Что такое вера?

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 8, 1996
Что такое вера?

Что такое вера? На этот вопрос постарается ответить архимандрит Лев Жилле в этой статье. Впервые опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 8, в 1996 году.

Что такое вера?

Я предлагаю начать с общей молитвы (Царю Небесный…)

Я буду говорить с вами о вере. К этой теме трудно подступиться, вернее сказать: трудно решить, с какой стороны подступаться. Проблемы, касающиеся веры, можно рассматривать с точки зрения богословия, психологии, социологии или с официальной точки зрения; есть множество подходов к этому вопросу! Я же хотел бы остановить свой выбор на вере, как она представлена самим Словом Божиим и вместе с вами увидеть что-то из того, что сказано о ней в Священном Писании. В прочитанном мне хотелось бы расслышать прежде всего голос Бога, а не человека. Я взываю к самому Писанию, чтобы получить разъяснения о природе веры.

Писание — это море, гигантский океан. В какой же его части найдем мы то, что ищем? В Ветхом Завете есть прекрасные свидетельства веры Авраама. С христианской точки зрения можно было бы сказать, что всякая вера в конечном итоге истекает, исходит из этого простого акта веры Авраама, по призыву Божиему все оставившего, со всем распрощавшегося и ушедшего в неведомые края. Но я больше хотел бы найти то, что говорит о вере не Ветхий, а Новый Завет. Где же искать? Приходят на память Послания св. ап. Павла, например, Послание к Римлянам, написанное как раз на тему веры и спасения верой. Но я предпочитаю услышать о вере прямо из уст Господа Иисуса. Из Евангелия, из Его слов, которыми полны Евангелия, хочу я узнать: что значит верить? Какова она — вера? А где в Евангелии найдем мы это определение (если вообще можно в данном случае говорить об “определении” — это слово обедняет суть)?

Есть в Евангелии место, как мне кажется, наиболее ясно выражающее мысли Господа о вере. Я говорю: “наиболее ясно”, — потому что в этом месте Господь сказал: “И в Израиле не нашел Я такой веры” — о совершенно конкретной манере верить. Мы видим здесь оценку из уст самого Господа, и лучшего понимания веры, пожалуй не найти. “Я не нашел, — говорит Он, — такой веры”. Он говорит это только в этом месте, и именно к этому месту, к этому евангельскому эпизоду я и хотел бы привлечь ваше внимание.

Вы, конечно, уже догадались о каком месте я собираюсь говорить: это исцеление слуги капернаумского сотника. Сначала я хотел бы перечитать вместе с вами слова Евангелия от Матфея, относящиеся к этому событию.

“Когда же вошел Иисус в Капернаум, к Нему подошел сотник и просил Его: Господи! слуга мой лежит в расслаблении и жестоко страдает. Иисус говорит ему: Я приду и исцелю его. Сотник же, отвечая, сказал: Господи! я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой, ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит; и слуге моему: сделай то, и делает. Услышав сие, Иисус удивился и сказал идущим за Ним: истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры. Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов. И сказал Иисус сотнику: иди, и, как ты веровал, да будет тебе. И выздоровел слуга его в тот час” (Мф 8:5–13).

Этот отрывок следует рассмотреть вместе с другим местом в Евангелии, и оба они составляют что-то вроде антитезы, позволяющей достаточно отчетливо видеть, что Господь наш понимает под верой и что Он понимает под неверием. Вот это второе место. Евангелие от Марка повествует о посещении Господом Назарета:

“Оттуда вышел Он и пришел в Свое отечество; за Ним следовали ученики Его. Когда наступила суббота, Он начал учить в синагоге; и многие слышавшие с изумлением говорили: откуда у Него это? что за премудрость дана Ему, и как такие чудеса совершаются руками Его? Не плотник ли Он, сын Марии, брат Иакова, Иосии, Иуды и Симона? Не здесь ли, между нами, Его сестры? И соблазнялись о Нем. Иисус же сказал им: не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и у сродников и в доме своем. И не мог совершить там никакого чуда, только на немногих больных возложив руки, исцелил их. И дивился неверию их” (Мк 6:1–6).

