Матушка Юлия Сысоева: об отце Данииле, счастье, чудесах и мученичестве

В ночь с 19 на 20 ноября нас потрясла страшная трагедия. В московском храме был убит священник.  Многие из православных христиан знали отца Даниила Сысоева – он вел активную деятельность, издавал книги, публично выступал с проповедями, строил храм на пустом месте. Через свое миссионерское дело он привел к православию многих людей. Но даже те, кто не был с ним знаком,  через его мученическую кончину ощутили особую близость – то духовное родство, которое объединяет нас во Христе.

Матушка Юлия имела с отцом Даниилом не просто родство, они были «одной плотью». Именно она знала отца Даниила как никто другой. Мы попросили ее рассказать об отце Данииле, его жизни и деятельности.

Матушка Юлия, мы скорбим вместе с Вами и соболезнуем вашей семье. Безусловно, отец Даниил своей смертью стяжал себе мученический венец.

Простите, что задам Вам сейчас такой вопрос. В новостях информация очень разнится.  Прошу Вас рассказать, что произошло 19 ноября в храме апостола Фомы, когда был убит отец Даниил.

– Да, СМИ часто по-разному пересказывает информацию, а потом она и вовсе обрастает слухами… Конечно, меня просили в интересах следствия не рассказывать всех подробностей – как это произошло, как упал, куда упал, кто что видел. Известно, что вечером в храм ворвался человек в медицинской маске с криками: «Где Сысоев?» Сначала вышел наш регент, он был в подряснике, и убийца выстрелил в него. К счастью, ранение было не смертельным, сейчас он поправляется. После этого убийца побежал к алтарю. Отец Даниил вышел в епитрахили, и тогда он выстрелил в него. Пуля попала в шею. Отец Даниил упал на пол лицом. Второй выстрел был в затылок… Все произошло мгновенно. Никто даже не предполагал, что это может случиться в этот день. Хотя у нас в семье было много знаков о том, что что-то должно произойти. И последние две недели я ездила за ним чуть ли не по пятам – встречала, звонила. Мне хотелось постоянно быть с ним. Кроме того, в последнее время у меня была такая тяжесть на душе, как будто тучи надо мной собираются. Так давило все, так тяжело было. И в тот его последний день, я ехала и думала: «Смерть дышит в затылок»…

Расскажите о Вашей семье, о том, как Вы познакомились с отцом Даниилом.

– С отцом Даниилом мы прожили вместе почти пятнадцать лет. У нас трое детей – старшей Иустине четырнадцать лет, Дорофее в феврале девять будет, а Ангелине – два года.

В нашей семье все всегда было с какими-то приключениями, и женились мы с приключениями. Мы познакомились с отцом Даниилом в 1995 году, он тогда учился в четвертом классе московской семинарии. Но мои родители выступали категорически против этого брака, поскольку были очень далеки от церкви и церковной жизни. Не такую судьбу они готовили для своей дочери. Напор отца был категоричен и серьезен, так что мне пришлось бежать из родительского дома и тайно обвенчаться со своим женихом. После свадьбы мы сняли квартиру в Сергиевом Посаде, потому что мужу предстояло еще полгода учиться в семинарии.

Он уже тогда избрал путь священства?

– Он всегда стремился к священству, причем настолько, что, я думаю, именно это меня в нем особенно привлекло. Он очень отличался от остальных молодых людей, это был человек с совершенно необычным мировоззрением, имеющий, если можно так сказать,  запредельное мышление. При этом  к земной жизни, в бытовом смысле, он был абсолютно не приспособлен. Меня это немного смутило в начале нашей семейной жизни. Ведь когда девушка собирается замуж, она прикидывает, как она будет жить с этим человеком – именно как с мужчиной, опорой, защитой. Но он был при всех своих возвышенных качествах, человеком совершенно «неотмирным» и неприспособленным к обычной семейной жизни. Видимо в этом был некий замысел Божий, потому что когда я с отцом Даниилом только познакомилась, мне было безумно с ним интересно. Меня поразило, насколько он умен и эрудирован, имел энциклопедическую память и огромную искреннюю веру и любовь к Богу. Только сейчас я до конца осознала, насколько это была масштабная личность. А тогда я почувствовала в нем родственную душу. Многие молодые люди меня искренне не понимали, думали я просто экзальтированная и избалованная. А он меня сразу понял, мне казалось, что он внутренне удивительно на меня похож. При этом я уже тогда не представляла себе, как с ним можно жить, в бытовом плане. И действительно за эти пятнадцать лет у нас было много сложностей… Безусловно, теперь мне кажется, что я помучилась бы с ним и еще, если б это было возможно. А я с ним мучилась, конечно же. Он умел разводить вокруг себя невообразимый бардак…

