Святой источник, Димкин аппендикс и третий глаз

|
С отцом Анатолием с Украины я знакома лет двенадцать. А муж ещё больше. Он для нас и друг, и кум, и духовник, и вообще один из самых родных людей. Я очень люблю бывать у него в гостях. Раньше, когда мы жили на Украине, это случалось почти ежедневно. Теперь, к сожалению, только летом, когда мы с дочками приезжаем к моей свекрови в Энергодар. Люблю посидеть с ним на улице, перед его сельским домом. Люблю наши долгие разговоры за чаем или домашней наливкой. И обожаю слушать, как отец Анатолий рассказывает свои «поповские» истории.

Тяпка и бронетрусы

Больше всего, конечно же, люблю слушать о всяческих чудесах. Правда, отец Анатолий предупреждает, чтобы не очень увлекалась. «А то ведь и до прелести недалёко. Ибо слаб человек!».

И улыбается, вспоминает, как у них во дворе храма святой источник забил.

«Есть у нас пожилая прихожанка, Марфа Матвеевна. Живая, активная, молодым фору даст. На седьмом десятке случился у неё перелом шейки бедра. Так она духом не пала, восстановилась и с ногами, одна короче другой, ещё быстрее, чем раньше забегала. Мужики в селе смеются, что Матвевна в своём ортопедическом ботинке для уравнивания хода (который она сама сапогом-скороходом называет) их мотоциклы обгоняет».

Так вот… Выпросила как-то бабушка Марфа у отца Анатолия тяпку «клумбы перед храмом посапать во славу Божию».

Через пять минут влетает, сияет вся, «скороходами» едва земли касается. И взгляд такой… Как будто она уже в раю, а вокруг ангелы порхают. И святые с ней на дружеской ноге…

«Батюшка! – кричит. – Батюшка! У нас из-под земли святой источник забил! Я Господу-то помолилась: “Боже, – говорю, – поможи доброе дело сделать!”. Перекрестилась, землю под ногами покрестила и тяпкой – хрясь по траве! А оттуда прям благодатный фонтан! Вот что крест животворящий делает-то!… А все потому что вы молитвенник, батюшка! Святой вы человек!»

«У меня у самого перед глазами ангелы запорхали, – признается отец Анатолий. – Вижу уже автобусы, которые со всей страны в наше святое место едут-едут… И днём, и ночью. И с паломниками сплошные исцеления, чудотворения. И я тут же стою. Скромно так стою, благочестиво. Народ благословляю, беседы чинные веду…»

В общем, размечтался тогда отец Анатолий. А тут ещё, как специально, знакомый паренёк Лёха мимо пробегал. Услышал про чудо и поддакивает: «Ой, святой источник – это очень хорошо. Я вам сейчас историю про “бронетрусы” расскажу».

И поведал Лёха весьма удивленному отцу Анатолию, как друг его Тимоха на войну попал (не будем говорить, на какую). И в окоп, где он сидел, мина влетела. Всю одежду на Тимохе в клочья порвало, включая штаны и даже майку. А сам он сидит абсолютно целый и в абсолютно целых трусах. Только напуганный до потери сознания. А в трусах этих осколчище лежит, который не только человека – коня убить может.

А когда Тимофей хоть что-то соображать начал, вспомнил, что до войны именно в этих трусах в святой источник окунался. «Вот они меня и спасли, – утверждает он по сей день. – Были простые плавки, стали бронетрусы». Он их всегда перед боем надевал и ни царапины…

«Да, батюшка , святой источник – это очень хорошо!» – важно повторил Лёха и побежал дальше…

Но, увы, никакие толпы паломников к отцу Анатолию в его «место силы» не потянулись. Оказалось, что Матвевна просто тяпкой в поливную трубу попала… «А у меня уже крылья за спиной прорезаться начали», – смеётся батюшка.

Павел и помидоры

А эту историю я знаю давно. Как и её героя – Павла. Мы познакомились у отца Анатолия. И они вместе мне её и рассказали. Странно, что до сих пор не записала.

В семье Павла в Бога никто не верил. Ну, или просто никто не говорил об этом вслух – ни мать, ни отец. И сам он никогда ни о чем «религиозном» не задумывался.