Только в этих двух случаях Евангелие говорит нам, что Господь наш был чем-то удивлен. Евангелие приписывает Ему многие чувства, но удивление — лишь дважды. Эти два случая мы видели только что в двух прочитанных отрывках. С одной стороны — изумление Господа вере римского сотника из Капернаума: “Истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры”. С другой стороны — изумление Господа Иисуса неверию соотечественников из Назарета: дивился Он неверию их и смог сотворить лишь немного чудес. Это кажется нам парадоксальным. С одной стороны римский офицер, сотник, не еврей, возможно, прозелит (согласно Евангелию от Луки, он построил синагогу), но все равно не принадлежащий к избранному народу, к народу избранных. С другой стороны перед нами люди из Назарета. Их можно было бы назвать православными своего времени: у них был Закон, были Пророки, богослужение, был храм, была синагога, были обычаи и традиции, короче — все множество средств к спасению. И они не поверили. Господь наш был изумлен их неверием, будучи перед этим изумлен верой сотника-язычника. Мы попытаемся сопоставить эту веру и это неверие.

Сначала попробуем понять духовное состояние мужчин и женщин из Назарета. Иисус был изумлен их неверием. Чего же недоставало этим назарянам? Разобравшись в этом, мы увидим, что есть отсутствие веры. Из назаретского отрывка ясно, что вера состоит не в каких-либо убеждениях, философских воззрениях или наборе формул. Она тем более не состоит в исполнении обрядов. Эти назаряне были вполне благочестивы. Они явились в синагогу, потому что это был день субботний. Таким образом они приняли участие в богослужении. Тем не менее Иисус удивляется их неверию. Во время богослужения читались отрывки из Закона и Пророков. У этих людей были конкретные убеждения, но веры у них не было. Вера строится не на убеждениях разума и тем более не на обрядах и общих молитвах. Она строится не на принадлежности к определенному религиозному учреждению. Эти мужчины и женщины принадлежали к синагоге. Мы можем принадлежать к Церкви, можем быть православными христианами; и у нас может не быть веры.

Что же все-таки это такое — вера? Обратимся вновь к сотнику. У него мы увидим как раз то, чего не хватало мужчинам и женщинам из Назарета. У назарян было все, кроме самого необходимого, кроме того, что и является сутью веры. Мы не можем ожидать от них, чтобы они веровали в Господа Иисуса Христа так, как мы веруем в Него сегодня. Мы не можем требовать веры во все то, что Вселенские Соборы уже впоследствии сказали о Сыне Божием, о Боге, сделавшемся человеком. Господь наш и в Назарете ничего не сказал о Своем божестве. Так в каком же смысле они не поверили? Они не поверили, потому что не открыли свои сердца.

Капернаумский сотник также не мог говорить о Воплощении и о Сыне Божием. Возможно, он знал о еврейском Мессии, но он не узнал его в Господе нашем: Господь тогда еще не провозгласил Себя Мессией открыто. Но у сотника мы найдем то, чего не хватало назарянам — открытое сердце. В Назарете сердца были закрыты перед Господом. В Капернауме сердце римского сотника открылось.

Таким образом, я определил бы веру как открытость сердца, открытость Кому-то и чему-то. Кому-то, о Ком можно не знать точно, Кто это, и Кому, тем не менее, открывается сердце, потому что перед Ним, у Его ног чувствуется Его безграничное величие, чувствуется Его право на наше почитание, на нашу отдачу Ему, в Его руки: вот это и есть вера. Она — не в убеждениях, она по сути доверие; это порыв, порыв сердца. Посмотрим еще раз на это доверие, на эту открытость сердца. Она как бы многогранна, она состоит из нескольких неотъемлемых составляющих. Вера сотника, доверие сотника прежде всего проявляются в смирении, укоренены в этой добродетели. “Господи! я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой”, — это признание своего недостоинства. Подлинной веры не может быть без смирения. Верующий может и не знать, в Кого он верит, но он осознает, что Тот, в Кого он верит, больше и выше его. Он чувствует, что перед Тем, в Кого он верит, он может лишь преклонить колени и пасть ниц. Он признает, что в Том, в Кого он верит, есть что-то много большее, чем то, чем он сам обладает; и потому он смиряется. Всякая вера, претендующая быть таковой, но не укорененная в смирении, в принятии того, что Другой, Тот, в Кого верят, больше и выше, чем верующий, не будет истинной. “Господи, я недостоин”, — это прелюдия, вступление любого подлинного акта веры.