Матушка Юлия Сысоева

Творческий?

– Да, у него был «творческий» беспорядок во всем. Эти пятнадцать лет я занималась тем, что приводила его в порядок, чуть ли не причесывала, вплоть до этого. Я понимала, что это мое такое служение… Сегодня мне вспомнилось, что я очень любила ему готовить. Но теперь, после того как он ушел, мне наверное уже даже не захочется готовить, потому что я готовила именно для него. Я поняла, что многое в жизни я делала именно для него.

Последние три года я жила в постоянном ожидании, отец Даниил много работал, ездил в миссионерские поездки. Он весь отдавал себя служению.

Конечно, у нас был и период, когда мы успели вместе поездить – несколько раз были заграницей, попутешествовали всей семьей. Еще у нас были интересные автомобильные поездки по России.

Наверное, это было самое счастливое время?

– Да это было какое-то беззаботное время… Особенно когда он был только диаконом или только начинал служить священником, но у него еще прихода не было. Но когда он стал создавать общину, то тут все, как отрезало от семьи. Он весь с головой ушел в работу… Постоянно говорил: « Я не успею, мне надо еще многое успеть сделать… Мне осталось очень мало. Меня убьют, я это чувствую».

Он говорил это в шутку или достаточно серьезно?

– Нет, про смерть он всегда говорил серьезно.  В шутку он воспринимал угрозы… Отец Даниил абсолютно этого не боялся, наоборот, как-то даже со смехом, с юмором это воспринимал. Конечно, он предпринимал какие-то действия, обращался в органы, у него были знакомые в этой сфере, но это как-то результата не принесло. Видимо так ему надо было, раз Господь избрал его мучеником.

Расскажите о характере отца Даниила. Очень многие знают его как замечательного священника, талантливого проповедника и миссионера, а каким он был человеком?

– У него энергия била через край, мне всегда было удивительно, откуда в человеке сколько сил, энергии и желания… Безусловно, это все шло от его искренней, почти детской, любви ко Христу, к Его Слову. Я вот теперь понимаю слова  Христа, когда он говорил: «Будьте как дети». В этом смысле отец Даниил был ребенком. Думаю, в некоторых случаях, этим можно объяснить его особую ревность и местами неполиткорректность.

Возможно, где-то и были перегибы, но его пример говорит нам о том, что христианин должен быть принципиален. Например, если мы верим во Христа, то мы не можем назвать «пророка» Мухамеда – пророком…

И второе, что всегда привлекало и тянуло к нему людей, это его совершенно открытая душа, тоже, можно сказать, по-детски открытая.

Недавно мы смотрели видеозапись занятий отца Даниила в воскресной школе. Удивительно, насколько он умел доносить до детей Христовы истины. Он умел радоваться, и дарить эту радость людям.

Конечно, были моменты, когда он был угрюм и зол, иногда мог сорваться, накричать. Но люди в основном этого не видели, чаще доставалось нам, семье.

Кроме того, отец Даниил умел служить радостно. Каждую свою службу он совершал как бы на подъеме. Праздничную службу он умел сделать по-настоящему Праздником, так что люди выходили из храма с сияющими лицами. Ведь бывает такое, что батюшка приходит на службу не в настроении, одному буркнул, другому. Но отец Даниил умел это скрывать, он оставлял за порогом церкви все свои проблемы и плохое настроение. То есть когда он приходил служить Богу, он всегда приносил людям только радость. На мой взгляд, это был удивительный дар.