Однажды, будучи уже взрослым молодым человеком, поехал Паша с друзьями в Беларусь – помидоры продавать. Так получилось, что поручили ему обменять все заработанные деньги. Достаточно крупную сумму. Хотя у него на лбу написано: «простофиля», – улыбается отец Анатолий.

И предложили Павлу какие-то «хорошие парни» с добрыми глазами деньги эти поменять с рук. И прямо средь бела дня «кинули». «Куклу» дали. Сели в машину и поехали.

«Стою я, как дурак, и смотрю им вслед, – вспоминает Павел. – А один мне даже в окно ручкой машет. И улыбается, радостно так… Я в такую наглость даже поверить не мог. Плачу, как маленький, и бормочу: «Да что же это… Да как же это». А машина все дальше… Дальше…

И тут вспомнил Павел о Боге. «Впервые в жизни о Нем подумал, – рассказывает он. – И как взмолюсь: “Господи! Деньги-то не только мои, мало того, что другим ущерб, так домой ехать не на что! Помогиииииии!”. И рыдаю в голос уже».

В этот самый момент мошенники в спешке под светофором нарушают какие-то правила, и их местные гаишники останавливают.

«И это все у меня на глазах, – говорит Павел. – Я сначала даже подумал, что у меня от стресса крыша съехала, и мне это мерещится. До сих пор мурашки по коже. А потом руки в ноги – и к ментам. В общем, разобрались, все деньги вернули. Я тогда в храме все подсвечники свечками утыкал и обещал новую жизнь начать – сугубо христианскую»…

Но, как это часто бывает, Павел скоро забыл о своём обещании. Жизнь его со временем пошла под откос. Начал спиваться, потерял все свое хозяйство. А потом в пьяной драке ножом в спину пырнули.

Когда лежал в больнице, умирал, врачи шансов не давали, опять сквозь бред о Боге вспомнил. «Господи, прости Ты меня», – шепчу, – рассказывает он, – забыл я Тебя, вот и получил. Сам свою судьбу поломал».

В общем, случилось в жизни мужчины ещё одно чудо – не умер, выздоровел. Пришёл в храм. «Теперь, надеюсь, навсегда, – говорит отец Анатолий. – Пить бросил, трудится по мере сил, думаю не пропадет».

Фото: helier59.livejournal.com

Фото: helier59.livejournal.com

Хирург по прозвищу Скальпель

Марк Иосифович, прихожанин отца Анатолия и хирург по профессии, всегда был для меня загадкой.

Невысокого роста, худенький, в очках и весь такой до невозможности правильный, он почему-то является любимцем и, не побоюсь этого слова, авторитетом местной шпаны. Которая за глаза ласково называет его Скальпелем.

И однажды отец Анатолий рассказал мне, как так получилось…

Шёл как-то поздно вечером Марк Иосифович после работы домой. И в темной подворотне пристали к нему хулиганы. По законам жанра – попросили закурить. А он, как я уже сказала, очень добропорядочный гражданин – не пьёт, не курит, не ругается.

«Простите-извините, – говорит, – будьте любезны. Таки, позвольте пройти…». В итоге пацаны сломали ему нос и подбили глаз. Но оставшимся здоровым оком Марк Иосифович одного из обидчиков хорошо запомнил.

А через какое-то время в его дежурство ему прямо на каталочке «с голубой каемочкой» подают того самого хулигана – с аппендицитом. Димкой зовут.

Марк Иосифович, хоть и интеллигент и добрейшей души человек, но от шутки, сильно взволновавшей пациента, не удержался.

«Ой, Димон, – говорит, – плохо, что вы тогда мне глаз подбили. Вижу не очень, кошу немного… Да и в мозгу с того дня что-то замкнуло. Тики нервные бывают. Непредсказуемые. В общем, могу отрезать немного не то. Если что, не обессудь. Ибо травмы последствие, тобой же нанесённой!» И глазом старательно мигает – для убедительности. И скальпелем так жонглирует. Очень даже впечатляюще.

«Может, не надо, – взмолился парень, – может, кто другой меня…. того?»

«А никого другого нет, – во все свои зубы улыбается Марк Иосифович. – Так что я тебя и того…». Натягивает перчатки и пальцами угрожающе шевелит… Знаете, как в фильмах ужасов.

Но видит доктор, что Дима уже почти в обмороке от страха. «Ладно, ладно, – говорит, – все будет хорошо. Я оставшимся глазом кое-что вижу. А ты, Дмитрий, молись лучше, чтобы все у нас получилось».

Последнее, что парень помнил перед тем, как в наркозный сон провалился, как он у доктора слезно прощения просил. А тот крестился рукой в «страшной» перчатке. «И операция, предварённая покаянием, прошла успешно», – улыбается отец Анатолий.

Когда Димка вышел из больницы, он не стал распространяться, как его Марк Иосифович до слез напугал. Зато рассказал пацанам, что этот «док» – мировой мужик. И скальпелем такие трюки выделывает, как заправский уголовник. А ещё в Бога верит, перед операцией крестится. Потому и добрый такой – заявление на них не написал.

А через какое-то время Дима привёл в больницу других хулиганов – прощения просить. Так они и подружились. Врач и шпана.

И теперь это даже и не шпана, а начинающие православные христиане. «Скальпель» их к отцу Анатолию в храм доставил. Они, конечно, не часто там появляются, но бывает. И в походы с воскресной школой ходят. Дисциплину среди детей «наводят». И «мелюзга» их слушается – серьёзные ведь пацаны.

Бабка Фрося и законы медицины

Люблю слушать о батюшкиных старичках – прихожанах. Он всегда с такой любовью о них рассказывает…

Бабушка Ефросинья… Ей, наверное, уже за восемьдесят.

Позвонили как-то отцу Анатолию её родственники. «Помирает, – говорят, – вас зовёт».

«Приезжаю, исповедую, причащаю, – рассказывает батюшка. – Пытаюсь с ней поговорить, поддержать. А она слабенькая такая, жёлтая вся. Еле дышит. Тут же и врач пришёл. Сказал – готовиться, так как жить ей осталось максимум неделю, и то, если очень повезёт».

Ушёл отец Анатолий от бабушки Фроси. «На глазах слезы, – вспоминает, – а в душе благодать, что человек причаститься успел. В храме всем сказал, что она скоро нас покинет. Прихожанчики мои, кто смог, зашли с ней попрощаться».

Неделя прошла, другая, глядь, а «умирающая» в храм пожаловала. Люди на неё, как на привидение смотрят, а она, как ни в чем не бывало, давай к иконам прикладываться, всем кланяться и на подсвечниках красоту наводить.

Отец Анатолий к бабушке Ефросинье направляется, думает, как бы потактичней спросить, как так получилось, что она не… не в Царствии Небесном, одесную Христа. А она уже сама ему навстречу спешит, клюкой перебирает.

«Батюшка, – говорит, – батюшка, вы меня тогда причастили, и я поправляться стала. Сейчас совсем как новенькая. Доктора вон вчера напугала. Он меня на улице встретил и аж руками замахал, сердешный: «Вы что! Вы как! Вы ж по всем законам медицины помереть уже должны!». «Ну, простите, – отвечаю, – что подвела медицину. Я старалась. Даже причастилась напоследок».

А через какое-то время всем стало ясно, почему Господь с ней чудо такое сотворил.

Забеременела её незамужняя внучка Катя, которой было далеко за сорок лет. Кавалер как узнал, так и растворился на украинских просторах. Родня тоже желания помочь особо не изъявила.

И собралась Катя аборт делать: «Мужа нет, кавалер слинял, работу еле нашла, что теперь, бросать? А чем я ребёнка кормить буду? Да и не девочка уже я… стыдно в таком возрасте рожать, голова вон вся седая».

«Безобразить ей, седой, было не стыдно, а рожать , значится, стыдно!», – застучала по полу клюкой всегда кроткая и смирённая бабушка Ефросинья. Чем немало удивила и внучку, и родню. «Я буду с ребятенком нянчиться! Усе!» И для убедительности так шарахнула палкой об пол, что с потолка штукатурка посыпалась.

И кот по кличке Лишай (потому что подобрали его котёнком больного и всего плешивого), который по своим кошачьим меркам был едва ли не в два раза старше бабки Фроси и считался недвижимым инвалидом, такого деру дал, что его двое суток найти не могли…

Ребенку сейчас года два. В «бабе» своей души не чает, как и она в нем. В храм к отцу Анатолию его водит, пироги ему печёт, песни поёт, в игры какие-то «старинные» играет. И рядом с ним сама молодеет. «Ради него меня Боженька и оставил», – говорит она.

Мать, великовозрастная внучка Катя, даже ревнует. Ведь сама сынишку любит без памяти. Но понимает, что только благодаря бабушке Фросе Данилка и родился. И только благодаря ей они его и поднимают. И растёт чудесный мальчишка этот на радость всем.

А бабушка Ефросинья верит, что пока она им нужна, Господь её не заберёт. И сил ей даст столько, сколько нужно.

Фото: photopolygon.com

Фото: photopolygon.com

«Молитва» ясновидящей

А однажды мы с отцом Анатолием говорили о разнообразных потомственных ясновидящих, гадалках и целительницах…

«Расскажу-ка я тебе про одного моего прихожанина, – начал отец Анатолий. – Только имя настоящее не назову, чтобы ненароком не обидеть человека. Пусть будет, например, Сергеем».

В общем, пришёл как-то к батюшке в храм этот Сергей. Солидный мужчина, в костюме, галстуке, с приличными манерами.

«Понимаете, – говорит, – мне нужна ваша помощь. Разобраться не могу…»

И рассказал, что все у него всегда было хорошо – семья прекрасная, работа доходная и так далее. Но работа эта подразумевает разнообразные встречи, периодические деловые застолья и обязательные отмечания удачных сделок.

И начались у Сергея проблемы с алкоголем. Когда он это осознал, то сам остановиться уже не мог. И тогда друзья посоветовали ему обратиться за помощью к одной «высокодуховной и сильно-верующей» целительнице.

Рассказывали, что она непревзойдённая молитвенница и дома у неё из-за икон обоев не видно. И за это снизошёл на неё дар ясновидения. А также она сугубая бессеребреница, которая копейки себе не берет.

Ясновидящая по имени Капитолина, действительно, с Сергея денег не брала, и совершенно бескорыстно делала над его головой молитвенные взмахи руками и, авторитетно закатывая глаза, что-то бормотала. –

И Сергею даже помогало – не пил какое-то время. «Хотя и без неё по столько же не пил, – признавался он потом. – Я же не постоянно, а запоями».

Но однажды Капитолина сказала ему, что видит своим третьим глазом огромного беса, влезающего в него. И если он окончательно влезет, то предстоит Сергею мучительная и неминуемая смерть.

Но бояться не стоит. Ибо она, Капитолина, крепко держит этого бесяру за хвост. И практически побеждает. Но чтобы победить окончательно, нужно, чтобы Сергей дал ей 100 пятаков мелочью, а также 1000 у.е.

Нет-нет… Конечно, она их себе не возьмёт. Что за гнусные мысли! Она же сугубая бессребреница! Пятаки, с чистосердечным молитвенным воздыханием о всех алкоголиках мира, рассыплет по перекрёсткам, а бумажные деньги бескорыстно и ритуально сожжет ради его спасения.

В общем, в храм Сергей пришел с вопросом «А нельзя ли беса победить как-нибудь по-другому? Не сжигая у.е? Пятаки-то ладно…».

«Но и, конечно, сомнения и страх терзали его, – вспоминает отец Анатолий. – Долго я с ним беседовал, объяснял, что это просто мошенница. А даже если они кому-то и помогают поначалу, то не от Бога это… Подбадривал, уговаривал… Он сначала не верил. Говорил, что кругом у Капитолины иконы. А на лбу – зоркий, как у орла, третий глаз. И постится она, и молится так же, как и мы в храме. И что его, безбожника, к святой молитве приучает. Даже дала с собой «Молитвослов на всякие случаи жизни». И оказалось, что у Сергея этот «молитвослов» с собой.

Отец Анатолий наугад открыл страницу, а там было написано, что чтобы избежать неудач, нужно пойти на кладбище справить в кладбищенском туалете большую нужду и, обратившись в дырку, сказать: «@авно, @авно, ты там давно, неудача пусть останется с тобою, а удача пусть пойдет со мною».

«Икона – окно в Горний мир, – сказал тогда Сергею отец Анатолий, – поэтому мы перед ней и молимся. А в какой мир окно – дырка от кладбищенского сортира? И вообще, не кажется ли Вам странным, что Вас, взрослого человека хотят развести на деньги и при этом заставить просить помощи не у Господа, а у кучи экскрементов? Богу твоему покланяйся и Ему одному служи!”

Засмущался Сергей, задумался. Помогло, в общем. Сейчас он, по словам отца Анатолия, один из самых преданных его прихожан. И пить давно бросил. С Божией помощью… А вот высокодоходную ясновидящую Капитолину вскоре посадили. Правда, не за мошенничество, а за торговлю наркотиками.

О том, что все тайное становится явным

Мария работает на заправочной станции. Меня с ней отец Анатолий познакомил, когда мы однажды летом в Запорожье ехали. И зарулили к ней пополнить запасы бензина. А потом, в дороге, батюшка рассказал, что с ней однажды приключилось…

..У Маши дача в селе N. А на даче черешня растёт – необыкновенная. Крупнющая, сладкая, все соседи завидуют.

Поехала как-то Маша в село свою черешню собирать.

Смотрит, а её ободрали. И ладно бы ободрали, так ещё и ветки все поломали.

А Машина овчарка Джек по участку возбужденно бегает и агрессивно поглядывает за забор. Там возле магазина какая-то незнакомая компания шашлыки жарит.

«Посадила я Джека на цепь, от греха подальше, – рассказывала Маша. – А сама плачу. И все думаю – кто же это мог с черешенкой моей такое сделать? Попросили бы, я сама бы угостила. Не ягод жалко, а что пообломали все…»

Прошло два года… И вот сидит как-то Маша на своей заправке и видит, подъезжает машина – постоянный её клиент. Хороший такой мужчина. Симпатичный.

Она к нему спешит, по пути даже спотыкается и чуть не падает. А тут ещё какая-то собака на заправку забрела. И с лаем – на Машу. Та с перепугу как «газанёт», и за клиента своего любимого спряталась.

Хозяин машины собаку отогнал, а сам на Машу смотрит и смеётся. И говорит: «Вы не обижайтесь, я не над Вами. Просто историю одну вспомнил, сейчас расскажу…

Поехал я года два назад к другу на дачу в село N. Сидим у магазина, шашлык жарим. Выпили крепко и смотрим, за забором на чьём-то участке черешня. Ну, реально крупная. Класс просто!

Мы ещё «тяпнули» и через забор – рвать по-быстрому. Так спешили, что даже ветки пообломали. Потом стыдно было. Рвем-рвем, и вдруг – страшный лай. Овчарка здоровая на нас ринулась. Мы её не заметили сначала.

Перепугались мы и драпали так, как никогда в жизни. Через забор перепрыгнули, не касаясь. В общем, посмотрел на вас и вспомнил…».

Маша даже онемела… А потом как давай колоритно высказываться: «Ах ты ж варвар! Так это ты мою черешню тогда покалечил! Я думала, ты – постоянный клиент, а ты – …!». И закончила в итоге словами: «Ну я тебя однажды заправлю – мало не покажется!».

Клиент долго извинялся. Мол, «сам понимаю, каюсь… Все водка проклятая!»…

А Маша, женщина добродушная, поругалась и простила. Но мужик этот все равно каждый раз, как на заправку к ней приезжает, либо ящик отборной черешни привозит, если сезон, либо что-нибудь ещё вкусное. И признаётся, что даже рад, что Мария все узнала, на душе как-то стало легко и радостно…

«Ибо, лучше встрять здесь, чем на Страшном суде!» – многозначительно подняв палец, закончил рассказ отец Анатолий.