И еще. Я говорил, что вера — это доверие, порыв, но эти доверие и порыв не лишены разумного основания. Я не собираюсь говорить здесь о концепции или теории. Но вера не есть лишь “крик в ночи”, без осознания того, куда он направлен и чего добивается. С одной стороны вера сотника нечетка; ведь он не знает, не может еще в точности знать, Кто есть Иисус. И в то же время это четкая вера, потому что она имеет конкретную практическую точку приложения: речь идет об исцелении слуги сотника. И сотник предстает подлинно верующим. Верить в Господа Иисуса — это значит не только открыть Ему свое сердце, обратиться к Нему; это значит еще и ожидать каких-то реальных плодов этого доверия. Нужно, чтобы это доверие проникло в нашу жизнь, наши действия и наши решения.

Если я верю в Господа нашего, это прекрасно. Но нужно еще, чтобы я мог, если можно так выразиться, отчеканить эту веру. Нужно, чтобы я мог прикладывать ее к существующим обстоятельствам, к своим конкретным нуждам. Лишь при таком условии моя вера будет благом; в противном случае она останется вялой. Вера не принадлежит к области чувств и эмоций. Она овладевает нашей волей, подчиняя ее Господу. И она ничего не стоит без убеждения, что Господь способен действовать, вмешиваться в наши дела, в нашу повседневную жизнь. Таким образом, Тот, в Кого верят, наделяется властью. Сотник ожидает от Господа нечто, превышающее человеческие возможности: не в человеческих силах исцелить одним словом больного слугу. Но сотник верит, что Господь Иисус — Личность необычайная, Личность единственная, и одного произнесенного Им слова достаточно, чтобы слуга исцелился.

Есть еще одна составляющая веры, этого акта доверия, когда мы бросаемся в объятия Господа, — послушание. И здесь мы видим, как вдохновляют сотника его дух, образ мыслей и профессия. Он офицер. Он может сказать своему слуге: “Сделай это!” — и слуга делает. Для него естественно как отдавать приказания, так и подчиняться им. Вот почему в своем смирении он не хочет, чтобы Господь вошел под его кров, перешел порог его дома: “Господи, я недостоин, чтобы Ты вошел в мой дом, но скажи лишь слово. Этого довольно, Господи, чтобы Ты повелел, и, поскольку это приказ, приказ, исходящий от Тебя, так и станется. Нет необходимости в Твоем личном посещении. Достаточно Твоего слова”. И здесь мы добавим к вышесказанному смысл слова “вера” на еврейском, где оно звучит как эмунах. Это слово — одного корня с аминь. Что означает аминь? Сегодня это слово утратило всякий живой смысл и жизненное значение. Оно стало рутинной формулой, говорящей приблизительно: “Да, пусть так будет”. Это некое пассивное соглашение, не захватывающее нас полностью, не прочное, как скала. Еврейское аминь говорит: “Это установлено, это утверждено”1. Это, собственно, не молитва, это простая констатация того, что будет так и не может быть никак иначе, что это наверняка. И здесь мы обнаруживаем нечто очень важное: основание веры — послушание, нет веры без послушания, без подчинения воли.

