ОПК как вызов покемонам

worldПрезидент дал шанс России пережить XXI век: в школах можно будет изучать основы православной культуры, а в армии – не выпадать из церковной жизни

Россия – это не лейбл и не карта, это культура. Замени людей с их языком, взглядами и привычками на других – и будет уже не Россия.

А культура проходит сквозь время благодаря семье и школе. Школьное образование – это трансляция, передача той культурной традиции, которая образует лик России. Хребет и водораздел России – православие (не в обиду другим, такового влияния на историю не оказавшим).

Выжигая православие и прокручивая население через лагеря, большевики превратили Россию в зону. Блатной жаргон слышится с самых высоких трибун: откаты, наезды, разборки… И никакими переворотами нам не вернуть эту, по слову Галича, светлую «Русь на Руси». Кроме одного – внутреннего, который совершается в Боге.

Но чтобы прийти к этому, необходимо хоть что-то о Боге узнать – не от гадалок и сатанистов, секс-просвещенцев и псевдолибералов, – а от тех, кому Бог дорог.

Для этого и нужны школьные уроки религиозной безопасности. Что есть что и как это правильно называется. Это, во-первых. А во-вторых, как все это знание может коснуться меня? Где мой вход в “тот единственный дом, где с куполом синим не властно соперничать небо”? Школа может лишь указать на этот вход, идти все равно придется самому. Или не идти. Но тогда уже не будет оправдания: не сказали, не знал, не слышал, вот и спился, скололся и повесился от тоски.
Будет выбор, значит, меньше будет могил с датами от тринадцати лет до тридцати.

Нельзя не согласиться с Президентом в том, что в светских школах не следует под видом ОПК читать «Закон Божий». Тем самым перед педагогическим сообществом России и Церковью стоит задача написать такие учебники, которые будут не обращать, а знакомить, говорить не о «молитве к нашему Господу Иисусу Христу», а о том, что «христиане молятся Господу Иисусу Христу». В этом случае ребенку не надо будет называть Бога христиан своим Богом. Учебник должен быть адресован максимально широкой аудитории. Вот почему он должен быть не из-церковным императивом (давай-ка веруй, крестись и посещай Церковь), а культурологическим введением в пространство смыслов, не обязывающим детей с ними соглашаться. Другое дело, что после знакомства с миром Рублева и Достоевского, они уже не смогут спутать православную традицию с подделками под неё, и смогут, наконец, стать своими в пространстве высокой европейской культуры, получить от школы то, чего лишала советского школьника атеистическая идеология, внесенная во весь гуманитарный предметный блок.

Безграмотность российских детей такова, что переводчики седьмого тома про Гарри Поттера были вынуждены маркировать надпись, выбитую на могилах его родных и близких, такой вставкой – «изречение из Библии». В английском оригинале этого пояснения нет. Значит, англоговорящим детям понятно, откуда взяты слова «где сокровище ваше, там будет и сердце ваше», а российские дети, с точки зрения издательства, – дикари, не знакомые с евангельскими текстами. Хотелось бы надеться, что предполагаемый курс основ православной культуры станет для наших детей ключом ко всему богатству европейской культуры, частью которого является и культура России.

В противном случае, лет через «дцать» всем нам придется осваивать китайский, либо арабский. А так, глядишь, пройдет лет семь после введения новой дисциплины, и в России станет больше безработных абортмахеров, но зато резко возрастет спрос на акушеров, помогающих младенцам появляться на свет. А с другой стороны, образованные россияне смогут поделиться ценностями и смыслами христианства с теми же китайцами, арабами, европейцами – в общем, со всеми, кого не радует тотальная покемонизация Земли и кого, напротив, более чем интересует то, что все эти века окрыляло и Александра Невского, и Александра Пушкина, и Александра Солженицына.

С чем бы я не согласился, касаясь того резонанса, которое породила эта новость, так это с тем, что в наши дни религия чаще всего рассматривается как фактор государственности, как полезный ресурс, который когда-то внес свой вклад в патриотизм (в частности, в победу над фашизмом), а теперь поможет преодолеть такие социальные недуги, как депопуляция, пьянство, наркомания и эпидемия самоубийств.

Боюсь, что такое утилитарно-прагматическое отношение, – это та цена, которую Церкви приходится платить обществу за право быть со своим народом. Оправданна ли эта жертва? В Синодальный период все кончилось крахом. Беда в том, что сейчас историческое время России на пределе. Еще пара десятилетий и русский народ безвозвратно сойдет на нет. Так что надо пытаться. Да, с той стороны – прагматизм, а с нашей – возможность дать детям те смыслы, которые помогут им познакомиться со странным существом, живущим в нас, по имени душа, с ее Творцом и с Его любовью, мера которой – Голгофа.

Было бы неплохо, если бы душу обнаружили в себе и те, кто сейчас прикрывает наше благополучие от сопредельных и не только доброжелателей. Не исключено, что именно эту самую душу им придется положить, согласно присяге и приказу. Кстати, среди геройски погибших в первую мировую было и полковое духовенство. Так что лучше уж вместе, чем порознь.

А еще лучше мирно и долгоденственно жить на своей земле со своими детьми под Небом, которое становится ближе.

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Епархия не будет «навязывать христианское прощение» блогеру

Если он не раскается, Церковь не будет не предпринимать попыток насильно навязать ему христианское прощение

Вырос и лежит на диванe

Как быть, если ребенок взрослый и ничего не хочет?

Ребенок не послушает духовника, если в семье все по-другому

Но есть родители, которым можно сказать: «Спасибо за детей»

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!