Фото: telegraf.com.ua

Фото: telegraf.com.ua

Итог жизни

А это ещё о старичках. Точнее, об одном дедушке с чудесным именем Пантелеймон…

«Батюшка, скажите мне, как нужно жить?» – спросила я как-то отца Анатолия.

«Было это в начале моего священнического служения, – начал он очередной рассказ. – Звонят мне люди. Близкий человек смертельно болен. Выясняется, что он без сознания, а, значит, ни соборовать, ни причастить его нельзя. «Сделайте хоть что-нибудь!», – умоляют».

Пришёл отец Анатолий, а на постели лежит старик. Глаза закрыты и на него никак не реагирует. Родные говорят, что у него онкология. В сознании бывает редко. Да и глухой совсем давно. И плачут: «Мучается он сильно. А он такой хороший, добрый, порядочный всегда был. Терпеливый. Никогда ни на кого не обижался и сам мухи не обидел. Любил всех, всем старался помогать. А теперь мы ничем ему не можем помочь».

«Вот смотрю я на них, – вспоминает отец Анатолий, – и понимаю, что дедушка этот, действительно, прекрасный человек. Бывает, умирает кто-нибудь, а его и проводить-то некому. Всем все равно. А тут столько народу искреннее убивается, дорожат им. Оказалось, что у него две дочки, сами уже пожилые. По всем врачам его провели, все свои сбережения отдали, на операции настояли, хотя им говорили, что в этом возрасте и с таким диагнозом уже не поможешь».

Очень жалко было отцу Анатолию, что человек без покаяния умирает.

«Не стал я сразу отходную читать. А внутренне почему-то очень захотелось прочесть канон из чина соборования, – рассказывает батюшка. – Что я и стал делать. И вдруг дедушка в себя пришёл, глаза открыл. И слышать стал. Глухой! Видела бы ты изумление родных…

Я поговорил с ним, предложил исповедоваться, причаститься. Пантелеймон искренне этого пожелал, хотя, по его словам, никогда этого не делал.

Даров у меня с собой не было, мне же по телефону сказали, что человек давно без сознания. Не забуду никогда, с какой радостью и трепетом бежал я в храм за Телом и Кровью Христовой…

Пантелеймон исповедовался… Как же искренне, глубоко, осознанно он каялся! Я такое нечасто потом видел, хотя много лет уже священник. Причастил я его. И мирно, с улыбкой попрощавшись с родными, дедушка почил».

Мы с отцом Анатолием долго молчали. Если честно, то у меня прямо мурашки бежали по коже… Да и у батюшки слезы были на глазах.

«Вот ты спрашиваешь, как жить, – снова заговорил он. – Знаешь, бывает, люди в храм ходят, а Христа не слышат. А дедушка этот, хоть и в храм не ходил (не потому что Бога отрицал и Церковь, просто в такое время вырос), но всегда был рядом со Христом. Жизнью своей это доказал, отношением к людям. Потому и слова молитвы услышал, почувствовал…

Фото с сайта stihi.ru

Фото с сайта stihi.ru

Родные рассказали, что Пантелеймон всегда, каждый день жил, как последний. Старался именно сегодня сделать все добрые дела, не откладывая на завтра и совершенно себя не жалея. И не просто делал, а с радостью! И вот итог его жизни. Господь явил нам Чудо спасения – настоящее, драгоценное ЧУДО! Позволил нам быть его свидетелями…

Вот так, наверное, и нужно жить, как этот дедушка. Но, не подумай, это не значит, что в церковь не обязательно ходить. Просто такая у меня когда-то случилась история. Помяни, Господи, усопшего раба твоего Пантелеймона».


Читайте также:

Понравилась статья? Помоги сайту!
Правмир существует на ваши пожертвования.
Ваша помощь значит, что мы сможем сделать больше!
Любая сумма
Автоплатёж  
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Комментарии
Похожие статьи
Если бы все вернуть назад 

Приласкай я его, все, быть может, было бы по-другому...

Смерть у храма

Врачи посмотрели и сказали: "Он просто пьяный, разбирайтесь сами". А люди подумали: "Ничего страшного. Протрезвеет и…

Не только Роналду, или О великих и неизвестных

О простых людях, благодаря которым еще стоит этот мир