Великий пост: про еду или не про еду? (Опрос священников)

Сколько не говорим, что пост не про еду, но оказывается, что про еду: чаще всего вопросы касаются именно этого…

Что есть, что не есть?

В чем смысл поста, если на приготовление постной еды тратится в два раза больше времени, сил и денег, если, конечно, не питаться макаронами с хлебом?

Может быть, стоит излишки этих денег отдавать бедным, а питаться как обычно? Про пост и постную пищу рассказывают священники.

Якут трава не ест?

Протоиерей Сергий Клинцов, настоятель Градоякутского Преображенского собора:

У нас на Севере подход к посту прост. В отдаленных районах картошка стоит раза в три дороже, чем в Якутске, а в Якутске хорошая картошка стоит рублей шестьдесят за килограмм. Якуты настолько привыкли к животной пище, что у них даже поговорка есть: «Якут трава не ест». Они не могут жить без мяса — это не преувеличение и не поза. Нам, людям европейского происхождения, это понять очень сложно: мы спокойно едим растительную пищу. Я, бывает, приеду здесь к кому-нибудь на обед: на первое вода с мясом, на второе — мясо без воды, на третье — вода без мяса. Они даже чай пьют с молоком. И так каждый день. Для северных народов это естественное питание — таков специфический местный обмен веществ.

И вот, подходит ко мне якут и честно говорит: «Хочу поститься, а без мяса — физически не могу. Что делать?». Что ж, давай выработаем способ, как ты будешь поститься. Ведь по слову апостола, едим ли что — не приобретаем, не едим ли чего — не теряем, так что и в деле поста пища играет некую второстепенную роль. Находим некую альтернативу: от чего ты можешь отказаться? Может быть, от какого-то конкретного вида пищи. Может, от какого-то привычного времяпрепровождения — например, от просмотра телевизора. Может, человек будет класть каждый день определенное количество земных поклонов, и для него таким образом Великий пост тоже будет особенным временем, когда он будет думать о своей душе.

У нас послабление на пост просят многие — в здешних климатических условиях обостряются многие болезни, человек и так постоянно испытывает некоторые лишения, и священнику приходится входить в положение. Зато люди лучше понимают, что не пища нас приближает и удаляет от Бога, а сердце.

Так что здесь к посту подход неформальный, и говорить о нем легко.

Иногда подходит человек с просьбой благословить послабление на пост, и я ясно вижу, что это постоянный прихожанин, хорошо знающий, что к чему. Тогда разрешаешь меньше, чем он рассчитывал. Так он понимает, что у него будут силы — Господь даст.

Все зависит от того, насколько человек изначально осознает смысл неядения скоромной пищи во время поста: чтобы тело малость ослабло и тем самым дало душе возможность проявить себя такой, какая она есть — у кого-то она красивая, а у кого-то окажется менее красивой, и это нужно замечать, исправлять…

Но всякий, кто здесь долго ли, мало ли бывал, видит, что у якутских людей души красивые — у них и гастрономической проблемы нет.

Во время поста мы должны быть солнышками для других…

Протоиерей Федор Бородин, настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке в Москве:

Нередко разговоры о посте сводятся к пищевым вопросам, что вполне объяснимо. Потому что это — первая ступенька. Мы знаем, что без поста телесного действительно не получится никакого движения души, и это самоограничение нужно. Телесное воздержание необходимо, оно является большим подспорьем, чтобы решить более существенные вопросы духовной жизни. Но отвечая на вопросы относительно ограничений в пище по возможности кратко, мы должны вывести спрашивающих более глубокое отношение к посту.

Говорить все время о еде касаемо поста — это уходить от главного. А главное во время поста — изменение души человека. И чем больше мы говорим, пишем, печатаем о том, как готовить постную еду, тем катастрофичней мы уходим от этого главного…

Вообще в любом церковном явлении основой является не отрицание чего-то. Суть поста ни в отрицании тех типов пищи, от которых мы воздерживаемся, а в созидании души, которая должна быть похожа на Христа. «Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Фил. 2: 5).

Время Великого поста — время самого великого напряжения для работы в этом направлении. И ставить задачи перед собой нужно совершенно другие, не про еду. Надо погрузиться в молитву, попытаться довести ее до самого дна души, добиваться того, чтобы молитва захватывала все твое существо, ум и сердце.

По отношению к ближнему во время поста нужно поставить себе такую задачу: я должен быть солнышком, радостью и счастьем для всех, кто со мной живет. Близкие должны быть не мучениками и страдальцами от того, что находятся рядом со мной, постящимся, а постоянно радоваться, что у меня — пост. И тогда это действительно будет пост по отношению к ближним людям. Чтобы они сказали: «Человек постился, и как нам было хорошо! Он ни разу на нас не раздражался, не кричал, во всем уступал, помогал и шел навстречу».

Если говорить именно о телесном воздержании, то, в какой-то мере сегодня оно стало несложным: вкусные морепродукты, в любом кафе и ресторане — изысканное постное меню. И в этом контексте смысл воздержания частично утрачивается. Здесь стоит взглянуть в себя и понять, как неоправданно много для меня значит еда, сколько я думаю о ней, сколько времени на нее трачу. Как только я смогу увидеть в объеме эту проблему, начну понимать, в каком плену у еды я нахожусь. И вот когда я буду ставить перед собой задачу освобождения от этого плена, от этой страсти чревоугодия, тогда я пойму, что вкусно приготовленная постная пища точно так же мне мешает, как и не постная.

За время поста я должен стать почти равнодушен к проблеме еды. Это и значит — преодолеть страсть чревоугодия как первую ступень и двинуться к преодолению других страстей. Если я Великим постом делаю себе всевозможные изыски кулинарные, то, понятно, совершенно не преодолеваю данную страсть. На самом деле преодолеть ее не так сложно. Просто мы обычно так подходим к этой проблеме, будто она вообще не решаема и стоим перед ней, не пытаясь начать решать.

Пост – упражнение, развивающее нашу волю

Протоиерей Игорь Гагарин, настоятель Иоанно-Предтеченского храма села Ивановское:

Высокие затраты на постную кухню — это несколько надуманная ситуация. Я уже более 20-ти лет священник, и до того сколько пощусь — никогда не замечал, чтобы на это уходило гораздо больше времени и денег. Все нормально, можно питаться не только картошкой и макаронами, но еще есть много продуктов — каши, например. Тем более, что сейчас все магазины изобилуют замороженными овощами.

Конечно, если человек хочет в пост питаться слишком изощренно, то может быть, у него действительно уходит больше времени и денег. А если просто, то нет. Чем отличается борщ постный от не постного? Тем, что один варится с мясом, а другой — без мяса. Приготовить грибной суп, или каши, овощные блюда ничуть не труднее. Так что, я думаю, нет такой проблемы. Во всяком случае, в моей семье она никогда не возникала.

Еда — вещь немаловажная. Время поста прежде всего едой и отличается. От того, чем человек питается, во многом зависит его внутреннее состояние. Как известно, сытое брюхо и к молитве, и к учению глухо. «Не отягощайте себя объедениями и пьянством», – читаем в Евангелии. Понятно, что едой все не ограничивается. Цель поста прежде всего в том, чтобы стать лучше.

Человек должен быть духовным, должен жить так, чтобы дух господствовал над плотью, а не наоборот. На практике это получается у очень немногих, и очень трудно дается человеку. Поэтому, кроме прочего, я воспринимаю пост как упражнение, развивающее нашу волю, силу духа и способность в меньшей степени зависеть от того, что мы едим, от условий комфорта, от удобств земных.

Цель поста – в воскресении моей души

Протоиерей Алексий Потокин:

Мне кажется, сейчас и во время поста можно нормально питаться, не тратя так уж много времени на приготовление еды. Не могу перечислять все продукты, но выбор довольно большой. Пост труден не только потому, что мы переходим на растительную пищу. Вся жизнь во время поста меняется. Богослужения в храме длиннее, и в них меньше евангельской радости, больше Ветхого Завета, псалмов, больше покаяния.

И на молитве я становлюсь строже к себе, внимательнее, с другими стараюсь быть мягче, доверительнее. Это требует усилий, я устаю. Цель поста не в каком-то утеснении себя, но в воскресении моей души, возрождении моего сердца.

Конечно, если человек привык думать только о еде, постом все его усилия сосредоточатся вокруг пищи. Были же моменты в жизни каждого верующего, когда Бог становился для него главным, и человек мог сказать перед Ним правду о себе, правду нелицеприятную, и почувствовать Его милость.

Мы же плотские, наш организм сильнее не только души, но и ума. Тело может так задавить, что даже мыслей не будет. Когда человек объелся и обпился, вся мыслительная деятельность затормаживается, тем более тормозится какое-либо духовное делание. Чуть больше сластей, и душа молчит, совесть про нее не вспоминает.

Животная пища как раз стимулирует процессы, в результате которых тело властвует над умом и душой. Постная же пища, наоборот, утоньчает душу, делает ее более чуткой.

 Все зависит от наших приоритетов

Священник Алексий Агапов, настоятель Михаило-Архангельской церкви г. Жуковский Московской обл., преподаватель Высших Богословских курсов при МДА

Понятно, что без ограничений в пище во время поста не обойтись. Потому что от того, как ты питаешься, зависит, как ты себя чувствуешь. Самочувствие тела связанно с самочувствием души. Изменения, которые дает постный рацион, необходимы для того, чтобы прийти к более сосредоточенному состоянию.

Вполне объяснимо, человек хочет поститься, но при этом, чтобы здоровье не пострадало, самочувствие не ухудшилось. Соответственно, люди стараются, чтобы пища была разнообразна, насыщена микроэлементами, витаминами… Но в этой заботе о себе любимом надо же и меру знать!  Ведь пост – это образ духовной войны, войны с самим собой, образ смерти, которая нас всех ждет. И вот если представить себе человека на войне, сидит в окопе, под обстрелом и думает: «Пищу нам готовят без витаминов. Надо ее чем-то разнообразить, приправить».

Все зависит от того, что у человека в приоритетах.

Наступил пост, и понимаешь, что важно его соблюсти, а денег на разносолы нет. Что делать? То и делать – поститься. Принимать пищу простую и непритязательную: картошку, другие овощи, кашу… Морковь уж точно не стоит дороже мяса (если, конечно, речь не идет о северных регионах – вот там, действительно, правило поста может сильно корректироваться крайне суровыми условиями жизни; рацион детей и подростков, а также больных людей – тоже особая тема). Да, за таким скудным столом непросто ощутить полную сытость и довольство жизнью. Но ведь, в принципе, ради этого пищевая часть поста и существует, чтобы человек, не сумев полностью насытиться за постным столом, вспомнил об иной, духовной пище и духовной радости. Не забудем, кстати, что у наших православных братьев греков пост называется буквально «неястием». Да и само наше слово «пост» совсем недаром так созвучно слову «пустой»!..

Если у человека иные приоритеты, он думает: «Вот, наступил пост. Попощусь, пожалуй. Но я постараюсь, чтобы мое тело ничего не упустило». Вот такое трепетное попечение о теле, безусловно, потребует и лишних трат. Только где же здесь попечение о душе?

То, что все вопросы о посте часто сводятся лишь к еде, возможно, обличает наше подлинное пристрастие – чрево. Ну, правда же: если мы сутки напролет будем мечтать пусть не о послаблениях в пище, а, наоборот, о сугубой строгости пощения (мол, не съесть бы чего лишнего или недолжного), то и тогда получится, что все наши помыслы – об одной только еде! Где же тут память о стяжании Духа Святого?..

И вот кто-то скажет: «Нет, я буду печься лучше о душе, о доброте и о стяжании Духа; а о таких мелких предметах, как еда, – не хочу заморачиваться, буду есть все подряд!» (под «всем подряд», как нетрудно догадаться, чаще всего подразумевается мясо). Боюсь, что и такая «серьезная заявка на победу» ни к каким серьезным духовным высотам не приведет.

В первую очередь потому, что нежелание принять пост означает своеобразный духовный сепаратизм. Отказ от действительного – душой и телом – единства с тем самым местом встречи, которое изменить нельзя, где Дух Святой ожидает человека – с Церковью… Ведь утверждение такого единства с Церковью, со всеми православными христианами во всем мире – второе, наряду с личным подвигом, (если не важнейшее!) значение Великого поста.

Церковь – Тело Христово. И вот, все Тело начало пост. Значит, если мы – члены Тела Христова, тогда предстоит попоститься и нам – единодушно, вместе, ради Воскресения.

Читайте также:

Епископ Выксунский Варнава: Великий Пост

Собрать себя воедино

Прот. Алексий Уминский: Великий пост — это не время, когда чего-то нельзя (+Видео)

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Вовремя подать Христу скальпель и зажим

Стать ассистентом Бога во время Успенского поста

Успенский пост: уйти от внешнего

Очень хорошо этим постом каждый день почитать акафист Матери Божией

Свыше 75% россиян, слышавших о «Свидетелях Иеговы», поддержали их запрет

«Отрицательное (53%) или безразличное (44%) отношение преобладает среди респондентов, ранее уже слышавших о деятельности “Иеговистов”», –…

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!