Вникнем еще раз в смысл веры-доверия, веры-послушания. Как я уже говорил, вера не есть крик во тьму, адресованный неизвестно кому и неизвестно куда направленный. Вера — это порыв к Кому-то, Кого мы никогда не познаем в совершенстве, к Кому-то, Кто превышает нас, как бесконечность превышает конечную величину. И все же вера имеет в себе самой как бы приманку для этого Неуловимого. В вере одновременно есть и присутствие, и отсутствие. Есть присутствие, разумеется, несовершенное, но реальное. Есть и отсутствие и отсутствие реальное, ведь мы веруем в Кого-то потому, что у нас нет научно обоснованного, достоверного познания этой Личности или того, что это Личность говорит (в противном случае не осталось бы места вере). Вера предполагает недостаточность разумного понимания. В ней есть что-то, что прочно связывает нас с фактом, непроверяемым научно. Любой акт веры как бы бросает нас в море, и необходимо доверие с нашей стороны. Мы верим, что не будем поглощены, но напротив, достигнем цели — спасения и Спасителя. В Евангелии мы встречаем различные высказывания о вере. В одних нам предлагается верить Кому-то, в других — верить в Чье-то существование, в третьих — верить в Кого-то. Христианская практика веры подтверждает это.

Я могу сказать: “Я верю Богу”. Это означает: Бог не может говорить зря. Он не может подвести меня. Бог — Тот, Кому я верю всегда, когда Он говорит. Если вы говорите мне что-то, что я не могу проверить, я могу верить вам лишь потому, что я вам доверяю. Так же я верю и Богу.

Так же можно верить в существование Бога. Но тут мы оказываемся в царстве концепций и утверждений разума. “Я верю в существование Бога” означает: я считаю, что Бог есть, что Он существует. Это нечто совершенно отличное от “веры Богу”.

И, наконец, — “я верю в Бога”, — то, что важнее всего остального. Вера в Бога — это не только вера в то, что Бог есть, вера Богу, вера тому, что Бог говорит нам в данный момент. Вера в Бога имеет более глубокий смысл. Это вовлечение самого нашего существа, нашей воли и нашего разума в Божие откровение и подчинение их Божиему слову. Без такого полного согласия акта веры не бывает.

При необходимости изложить эпизод с капернаумским сотником вкратце хотелось бы сказать вот что. Вера, которую Господь нашел у сотника и о которой Он сказал: “И в Израиле не нашел Я такой веры”, — кратко выражается тремя словами, приведенными в Евангелии: “Скажи только слово”. Сотник, если можно так выразиться, ставит всю свою жизнь в зависимость от одного слова Господа: “Скажи только (одно) слово. Я не прошу Тебя приходить ко мне, я доверяю Тебе полностью, я верю, что сказанное Тобой будет исполнено и спасет моего слугу. Но скажи только слово!” Вот истинная, подлинная вера. Если нам удастся поставить нашу жизнь, и не только нашу жизнь в целом, но дни нашей жизни, часы дней нашей жизни и минуты часов дней нашей жизни в зависимость от слова Господа нашего и пребывать в ожидании слова, которое все спасет, которое разрешит все проблемы (о, скажи только слово!), мы будем жить глубокой внутренней жизнью. Если мы будем способны во всех наших несчастьях, в любых обстоятельствах верить, что решение придет от этого слова, которого мы еще не знаем, но ожидаем, на которое делаем ставку, какую же силу мы обретем! Мы на деле обретем ту самую веру, о которой Иисус сказал, что не встречал подобной.

Мы верим, что Тот Самый Учитель, Который сказал это в Капернауме и Который поразился неверию верующих иудеев в Назарете, мы верим, что Тот Самый Господь присутствует среди нас, сейчас, в этом собрании. Вот Он проходит между нами, по нашим рядам, останавливается перед каждым и Своим взглядом проникает в самые потаенные уголки нашего существа. Что увидит Он в нас? Найдет ли веру, как у капернаумского сотника, или неверие, от которого так страдал в Назарете? Чему поразится Он в нас — нашей вере или нашему неверию?

Перевод с французского Ф. Иогансона

1В церковнославянском это значение сохраняется более четко: Аминь, аминь глаголю вам…Пер.

Словарь “Правмира” – Вера

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
Проповеди. Воскресенье перед Рождеством…

Опубликовано в альманахе “Альфа и Омега”, № 50, 2007

В сети появился электронный архив журнала «Альфа и Омега»

«Альфа и Омега» некоммерческий культурно-просветительский журнал, посвященный богословским вопросам православия

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: