Открытый урок

|
Преподаватели не учли, что интернет навсегда оставил "закрытые" уроки в прошлом. Они по-прежнему кричат "недоумки" и "дебилы", не обращая внимания на то, что кто-то под партой давно нажал кнопку записи на своем телефоне. Как жить под увеличительным стеклом, размышляет Татьяна Краснова.
Татьяна Краснова. Фото Анны Даниловой

Татьяна Краснова. Фото Анны Даниловой

Еще одно видео, снятое мобильным телефоном из-под парты.

Еще один мой коллега, привыкший быть хозяином в этом маленьком замкнутом помещении, где он, благодаря своему статусу, «царь на час». Или на «два по сорок пять», если речь идет о высшей школе. Теоретически – он пришел, чтобы поведать. Они пришли, чтобы узнать. Теоретически.

У него за плечами, как ему кажется, образование и опыт. У них…

У них в руках машинка, размером с пачку сигарет, которая знает больше, чем сто тысяч таких, как я. Или – как он. Или – как любой из нас.

Вообще говоря, эта машинка знает ВСЁ.

Средневековые иллюминированные кодексы, чертежи самолетов, карты всех стран мира и всех созвездий, все стихи и песни, все формулы и теоремы лежат в карманах у тех, кто сидит перед нами в наших классах и аудиториях.

Машинку эту изобрели не они, не они придумали интернет, и миллионы гигабайтов информации вложили туда не они, но они – та самая молодая шпана, которая одним пальцем выщелкивает из великой Сети все, что в нее когда-либо попало.

Не утешайте себя тем, что там пока еще можно найти не всё. Подождите пару лет, и они за секунду найдут любые цифры и факты, которые вы забыли и перепутали, перепроверят ваши цитаты и заглянут в ответы всех ваших учебников.

Вы… пожалуй, сейчас самое время сменить полемическую формулу с «вы» на «мы»… Так вот, мы с вами и оглянуться не успели, а смысл нашего пребывания у доски и за кафедрой изменился.

И авторитет, который мы привыкли брать в руки вместо указки, из наших рук ушел.

И больше никто не замирает в нашем присутствии только потому, что мы старше и больше знаем.

Теперь мы знаем меньше.

Теперь, благодаря интернету, обезоружившему нас, мы наконец имеем прекрасную возможность показать этим юнцам, чего стоят все приобретенные нами знания и как они изменили, а точнее – улучшили нас.

Ну, что сказать… Шанса мы не упускаем…

– Дебилы, недоумки, кто вы такие, чтобы иметь свое мнение, не сметь спорить с учителем, заткнись и сядь на место! – кричат мои коллеги с бесчисленных видео, выложенных во всевозможных социальных сетях.

Они не хотели прославиться. Они просто не учли, что больше не бывает «закрытых» уроков. И все, что они выкрикнули (от слабости, усталости, неумения сладить с молодыми и нахальными) с кафедры в аудиторию, разносится многомиллионным эхом.

Такова специфика общения в интернете, куда вы попадаете, даже если принципиально не хотите отличать планшета от модема.

Вас больше не спрашивают.

Так изменился мир.

А хотите знать, что именно изменил интернет в сфере человеческого общения?

НИЧЕГО.

Как рупор, в который вы прокричали свои слова, изменил их громкость, но не их суть.

Вы, как и я, не стали тоньше и умнее, получив вместо пары близких родственников на кухне аудиторию средней советской газеты.

И ваш собеседник, который хамит вам в комментариях, хамит не потому, что псевдоним скрывает его анкетные данные, а портрет котика – его физиономию, а потому, что он – хам. Поверьте, нет тому другой причины. Ну, может, при встрече с вами он бы и промолчал – если вы большой и сильный. А при встрече со мной не промолчал бы. А может, и стукнул бы даже. Кто его знает.

Мы все внезапно переселились под увеличительное стекло. Особенно – мои коллеги. Уж слишком близко мы подошли к ним – молодым и незнакомым, держащим эту лупу в руках насмешливо и уверенно.

Вот я и думаю – что же делать?

Бежать с этого открытого урока? Признать поражение? Или все-таки попробовать научить их тому, что нельзя узнать и передать никак иначе, только от человека к человеку?

Как любить. Как жалеть. Как ставить руку на клавиши инструмента. Как слушать стук сердца того, кто болен. Как утешать того, кому страшно. Как поддержать того, кто падает.

Как читать стихи. Как плакать над вашими любимыми книгами. Как сделать их нашими любимыми.

Не как «наполнить сосуд», а как «зажечь факел». Википедия напоминает мне, что такие слова для описания ученика нашел некто Плутарх.

Это очень трудная наука. И в ней нет профессоров. Судя по тому миру, который мы построили вокруг себя, мы все – троечники. И у нас совсем нет повода называть свою аудиторию дебилами.

То, что они приносят и суют нам под нос – не исчадие ада и скопище всего греховного.

Это зеркало, дамы и господа. Всего лишь зеркало.

 

Помоги Правмиру
Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!
Пожертвования осуществляются через платёжный сервис CloudPayments.
Похожие статьи
Пять признаков тяжелой болезни российского образования

Открытое письмо министру образования от профессора Саратовского университета

В войне с учителем родители победят

Но есть хорошая новость: мы готовы к переговорам

5 претензий родителя к современной школе

И, главное, дети всегда им какие-то не такие

Дорогие друзья!

Сегодня мы работаем благодаря вашей помощи – благодаря тем средствам, которые жертвуют наши дорогие читатели.

Помогите нам работать дальше!