У меня вот еще какой вопрос. Отец Даниил рассказывал, что у него в роду были татары, а прадед был муллой? И якобы мусульмане высчитали его родословную до Мухаммеда..

– Да, он на четверть татарин, по материнской линии. У нас семья получилась «многонациональная» –  я на четверть еврейка по отцовской линии, а он на четверть татарин. И действительно, прадед у него был муллой. Есть мнение, что род его восходит от Мухаммеда.

В этом плане у нас все с ним очень необычно. У отца Даниила много великих людей в роду, и у меня, например, прабабка из рода бояр Колычевых. Оказалось, что святой митрополит Филипп Московский приходится мне родственником, потому что моя прабабушка – прямой потомок этой ветви. У нее даже фамилия была Колычева. Удивительно то, что мы повенчались в день празднования памяти митрополита Филиппа.

Расскажите о его деятельности. Чем он занимался последние годы?

– Чем только ни занимался… Он занимался всем – пытался объять необъятное. Много сил он посвятил миссии. У него были сокровенные мечты создать миссионерские приходы по всему миру для проповеди инославным, а также внутри диаспор. Сначала это была только мечта, но постепенно она стала осуществляться с помощью его миссионеров. К нему приходили креститься этнические мусульмане – азербайджанцы, дагестанцы…  У отца Даниила была идея обучать крещенных мусульман миссионерскому делу, чтоб они могли проповедовать Христа среди своих народов. Намного проще, когда приходит азербайджанец к азербайджанцу и рассказывает ему о Боге, чем если это делает человек другой национальности. Еще отец Даниил хотел, чтоб православная служба была переведена на многие языки, как Библия, которая существует на всех языках. То есть, чтоб в Дагестане служили на дагестанском… и т.д.

Можно сказать, он мыслил вселенски. Сейчас многие любят говорить, что православие  – это религия для русских. Отец Даниил был с этим категорически не согласен. Он выступал против того, что мы должны в первую очередь проповедовать своим русским, а потом уже другим народам, или же, что нельзя проповедовать на чужой территории. Эта ложные мысли, они очень в духе нашего времени. Он говорил, что православный человек должен быть прозелитом, он всегда и везде должен проповедовать Слово Божие. Таким образом поступают  сектанты, и в этом они правы. Православные должны брать с них пример. Исходя из этой мысли, отец Даниил стал создавать свой проект школы уличных миссионеров.

А в чем суть этой школы? Расскажите подробней…

– В 2008 году отец Даниил при храме святого апостола Фомы создал миссионерскую школу. Уже был первый выпуск. В ней обучались молодые ребята, они вместе читали Библию, разбирали смысл, и отец Даниил объяснял им, как вести диалог с безбожниками и сектантами – как правильно говорить, какие аргументы приводить. Потом они ходили на практику – общались  на улице с людьми, заговаривали с ними о Боге, раздавали листовки. При этом Отец Даниил считал, что священники не должны так ходить, их обязанность – готовить этих миссионеров и быть в храме. А ходить должны миряне.

– Еще он занимался строительством храма?

– Да, кроме этого он активно участвовал в строительстве будущего храма. Причем, это должен быть храм совершенно необычной для России архитектуры. Он загорелся построить византийскую базилику. Вообще, отец Даниил был в жизни эстетом, он любил все красивое и такое пафосное. Он хотел сделать там какие-то особенные мозаики, какие-то витражи. Когда мы ездили с ним заграницу, то собирали некоторые идеи. Однажды побывали в коптской церкви и увидели там совершенно необыкновенный потолок – внутри  были вставлены цветные круглые стекла, получалось что-то типа витража. Ему это очень понравилось, он мечтал что-то подобное сделать у себя в храме.

Слово утешения от Святейшего Патриарха. Фото patriarchia.ru

Я слышал, что отец Даниил достаточно дерзко построил свой храм в честь святого апостола Фомы?

– Да, это было дерзновение… Если б он стал ждать разрешение от властей, то там до сих пор был бы пустырь. Он не ждал бумажки, он просто лез напролом. Вначале нам сказали, что этот участок можно будет забрать под строительство храма, только нужно Постановление правительства Москвы еще куча согласований. Эти согласования идут до сих пор, и конца и края им не видно. Когда этот участок нам условно выделили, то отец Даниил сразу поставил там бытовку с крестом. Конечно, перед этим он получил благословение священноначалия. Без благословения владыки он ничего не делал, поэтому прежде пошел к владыке, и тот дал на это благословение. Хотели начать только с бытовки, но потом поставили избушку и постепенно начали ее обстраивать. В итоге властей просто пришлось поставить перед фактом, что временный храм уже стоит.

Недавно была история, когда храму грозило закрытие. Почему это произошло?

– Летом у нас хотели забрать участок, на котором расположен храм. Это была инициатива Департамента природопользования города Москвы. Причиной изъятия участка они называли то, что будто бы храм не соответствует нормам экологического законодательства. Отец Даниил тогда бросил все силы. Эта история его сильно подкосила, начались проблемы со здоровьем. Но он приложил столько усилий, чтобы остановить эту волну. Это дело нужно было действительно отстоять, иначе могли рухнуть все его труды, а за этим решением стояли серьезные люди. И это было чудо Божие, что храм отстояли. Опять же его необъятной энергией и дерзновением. Он никогда не опускал руки.  Если начинались трудности, он сразу шел в бой.

Есть ли надежда, что храм по его проекту действительно будет построен?

– Он обязательно будет построен, я в этом не сомневаюсь. Это нам  предсказал еще старец Адриан. Он сказал, что храм будет построен, но отец Данил в нем служить не будет. Конечно, отец Даниил надеялся, что успеет его построить, поэтому так торопился. Собственно он строил, заранее зная, что служить там не будет.

Были ли в вашей совместной жизни чудеса?

– Чудеса были, но сейчас на ум приходит только связанное с похоронами…

После его смерти было чудо, о котором стоит сказать. У отца Даниила при жизни было льняное облачение, и он завещал похоронить в нем. Когда его сшили, он сразу сказал: «Вы меня в нем похороните». Тогда я это несерьезно восприняла, подумала, вот, хоронить себя собирается. Это облачение хранилось в храме, но от него примерно год назад потерялись пояс и поручи, и никто не мог их найти. Перед похоронами, когда облачение стали собирать, чтоб везти в морг, все помнили, что поручей и пояса нет. Поэтому было очень удивительно, когда отец Виталий зашел в алтарь и увидел поручи отца Даниила, лежащие на стуле. Про пояс тогда забыли, уже приехали в морг, и тут вспомнили, что пояса нет. Тогда позвонили в храм, попросили, чтоб нашли пояс от любого другого облачения. Там побежали искать и вдруг видят, пояс лежит на том же стуле. Так вот облачение все нашлось. Это, конечно, явное чудо.

Еще одно было, когда мы с отцом Даниилом только познакомились.

В 1994 году, будучи еще незамужней девушкой, я впервые поехала на Святую Землю. Когда я собиралась в поездку, то духовник посоветовал мне не просить что-то конкретное, а помолиться о достойном женихе. Поэтому стоя у Гроба Господня, я испросила у Господа жениха, да не просто жениха, а такого, чтобы стремился к священству. Я знала, что в таком святом месте моя молитва обязательно будет услышана.

Через месяц после этого мы с отцом Даниилом познакомились.

Еще из той поездки я привезла себе золотое кольцо с маленьким бриллиантом. Все эти годы я ни разу его не снимала, поэтому кольцо вросло в палец и не снималось. Теперь от него даже след остался. Когда мы шли к кладбищу на погребение, мне очень тяжело стало, такая тоска напала, как бы отчаяние… Тут под ноги мне неожиданно что-то упало, смотрю, а это букет фиолетовых ирисов, причем какой-то необычный, «немагазинный». Удивительно то, что когда мы с отцом Даниилом познакомились, он как раз пришел на первое свидание с фиолетовыми ирисами. Я поняла, что это от него букет. Да, к кладбищу дорогу посыпали цветами, но ирисов нигде не было. Когда я этот букет получила, я поняла что надо отдать ему что-то дорогое. А поскольку мое кольцо, привезенное со Святой Земли, связано с просьбой достойного жениха, то я это кольцо решила ему отдать. Иногда я очень в жизни роптала. Бывали моменты, когда я жалела, что вышла замуж за него. Я не понимала, как это могло получиться. Но в тот период  меня кто-то как бы вел на него. Еще до замужества я пыталась с ним порвать отношения. Однажды я сказала ему, что больше мы встречаться не будем, и все равно после этого мы чудесным образом встретились на аллее в Лавре. Так и поженились. Я подумала, я просила у Господа достойного жениха. Теперь я понимаю, что действительно встретила его в своей жизни. Свое кольцо я решила отдать ему. Оно не снималось много лет, но в этот раз я легко его сняла и вложила ему в руку. Так мы обменялись подарками.

Прощание. Фото Юлии Маковейчук taday.ru

Ваша семья осталась без главы и кормильца. Нужна ли вам какая-нибудь помощь?

– Спасибо всем, люди сразу откликнулись на нашу беду, приносят помощь. Также мне наши прихожане помогли, организовали счет на мое имя, он висит на официальном сайте храма, туда можно перевести пожертвование. Я не хотела этим заниматься, но они все сделали сами, сказали, что у меня еще маленькие дети, надо думать о будущем.

У отца Даниила были пророческие слова. Когда он говорил, что его когда-нибудь убьют, я спрашивала: «А на кого ты нас оставишь? У тебя тут трое детей, а ты мучеником собрался стать». Он всегда мечтал о мученической кончине. В ответ он говорил мне: «Я вручу вас в надежные руки – Пресвятой Богородицы». Мы с детьми с первого дня стали эти руки ощущать на самом деле, хотя его утратили. Но он с нами тоже постоянно, помогает. Я ощущаю его.

Фото Юлии Маковейчук, taday.ru

В этом смысле я спокойна, но вот что его самого нет, это, конечно, очень тяжело. И для детей тоже. Я иногда думаю и очень скорблю, что младшая Ангелина будет совсем без отца расти. Порой это совершенно невыносимо. Особенно, когда малышка начала его подрясник трогать и говорить: «Папа! Где папа?» Глядя на такие сцены, просто сердце разрывается… Все-таки я надеялась, что мы девчонок успеем вырастить. Как-то он все говорил, говорил, но я думала, что не сейчас, что детей вырастим вместе…

Как вы думаете, каким было бы духовное завещание отца Даниила?

– Наверное, отец Даниил хотел бы, чтоб его дело продолжалось, чтоб нашлись для этого люди. Прежде всего, это миссионерство и храм, и миссия по всему миру. Я думаю что его дело не умрет. Те, кто пытался заткнуть ему рот, не добился своих целей. Наоборот, его дело будет только в сотни раз сильней.

Спаси Вас Господи.

Беседовал диакон Тимофей Куропатов

В сокращении опубликовано в православном журнале “Славянка”

Читайте также:

Матушка Юлия Сысоева: «О смерти мужа»

Патриарх Кирилл: «Если человека убивают за Божию правду, это значит, что она обладает огромной силой.»

Прощание со священником Даниилом Сысоевым

Наперсный крест убиенного иерея Даниила Сысоева

Поскольку вы здесь…

… у нас есть небольшая просьба. Все больше людей читают портал "Православие и мир", но средств для работы редакции очень мало. В отличие от многих СМИ, мы не делаем платную подписку. Мы убеждены в том, что проповедовать Христа за деньги нельзя.

Но. Правмир это ежедневные статьи, собственная новостная служба, это еженедельная стенгазета для храмов, это лекторий, собственные фото и видео, это редакторы, корректоры, хостинг и серверы, это ЧЕТЫРЕ издания Pravmir.ru, Neinvalid.ru, Matrony.ru, Pravmir.com. Так что вы можете понять, почему мы просим вашей помощи.

Например, 50 рублей в месяц – это много или мало? Чашка кофе? Для семейного бюджета – немного. Для Правмира – много.

Если каждый, кто читает Правмир, подпишется на 50 руб. в месяц, то сделает огромный вклад в возможность о семье и обществе.

Похожие статьи
Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: