенной”, он вступает в противоречие со всеми тремя типами модели Фридмана. Первые два типа описывают Вселенную, бесконечную в пространстве, но ограниченную во времени “снизу”, то есть имеющую начало. Третий тип соответствует Вселенной, бесконечной во времени, но ограниченной в пространстве. Чтобы спасти положение, атеистическим философам приходится вводить понятие Метагалактики, которое включает только часть Вселенной, доступной астрономическим наблюдениям. Тогда философы строят научные модели Метагалактики, а познание всей Вселенной принципиально невозможно.

Итак, наука пришла к выводу, что видимая реальная Вселенная может быть удовлетворительно объяснена и описана лишь исходя из концепции Вселенной, ограниченной во времени и в пространстве, и наблюдаемые в природе закономерности действуют некоторое конечное число лет, а Библия утверждает более определенно, что “В начале сотворил Бог небо и землю”.

Если в первом стихе отмечен только акт творения пространства и материи Вселенной, то, очевидно, в последующих стихах изложено развитие сотворенного мира. Рассмотрим современные научные представления об эволюции вещества Вселенной и сравним их с описанием Книги Бытия.

Быт 1:2. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

В рамках модели расширяющейся Вселенной существует несколько моделей “молодой и горячей” Вселенной, которые рассматривают эволюцию материи, начиная с самых ранних этапов ее развития. В основу их положена модель Г. Гамова, которая позволяет непосредственно связать космологию и физику элементарных частиц. Элементарные частицы при определенных значениях температуры и плотности имели соответствующие энергии и взаимодействия, а их превращения определяли состав материи Вселенной.

Итак, согласно модели Фридмана, имея вначале гигантскую плотность и фантастическую температуру, материя Вселенной начала расширяться. По мере расширения плотность и температура уменьшались и соответственно изменялись энергии элементарных частиц, их взаимодействия и превращения. Следовательно, изменялся состав материи Вселенной. По составу элементарных частиц развитие “горячей модели” Вселенной можно разбить на несколько эр, которые характеризуются интервалами плотности, температур и времени5.

Первая рассматриваемая эра называется адронной (по названию тяжелых частиц). Она начинается с момента, когда стала “работать” модель Фридмана. Состав Вселенной в начале этой эры очень сложен и представлен частицами столь высоких энергий (ввиду гигантской температуры), что экспериментально они еще не обнаружены. Характерной особенностью адронной эры является сосуществование частиц и античастиц, то есть вещества и антивещества. Частицы и античастицы аннигилируют и возникают вновь, распадаются и рождаются в результате взаимодействий. Аннигиляция пары “частица-античастица” означает превращение их в излучение: световое, рентгеновские или гамма-лучи. Наряду с аннигиляцией происходит и рождение пар частиц и античастиц из излучения высокой энергии.

При громадных энергиях, процессах аннигиляции и рождения частиц, материю в адронную эру в целом можно охарактеризовать как некую адронную плазму, представляющую бесформенную довольно однородную смесь частиц, античастиц и излучения.

Поэтому этот период развития материи в “модели Библии” с полным основанием может быть описан словами: “Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною”. А слово “вода” может быть истолковано как однородная бесформенная жидкостная стихия, из которой впоследствии формируются различные формы материи. Именно в адронную эру возникают протоны и нейтроны, из которых потом строятся ядра элементов вещества. И в словах: “…и Дух Божий носился над водою” как бы подчеркивается уже готовая возможность творить дальше из бесформенного вещества, оставшегося после процессов аннигиляции.

Быт 1:3. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

За счет аннигиляции и распада адронов во Вселенной образуется много лептонов (легкие элементарные частицы) и фотонов. В плотной лептонно-фотонной Вселенной адроны встречаются уже довольно редко, и этот второй период развития называется лептонной эрой. Все основные события теперь происходят с лептонами.

В лептонную эру происходит дальнейшее превращение вещества в излучение, — аннигилируют электроны и позитроны. Лептонная эра заканчивается, когда проходят все аннигиляционные процессы. Она охватывает время существования Вселенной до 10 сек.

Хотя процессы аннигиляции частиц, приводящие к образованию излучений, начали происходить уже в адронную эру, только к концу лептонной эры фотонов становится достаточно много и излучение начинает доминировать над веществом. Это значит, что в лептонную эру плотность излучения становится равной плотности вещества, а в дальнейшем начинает ее превосходить.

Появление значительной доли излучения (света) в лептонную эру развития Вселенной может быть сопоставлено с текстом из книги Бытия: “И сказал Бог: да будет свет. И стал свет”. Впрочем, этот текст может быть отнесен и к возникновению следующей, третьей эры — эры излучения.

Из приведенных стихов Библии и их сопоставления со стихами 14–17 вытекает, что свет возник раньше Солнца. В цитируемых стихах обычно видят расхождение Библии не только с наукой, но и с мало-мальски здравым смыслом: на протяжении веков представление о свете неразрывно связывалось с Солнцем. Ему, как источнику света, воспевались псалмы, в Египте и Персии оно представлялось божеством, и отзвуки древнейших гимнов мы находим у современных поэтов.

Это противоречие Библейского рассказа обычному житейскому опыту людей прекрасно иллюстрирует сцена из “Братьев Карамазовых” Достоевского: “…мальчик <Смердяков> вдруг усмехнулся.

— Чего ты? — спросил Григорий, грозно выглядывая на него из-под очков.

— Ничего-с. Свет создал Господь Бог в первый день, а солнце, луну и звезды на четвертый день. Откуда же свет сиял в первый день?

Григорий остолбенел. Мальчик насмешливо глядел на учителя”.

Ем. Ярославский целую главу своей книги “Библия для верующих и неверующих” посвятил критике библейского рассказа возникновения света до Солнца, назвав ее “Да будет свет”.

Однако сопоставляя библейский текст и научную модель эволюции материи во Вселенной, приходится признать, что существование излучения (света) до Солнца и звезд полностью соответствует современным научным представлениям, но совершенно парадоксально звучит в устах писателя, жившего несколько тысяч лет тому назад, если смотреть на Библию как на одну из древних легенд. Провидение Бытописателя предвосхитило современные данные физики и астрономии.

Быт 1:4. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.

Быт 1:5. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

Все аннигиляционные процессы закончились в лептонную эру и Вселенная вступила в новую фазу эволюции материи — эру излучения. Вселенная наполнена фотонами, а вещество в ней подобно небольшому осадку в мире яркого света. Плотность излучения в начале эры превосходит плотность вещества, но с расширением объема Вселенной плотность излучения уменьшается быстрее, чем плотность вещества, а к концу эры вещество оказывается основной составляющей материи Вселенной.

В эру излучения начинается образование ядер гелия, и вещество во Вселенной представлено ядрами водорода и гелия и электронами, которые при достаточно высоких температурах составляли плазму и находились в тепловом равновесии с фотонами.

По мере дальнейшего расширения Вселенной ее температура падает, и электроны начинают соединяться с ядрами водорода и гелия, образуя атомы вещества. При образовании атомов излучение уже не будет с ними взаимодействовать, то есть практически оно перестанет поглощаться и излучаться. Среда становится прозрачной для излучения, оно отделяется от вещества и уже не будет участвовать в эволюции материи Вселенной. Это происходит в конце эры излучения.

С эрой излучения оканчивается дозвездный период развития Вселенной. Дозвездный период существует и в “модели Библии”, а конец эры излучения описан следующими словами: “И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы”. И в “модели Библии”, и в модели “горячей” Вселенной мы видим существование независимой субстанции — света — отдельно от материального источника. Кроме того, этот период творения заканчивается на важном этапе: созданы атомы вещества, из которых потом образовались все физические и биологические объекты видимой Вселенной.

Последняя эра в модели развития материи Вселенной называется звездной и характеризуется дальнейшей эволюцией вещества — образованием плотных тел, дающих начало галактикам, звездам и планетам. Она начинается при возрасте Вселенной, равном миллиону лет, и продолжается сегодня.

Примерно с конца эры излучения, с момента образования атомов нейтрального газа в действие вступают силы тяготения, которые создают неоднородные скопления вещества. Уплотняясь под действием сил тяготения, это вещество может разогреваться, ионизироваться и в конце концов образовывать звезды, планеты и галактики.

В звездную эру образовались и наша Солнечная система, и планета Земля.

Сравнивая второй, третий и четвертый дни творения, можно заключить, что Земля образовалась до Солнца. В этом атеисты обычно видят вопиющее противоречие между Библией и наукой. Действительно, теория возникновения Солнечной системы, созданная в XVIII–XIX вв. Кантом и Лапласом, в противоположность Библии утверждает, что Земля представляет лишь незначительную часть Солнца, отделившуюся от него в процессе длительного охлаждения. Точно так же теория Джинса, наиболее популярная в первой половине ХХ в. и вошедшая даже в учебники для средней школы, говорит о том, что планеты — и Земля в их числе — произошли от вещества, отделившегося от Солнца при прохождении около него какой-то крупной звезды.

Таким образом, между библейским рассказом о происхождении Земли и космологическими гипотезами возникновения Солнечной системы XIX в. и первой половины ХХ в. действительно существуют расхождения — в этом отношении представители антирелигиозной пропаганды правы. Но познакомимся с дальнейшей судьбой этих гипотез. Работами советского астронома Пирейского в 30–40 гг. установлено, что все гипотезы, предполагавшие образование планет из вещества, отделившегося от Солнца, ошибочны в самой своей основе. Дело в том, что планеты вращаются вокруг Солнца с колоссальными скоростями, а само солнце вращается сравнительно медленно.

Если бы планеты действительно представляли тела, оторвавшиеся от Солнца, то они вращались бы со значительно меньшей скоростью, или же Солнце вращалось бы со скоростью больше той, которая наблюдается, потому что количество движения (вращения) на единицу массы в этом случае должно было бы быть приблизительно одинаково для Солнца и планет.

Академик О. Ю. Шмидт предложил новую гипотезу образования планет, которая предполагает, что Солнце, двигаясь в Галактике, встретило рой частиц, которые имели свои моменты количества движения и оказались захваченными Солнцем; затем произошел процесс слипания этих частиц во все более и более крупные тела и осреднение их (частиц) движения. Так постепенно образовалась наша планетная система вокруг Солнца как центрального тела6.

Согласно Библии, Солнце появилось у Земли, когда последняя представляла не бесформенную массу, а оформилась как определенное небесное тело и имела зачатки жизни в виде растений. Библия не рассказывает о том, каким образом Солнце появилось около Земли, — она только констатирует этот факт.

Сравнивая даже гипотезу акад. О. Ю. Шмидта с более ранними теориями, можно видеть, что она, хотя и не совпадает с библейским рассказом, но значительно ближе к нему, чем теория Канта-Лапласа или Джинса. Близкая к теории Шмидта гипотеза Си предполагает, что планеты были захвачены Солнцем как вполне сформированные холодные шары.

Следовательно, если в течение XIX столетия можно было говорить о вопиющем противоречии между естественно-научными гипотезами и библейским рассказом о возникновении Солнечной системы, то в середине ХХ в. такое утверждение уже просто не соответствует действительному положению вещей.

В данном вопросе не религиозные воззрения тормозили развитие науки, а научная теория Лапласа, приучившая людей более ста лет думать, будто уже точно раз и навсегда доказано, что планеты представляют собой частицы Солнца, оторвавшиеся от него в виде огненных капель и теперь остывшие.

Итак, выше показано, что и космологическая, и “горячая” модели Вселенной, и космологические модели происхождения Земли имеют ряд общих черт с описанием возникновения и развития мира в “первом дне творения” Книги Бытия. Сопоставление научных моделей с “моделью Библии” показывает, что нет никаких оснований для критики библейского описания с точки зрения современных научных представлений. Библейское описание не противоречит им, и приходится только поражаться могучему дару предвиденья Бытописателя, изложившего Боговдохновенную “модель” возникновения и развития мира.

К статье прот. Глеба Каледы

Библия и наука о сотворении мира”

Предлагаем вниманию читателей репродукцию гравюры неизвестного европейского художника XVI в., обошедшую множество изданий и, как считается, свидетельствующую о решающем прорыве человеческого разума в понимании строения Вселенной. По общепринятому мнению, здесь изображен человек, вырвавшийся из рамок геоцентрической модели мира и созерцающий космос.

Рассмотрим, однако, это изображение непредвзято. Во-первых, “видимый” небосвод с солнцем, луной и звездами остается позади созерцателя, вне поля его зрения, и все небесные тела продолжают занимать свое место на небесной тверди. Во-вторых, некоторые детали (просторный плащ и особенно посох) характерны не для ученого мыслителя, а для паломника, странника по святым местам, ищущего духовного просветления, а не естественнонаучных сведений. В-треть­их, — что же открывается его взору? Сферы и колеса; и уместно предположить, что сферы эти взяты из учения Псевдо-Ареопагита, которое широко использовалось в богословии Запада, а колеса — из видения пророка Иезекииля (Иез 1:15–16; 3:13; 10:19).

Тогда гравюра может “читаться” как изображение человека, чье сознание, оттолкнувшись от мира видимого, обращено к высшей реальности бытия. Но коль скоро мы сочтем, что более привычное ее толкование также справедливо, то тем более уместно проиллюстрировать ею статью о. Глеба Каледы, который всем своим опытом ученого и пастыря опровергал тезис о несовместимости научного и религиозного подхода к миру и его явлениям.


1Творения. Ч. III. М., 1852, с. 48.

2Н. Коперник. Об обращении небесных сфер // Коперник. Изд. АН СССР. 1947, с. 190.

3Эйнштейн А., Инфельд Л. Эволюция физики. М., 1948, сс. 197–217.

4Теория А. Фридмана блестяще изложена академиком Я. Б. Зельдовичем в “Успехах физических наук”, т. 80, вып. 3, 1963.

5Харрисон Э. Ранняя стадия развития Вселенной. М., 1969, с. 3.

6Шмидт О. Ю. Возникновение планет и их спутников. Труды Геогр. Ин-та АН СССР. М.–Л., 1950, № 11 (138).

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
В сети появился электронный архив журнала «Альфа и Омега»

«Альфа и Омега» некоммерческий культурно-просветительский журнал, посвященный богословским вопросам православия

Проповедь в два слова

В этот день вся проповедь умещается всего в два слова...

Испытания для Петра и Февронии

Эти святые прославляются Церковью не как преподобные, хотя они и приняли в конце своей жизни схиму,…